Беглый взгляд

      Дети растут стремительно, словно распускаются лепестки канну: сегодня это ещё бутон, завтра — свежий цветок, и никому еще не удавалось подстеречь тайный, сокровенный миг расцветания. Почти год назад, в сезон ледяных гроз, Трасс навещал своего брата, угрюмого и впечатлительного ребенка, который по ночам требовал спасти его от Тех, чьи лица повернуты назад, жаждущих пожрать его или утащить с собой. Теперь Трасс вернулся. Вернулся — и не нашёл Трауна. Этот незнакомец, что приходит в его спальню, совсем не его Траун. Он приходит, по-прежнему приходит почти каждую ночь, но теперь его мучают демоны хуже Тех, что вечно голодны.       — Как это бывает? Что ты чувствовал?       Очень хочется завыть. Кто забрал его брата, застенчивого и сдержанного, оставив взамен это вкрадчивое и бесстыдное существо? Трасс отвечает максимально мерзким голосом:       — Подобные вопросы не должны тебя волновать. Ты ещё ребенок, да и когда вырастешь, придется постараться, чтобы получить разрешение на партнёрство. Незачем нам это обсуждать.       Трассу хочется добавить что-нибудь о том, как его брат еще мал и бестолков, но он осекается: пролетит всего лишь пара лет, и Траун получит право на оружие, а с ним — всю полноту прав взрослого. К тому же, в этом молодом мужчине, что выспрашивает срывающимся шепотом о запретном, нет ничего детского.       — Но мне нужно, — Траун дипломатично выдерживает паузу, но сдаваться не собирается, — ты не представляешь себе, как это мучительно. Мне часто снится, что я обнимаю кого-то и трусь об него, как меерла о дерево, и мне хорошо, так хорошо. А потом я просыпаюсь в поту с головной болью, и тело ломит и ноет. Ты не понимаешь, как тяжело.       Траун беспокойно ворочается в постели, и Трасс пугается: как бы он не стал в качестве неопровержимого аргумента тереться обо что-нибудь прямо здесь. Они лежат бок о бок в теплом полумраке, и сердитое свечение глаз Трауна направлено на лицо старшего брата, испытующе и неотступно:       — Тебе меня не жаль? Расскажи, как это было у тебя. Разве ты не хочешь избавить меня от этих мучений?       Трасс стукает кулаком по костлявому плечу брата, и кожа на этом плече по-девичьи нежна:       — Я хочу карьеру в политике и спать. Не обязательно в прямой последовательности. Отвяжись уже, ну.       И Траун удивляет уже в который раз за последние дни: он соскальзывает с кровати и шлёпает босыми пятками к двери, покорный, поникший, действительно напоминающий грустную меерлу с поджатым хвостом.