Идеальная модель

Мммм...так тепло и приятно, и пахнет чем то вкусным. И в голове уже никто молотком не работает... Стоп, если я спал рядом с Джон Хуном, то кто тогда там готовит еду? И вообще - где я? В этот раз глаза разлепились гораздо легче, и я понял, что спал уже в обнимку не с Хуном, а с большим голубым....медведем. А еще на меня пристально смотрела красивая серая кошка, и я явственно ощущал ехидство на всей ее котячей морде. - Это не то, что ты подумала, - зачем то вслух сказал я. - у меня нет видов на твоего хозяина...или ты медведя ревнуешь? - Ахахахахахха, ты точно уже протрезвел? - заржал рядом Хун, совершенно неслышно войдя в комнату. В отличие, наверное от меня, он выглядел свеженьким, в домашних штанах, благодаря чему я сразу догадался, что я все таки у него дома. - У нее слишком красноречивый взгляд. Ты с ее помощью выставляешь девиц из дома? - Иногда. Особо ретивые пытаются ее потискать, но она пускает в ход коготки. Моя дуэнья. - Эмм...а что я делаю у тебя дома? - Ты был пьян, я был пьян... скажи спасибо, что сюда доволок твою тушку. Есть в тебе прекрасная алкогольная черта - с тобой не надо над унитазом сидеть, ты вообще пьяная шальная и веселая милашка. Ахахахах - Спасибо. Эммм...а как я вчера...шалил? - Оооо...ради такого шоу, я готов тебя поить всю жизнь. - Хён, ты меня очень пугаешь. Может лучше сразу того, сдохнуть? - Чухай пока в душ, о тебя несет алкоголем и женскими духами,а потом завтракать и я поведаю о твоих ночных пьяных шалостях. Ванная комната, такая ванная комната могла принадлежать только Джон Хуну. И этим все сказано. Помывшись, и найдя приготовленную мне одежду, долго пялился в зеркало на свой фэйс. Если так вдуматься, то по фэйсу я не получал, более чем уверен, что никакого пьяного перепихона не было,а вот честь конечно мог и утратить. - Ну и что? Что ты такого вчера отколол? Даже кошка смотрела на тебя утром осуждающе...Хотя...ты же спал в обнимку с ее хозяином... ну ладно, соберись, мужик, встреть всю эту аццкую правду прямо с ноги, в лицо, пусть даже она херакнет словно молотком. Когда я выполз из ванной, ароматы еды стали еще сильнее. Прислушавшись к своему желудку, я понял, что он даже способен вкусить нечто большее чем таблетку аспирина. Дойдя до кухни, я вяло просочился к столу. Хун поставил передо мной рис, и сел напротив. Улыбка, озарившая его лицо, была улыбкой человека, держащего руку на красной кнопке самой сильной бомбы, что взорвет твой мозг. - Джон Шин-а, ты совсем ничего не помнишь? - Нуу...Самое начало я вроде помню. Все пропадает на втором стакане виски. - Ну тогда и началось самое интересное. Не знаю сколько ты к тому моменту выпил, но тебе вдруг пришло в голову спеть. - Спеть? Мне? - Да. Девочки что то мурлыкали под музыку, и вдруг ты выдал: "Ща спою вам!" и рванул к микрофону. Вначале я не понял за каким хреном ты притащил из угла стойку для микрофона. Но... - тут перед его мысленным взором явно пронеслась эта картинка, а я подумал не стриптиз ли я там отжег, но он усмехнулся и продолжил: - Ты долго искал что бы тебе спеть, и выбрал очень неожиданную песню. - Какую? - Эммм... Sex Therapy... - ЧТО???? - Да-да, именно ее. От одного твоего "Оооо, оооо, аааа..." все вдруг оживились. А уж когда ты начал петь томным, жарким полушепотом, то все дружно перестали пить. Малыш, я даже не подозревал, что ты умеешь ТАК петь. Ты пел так, словно обещал всем свою терапию...сексом... - Твою маму.... - А что ты творил со стойкой...да ты заткнул за пояс Ён Хва хёна! Ты так гибко, пластично трахал свой микрофон, что напряглись даже все мужики. Потом к тебе рванули твои девочки, и начали подтанцовывать, но поверь мне, все пялились именно на тебя. - О Боже...почему я не помер вчера? - Вчера тебе было весьма хорошо и весело, - засмеялся Хуни. - Ты был чертовски шикарен. Мало какой девушке под силу возбудить сразу всех мужиков, - теперь уже откровенно заржал Хун. - Я боюсь спрашивать что же было дальше... - Ну после песни мужики все таки оклемались, дошло до них, что ты не жаркая цыпочка, а ты пошел со своими цыпочками, Шинни, аж с двумя, на диванчик очень...продуктивно... продолжать начатое. - Судя по тому, что я здесь и один, все снова обломалось, - пробурчал я. - Я признаться удивлен. был момент, когда я видя как вы уже почти все трое в той самой кондиции, решил сам отбуксировать ваши возбужденные тушки в отель, но тут ты лажанулся... - Что? Я сам виноват? - Именно, причем тем, что выпил лишний стаканчик... Стадия возбуждения плавно перешла у вас всех в еще большее опьянение. И ваши страстные поцелуи как то внезапно изменились на пьяное подхихикивание. Причем, что смешно, вы трое были в примерно одинаковом состоянии. - Идиотизм заразен, - буркнул я. - Именно. Тут до меня дошло, что моя карма снова сопровождать твою тушку до дома. Вы начали посапывать на диване, а я решил все таки догнаться еще с Рири. Выпили мы еще немало, и тут Сынри начал просить у меня твой номер. - Зачем? - Ну...как бы... Оказалось, что твое бурное пение-танцевание возымело на него пагубное действие. Рири он...очень... свободных взглядов человек. А ты был очень...да вообщем я сам очень поразился, что ты можешь быть таким. - Ооооуооо...- со стоном уронил я голову на стол. Но стук, который издала последняя, побудил меня узнать что было дальше, и не стоит ли мне ждать нежных звонков от Сынри хёна, - Что было дальше? - Ну, я не мог тебя отдать ему на съедение, да и Джон Хен оторвет мне яйца за то, что не уберег тебя, так что я пытался отмазать... Правда к тому моменту я был аццки пьян сам, и мне не пришло ничего умней, кроме как сказать, что ты мой мальчик. - ЧТО? - Ну а что я еще мог придумать? Рири выкатил глаза с вопросом "Когда это ты стал мальчиками интересоваться?" Черт, придется ему разжевать потом, что я пошутил. - Вот уж разжуй, а то не хочу даже в его глазах быть... - Тебе не впервой такие сплетни слышать, - заржал Хун. - Тише-тише, шучу я. - Я сейчас шутки плохо воспринимаю. - Не злись. Короче, под такое вот признание, я решил, что пора нам сваливать. Чего я не ожидал, так того, что ты, пьяный в хлам, будешь так виртуозно мне подыгрывать. - Я? - Ну не я же сам! Рири пьяно вещал, что не верит мне ни на грамм, а я пошел за твоим бренным телом, понимая, что как бы я ни был пьян сам, нужно тебя отсюда забрать. Ну и пришлось тоном опытного развратника пытаться разбудить тебя. - Каким-каким? - Тоном старого озабоченного педофила! "Малыш, сладкий мой, просыпайся, твой хенним уложит тебя в постельку... " И вот тут ты, все таки разбуженный этим, закинул мне на шею руки, и обвил меня словно обезьяна пальму со словами: "Хуни, не бросай меня здесь, возьми меня спатки." - я сейчас снова буду стучаться головой о стол... - Пожалей стол, и голову. Ты мой должник на всю оставшуюся. Я не знаю как я тебя утащил к такси. Видимо это второе или сто второе дыхание открылось. Ты же реально закинул на меня свои длинные копыта, и уткнулся носом в шею, что то бормоча. Ну зато Сынри сразу сказал "О, я все понял, чувак, у вас все серьезно" и даже словил нам такси. Ты уж извиняй, но сил тащить тебя домой у меня уже не было, поэтому я приволок тебя к себе. - Спасибо что ли... - Пожалуйста, что ли.. - Ты меня точно не разыгрываешь? Да точно! Это злой розыгрыш? - Если бы... У меня видео твоего шоу есть..не сначала я правда снимал, но потом отмер и достал телефон. - Покажи. И он показал. Лучше бы я не смотрел. Когда слышишь рассказ, то все кажется нереальным и забавным, но увидеть воочию, это словно кирпич на голову. Я пел весьма хорошо, хоть тут не опозорился, но вот танцевал... буду смотреть правде в глаза: словно проститутка в баре. Честно. Лучше бы я сдох вчера. Подняв голову, я заметил, что Хуни смотрит на меня с любопытной улыбкой. Везет же мне представать перед ним в таком виде. - С тобой так весело выпивать... - неожиданно широко усмехается он. - Я. Больше. Не. Пью. Точка. - Мы живем в Корее, мы не можем не пить. - Похер. я не пью и точка. Мне страшно от того, что я могу выкинуть в следующий раз - А мне как раз очень интересно что же ты можешь выкинуть в следующий раз. Малыш, ты же мне не откажешь, - сладко пропел мне в ухо он. - Нет уж, я конечно, твой должник, но... - Мне кажется ты пьяным отпускаешь свою натуру на свободу. - перебил меня Хун. - И эта натура меня очень интригует. - Чем там интриговать... Он снова загадочно улыбнулся и начал убирать посуду со стола. Я, вспоминая его рассказ, все больше и больше осознавал, что что то во мне меняется. И это странно. Сказав самому себе, что надо хоть на время выкинуть все из головы и прекратить предаваться самобичеванию, я пошел одеваться. На пороге, прощаясь с Джон Хуном, я стыдливо улыбнулся и снова извинился: - Прости еще раз за вчерашнее. - Не стоит, было очень весело. И да... я согласен. - В смысле? - Я согласен быть твоей моделью.