Ночная наездница

Даниэль ходила по своей камере и чувствовала себя как загнанный зверь. Её не покидали ощущения что во всей этой странной истории есть что-то ещё, что-то чего она не видит или, может быть, просто упускает из вида. Девушка понятия не имела как долго она находится здесь. Жуткое ощущение того что время остановилось полностью подтверждали сломавшиеся на телефоне часы. Та женщина, что назвала себя Фриггой, больше не появлялась, по крайней мере тогда, когда Даниэль бодрствовала. Вообще-то к ней совсем никто не приходил, только один единственный стражник исправно носил ей еду. Порции здесь поистине впечатляли, Даниэль была не в силах съесть даже половины, что каждый раз заставляло мрачнеть несчастного слугу. Однако, и с ним поговорить не представлялось никакой возможности. Мужчина не смотрел ей в глаза, не здоровался и за всё проведенное здесь время ни разу не пожелал ей приятного аппетита. Этот факт так расстроил девушку что сегодня она решила вообще не притрагиваться к еде. В конечном счёте, мысли о побеге, странным образом, отошли на второй план. Однажды Даниэль даже поймала себя на том, что пристально разглядывает поданное ей блюдо в надежде понять из чего оно сделано и скольких голодающих детей Африки можно накормить её трехразовым питанием. Не смотря на свежесть идеи в планетном масштабе, она забеспокоилась.

"Пока ты здесь тебе ничто не угрожает"

От этих слов, которые юлой вертелись в голове, хотелось убежать. Мысли о тревоге и беспокойстве, действительно, посещали теперь очень редко. Приходили только немного уколоть осознанием того что выбраться из этой "белой комнаты" вряд ли получиться и снова отступали, вплоть до следующего приёма пищи. Это странное, непонятно откуда взявшееся, чувство покоя так сильно напоминало то тихое отчаянье, что владело ею на протяжении всей жизни, что в какой-то момент стало по-настоящему страшно. Именно в тот момент Даниэль, испуганная собственным безразличием к происходящему, наконец заметила что место её заточения изменилось. Как только она попала сюда, небольшую компанию ей составляла кровать, невысокий столик на который обычно ставили еду и кресло, на котором она иногда сидела, безразличным взглядом рассматривая своих соседей. Теперь же на столе появилась небольшая ваза с цветами. Неповторимо красивыми и не похожими ни на один из сортов которые были знакомы девушке. От них шел восхитительный аромат, больше всего напоминающий о свежем, предрассветном воздухе. Даниэль не могла сказать когда точно они там появились, точно также не смогла бы ничего сказать о книгах которые лежали тут же, на столе. Всего две, но поднять их со стола казалось девушке посильной задачей разве что для Геракла, однако, на деле они оказались куда легче. Старые обложки, напоминающие о запахе пыли и тяжелом воздухе библиотеки, были в идеальном состоянии, а открыв одну из них Даниэль с удивлением отметила что их ещё и читают. Книга, что лежала на коленях девушки, своим содержанием больше напоминала огромный сборник магических рецептов. Заклинания, зелья, бесконечные приёмы и хитрости использования магии в самых разных ситуациях. "Борьба с духами", "Вызов демонов", "Иллюзия присутствия", "Невидимость" и даже "Возможности телекинеза". Вчитываясь в тонкие строчки текста, Даниэль не сразу заметила пометки сделанные аккуратным, ровным почерком на полях страниц. В основном возле составов зелий, эти заметки рассказывали о неописанных свойствах, побочных эффектах, ингредиентах способных усилить действие. "Тот, кто это писал - невольно думала девушка, водя пальцами по строчкам, - наверняка прекрасно разбирается в этом" Также не сразу девушка обратила внимание на закладку, сделанную на одной из страниц книги. Расположившись в, ставшим вдруг невероятно мягким, кресле, увлеченная новыми знаниями она добралась к ней лишь через несколько часов чтения, которые в её сознании заняли всего лишь несколько минут. Заклинание на этой странице было написано от руки, но не тем аккуратным и ровным почерком который девушка встречала раньше. Неразборчивые буквы заставили её по другому взглянуть на всё, что она делает. Только сейчас Даниэль обратила внимание что книга написана на совершенно незнакомом языке, больше напоминающим эльфийский из "Хоббита". Но это не затронуло абсолютно ничего в её душе. Со странной тоской девушка думала о том, что должна была бы как минимум удивиться, если не швырнуть книжкой в ближайшую стену. Из того, что Даниэль сумела разобрать выходило что именно это заклятье способно лишить чувств любое живое существо. Созданное для управления подсознанием, подавления воли и полного подчинения сотворить его мог только кто-то по-настоящему всесильный. Последствия его применения также были здесь, и во всём что она читала, девушка видела свои собственные симптомы. Тревога, которой не должно было быть, всё же пробивалась сквозь железный занавес окружающий девушку магии, заставляя быстрее скользить взглядом по строчкам в поисках противоядия. "Цветы, сорванные у источника Мимира в Йотунхейме" - а рядом живое изображение стоящего на столе букета.