Ближе нельзя

Едва перейдя порог квартиры, Стин направился в ванную. Брайан разулся, избавился от куртки и футболки. Затем поставил чайник, приготовил горячие бутерброды и принялся ждать. Время шло. Друг не появлялся. Учитывая нестабильное состояние Стина, Брайан занервничал. Он подошёл к двери в ванную и заглянул внутрь. Дверь оказалась открыта. Стин стоял в душе не двигаясь, прислонившись лбом к стеклу и закрыв глаза. Кажется, не шевелился он уже долго, потому что волосы, едва попадавшие под горячие струи, успели промокнуть насквозь. - Стин… - позвал Брайан тихонько и, поскольку друг не отвечал, подошёл к кабинке и приоткрыл дверцу. Потянулся к приятелю и осторожно погладил плечо. - Уйди, - сказал Стин тихо и беззлобно. Брайан не обратил на сказанное никакого внимания. Он чуть отошёл, чтобы раздеться до конца, залез в кабину следом и, прижав друга к груди, принялся намыливать ему плечи. Стин вяло пошевелился. - Что ты делаешь? – спросил он устало, - уйди, сказал же. - Да ладно, что я тут не видел, - Брайан хмыкнул, продолжая омывать уже живот друга. Поскольку сопротивления не последовало, руки его вскоре оказались уже на бёдрах друга, но всё ещё избегали опасных прикосновений. Чувствуя, что напряжение партнёра растёт, Брайан отпустил его ненадолго, смыл с рук пену и, достав с полочки шампунь, взялся за волосы. Стин тихонько застонал. - Я не хочу, - прошептал он, по-прежнему не сопротивляясь, и Брайан решил, что слова, не подкреплённые действиями, не имеют силы. Закончив с волосами, Брайан сам ненадолго встал под душ, смывая случайно попавшие на тело хлопья пены, затем снова обнял друга и отключил воду. Стин всё ещё не двигался. - Совсем плохо? – спросил Брайан. Стин покачал головой. - Всё хорошо. - Оно и видно. Он аккуратно вытолкал друга из кабинки и закутал в просторное полотенце. - Пошли, - он подтолкнул его к двери, - ужинать будешь? Стин покачал головой. - Будешь, - заявил Брайан и, всё ещё придерживая друга за плечи, отвёл его на кухню. Усадил в кресло и подсунул под нос бутерброды. – Ешь, - приказал он, не допуская возражений. Стин смотрел на него пустыми глазами с полсекунды, затем взял в руку первый бутерброд и стал равнодушно жевать. - Глотать не забывай, - подсказал Брайан. Он быстро сжевал свою пару бутербродов и залпом осушил чашку остывшего чая. – Ну? Стин доел бутерброды, но выглядел всё также потеряно. Брайан потянул его за руку, заставляя встать, и, как ребёнка, отвёл в спальню. Уложив Стина на кровать, он собирался было сам устроиться на диване, но рука друга поймала его ладонь. - Брин… Брайан вздрогнул, услышав первое слово, произнесённое другом за вечер. - Я здесь, - сказал он. Усевшись в изголовье, он положил голову Стина себе на колени и погладил его по мокрым волосам. - Брин, почему я? Брайан пожал плечами. - Так устроен мир. Есть доминанты, а есть сабы. - Но я не хочу подчиняться. Ты же знаешь. Брайан вздохнул. - Раз тебя тянет к этому – значит хочешь. Просто… может быть… тебе нужно что-то другое? Он помолчал. - Что тебя так расстроило? Он сделал что-то, чего ты не хотел? Стин покачал головой и задумался, пытаясь подобрать слова. - Он… холодный. Чужой. К его телу противно прикасаться. И когда он прикасается – противно. Во время сессии я этого не чувствовал. А потом будто рухнул в собственное дерьмо. Брайан погладил друга по голове. - Может, ты был прав. Тебе это не подходит. Тебе нужен кто-то, кому ты сможешь доверять. Стин отвернулся. - Но у меня никого нет. Почему? Что со мной не так? Брайан помешкал. - Если я скажу, ты не обидишься? - Да куда уже хуже… - Понимаешь… Ты тоже – холодный. Тебя страшно принуждать. Ты даже не строптивый. Ты просто… другой. Один твой взгляд, и любой понимает, что ты не для него. Не знаю, понятно ли я говорю. Стин закрыл глаза и кивнул. - Я понимаю. Ты говоришь о том же, о чём и я. Я не хочу их, и они это чувствуют. Но как же мне захотеть, если они все – чужие? - Не знаю, - Брайан пожал плечами, - у тебя всё так сложно… Я просто беру того, кого захочу. Мне всё равно, чужой ли нет. Чужой даже лучше – никогда не потребует ничего взамен. - Ну да, - Стин усмехнулся, - на твоём месте, я, наверное, вёл бы себя так же. - Вряд ли, - Брайан пожал плечами, - тебе всё равно было бы противно. Не думай об этом. Ты просто такой, какой есть. Стин отвернулся. - Если бы я мог… Эта проклятая весна… Почему я не могу просто уйти в спячку до лета? Почему не придумают какие-то уколы, что бы не чувствовать этого голода? Брайан усмехнулся. - Потому что ты - тот единственный на миллион, которому не нравится весна. Он осторожно потянул на себя одеяло, укрывая Стина до самого горла. - Спи, братишка. Ты ещё на день приблизился к лету.