Легенда о Сером Страже

Остагар. Порождения тьмы были повсюду. Действуя уже по привычной схеме, отряд отправился вперед, следуя за командиром. Тот что-то хотел найти, но никому не говорил, что именно. Пока не взломал сундук возле бывшего королевского шатра. Снаряжение короля Кайлана. — Это оно, — осипшим голосом запищал Шэлл, с возбужденным блеском в глазах взволнованно перебирая снаряжение своими ловкими пальцами. — Я так и знал! — закричал на него храмовник, — Тебе нужно было именно это! Алчная сволочь! — Как грубо… — обиделся долиец, — да ты хоть понимаешь, сколько сейчас может стоить меч короля? Ворон посмотрел на меч вместе с Алистером и чуть не потерял дар речи. Этот меч был не просто дорогим, но еще и невероятно мощным и острым. А то, что им владел сам король, еще больше поднимало его в цене. — А, какой сексуальный меч! — взвыл убийца, отобрав меч из рук командира, тот растерянно хлопал глазами, глядя на пустые руки, никогда и никто из отряда не проявлял такой наглости, — Я хочу его! — Не лапай меч короля! — а это взвыл храмовник, отняв у Ворона меч брата. — Эй, вообще-то это моя добыча! — возмутился долиец и стал отбирать меч у храмовника, но тот вцепился в него как голодный пес в кость, антиванец тоже не остался в стороне и стал тянуть меч к себе. — Ну вот, мальчики нашли себе новые игрушки, сейчас подерутся, пока не поделят, — фыркнула Морриган. — А ведь меч и вправду очень дорогой, — заметила жрица, в прошлом, несомненно, вор и убийца. — … — Стэн тяжко вздохнул, не зная, что сказать. Меч у кунари хоронят с вместе с убитыми, те не расстаются со своими мечами и после смерти. Это их душа. Душа воина. — Не позволю вам трогать меч короля! — кричал Алистер, с трудом отняв меч у жадных эльфов. — Ладно, ладно. Вот и воюй с этим мечом, а тот, что я дал тебе раньше, на базу гони! — взревел командир. — Чего?! Грабеж! — храмовник почти любовно обнял меч короля и свой старый меч, не желая ничего и никому отдавать. Откуда в нем такая жадность? Видимо долиец плохо на него влияет. Как говорится, с кем поведешься. — А как же я? Я тоже хочу такой меч! — возмущался Ворон. — Меч? Отлично! Есть и другой меч, не менее ценный во всех смыслах, — утешил долиец, уже зная, что искать еще стоит поискать на руинах Остагара. — И где же он? — тут же оживился убийца. — Ну, нам нужно будет спуститься на поле боя. У Дункана были отменные мечи, вот их и поделим, — вспомнил долиец. Те мечи он отлично помнил. Слишком уж они были хороши, видимо, под заказ сделаны, и очень умелым кузнецом. — Ну, тогда вперед! — загорелся Ворон. — Эй! Мы что будем каждое тело шмонать? — поразился Алистер. — Что за глупости? — парировал командир, — Мне нужно только самое ценное! И еще, — долиец задумчиво напялил шлем короля на голову храмовника, — надевай свое новое снаряжение! — Ты издеваешься? — удивился тот. — Почему же? Вы с королем почти на одно лицо, у вас даже комплекция одинаковая, братья как-никак. Всё, без разговоров, надевай доспех! Кайлан хотел убить Архидемона именно этим мечом и выйти против него именно в этом доспехе, да не успел. Порождения тьмы напали неожиданно. Поэтому, исполни его волю, как брат. Думаю, так ты почтишь его память лучше любого ритуала. Сказано было серьезно. Алистер сглотнул, слезы навернулись на глаза. Он даже не мог возразить. Впрочем, он и не хотел. Шэлл был прав. Он должен был принять смерть брата и Дункана. Но главное исполнить их волю. Их последнее желание. Он был просто обязан сделать это. Через некоторое время, отряд продвинулся еще дальше, оставляя по дороге тела из порождений тьмы. — А ловко ты манипулируешь людьми, — заметила Морриган, когда долиец решил сделать небольшой привал, перед тем как войти в башню, где когда-то они зажигали сигнальный огонь. Именно оттуда и напали на них гарлоки, значит, под башней был лаз и он знал, что оттуда можно было проникнуть на поле боя. — Ты меня переоцениваешь, — хмыкнул эльф. — Скорей наоборот, мы тебя недооцениваем. Я слышала, снотворное разбилось, как думаешь разбираться с кошмарами? — Хочешь что-то предложить? — Нет, просто гадаю, как же тебе удалось заснуть без снотворного? Есть ведь другой способ, я права? — Их несколько, — ушел от ответа эльф. — Да неужели? Тогда моя помощь тебе больше не нужна? Верно? Шэлл мысленно кусал ногти, он зависел от какой-то склянки со снотворным! — Ну, мне бы не помешал запасной вариант с еще одной склянкой снотворного, — нервно хохотнул долиец. — Запасной? О, тогда нет проблем. Как-нибудь сделаю. — Э? Что значит «как-нибудь»?! — То и значит. Для снотворного нужны определенные ингредиенты, а их сейчас у меня нет. Возможно, в Денериме я его и сделаю. Не знаю. Вот же плутовка! Страж последними словами материл ее, не зная, что теперь делать. Вариант с Зевраном не рассматривался. Оставалось только тренировать собственную волю и научиться, как и Дункан пресекать эти кошмары. Интересно, как долго этот бородатый шем этому учился? Собравшись с силами, отряд двинулся дальше. Началась новая череда сражений уже в башне. Как Шэлл и полагал, там был подземный лаз. Преследуя одного генлока-некроманта, отряд оказался на усеянном трупами поле боя. Снова сражения. Только с ожившими трупами. Даже огр «ожил» и попер на них. Стэн взял его на себя. Лучница и ведьма работали слаженно. Долиец буквально молнией подлетел к огру и нанес тому серию своих лучших ударов. — Показушник, — фыркнул Стэн и переключился на других противников. — Я снова лидирую! — выкрикнул Шэлл важно стоя над поверженным огром. Это была определенно его победа! Да, не так просто завалить огромного огра. — Ничья! — осадил долийца Ворон, проскользнув мимо нерасторопных оживших мертвецов и добивая некроманта-генлока, главное марионеточника. — Вот сука, — с досадой сплюнул командир и тут его взгляд упал на мечи Дункана в поверженном теле огра. В его глазах тут же засверкали искорки, и он уже все свое внимание переключил на оружие. И да, тела короля Кайлана и Дункана они тоже нашли. Алистер настаивал на погребальной церемонии для героев. — Они мертвы, им уже все равно, пусть порождения тьмы развлекаются, — нехотя фыркнул долиец, не желая принимать участия в подобном. — Как ты можешь так говорить?! — возмутилась и Винн, — Король заслуживает пышной погребальной церемонии! А Командор Серых Стражей герой, каких еще не было в истории! Ты ж его ученик?! — К тому мертвому блондину я вообще не имею никакой причастности, — в привычной манере возмутился Шэлл, — а этот ваш Дункан меня силой притащил в Остагар! Единственная, кому я хоть что-то должен, это мать Морриган, — нехотя признал эльф. — О, тогда, как только она подохнет, я тебя позову, устроишь ей надлежащие похороны, — обмолвилась ведьма. — Непременно, — согласился тот, — подарю ей пару цветочков, на могилку. — Неужели для тебя нет ничего святого?! — поразилась лучница. Шэлл серьезно посмотрел на жрицу. Да, он не был верующим. Он не чтил своих предков, как все долийцы, потому что не знал ничего о них. Для него история долийцев никогда не была важной частью его жизни, как для других эльфов. Он не понимал, зачем столько значения придавать церемонии погребения. Мертвым уже все равно, это уже только мертвые тела. Конечно, их поступки при жизни могли быть значимыми, и о них стоит помнить, но… чем труп бездомного бродяги отличается от трупа короля? Что тот, что другой одинаково разлагаются, гниют и поглощаются трупными червями. В клане всех всегда хоронили одинаково. Не важно, кто это был — сама Хранительница или простой охотник. У людей это было несколько иначе. Шэлл нехотя сдался под давлением трех пар глаз. — Ладно, делайте, что хотите, шемы. Пусть король и тот бородатый шем горят, — вздохнул долиец, оставив отряд. За церемонией погребения долиец наблюдал со стороны, как можно дальше ото всех, не желая быть замеченным. Как ни странно, но почти все участвовали в этих похоронах: Алистер, Винн, Лелиана, Стэн и даже Потрошитель с Шейлой. Зевран нашел командира среди руин Остагара, тот разгуливал в свободной тунике и штанах, на ногах были сандалии, за спиной два одноручных меча. Доспех все-таки тяжелый и порой хочется от него отдохнуть, когда есть такая возможность. — Не привык к людским обычаям? — спросил Ворон, умудрившийся почти вплотную подкрасться к Стражу, тот не подал виду, что испугался, просто слегка повернул голову к убийце, мол, я знал, что ты следишь за мной. — Нет. Я не знал тех мертвых шемов. Может, они и герои, но сейчас не самое подходящее время для подобных панихид. — Понимаю. И все же не стоило так грубить. — Как думаешь, они возненавидят меня за это? — с хитрой улыбкой спросил долиец. Ворон вздрогнул. — Уверен, они уже ненавидят тебя. Но зачем ты это делаешь? Строишь из себя злодея? Страж усмехнулся. — А ты любопытный, иногда неведение благо. Так говорила Хранительница моего клана, и это правда. — Может, удовлетворишь хотя бы мое любопытство, раз уж тело не желаешь? В этот момент Морриган пряталась среди руин, этот разговор ее заинтересовал больше, чем вид двух тел сгорающих в неистовом пламени. Храмовник хорошо постарался с костром. — С какой стати я буду тебе это рассказывать, — заартачился упрямый долиец. — Ну, ты ведь не горишь желанием, рассказать всем, как именно избавляешься от кошмаров? Уверен, они очень удивятся, — хихикнул Зевран. — Ну ты и ублюдок. — Лучше просто Зев. Ворон протянул руку и резко прижал Стража к себе спиной, тот уже хотел вырваться, но убийца прошептал в самое ухо. — За нами следят, мой прекрасный Страж. А ведьмочка-то весьма любопытна. Как антиванец ее засек, долиец не понял, но близость убийцы раздражала. — Слушай, отпусти по-хорошему, — убить Ворона он всегда успеет, а устраивать дебош в самый разгар церемонии не хотелось. — Это приказ? — переспросил антиванец. — Да. — Что ж, как пожелаешь, мой прекрасный Страж, — в привычной манере ответил убийца и отстранился от долийца, тот с недовольным видом повернулся к нему и уставился в эти коварные янтарные глаза хищника. — Я жду ответ, почему ты хочешь, чтоб тебя ненавидели? — Не хочу дарить ложных надежд. Такой ответ устроит? — Не совсем, но не буду настаивать на большем, — кивнул Ворон и буквально исчез из виду. Да, появляться и исчезать он мог лучше всего. Словно призрак. Вечером отряд разбил лагерь уже на пути в Денерим. «Улов» как выразился долиец, превзошел все его ожидания. Он-таки нашел что хотел. А именно: боевое снаряжение и оружие короля и Командора Серых Стражей. Несомненно, они стоили всех потраченных усилий. Алистер думал, что долиец просто мечтает поскорей продать все это в Денериме, но эльф перераспределил найденное снаряжение между членами отряда. Теперь они действительно могли идти и против всей армии порождений тьмы. Храмовник долго любовался на свое… да, теперь уже свое снаряжение, когда-то принадлежащее королю. Он тихо сокрушался над мыслью, что так он действительно похож на Кайлана, но решил продолжать сражаться, да и оружие было ему по руке. Шэлл будто знал, что ему это подойдет. Зевран был тоже счастлив, получив удлиненный кинжал Дункана, новый превосходный меч и доспехи. Правда лучший меч Дункана Шэлл забрал себе, но пообещал, что если найдет что получше, то отдаст этот Ворону, тот взял с него слово и отправился ставить свою палатку. Долиец сам не понимал, почему вдруг решил все ценное отдать своим товарищам, а потом пришел к простому и логичному выводу: он начал привыкать к тому, что его воспринимают за командира и, как командир, он просто не может позволить своим подчиненным сражаться каким-то хламом и носить на себе какой-то потрепанный мусор. Они достойны лучшего, ведь он и сам лучший. Впрочем, кое-что на продажу он оставил и этого должно хватить для хорошего оружия. Меч Дункана был не совсем тем, что нужно Ему. Меч должен быть ему по руке, с определенным балансом и весом. Как опытный мечник, Шэлл в этом понимал. Этой ночью дежурить вызвалась Шейла, будучи големом, она могла обходиться и без сна. Все разошлись по своим палаткам. Было удивительно спокойно и это даже напрягало, уж слишком непривычно. Через некоторое время, Шейла заметила, как храмовник покинул свою палатку и направился к командиру. Тот еще не спал, при свете лампы он изучал план города. Денерим был очень большим, прямо настоящий лабиринт, с опасными закоулками и подозрительными улочками на окраине города. — Шэлл, нужно поговорить, — с порога заявил храмовник. Эльф молча посмотрел на него эдак «и что же тебе от меня нужно среди ночи?». — Валяй. Тот прошел в палатку и сел напротив командира. — За что ты ненавидишь нас, людей? — Это не ненависть, я просто не могу никому доверять. Кстати, мне тоже не стоит доверять. — Но… я считаю тебя своим другом и… я все равно буду тебе доверять. Эльф улыбнулся. — Я наблюдал за вашей похоронной церемонией издалека. Интересный ритуал. В долийских кланах это происходит по-другому, — задумчиво отозвался эльф. Редко он бывал откровенен, но сейчас ему было все равно. Возможно, просто устал. — И как это происходит у долийцев? — Дольше чем у вас. Много разных ритуалов. Грустные песни. Мы тоже предаем тела огню, а прах зарываем в землю и сажаем в нее дерево. — Хороший ритуал, — улыбнулся храмовник. — Хранительница всегда запрещала мне на нем присутствовать. У меня мало веры, а это может навредить покойнику. Так она говорила. От меня веет темной аурой. Я притягиваю нехорошие вещи. Так считали в клане. И, наверное, не зря. А теперь я еще и заражен скверной. — Поэтому ты и не захотел присутствовать на церемонии? Эльф кивнул. — Не забывай, мне не стоит полностью доверять. Думай своей головой. — Я понял… — Вот и хорошо, дольше проживешь, следуя этому совету. — Совет, да? Командир кивнул и снова улыбнулся. — Распоряжайся своей жизнью так, как считаешь нужным. Надеюсь, ты получил все ответы, что хотел. Если да, то иди, отдыхай. Завтра у нас много дел. Храмовник кивнул и вышел из палатки. Почему-то после разговора с командиром вся его злость и негодование исчезли. Он чувствовал облегчение и просто не мог уже обижаться на долийца. После этого разговора, Шэлл почти сразу же уснул. Но ему опять приснился кошмар, но он почему-то плавно перешел в спокойный сон. Он будто вернулся в детство. Он снова бегал по лесу с Тамленом, лазил по деревьям, плавал в реке и делал то, что любил больше всего: ходил босиком по скользким мокрым бревнам, плавающими в реке. Балансировать на них было не просто, но у него всегда это получалось. Проснулся Шэлл от того, что ему снова было жарко, что-то тяжелое мешало ему перевернуться и придавливало к постели. Открыв глаза, Страж зевнул, с блаженным удовольствием потянулся, как кот, вдыхая приятный запах своей подушки, чувствуя привычное возбуждение в штанах, но… кто-то сзади зашевелился, крепко прижав к себе долийца. Заметив на своей груди тонкую руку убийцы с бронзовым загаром и просунутую ногу меж своих ног… — Зевран! — громогласно взревел командир, перебудив весь лагерь. Утреннее возбуждение снова спало, острой болью отозвавшись в яйцах. Снова утро было испорчено. Убийца резко проснулся и откатился на край постели. Шэлл возмущенно уставился на него, откатившись на другой край постели. Ворон был в легком черном халате, который был раскрыт до пояса, и долийцу открывалось прекрасное зрелище на его накачанную грудь и кубики пресса. — С добрым утром, мой прекрасный Страж, — улыбнулся Ворон, — и зови меня просто Зев. Не надо условностей, мы ж с тобой так близки… — Пошел вон! — рыкнул Страж, пальцем указав на выход. — Да что ты такой нервный? Я ж ничего тебе не сделал, — обиделся антиванец. Шэлл стал лихорадочно озираться в поисках оружия. — Зато я сейчас сделаю! Да я тебя живьем закопаю! На фарш порублю! — заорал долиец, нашаривая свои мечи, Зевран молниеносно выскочил из палатки, за ним Страж с явной жаждой убийства в глазах. Лелиана с удивлением наблюдала за играми в салки двух эльфов. Алистер проснулся от крика командира и выполз из своей палатки. Эльфы носились вокруг лагеря, один из которых одним ударом мечей выбивал искры из земли, намереваясь проломить череп шибко шустрому антиванцу. А сам антиванец, довольно ловко уклонялся, и улыбался, еще больше провоцируя Стража. — Что опять случилось? — сонно спросил храмовник подсев к лучнице. Та вовсю наблюдала за эльфами и что-то чиркала в своей книжке. — Ну… не знаю всего, видела только, как эти двое выскочили из палатки командира и вот, бегают вокруг, разминаются… — Бегают… а что они в палатке вдвоем делали? Жрица удивленно посмотрела на Алистера, закатила глаза. Такие вещи ей были не известны, поэтому она могла только догадываться, за что собственно долиец так взбесился и пытается убить наемника. — У них спрашивай, я знаю не больше тебя, — ответила она.