The Dream Comes True

Бзы-бзы. Бзы-бзы. Я медленно открыла глаза. Сразу же хлынул слишком яркий свет. Бзы-бзы. Бзы-бзы. Откуда этот звук? Я попыталась встать, но боль тут же пронзила мои виски. Мне захотелось закричать, и я в отчаянии упала обратно на кровать. Ладно, посплю ещё. Попыталась взбить подушку, но она была слишком тёплой и тяжёлой. Я все же не теряла надежды, но она не поддавалась. Я перевела на неё взгляд и поняла, что это не подушка, это Миша. Сознание тут же вернуло картины из прошлого. "У меня к тебе предложение, точнее, даже просьба…", "…то на выходные я весь твой". Мы пережили это. Пережили эту ночь. Я оглянулась. На полу валялась порванная майка, и мне вспомнился вчерашний приват. Я быстро оглядела себя. Шорты и лифчик на месте. Фух, значит, дальше снятой майки не дошло. Это единственное, что радовало. Мне было ужасно стыдно, а ещё я не могла вспомнить, как оказалась на кровати. Как вообще дошла до неё и как выключила музыку? Не помню. Превозмогая боль в висках, я поплелась в ванную. В зеркале на меня глядела девушка, которая вчера о-о-очень хорошо погуляла. Какой стыд. Пока я умывалась, в голове какими-то обрывками вспыхивал вчерашний день. Свадьба, танец, ещё танец, море выпивки, драка, приват. Голова всё также отчаянно болела. Нужно позвонить на ресепшен, попросить воды и таблетки. Так ведь обычно делают? Поцелуй. Ещё же был поцелуй! Ох, ну и денёк выдался. Я старалась не думать о вчерашнем дне и, тем более, о ночи. Переодевшись, позвонила на ресепшен. Минут через пять в номер доставили два стакана холодной воды и упаковку обезболивающего. Миша всё ещё спал. От принятой таблетки стало легче, и я стала поглядывать на часы. Стрелки медленно перемещалось с цифры на цифру. Час дня. Насколько я помню, Джуни говорил, что в три часа будут шашлыки на пляже. Будем купаться и веселиться, только вот сможет ли кто-то сегодня "тусить"? Мишу я будить не стала: сам встанет. Я же пыталась вспомнить все детали вчерашнего дня и вечера. Далеко не всё вспоминалось. Ну, я так думала, так как в некоторых моментах у меня была пустота. Надеюсь, ничего постыдного никто из нас не совершил.

***

- Оу, - донеслось до меня с кровати. Миша проснулся. Его, так же как и меня, мучала головная боль. Я усмехнулась и подала ему стакан воды с обезболивающим. Тот осушил всё до дна. Вид у него был смешной. Парень долго оглядывался по сторонам, прежде чем спросить: - Что вчера было? - Кажется, кто-то оторвался на полную. - Ты серьёзно? - спросил Миша, трогая глаз, который отливал всеми цветами сирени. - О да, - сострила я. - У меня что, синяк? Откуда? - Я не знаю, но помню, что была драка. Кажется... - я и сама не особо была уверена в своих словах. - О-ох, - продолжал вздыхать Миша. - В три у нас шашлыки. - Какие ещё шашлыки? - недовольно морщил больной глаз Миша. - Кажется, у меня была с собой мазь от ушибов и синяков, - теперь я понимаю, что Себастиан имел ввиду, когда давал мне её. Я помогла Мише намазать глаз. Он что-то заметив, перехватил мою руку. - Откуда это? - Что? - Это, - он показал на моё запястье, на котором тоже красовался синяк. - Не помню, - я недоумённо пыталась напрячь мозг. Что вчера было? - Тебе мазь тоже не помешает, - заметил Миша и помог обработать мне синяк.

***

Солнце, море, пляж. Гости вяло собирались на веранде. Отдохнули вчера все с размахом. Это было заметно по красным глазам и запаху перегара. Я надела синий купальник, а Миша - шорты. Какой-то парень уже стоял у мангала и готовил шашлык. Он стоял к нам спиной, но я всё равно узнала в нём Джуни. Он, как и Миша, был в очках. - Привет, ну, как себя чувствуешь? - спросила я у него. - Прекрасно, - он даже не посмотрел на меня. Мы с Мишей переглянулись. - А где Кеншин? - спросил Миша. - Где-то в отеле. Ищет что-то, - также безразлично ответил Джуни. - Как вкусно пахнет, - предприняла я ещё одну попытку. - Готово будет ещё не скоро. Искупайтесь пока.

***

Гости стали опохмеляться и вскоре снова развеселились. Мы с Мишей пить не стали: нам ещё предстояло ехать домой. Заиграла музыка, светило солнце, дул лёгкий ветерок - всё это было отличным антидепрессантом. Мы с Мишей играли в фрисби, кто-то - в волейбол. Казалось, будто мы просто на отдыхе. Мне вдруг захотелось вздохнуть спокойно и ни о чём не думать. - Хэй, парень, сможешь забрать у меня фрисби? - игриво спросила я у Миши. - Пф, само собой, - ухмыльнулся он. - Тогда догони! - крикнула я и сорвалась с места. Миша проявил быстроту реакции и погнался за мной. Я плутала между рядами, состоящими из людей. Их становилось всё больше и больше. Обернувшись, посмотрела как далеко от меня Миша и, неудачно запнувшись, врезалась в Джуни. Тот от неожиданности полетел вперёд, потянув меня за собой. - Извини, - виновато сказала я. Стало жутко неловко. Я чувствовала себя нашкодившим ребёнком. Очки съехали с лица Джуни, и я увидела фингал, подобный фингалу Миши. Я охнула. - Откуда у тебя синяк? - рука сама по себе потянулась к глазу парня. Тот отпрянул. - Издеваешься! - зло сказал Джуни, вставая. - Что? О чём ты? - я искренне не понимала, отчего он так разозлился. Тут к нам подбежал Миша. Тот тоже снял очки, чтобы разглядеть синяк Джуни. Парни недоумённо уставились друг на друга. - Тебя тоже бьют, я смотрю, - недобро усмехнувшись, сказал Джуни. Оттряхнув шорты, парень вернулся к старому занятию. В воздухе уже витал аппетитный запах шашлыка. Я удивленно нахмурила брови. Миша отвёл меня в сторону: - Откуда у него синяк? Пожалуйста, скажи мне, что я с ним не дрался… - Конечно, нет. Но... - я замялась. - Что "но"? - нетерпеливо спросил Габриэль. - Я не могу сказать наверняка. Я не помню. Вроде бы была какая-то драка. Хотя, может мне это и приснилось. - Чёрт! - парень глубого вздохнул и медленно выдохнул. Желваки заиграли на его загорелых скулах. - Можно же у него спросить, - начала я, хотя была уверена, что это плохая идея. - Не думаю... - Миша задумчиво уставился куда-то вдаль. - Шашлыки готовы! Прошу всех к столу, - подал голос Джуни. - Не бери в голову, - сказала я Мише, целуя его в спину. - Да, - он сжал мою руку, - идём к столу.

***

- А что вы в очках? - спросила какая-то женщина, обращаясь к Мише и Джуни. На ней был цветастый платок, которым она обернула своё слишком худое и костлявое тело. - Солнце в глаза светит, - ответил за двоих Джуни. Миша лишь согласно кивнул. - Мм, ну, во время трапезы можно снять, - не унималась незнакомка. - А что такого? - недовольно морщя лоб, встряла в разговор Кеншин. В её огромных глазах загорелся огонёк стервозности. - Ничего… - сразу затихла женщина. Джуни благодарно посмотрел на жену. Всё время, пока мы были за столом, я и Миша переглядывались. Кажется, Мишу не покидала мысль, что они вчера подрались. Я и сама ничего не могла толком сказать. Теперь мне казалось, что я вообще всё забыла. Вот что значит напиваться в хлам. Надо черкнуть в голове, что так делать больше не стоит.

***

Ближе к вечеру все гости собрались в круг и стали танцевать. Мы с Мишей тоже присоеденились к этому буйству. Нам же нужно было репетировать, чем не вариант. - О, знакомая песня, - радостно сказала я, кружась вокруг Миши. - И что же за песня? - улыбнувшись, спросил Миша. Стало прохладно, и ветер заиграл в его волосах. - Cro - Dream. Я и Миша встали впереди всех и начали танцевать под Cro. Вскоре народ присоединился к этому своеобразному флешмобу. Даже Кеншин, которая, как оказалось, не любила танцевать, с радостью приняла участие в танцах. Разве что Джуни не обрадовался этой затее.

***

Пришла пора уезжать. Я с какой-то непонятной грустью собирала чемодан. Миша копался в ванной, собирая туалетные принадлежности. Тяжело вздохнув, я села на огромную кровать. Голова потянулась к подушке, и я почувствовала запах лаванды. За эти короткие выходные номер стал, как родной дом, пляж - пристанищем, а веранда - субботним баром. Не думала, что мне так не захочется отсюда уезжать. На балконе всё также пахло свежестью. Облокотившись на поручень, я смотрела на кучку цветных пятен внизу, на пляже. Все продолжали веселиться. Тут и там мелькали бутылки с выпивкой, а гости творили что-то невообразимое. Море шумело своим величественным звучанием. Дома меня ждёт семья. Отчего-то мне так захотелось обнять родных. Мать, Пола, Себастиана, но особенно - своего родного отца. Именно это место вызывало особую ностальгию по нему. Какую-то невероятную печаль и тоску. Будто всё, что есть от него, находится именно здесь: у этого моря, на этом пляже, в этом пушистом небе. Мою холеру прервал Миша. Зайдя на балкон, тот сказал: - Я готов. Я обернулась. Мысли сами собой стали путаться. - Да, пора, - я снова уставилась на пляж. - Не хочется уезжать? Я верно угадал? - спросил Миша, подходя ко мне. - Да, ты прав. Это странно. Я бы хотела остаться здесь… - Кажется, я понимаю тебя. Такие же чувства у меня вызывает Хорватия. Какую-то настальгию, будто я всю жизнь там прожил, уезжал куда-то и вот вернулся домой, но скоро уезжать опять, - я удивлённо посмотрела на танцора. - Да. Именно так… Мы ещё постояли на балконе минут десять, наблюдая за морем и гостями, а потом, взяв чемоданы, стали спускаться в холл…

***

- Безумно рада, что вы приехали! - говорила Кеншин, обнимая меня, пока Миша складывал чемоданы в багажник. - Мы тоже были счастливы быть гостями на вашей свадьбе. Желаю вам счастливой семейной жизни, - я держала её за руку, а она поглаживала меня по загорелому плечу. - Я была бы рада ещё как-нибудь встретиться, - Кеншин говорила искренне, и я давно уже перестала воспринимать её как соперницу и врага. Между нами воцарилось женское понимание. - Обязательно. - Фотографии я пришлю тебе на е-мейл! - Буду ждать, - и, помахав ей на прощание, я села в машину. Джуни не пришёл нас проводить. Это было странно. И только когда мы уже почти скрылись за поворотом, я увидела его, обнимающего за талию Кеншин. В голове замелькали обрывки каких-то картин. Я зажмурила глаза. - Всё нормально? - поинтересовался Миша. - Да, - ответила я. - Ты какая-то бледная. У тебя случайно нет температуры? - его рука потянулась к моему лбу. - Да вроде холодный, - ответил он сам себе. А я уже вспомнила, кто ударил Джуни. Воспоминания вчерашней ночи стали возвращаться, стоило мне увидеть Джуни вдалеке. Это же была я! Я вспомнила, как он ко мне приставал, как я ударила его, как выбежала из комнаты, и как возмущался сегодня Джуни. Он злился на меня. Я вдруг раскаялась, но потом тут же возмущение изверглось из меня, как лава из вулкана. - Вот ведь ублюдок! - сказала я, хлопая себя по колену. Миша удивленно уставился на меня. В его глазах явственно читался вопрос. - Это была я. Но ему не стоило распускать руки! - О чём ты? - Миша всё также недоумевал. Тогда я поведала ему всю историю, отчего лицо парня менялось на глазах. - Думаю, стоит вернуться обратно, - решительно сказал Миша. - Издеваешься? Не-е-ет. К тому же, он получил своё. - Но.., - начал Миша. - И не спорь со мной, - так же решительно прервала его я.

***

Когда Мишина машина подъехала к моему дому, я вдруг поняла, что не хочу сейчас туда возвращаться. Я сидела. - Что-то не так? - Знаешь, может, нам съездить куда-нибудь? - В смысле? - Тут на холме парк есть. Можем погулять. - Не хочешь возвращаться домой? - угадал мои мысли Габриэль. Я кивнула. - Но почему? - Я как будто вернулась в старый мир. - Есть у меня идея, - сказал парень, и, тронувшись с места, мы поехали в неизвестном для меня направлении. Мы приехали в лес. В летний прохладный лес. Лес, который хранит чужие тайны, горести и радости. Я удовлетворённо охнула. Ведь, действительно, это то место, в котором я сейчас хотела бы оказаться. Мама часто рассказывала мне, как они с отцом любили ездить на пикники. По моей коже прошлись тысячи мурашек при воспоминании о прошлом. Выйдя из машины, я глубокого вздохнула. Запах свободы и свежести. Зелень мерцала повсюду. Зелёные листья ковром простилались далеко в даль. Ступая по ним, я слышала мягкий хруст. Шла я осторожно и медленно, стараясь ничего не упускать из виду. Где-то вдали щебетали птички, а на ближнем дереве я увидела белочку. Какое-то новое чувство поглотило меня. Оно было всепоглощающее и такое необъятное, что казалось, будто не хватает места лёгким. Я снова медленно и глубоко вдыхала, продвигаясь всё дальше и дальше. Не знаю, сколько прошло времени, прежде чем я вспомнила о Мише. Обернувшись, я увидела его, стоящим у машины. Тот держал в руках камеру и с лукавой улыбкой снимал меня. - Что? Ты серьёзно? - спросила я, уходя в глубь леса. - Абсолютно, - ответил парень, смеясь. Он следовал за мной. - Нет, правда, зачем это? - Мне понравилось снимать. Определённо стоит подумать о смене профессии, - шутливо сказал Миша. Я устало улыбнулась. Силы вдруг куда-то делись. В конце дороги я увидела реку. Она была спрятана за деревьями, отчего не сразу показывалась глазам. Я побежала, чтобы быстрее оказаться в том месте. В лицо дул лёгкий ветер, а ноги словно скользили по ковру из листьев. - Эй, подожди меня! Не убегай далеко! - услышала я крик позади себя. Кажется, Миша потерял меня из виду. Резко остановившись, я затаила дыхание. Река шумно журчала, а сам вид спешащей куда-то воды завораживал. Не заботясь о том, что запачкаю джинсы, я села на траву, скрестив ноги в позе лотоса. Река всё бежала и бежала, а я не могла оторвать глаз. Под навесом из деревьем я была скрыта от всего мира, отчего мне стало уютно. Захотелось почитать или послушать классическую музыку. Я закрыла глаза. Медитация началась. Вдох. Выдох. Вдох. Выдох. И снова вдох. И снова выдох. В душе воцарилось спокойствие и гармония. Я отстранилась от всего. В мои уши проникали только чириканье птиц и ненавязчивый шум воды. Самое лучшее место для медитации. Надо обязательно сюда вернуться. - Вот ты где, - услышала я над самым ухом Мишин голос. Кажется, он слегка запыхался. - Потерял меня? - спросила я, не открывая глаз. - Есть такое, - я услышала, как он сел на траву рядом со мной. Глаза инстинктивно открылись, и моему взору предстала довольно забавная картина: Миша, в лесу, в позе лотоса и с камерой в руках. Я расплылась в умиленной улыбке. Миша в ответ широко улыбнулся, и трещинки морщинок легли в уголках его глаз. - Тебя сегодня тянет на медитацию и хандру? - Да, пожалуй, - улыбнулась я, снова закрывая глаза. - Что-то случилось? Почему ты не хочешь домой? - я почувствовала, как мою руку щекочет травинка. Миша водил её по моей ладони. Чувства обострились, и уже спустя пару секунд всё тело покрылось мурашками. - Просто устала слегка. Захотелось расслабиться. Лес самое лучшее место. - Хм, - я почувствовала, как Миша нахмурился. И после его "хм" мы замолчали. Я всё также сидела в позе лотоса с закрытыми глазами, а в голове крутилась причина, по которой мне грустно. Я вроде бы и веселилась на свадьбе, но в то же время на сердце было как-то тяжело. Это место заставило меня думать об отце. И вроде бы умер он, когда я была ещё маленькой, но у меня всегда было такое чувство, будто я его знала дольше, чем на самом деле. И я сильно ощущаю его отсутствие. Каким бы хорошим не был Пол и как бы не заботился обо мне, я его никогда не воспринимала, как отца. А так бы хотелось иметь папу. Отчего-то я стала чаще думать о том, что было бы, если бы его не убили. Я верю, что мы были бы безумно счастливой семьёй, но правда ли это? Я не уверена. Вдруг было бы только хуже? В любом случае, как бы там не было, всё так, как есть, и это правильно.

***

Назад я ехала отдохнувшая и с счастливой улыбкой. Этот лес - просто волшебное место. После моей медитации мы ещё долго болтали с Мишей и вернулись в город, когда уже стемнело. Возле моего дома горели фонари. Лужайку охраняли садовые фигурки, которых, я готова поклясться, ещё пару дней назад не было. Это точно мой дом? Я даже огляделась вокруг, чтобы точно осознать, что это всё-таки он. Мама что, решила заняться садоводством? - Спасибо тебе, - я простодушно взглянула Мише в глаза. - Мне понравилось, - тот улыбнулся. - Мы уделали Джуни, - заметила я. - Ещё как уделали. Эту свадьбу я точно не забуду. Хотя, мне бы для начала вспомнить до конца, что было, - при этих словах он засмеялся и дотронулся до своего синяка. - Ой, я тоже не забуду. И да, я тоже не всё помню, - я тоже засмеялась, но, вспомнив приватный танец, затихла. Я надеюсь, что он этого не помнит, ибо мне очень и очень стыдно. Это не тот человек, для которого я хотела бы танцевать приватный танец в дико нетрезвом состоянии. Точно не пьяной… - Завтра в тоже время. Не забывай, - напомнил парень. - Это ты не забывай, - не осталась я в долгу, хлопая дверью.

***

Не знаю, кто из домашних был сильнее всех рад меня видеть: мама, которая очень беспокоилась и облегченно вздохнула при моём появлении; Пол, который приготовил специально для моего возвращения ужин (чему я очень удивилась) или всё-таки Себастиан, который не переставал меня обнимать с того момента, как я переступила порог, и который завалил меня вопросами. Ужин с домашними при приглушенном свете и с обсуждением проведенного уик-энда, что может быть лучше? - Мам, откуда у нас те фигурки на лужайке? - удивлённо поинтересовалась я, жуя курицу. - Захотелось чего-то нового. Вот и выделила себе день на садоводство. На заднем дворе стоит фигурка лебедя, которого я, между прочим, сама смастерила. Я только охнула. Меня не было всего-то две ночи, а она уже умудрилась что-то удумать. Люблю я всё-таки свою маму. - Что? - спросила та, увидев мою улыбку. - Ничего, - моя улыбка стала только шире. Домашние переглянулись, а я всё с той же улыбкой опустила взгляд в тарелку. Вечер я провела как обычно, в компании брата. Мы устроились в его комнате, включив для фона какой-то фильм. Удобно примостившись на его плече, я делилась всем, что произошло на свадьбе, умолчав о приватном танце. Этого я не могла рассказать даже ему.

***

Потянулись дни подготовки к съёмкам. Я с головой ушла в эти заботы. Ещё несколько дней - и мы отправимся в путь. Я начинала слегка нервничать, но не подавала виду. Я всё смогу. У меня получится. Если у Миши получилось в своё время, то и у меня должно. Я справлюсь, главное, глубже дышать…