Мелодия моего сердца.

Пришёл домой морально выжатый, как лимон. Уже было хотел идти к себе в комнату, когда увидел свет в гостиной. Зайдя в комнату, увидел сидящего на диване папу и пьющего кофе. - Привет, папа, - поздоровался я с ним и увидел, как он вздрогнул от неожиданности. - А, сына. Подойди-ка, у меня есть разговор. Папа поставил кружку на стол и встал. Я тяжело вздохнул, но все, же подошёл к нему, хотя сейчас хотелось только одного. - Знаешь, - начал он, но вдруг замолчал и втянул в себя воздух. – Где ты был? - Я…, - опешив, даже не знал, что и сказать, настолько меня шокировал его рык. – Гулял с друзьями. - Да ты что. И кто же это был? – иронично спросил папа. – Уж не альфа ли? - Нет, - ответил я ему, вздрогнув всем телом. – Рин и Томас. - Ха. И с каких пор они стали пахнуть как альфы? Я вроде тебя предупреждал, чтобы не подходил к ним и близко, - зашипел папа. – Ты смотрю вообще от рук отбился. Не для этого рожал тебя и растил, чтобы всякие альфы трахали тебя. Всё, хватит. Если раньше и думал оставить всё как есть, то сейчас и речи не может быть об этом. - О чём ты? - Собирай свои вещи. Завтра мы уезжаем. - Что? Но я не хочу. - А мне плевать на то, что ты хочешь, а чего не хочешь. Иди к себе и собирай вещи. Риккардо сделал мне предложение, и мы переезжаем в Испанию. - Но до окончания школы осталось всего несколько месяцев. - И что? Ты у меня умный мальчик и сможешь закончить там её, - пожал плечами папа. - Не поеду. - И где же ты будешь жить? Мои родители одобрили этот переезд и к себе точно не возьмут. Да и живут они в другом городе. Друзья твои живут с родителями и не думаю, что кто-нибудь захочет тебя терпеть так долго. А теперь иди к себе. - НЕТ, - закричал я. Папа подошёл ко мне и со всего размаху дал пощёчину. От неожиданности, не удержался и упал на пол. Да что ж это за несправедливость? То одно, то другое, а теперь вот это. Зло, посмотрев на папу, вскочил и побежал к себе в комнату. Ладно, я соберу вещи, но никогда с тобой не поеду. Да лучше на улице буду жить. Зайдя в комнату, закрыл дверь на ключ и вытащил мобильный телефон. Набрав Томаса, стал ждать ответа. - Да? - Томас, я могу пожить у тебя какое-то время? - Что-то случилось? – послышался взволнованный голос друга. - Потом расскажу. Просто ответь на вопрос. - Конечно, можешь. Родители против не будут. - Спасибо. Через час буду у тебя. - Жду. Положив трубку, облегчённо вздохнул. До конца школы поживу у него, а потом попробую в общежитие при университете попасть. Подбежав к шкафу, вытащил большую сумку и стал забрасывать туда самые необходимые вещи. Помощи от дедушек не дождусь. Благо за мои песни получил немного денег. Этого до окончания школы хватит, а потом что-нибудь придумаю. Застегнув сумку, написал записку папе и, выскользнув в окно, слез по дереву вниз. Благо мы жили в небольшом доме, и я частенько сбегал, таким образом, к друзьям. На такси доехал до Томаса, который поселил меня в гостевой комнате, а его родители не были против того, что я поживу у них пару месяцев. За чаем рассказал им про решение папы уехать заграницу. - Мэт. Живи, сколько понадобится. Твой папа не должен был так поспешно всё решать за тебя. До окончания школы осталось всего ничего, а он вздумал тебя с собой тащить, да ещё и в другую страну. Папа задержался на неделю. Постоянно звонил и приказным тоном говорил, чтобы я вернулся домой. К концу недели я даже перестал брать трубку. Друзья поддерживали меня и если честно, без них пришлось бы тяжко. Всё же это был мой папа, который был со мной все эти годы. Да он не был идеальным, иногда я его ненавидел, но всё же, наверное, до конца своих дней буду любить. В школе тоже вроде всё шло нормально. Фрэнк таки пересел и даже не смотрел в мою сторону, но это не означало, что он не флиртовал с другими. Больше никто даже не заикался про то пари. Кайл. Да, тут было тяжелей. Всё же он мне очень и очень нравился. Иногда даже казалось, что эти чувства намного сильнее любви. Боюсь даже произносить это слово, но иногда оно мелькает в моих мыслях. И это слово «истинный». Что было бы, если это правда? Отбрасываю даже намёки. Такой отморозок уж точно не мой истинный. Никогда и ни за что. На сайте всё прекрасно. Из-за экзаменов пришлось сократить онлайн вещания. Если раньше их было два-три раза в неделю, то сейчас, лишь один, максимум два. Плюс я подал документы в тот же университет что и мои друзья. Мы все втроём ездили их отдавать. Вот теперь сидим, как на иголках в ожидании ответов. Правда, из-за этого всего не забрасываем записывать песни. За полтора месяца успели записать одну, а вот сейчас заканчиваем вторую. Благо родители Томаса уехали на выходные отдыхать с друзьями. Они до сих пор шлют мне письма с просьбой связаться с ними. Не знаю, буду ли я когда-нибудь готов к сцене. Вот как раз сегодня мы сидим в мини студии и Томас с Рином, мучают меня. То им то не нравится, то это. Думаю, из них выйдут отличные специалисты. - Мэт, попробуй на тон ниже. И не забудь, что поёшь то про любовь, а не про тумбочку, которая тебе нравится, - давал указания Томас, сидя за пультом. – Давай ещё раз. Включаю музыку. Закрываю глаза и погружаюсь в мелодию. Рин действительно постарался на славу. Музыка вышла просто великолепная и будто сливалась со словами, не затмевая их, а дополняла. Думаю, эта песня будет лучшей из всех. Мы её назвали «Любовь Сирина». Последний аккорд и слышатся аплодисменты. Я открываю глаза и в ужасе вижу стоящих за спинами друзей родителей Томаса. Сняв наушники и положив их на стул, который стоял рядом, не знаю что делать. - Ну, же. Выходи к нам, Мэт. Думаю, нам предстоит длинный разговор, - улыбаясь какой-то хищной улыбкой, сказал отец Томаса. – Не бойся, мы тебя не съедим. Что тут сказать. Мурыжили они меня долго. Я всё время пытался отказаться от сцены, но они были настойчивыми. Последним аргументом было то, что я могу в живую не выходить на сцену. Томас с Рином потребовали в таком случае включить в команду и их. Зря они, что ли столько со мной возились. Я согласился с ними и сказал, что условий будет несколько. Друзья и дальше будут принимать участие в создании музыки и записи песен, а так же моё лицо никто не будет видеть. Через пару недель, когда мы окончили школу, все трое подписали контракты со студией отца Томаса. Теперь мы надолго повязаны им. Хотя первый концерт мне понравился. Думаю, если бы мне пришлось собственной персоной выйти на сцену, то на ней появился бы трупик. Вот так сильно я волновался. Сердце в груди билось, как птичка об стекло, пытаясь выбраться на свободу. Сказать, что концерт вызвал дикий восторг у фанатов Сирина, это не сказать ничего. Пришлось дать немного своей личной информации. Теперь все знают, сколько мне лет, так же знают, что отец тоже был певцом и что сейчас учусь. Ну и, конечно же, самое главное, которое все хотели разузнать. Я – омега. Особенно этот факт был радостно принят альфами. Надеюсь, больше не услышу от них, как они любят дрочить под мои песни. Меня от этого передёргивает. Всё же звёздная жизнь не для меня. О, чуть было не забыл сказать. Все те песни, что я не исполняю, покупает студия для других исполнителей. Так что, наверное, от этого есть большой плюс. Если брошу петь, то смогу просто писать другим исполнителям песни. Вот думаю и весь мой рассказ о моей короткой жизни. Только не подумайте, что я решил умереть. Ничего подобного. Просто мне больше нечего рассказывать. Хоть и люблю свою жизнь, но иногда она бывает скучна. Томас нашёл своего альфу. Им оказался один из его коллег. Рин пока не интересуется альфами, как и я. Полностью ушёл в свою любимую работу, не забывая об учёбе. Мы с ним живём в одной комнате в общежитии. Интересно, как там Кайл. Давненько я, однако, про него не вспоминал. Наверное, он и не изменился. Всё такой же заносчивый эгоист. Почему я про него вспомнил? Кто знает. Концерт закончился и я, надев пальто и замотавшись в шарф, вышел из комнаты. В отличие от других, мне не надо давать интервью или прыгать в толпу обезумевших фанатов. Зябко поёжившись, достал пачку сигарет и, вынув одну, закурил. Дымок заструился вверх. С какой-то грустью проследил за ним. Чувствую себя каким-то стариком философом. А мне между прочем всего двадцать два скоро будет. - Мэт? Это ты? – послышался голос, который вытащил меня из задумчивости. Я стал медленно поворачивать голову…