Легенда о Сером Страже

Да, их ждали и следили практически за каждым шагом, но не решались напасть. Ждали подходящего момента, сильно удивляясь причудам вооруженного, и, несомненно, опасного отряда. Потрошитель устроил настоящий хаос на торговой площади и даже завел себе «друга», вернее спер откуда-то мальчишку, чтобы весь день играть с ним в излюбленную игру "принеси палку" и палку они таскали по очереди. Морриган скрылась в темном переулке и провела много времени в «Диковинках Тедаса» распугивая своими странными пристрастиями к "прекрасному" местных покупателей и вводя в заблуждение продавца лавки, даже при том, что этот продавец был усмиренным магом, человеком без эмоций и чувств. Лелиана, прыгая от счастья, убежала в церковь. Стэн исчез за дверью первого попавшегося ему на глаза кабака, решив немного выпить и закусить полюбившимися ему печеньями еще с Редклифа (его маленькая тайна). Шейла и Винн решили осмотреть достопримечательности города — впервые подвернулась возможность! Одна камнем в деревне торчала неизвестно сколько, а вторая всю жизнь провела в Башне Магов, Остагар не в счет. Шэлл, не теряя времени, отправился на торговую площадь, чтобы продать все лишнее, а потом, как и Стэн, бросился на поиски трактира, где подают самые лучшие местные десерты, решив немного побаловать себя. Сидя за круглым столом, долиец с немалым удовольствием пил травяной чай, не зная с какой стороны подступиться к небольшому кусочку пирога с черникой и пожирая его плотоядным взглядом. Ворон и храмовник сидели рядом, и пили квас. Они тоже помогали долийцу с продажей различных вещей и сейчас наслаждались заслуженным отдыхом. — Слушай, Зев, иди уже в бордель, — ворчал Алистер, искренне не понимая, почему этот наемник все никак не оставит их в покое. Он как раз хотел пообщаться с долийцем наедине и убедить того отправиться в Орзаммар, чтобы заручиться поддержкой гномов в войне с порождениями тьмы. Сейчас, на стороне Стражей в союзе с людьми выступят долийцы, оборотни, маги и храмовники. И все это благодаря долийцу, с его стремлением найти лекарство от скверны и тяги к более совершенному снаряжению. Хотя, по мнению самого храмовника, у них и так было неплохое снаряжение после торговли в долийском клане в Бресилианском лесу. — Рано, вечером все самое интересное, детка, — пошло подмигнул убийца. — «Детка»?! — Алистер от негодования громко стукнул по столу кружкой. У долийца чуть не разлился чай, а он только-только уже собирался попробовать пирог! Хмуро посмотрел на спутников, мысленно делая пометку вынести нафиг этих двоих из города с десятком переломов, чтоб неповадно было, и чтоб не мешали наслаждаться десертом. — А не хочешь составить мне компанию в борделе? Поверь оно того стоит, мой невинный и напряженный друг, — весело улыбаясь предложил Ворон Алистеру. — Иди-ка ты туда один! У нас, между прочим, мор на носу! Война с порождениями тьмы! Архидемон тебя побери! — негодовал храмовник. — Вот-вот, — поддакнул Зевран, — столько стресса! Расслабиться тебе просто необходимо! — Единственный, из-за кого у меня стресс, это ты! — психовал Алистер и будто, ища поддержку, посмотрел на хмурого долийца, — Может ты его убедишь? — Хм… но он прав, — задумчиво согласился командир, — сейчас самый разгар дня, а в бордель лучше идти вечером. Храмовник сокрушенно взмахнул руками и обиженно отвернулся. Шэлл был прав. — А как насчет тебя, Страж? Не желаешь составить мне компанию сегодня вечером? — подмигнул Ворон. — Тебе… нет, — однозначный ответ, ясно дающий понять, что с Зевраном он никуда не собирается идти. С кем угодно пойдет, но не с ним. Чисто из вредности. И совершенно невозмутимо, долиец начал ковыряться ложечкой в десерте. Не смотря на то, что им удалось разбогатеть на хорошую сумму денег, найти подходящий меч для себя он так и не смог. А ведь они в столице Ферелдена! — Ага, значит, если это буду не я, то ты не против? — Да, не против. Если, конечно, у меня появится желание развлечься, — не сводя глаз с пирога, ответил долиец и отправил в рот первый кусочек. Вроде вкусно. Начал отламывать второй кусочек. Не распробовал. — И когда же оно у тебя появится, мой прекрасный Страж? Шэлл слегка нахмурился, его просто бесило обращение «мой прекрасный Страж» и сколько бы он не пытался выбить это из головы убийцы, ничего не получалось. Поэтому решил достойно игнорировать. Но все равно, слово «мой» коробило. — Ну, к примеру, когда я пойму, что можно было бы неплохо заработать, как в башне магов. — Тогда бордель, самое подходящее для тебя место! Ты даже не представляешь, сколько сможешь заработать за одну ночь! А я стану твоим первым клиентом, договорились? — хитро подмигнув, и улыбнувшись, предложил Зевран. Шэлл с трудом сдержался, чтоб на месте не прибить Ворона и весь в трактир в придачу, за то, что все посетители стали невольными свидетелями их «любезностей». Алистер аж затаил дыхание и ждал развития событий, а точнее, момента, когда командир сорвется и раскурочит всё вокруг, начиная с убийцы. — Зев, я могу продать тебе оружие, доспехи, свои умения убивать и взламывать замки, но вот мое тело бесценно. — Неправда! — возмутился Ворон, — Ты сказал, что переспишь со мной, если я одолею Архидемона. Шэлл поперхнулся и поморщился, будто что-то кислое попало на язык. Ну, кто в тот раз тянул его за язык?! Права была Морриган, и зачем он дал надежду этому убийце? — А еще ты должен остановить войну, Зев. Но ты же знаешь, что это невозможно. Поэтому просто забудь. — Ну нет, как только у меня будет возможность, я напомню о твоем предложении, а пока… предлагаю развлечься до вечера, что скажешь? Шэлл задумчиво отпил чай, заняться им сейчас было действительно нечем. Им удалось выследить наемных убийц и быстро ликвидировать их, не без помощи Ворона, разумеется. А сейчас было временное затишье. Конечно, объявятся еще убийцы, и возможно лучше предыдущих, но пока есть шанс, то лучше просто наслаждаться предоставленным временем и не привлекать внимания. — И что же ты хочешь предложить? — все-таки спросил долиец, сгорая от любопытства, и заранее зная, что пожалеет. — А давай сыграем в карты на желания? Обещаю не жульничать, — предложил Ворон. — Нет, к тому же, я знаю все твои желания, и я точно не стану их исполнять. — Правда? Неужто струсил? — усмехнулся искуситель всех пороков и соблазнов. — Думаешь развести меня на «слабо»? Дурацкая попытка. Алистер молча кивнул, его командир гордый и сильный, и на провокации не ведется! — Правда? А как насчет твоих желаний, Страж? К примеру, заставить меня держаться подальше от твоей постели? Ну как? Алистер посмотрел на командира, тот с невозмутимым видом ковырялся в десерте, но храмовник был уверен, что тот действительно обдумывает предложение Ворона. — Шэлл, не вздумай соглашаться, — попытался вывести из задумчивости долийца храмовник. Командир продолжил ковыряться в десерте. Предложение Зеврана было до безобразия заманчивым. Наконец-то он сможет заставить его держаться подальше от себя любимого! Но! Это только если он выиграет. Он, конечно, может выиграть, но может и проиграть! А в случае проигрыша… долиец поднял глаза и внимательно посмотрел в глаза убийцы. — И какое же твое желание, Зев? — Оу? Ты ведь сам сказал, что знаешь все мои желания. Так зачем я буду их говорить? — Шэлл, не поддавайся, — распереживался Алистер. Вместо ответа, долиец рассмеялся. Это несколько успокоило храмовника. — Игра в карты… скучно, — успокоившись, заговорил долиец, — если тебе так хочется развлечься, то, как насчет игры в «правда или вымысел»? В клане это была самая популярная игра, число участвующих неограниченно. Уверен, ты многое хотел бы узнать о долийцах, обо мне или Алистере. Теперь пришла очередь Ворона задуматься. Шэлл искушал его и весьма успешно. Ничья. — А может, просто поедим и прогуляемся по городу? — невинно предложил Алистер. — Нет!!! — одновременно отозвались эльфы, не сводя глаз друг с друга. — Предлагаю компромисс, — после нескольких минут молчания заговорил Зевран. — Ну, предлагай, — легкомысленно отозвался Шэлл с таким видом «мне все похер». — Играем в карты, а проигравший рассказывает то, что спрашивают победители. Но только правду. Стражи переглянулись. Алистеру было интересно узнать о прошлом долийца, а тому было интересно узнать кое-что про Зеврана, а тот… лукаво поглядывая на Стражей, мечтал выведать все их интимные секреты. Не сговариваясь, все согласились и направились в гостиницу. Вскоре, Серые Стражи и антиванский Ворон с самым серьезным видом играли в «дурака». Игру они решили провести в общей комнате отдыха в своей гостинице на мягком ковре, поскольку почти все посетители трактира собрались вокруг, решив понаблюдать за ними. Уж больно громко они кричали, но больше всего посетители заинтересовались ими из-за выкрика Зеврана «ты сказал, что переспишь со мной». И, конечно же, всем стало интересно, кто с кем из трех парней переспит. А лишнее внимание было совсем некстати! И еще, в гостинице им удалось снять большой номер для всего отряда. Одна общая комната отдыха и три 3-х местных номера. Сложность была только в выборе, с кем еще двумя придется ночевать в одной комнате, но об этом все решили побеспокоиться уже вечером. Алистер искренне надеялся, что Ворон будет ночевать в борделе. Шэлл тоже на это надеялся. — Ты проиграл, — весело проинформировал Зевран, кинув храмовнику пару королей, а тот уже с минуту гипнотизировал карты, у него не было ни одного козыря. В итоге пришлось забрать карты. Шэлл вышел из игры раньше Ворона и уже обдумывал свой вопрос. — Итак, — весело начал долиец в нетерпении потирая ручки, когда храмовник сложил колоду карт, — Алистер, что ты любишь? — Э? — растерялся храмовник, Ворон с любопытством посмотрел на него. — Ну, есть ли у тебя хобби? Любимое занятие? Что тебе нравится? — продолжал интересоваться Шэлл. — Мне вот тоже интересно. Что же тебе нравится? — активно подключился Зевран, — А то у меня иногда складывается такое впечатление, что тебе и в самом деле нравится ныть и ворчать. — Неправда! У меня много увлечений! — возмутился тот, — Мне нравится слушать песни, смотреть выступления, играть… — Играть? — удивился Ворон. Храмовник смутился, никогда ему еще не было так стыдно. — Ну… у меня было не самое лучшее детство… так что… — Да мне все равно, что за детство у тебя было, — оборвал долиец, — я просто хочу знать, что ты любишь. У каждого должно быть любимое занятие, которому ты можешь посвятить всю свою жизнь. — Занятие? Ну… думаю я хотел бы заняться кукольным театром. Мне это всегда нравилось. К удивлению храмовника, Шэлл задумался, а Зевран усмехнулся. — Теперь моя очередь! — выкрикнул Ворон, по правилам игры, он тоже имел право на один вопрос, а потом долиец должен был задать вопрос ему, поскольку первым вышел из игры и в каком-то смысле победил обоих. — Спрашивай, — нехотя отозвался Алистер, уже начиная бояться вопросов антиванца, а тот мог спрашивать действительно неприятные вещи, или неприличные, что в его случае одно и то же. — Хорошо! Ты девственник? Повисло молчание. — Да, — тихий ответ. — Оу? Вроде взрослый парень, а все еще девственник, — начал посмеиваться Ворон. — Ну и что с того?! — разозлился храмовник. — Да не волнуйся ты так, весь отряд уже в курсе. — Че… когда?! — испугался Алистер, вскакивая на ноги. — Наверное, еще с появления Морриган, — глубокомысленно изрек Шэлл, — она всем на это «тонко» намекала. Угу. Точно. — Да что ты… да ты сам девственник! — нашелся храмовник. Долиец усмехнулся. — Вот когда дойдет очередь до тебя спрашивать, тогда и спрашивай. И еще, кажется, ты забыл, но я еще несовершеннолетний, а в клане, до совершеннолетия любое соитие с соплеменником, карается… — Шэлл красноречиво посмотрел на антиванца, хитро улыбнулся, — если тебе это интересно, можешь потом спросить, чем же карается в долийских кланах соитие с соплеменником. Знаешь, очень животрепещущая тема, за живое хватает. — Только не говори, что по этой дурацкой причине, ты мне до сих пор отказывал, — возмутился Ворон. — Нет, не поэтому. Причина более личная, чем тебе кажется. Лучше ответь, мне на вопрос, по правилу игры, как можно трахать парня? Это ж вообще противоестественно! — это был самый наболевший вопрос, еще с момента, когда Шэлл узнал, что Тамлен и Фенарель были любовниками. Действительно! Они ж оба парни! Да это просто физически невозможно! Ну нет у мужика того, что есть у женщин, а значит между ними просто не может быть никакой любви! Уверенно убеждал себя Шэлл, наивно полагая, что все ограничивается поцелуями, ну и возможно… только возможно лапанья по телу. Зевран не раз уже успел его пообнимать, поцеловать (искусственное дыхание, как же!) и поставить красочный засос в шею. Ворон плотоядно облизнулся, не сводя голодных глаз с долийца, храмовник аж забыл, как дышать в ожидании ответа. Долийца всего передернуло. — Как, говоришь? Ну например, раком. Могу продемонстрировать, — весьма охотно предложил Зевран, протягивая руки к долийцу. Тот отскочил от него как от прокаженного и выставил перед собой кинжал. Каким образом оружие так быстро оказалось в руке, даже долиец удивился — сработал обострившийся инстинкт самосохранения. Наверняка! — Я просил ответы, а не действия! Гребанный извращенец! Даже не вздумай прикасаться ко мне! — выпалил Шэлл, не желая снова оказаться прижатым к земле этим похотливым животным. — Как грубо, — обиделся тот, сложив руки на груди, — вообще-то объяснения такого рода сложно понять тому, кто еще не познал близости с другим мужчиной. — Зато ты у нас во все посвященный, вот и рассказывай! — нашелся Шэлл, нашаривая второй рукой еще один кинжал. Мало ли! — Хорошо, — вздохнул Ворон и уставился в серебристые глаза командира, — тогда представляй и фантазируй, мой Серый Страж. — Так, давай без «мой». Меня это уже задолбало! — Нет, — хитро усмехнулся убийца, — ты Моя жертва. Ты Мой пленитель. Мой командир. Мой Серый Страж. Мой. — Ладно, — сдался долиец, мысленно костеря Ворона всеми бранными словами, что знал, — говори, что ты там хотел, — фыркнул Шэлл, уже начиная жалеть, что задал такой вопрос. Алистер только сейчас вспомнил, что тоже вроде как участвует в игре и сел рядом с командиром, просто поражаясь его железной выдержке. — Представь себя голым, на четвереньках, — заговорил Зевран тихим вкрадчивым голосом, не сводя хищных глаз с долийца, — и представь меня голым. Я нависаю сверху над тобой, прижимаюсь своими яйцами к твоей заднице и трахаю тебя здесь, на ковре. Алистер это красочно и четко представил, побледнел и… забежал в первую попавшуюся комнату в поисках туалета, квас резко, как понос, норовил выскочить из желудка, ужаснувшись яркой фантазии мозга. Шэлл тоже заметно побледнел, но смог сохранить свою хладнокровность за счет своей гордости. Расставаться с десертом по примеру храмовника он не собирался. Он сильный! За дверью одной из комнат доносились характерные звуки рвоты. Алистера выворачивало наизнанку. Нельзя быть таким впечатлительным. — Какого демона! Быстро поменял главных героев на тех, кого я не знаю… и вообще! У задницы может быть только одна естественная функция! — уже кричал Шэлл, в голове которого все моральные принципы дали трещину и начали ломаться, а он отчаянно пытался все удержать на разбавленном клею. Но это было бесполезно. Это было то же что пытаться соединить сломанные половинки меча. Сломанный меч не склеить. А переплавка не вернет его к прежнему состоянию. А Зевран, кажется, просто веселился, качественно так издевался, вынося мозг всем окружающим. — Ошибаешься. У твоей задницы много функций. И она просто нуждается в анальном сексе. Могу доказать, если желаешь, — пошло подмигнул убийца. — Не трогай мою задницу! — не выдержал Шэлл. Фен-Харел с ними, с моральными принципами, как гордый долиец, он никогда не позволит коснуться себя! От его крика храмовник быстро выскочил из комнаты, вытирая лицо влажным полотенцем и стал ошалело озираться в поисках жуткой картины, а именно: Ворон, нависает над голым командиром и лапает его за жопу как в недавней фантазии. К счастью, картина оказалась иная: долиец, вооруженный кинжалами в одном конце комнаты и убийца, не сводящий с него хищных глаз и облизывающий губы в другом. За дверью номера, в общем коридоре, что-то или кто-то упал, ругнулся и поспешно ретировался. Ворон засмеялся. — Да ладно тебе, если б я хотел тебе вставить, то сделал бы это еще этой ночью. Ты бы даже не сопротивлялся. Но просто трахать бревно меня как-то не тянет. Про поцелуй в губы Зевран намеренно умолчал, пусть это будет только его маленькая тайна. — Тогда какого демона ты вечно пробираешься в мою постель?! — продолжал возмущаться Шэлл, не собираясь сдавать позиции. — Мы вроде играем? — хитро прищурился Ворон, — Вот выиграешь еще раз, тогда отвечу. Кстати, ты так и не дослушал мой ответ на предыдущий вопрос. — Что-то мне уже страшно слышать продолжение, — сознался командир, мысленно мечтая покинуть эту комнату, эту гостиницу, вообще Денерим и схорониться, где-нибудь, подальше от этого извращенца. О да! Как можно дальше от этого жуткого пошляка. — Лучше б спросил что-то дельное, чем такую фигню, — подлил масла в огонь Алистер, повесив полотенце на ручку двери, возвращаясь в комнату отдыха и устраиваясь на своем месте. Шэлл мысленно матюкнулся. Он уже десять раз пожалел, что спросил об этом, а может и пару десятков раз. Убрал кинжалы в ножны под пристальным взглядом Ворона и вернулся на свое место. Как-никак, но игра есть игра, и вроде как уговор провести время вместе до вечера был единогласным. Но не успел Зевран и рта открыть, как долиец резко перебил его: — И не смей больше приводить в пример меня. Ты понял?! — Хм? А как насчет Алистера? — Ворон красноречиво перевел взгляд на храмовника, тот резко покраснел, побледнел, пошел пятнами и только спустя несколько секунд вспомнил, что умеет разговаривать. — Ни в коем случае! Это был твой вопрос, Шэлл, вот и отдувайся! — громко возмутился Алистер, гневно смотря на командира, не ожидая от него такой подставы. К счастью, к этому времени, долиец уже окончательно пришел в себя (ага, после недавней пошлой фантазии, против собственной воли, между прочим). В любом случае, он уже мог мыслить вполне себе адекватно. Ну, в смысле, воспринимать все не серьезно и открыто острить, играя у всех на нервах. О да! Играть на нервах окружающих стало его излюбленным занятием среди шемов. А вывести Зеврана из себя… да это ж теперь его цель! Особенно после его пошлой фантазии! Это месть! — Ах вот как ты запел? — наигранно-возмущенно заговорил долиец, — Я тут пытаюсь спасти твою задницу от жесткой мести, а ты! Или тебе действительно нравится представлять меня в таком виде, как описал Зев? — для пущей убедительности долиец изогнул левую бровь. Ворон пошло улыбнулся, глядя на храмовника, который уже совсем растерялся. — Ты… да как ты мог так подумать обо мне?! — А обо мне в таком русле думать можно?! — насупился долиец. Он был сильно обижен. — Все! Я выхожу из игры! — психанул храмовник, и выскочил из комнаты. — Предатель! Так вот какие шемы бывают! Чуть что, сразу в кусты! Трус! — с чувством кричал Шэлл, зная, что тот его слышит. Немного успокоившись, Страж посмотрел на Ворона, тот невозмутимо перетасовал карты и стал раскладывать. — Я могу взять тебя у стены, — совершенно обыденным голосом заговорил убийца, будто они говорили о погоде. Шэлл героически подавил желание двинуть антиванцу промеж ног. О, это был самый настоящий подвиг, на который оказалась способна его выдержка! — У стены? Какие-то у тебя скучные фантазии, — Шэлл решил больше не поддаваться на провокации и пойти ва-банк. Достать Ворона так, чтоб он просто взвыл от недотраха и зарыдал кровавыми слезами! О да! От такой перспективы долиец аж возликовал в мыслях. Он точно доведет его! Карты были розданы, и началась очередная игра в «дурака» и до конца игры Зевран решил в подробностях расписать, как можно трахать парня. — Можно и просто на кровати, ты обхватишь меня ногами, а я буду держать тебя за бедра. А если понравится, могу тебе даже позволить оседлать меня. — Н-да, все-таки фантазиями ты не блещешь. — Хочешь экзотики? — заговорчески подмигнул Ворон. Спокойно Шэлл, спокойно! Убить его можно после Логэйна, а та сволочь долго не проживет! Это точно! — Удиви, — скучающим голосом отозвался Страж. Ворон ненадолго задумался и выдал, отбив пару карт. — Как насчет ванны? В воде? Под водопадом? — Не удивил, — бесцветно ответил долиец, подгребая карты в свой веер, не имея возможности отбить. Зевран начинал злиться, Шэлл веселился и внутренне ликовал. — Еще можно прикрутить тебя за руки к потолку, завязать глаза и оттрахать, и не обязательно моим членом. Ворон кинул Стражу крупные козырные карты, которые тот уже не смог бы отбить. Победа была за Зевраном. Шэлл отбросил от себя карты, разметав их по ковру, и яростно посмотрел на убийцу, мысленно пуская его на фарш за очередную извращенную фантазию с ним в главной роле. — Гребанный извращенец! — прорвало долийца. — Рот я тебе обязательно заткну кляпом, а может чем и другим. — Ты уже заебал своими пошлыми фантазиями! Да чтоб Архидемон тобой подавился! Тварь бесхребетная! Зевран рассмеялся, давно он уже не выводил Стража из себя. Это дарило ему море позитива на весь день, даже секс уже не нужен. Он почти удовлетворен! — А потом я посажу тебя на цепь, как собаку и буду иметь тебя, пока ты не вырубишься от усталости и оргазма, — продолжал фантазировать Ворон. — Грязный ублюдок! Да чтоб тебя запор неделю мучил! — против воли Шэлл представил весь тот ужас, который разрисовывал убийца. Стало плохо. Десерт в желудке дважды перевернулся и стал проситься на выход. Ворон уже вовсю хохотал, схватившись за живот и катаясь по ковру. Еще в коридоре Лелиана и Винн услышали гневную тираду командира, и громкий хохот антиванца, переглянувшись, они поспешили в номер. Ввалились в общую комнату и замерли. Командир, бегая по ковру и раскиданным картам, матерился так, что уши трубочкой заворачивались, а Ворон, держась за живот и катаясь по полу, дико ржал. — Что здесь… случилось? — недоуменно спросила жрица. Страж заметил девушек… верней девушку и одну старушку и смущенно притих. Посмотрел на Ворона. Попытался испепелить того взглядом. Бесполезное занятие. В итоге многозначительно хмыкнул и сел на диван с видом «а пошли все в жопу!». В итоге, отсмеявшись, Ворон оглядел всех присутствующих, вспомнил про игру, лукаво улыбнулся глядя на командира. — Скажи Страж, так чем там у вас в клане карается растление несовершеннолетних? — Блять! Нашел что спросить, — фыркнул Шэлл, уже забыв, что успел подкинуть антиванцу несколько идей о том, что спросить. — Давай, давай! Не увиливай от ответа! Ты проиграл, вот и отвечай! — потребовал Зевран. Жрица нервно сглотнула в ожидании ответа, ей это было очень интересно. Только Винн, поджав губы, скрылась в одной из комнат, решив что ванна сейчас намного важней. — Ну слушай, херов извращенец… — Давай без грубостей и называй меня Зев, — спешно перебил убийца. — Вот когда прекратишь называть меня «мой Серый Страж», тогда и проси об этом! — не остался в долгу долиец. — Я подумаю об этом, хотя… я заставлю тебя кричать мое имя во время оргазма, когда уже заполучу твою задницу. — Мечтай, ублюдок! — Слышал такое выражение «бойтесь своих желаний, они имеют обыкновение сбываться»? Страж слегка покраснел, вспомнив как совсем недавно Ворон в подробностях описал, как бы он хотел его взять. Ком подкатил к горлу. Решив отвлечься, Шэлл представил генлоков и то, как он сносит им головы. Немного полегчало и, странным образом, подняло настроение. — Зев, бесполезно мне угрожать. — Это была не угроза, мой Страж, так… предупреждение на будущее. Заметил ли сам Страж, но Ворона он все-таки называл Зев, как тот и просил. — Как мило, что ты посвятил меня в свои планы, — фыркнул Шэлл. — О, на тебя у меня всегда будут планы, особенно относительно твоей задницы. Долиец недовольно фыркнул, сил спорить с этим извращенцем не было, поэтому он решил по-быстрому ответить на вопрос и выпроводить Ворона в бордель. — Тех, кого застукали трахающимися, и если они еще несовершеннолетние, то парней всегда отправляют охотиться на медведя с одной стрелой и кинжалом, либо кастрируют при всем клане, если парень отказывается от опасной охоты, а девушек… отлучают от дома и предоставляют похожий выбор: охота на зверя с таким же хилым набором оружия, либо изгнание из клана. — Хм, интересная перспектива. Тебя ж вроде как тоже изгнали? Шэлл сжал кулаки. Жрица скрылась в своей комнате, то, что ей было интересно, она услышала. Проводив ее взглядом, долиец продолжил отвечать. — Изгнание из клана, это одно из худших наказаний. Клан посчитал, что по моей вине погиб их соплеменник. А еще я был заражен скверной. Они просто воспользовались предложением Дункана и умыли руки. — Ты их ненавидишь за это? Страж невольно задумался. Ненавидит ли он их? Да, пожалуй, не без этого… хотя мстить им он бы не стал. Клан… когда-то дом… семья… в тот момент, когда он покинул клан, то понял, ему некуда и не к кому возвращаться. У него больше нет дома. А значит, он обречен на вечное скитание, сражение с мором, всегда идти рука об руку со смертью… такова его участь. Долиец усмехнулся. Да, печальная участь. — Вот обыграешь меня, отвечу, — улыбнулся Страж. Зевран шумно вздохнул и начал помогать собирать карты. Снова началась напряженная игра. Лучница исчезла в комнате, где скрылась Винн. Девушки видимо будут ночевать втроем в одной комнате, что было вполне логично. Проблема заключалась только в одном спутнике, который, сидел напротив, пожирая долийца похотливым взглядом. — Как жаль, — печально вздохнул Ворон, — я проиграл, что ж… я весь твой, мой Страж. Сказано было тихим вкрадчивым голосом с двойным смыслом. — Да иди ты! — Оу? Неужели ты не знаешь, что спросить у меня? Как у убийцы и лучшего любовника у меня много опыта в таких делах. Ну, так что? Повторив про себя несколько раз «Спокойно Страж, не смей поддаваться на его жалкие провокации!», Шэлл перевел дух и криво усмехнулся, мысленно подвешивая Ворона за ноги и живьем сдирая с него кожу. — Скажи, только честно, на кой-хрен ты залезаешь в мою постель?! — Не могу спать один, честно. — Ну так спи с кем-нибудь другим! Меня уже заебало видеть твою физиономию каждое утро! Зевран усмехнулся, забавляясь ответом. — Зато ты всегда возбуждаешь меня и даришь мне такие эротические сны… — не двусмысленно намекнул Ворон, облизнув губы. «Спокойно Страж! Спокойно!» не помогло… Сжав кулаки, долиец попытался врезать антиванцу в нос, тот увернулся, завалившись наполовину на пол, Страж замахнулся второй рукой, но… Зевран ловко перехватил его сжатый кулак, подался всем корпусом вперед, впечатывая схваченный кулак в ковер. Шэлл зашипел от боли и уже в следующее мгновение был опрокинут на спину, а сверху нависал убийца. Как-то быстро все кончилось. И он был… близко. Слишком близко! В отчаянной попытке отпихнуть от себя Ворона, долиец уперся свободной рукой в его грудь, хоть так пытаясь увеличить расстояние между ними. Ноги тоже оказались зажаты Зевраном… вернее правая нога была зажата, а вторая, в согнутом положении… без возможности замахнуться или еще хоть как-то отпихнуть противника. — Слезь с меня, извращенец! — взвыл Страж. — Зев, просто Зев, — поправил антиванец и слегка двинул бедрами. — Блять! А ну поднял свое тело, Зев! Это приказ, еб твою мать! — на всю гостиницу завопил Страж. На его крики из комнаты выскочили Винн и Лелиана, в коридоре крики долийца услышали Морриган и Алистер, которого она удачно выловила на торговой площади и заставила тащить свои покупки. Все четверо ворвались в общую комнату отдыха. Ворон, удобно устроившись на бедрах Стража, важно восседал на нем, удерживая одну его руку, а второй Шэлл удерживал убийцу. Долиец часто дышал, сверля Зеврана серебристыми глазами. — Как прикажешь, мой прекрасный Страж, — с легкой ленцой в голосе ответил Зевран и грациозно поднялся. — Ох, как знал, что нельзя оставлять их наедине… — простонал Алистер. Командир резко сел, поднялся с грациозностью хищника, в его руках блеснули кинжалы. — Что-то я засиделся, — заметил Зевран, глянув мельком на настенные часы гномьей работы, уже было девять вечера, — пожалуй, пойду в бордель… нужно снять возбуждение, — косой взгляд на командира, который в любой момент мог сорваться с места и размозжить голову наглому и извращенному типу с тату на левой щеке. — Интересно, а он дойдет до борделя? — высказала вслух мысль всех присутствующих Морриган, с усмешкой наблюдая, как срывается с места долиец и одновременно с ним, с молниеносной скоростью вылетает Ворон из комнаты. — Ты труп!!! — долетает из коридора гневный крик командира. Боевой отряд переглядывается, в коридоре еще слышится громкий мат и грохот, затем все затихло, убийцы были на улице и с невероятной скоростью исчезли с поля видимости, пугая всех окружающих. Снова игра в салки. — Интересно, когда ж Зеврану надоест приставать к командиру? — задалась вопросом лучница, достав из кармана свою записную книжку и что-то записывая в него с улыбкой. — Наверное, когда он сможет переспать с ним, — ответила Морриган таким тоном, будто поясняла очевидные вещи. — Шэлл натурал! Он никогда не пойдет на это! — стал возмущаться храмовник, честь друга превыше всего! — Да что ты вообще знаешь об эльфах? Для них такие отношения в порядке вещей, — парировала ведьма. — Не знаю как другие эльфы, но Шэлл нормальный парень! Да он до сих пор в ужасе, от того что бывают Такие отношения между парнями! Да я сам в ужасе! — Думаешь он такой же гомофоб как и ты? А забавно, — усмехнулась Морриган. — Знаете, а мне не нравится этот антиванский Ворон, — высказалась Винн. — Ну, я сам от него не в восторге, — фыркнул Алистер, вспомнив, все шуточки убийцы в свою сторону, а так же про месть, что обещал ему Зев. Побледнел. — А как он вообще оказался среди вас? — продолжала интересоваться Винн. — Ну, его наняли убить Серых Стражей, — невозмутимо заговорила Морриган, присаживаясь на диван, — да только умения ему не хватило. Командир оказался более умелым. — Он хотел убить Стражей? Почему он еще жив? — поразилась Винн. — Да потому что командиру кажется забавным убить нанимателя его же оружием, — ответил за всех храмовник. Он это точно знал, лично у Шэлла спрашивал об этом. — И неужели этот Ворон так просто перешел на вашу сторону? — удивлялась целительница. — Ну, он вроде как провалил свое задание, поэтому, не мы его убьем, так другие Вороны. Выбора у него вроде как нет, — пожимая плечами, ответил храмовник. — Странно… я слышала о Воронах совсем другое, — вспомнила Винн, — они всегда убивали своих жертв, но у каждого убийцы свои странные извращенные наклонности. — А, точно! — вспомнила Морриган, — Зев как-то упоминал, что всегда спал со своими жертвами, если они ему нравились. Вроде как доставить им удовольствие перед смертью. Интересные у него увлечения. Полагаю, ты, Алистер у него на очереди, после командира, — хихикнула ведьма. Храмовник на глазах слился с потолком. — Думай, о чем говоришь! Этому не бывать! Мне только девушки нравятся! — Да не переживай ты, командира не так просто будет одолеть. Кстати, ты бы их надолго одних не оставлял, ну… кто знает что может случиться… — «тонко» намекнула Морриган. Алистера как ветром сдуло. Через час в гостиницу вернулись Стэн и Потрошитель. Чисто из вредности, Морриган заняла свободную комнату, заперлась и отправилась в ванну. Лелиана и Винн вернулись в свою комнату и легли спать. Кунари расположился в третьей свободной комнате. Потрошитель остался в общей комнате отдыха и развалился на ковре.