Ты, я и наша кровь

Лучи солнца светили в лицо. Кажется, уже наступило утро. Я открыла глаза. Я по-прежнему находилась в номере отеля. Как я тут оказалась... В голове прокрутились события прошлой ночи. О. Мой. Бог... Удивителен сам факт того, что я до сих пор жива. Я спрыгнула с крыши. Упала на руки к незнакомцу. Меня чуть не съел вампир. Незнакомец убил его. А вдобавок и сам оказался вампиром. Я дала ему свою кровь... О Боже... Похоже на страшный сон. Лежать в постели было так уютно и тепло. Но я с трудом поднялась и подошла к окну, едва завешанному темно-синей шторой из плотного материала. Посмотрев сквозь стекло, я поняла, что совершенно не знаю, где нахожусь. Я осмотрелась. В комнате стояла большая кровать с кучей подушек и нежно-голубым постельным бельем. По обе стороны от нее находились прикроватные тумбы, на каждой стояла лампа с круглым белым абажуром. Синие однотонные стены. По правую сторону от кровати - окно, около которого стояла я. А по левую – дверь из темного красного дерева. Я осторожно вышла из комнаты и попала в другую комнату, чуть поменьше, выполненную в том же стиле. Такие же стены, такие же шторы на окне. В центре стоял диван, тоже из темно-синей кожи. Перед глазами вновь пронеслись картинки... Я машинально посмотрела на свою левую руку. От укуса не осталось и следа. Как и от самого вампира... А где же он!? Мне казалось, он должен был остаться здесь, на диване. Но его и след простыл. А может, все это мне приснилось!? Может, ничего этого и не было!? Напротив дивана расположился широкий журнальный столик, на котором стояла бутылка с водой. Внезапно я почувствовала головокружение и поняла, что крови во мне все-таки не хватает. Чтобы хоть как-то прийти в равновесие, мне все же пришлось выпить воды. Мне стало немного лучше, но по-прежнему пошатывало. И все же, меня мучил лишь один вопрос: где вампир!? *** Кровь, полученная от Мерлин, пошла мне на пользу. Но ее оказалось не достаточно, чтобы полностью привести мой организм в норму. Боль в венах слегка утихла и стала более терпимой. Только вот, я до сих пор голоден. Девушка уснула крепким сном. Я уже говорил себе, что миллион раз пожалею обо всем этом!? Теперь она знает. И более того, мне пришлось взять ее кровь, потому что у меня уже не было сил держаться. Ей стоит забыть обо всем... Но я не думаю, что она побежит по улицам с криками – «вампир!». У меня только один выход – уйти сейчас и больше не попадаться ей на глаза. Но кое-что меня все же, волнует. Если я ее оставлю, она может снова попытаться покончить с собой... Но выбора у меня нет. Нужно уходить пока не поздно. Через пару минут я оказался в «вампирском квартале». Теперь можно кого-нибудь прикончить. Кажется, там кто-то идет. Приглядевшись, я заметил молодую девушку. Пьяную, еле державшуюся на ногах, с сигаретой в руках. Подойдет. Нормальные люди не бродят по улице в таком состоянии ночью. Все, что происходило дальше, я помню смутно. Помню лишь как подлетел к девушке, как она кричала... Но все, что меня в тот момент волновало, это то, сколько в ее теле крови. Когда я закончил, обескровленное тело рухнуло бесформенной грудой на землю. Но мне было мало... Я хотел еще... Не понимаю, как мне только удалось не убить Мерлин. До чего же она бестолковая. Пыталась умереть... Когда у нее есть целая жизнь впереди. А некоторым людям вообще не предоставляют выбора... Глупая девчонка... Думает – она такая умная... Сумасшедшая! Как ее только из дома выпускают!? На месте ее родителей, я бы посадил ее на цепь, чтобы она ничего не могла с собой сделать. Очевидно, ей нужно вправить мозги... Не составило труда найти новую жертву. Точнее, несколько жертв. Мне сегодня определенно фартит. В темном переулке шла группа пьяных тусовщиков. Бедняги даже не представляют, насколько им не повезло встретить меня, да еще и голодного. Зверски голодного. И злого. Через мгновение от них не останется и живого места. В считанные минуты я расправился с тремя девушками и четырьмя парнями. Сначала я напал на маленькую блондинку. Она даже не успела понять, что происходит. Затем в ход пошли двое парней. Их я сначала хорошенько побил, а потом высосал всю кровь до последней капли. Следом искусал еще двух парней. Оставались две девушки. Две хорошенькие брюнетки. На лицах обеих отражался ужас и непонимание. Они стояли как замороженные, а я уверенно направлялся к ним. Одной я внушил стоять и молчать. А другую тут же укусил. Остался десерт. Испуганная девушка стояла на месте и дрожала. Чем-то она мне напомнила Мерлин... Но это была не она. Ее глаза не блестели, от кожи не исходил тот нежный аромат, похожий на запах цветов и воды одновременно с легкой примесью металлического запаха крови... Да и кровь ее по вкусу ничем не напоминала кровь Мерлин... На земле валялась куча обескровленных тел. Все они мертвы. И все это моих рук дело... И все же, мне этого мало. Придется прогуляться дальше... *** Спустя час я смогла добраться до гостиницы, в которой жили мы с мамой. Каким-то чудом мне удалось проскользнуть в свою комнату так, чтобы она не заметила. Первым делом я посмотрела на то существо, которое смотрело на меня из зеркала. Кошмар, короче говоря. Волосы растрепались так, что теперь я их точно не расчешу, мое любимое платье все помялось, его теперь, разве что, только на помойку... - Где тебя носило!? – В комнату ворвалась мама. Шикарно... - Какая разница!? – Действительно, ей то, какое дело... - Перестань со мной разговаривать в таком тоне! Почему ты не отвечала на мои звонки? – А телефон-то я потеряла... - Я не знаю, где мой телефон. Потеряла... – Должно быть, он остался где-то на крыше или где-нибудь еще... - Замечательно! Теперь еще и телефон новый купить нужно! Когда ты перестанешь быть такой!? - А ты!? – Встречный вопрос. От ее бессмысленной ежедневной промывки мозгов я скоро застрелюсь! В ответ, мама лишь фыркнула, развернулась и ушла, громко хлопнув дверью. Уф! Надоела... Теперь понимаю, почему Кэт сбежала от нее. Иногда... нет. Постоянно. Я постоянно задаюсь вопросом: она хоть иногда разговаривает нормально, а не кричит?! Видимо, мне этого узнать, не дано. Родителей не выбирают... а жаль... Мне противно даже в одной комнате с ней находиться. Она словно только и делает, что кричит и объясняет, какая я ужасная... А сама при этом... Никогда в жизни даже уроки у меня не проверила... Видимо, наш горячо любимый папочка не зря от нее сбежал. Но он тоже хорош: оставил меня с ней. За что, спрашивается!? Из всего своего детства, я отчетливо помню одну вещь: я всегда была абсолютно уверена в том, что закончу жизнь самоубийством. Шло время, а я все надеялась, что станет проще... Но нет. Мысль о самоубийстве сменилась другой – сбежать из дома. Просто, чем старше я становилась, тем больше ценила себя. Я прекрасно понимала, что обладаю хорошими внешними данными, да и мозги на месте. Но... Иногда, как прошлой ночью, я совершено перестаю держать себя в руках, и делаю не очень приятные вещи... Но, повторюсь, прошлой ночью я в сотый раз убедилась, что ангелы меня берегут... Может, им нравится наблюдать за тем, как я страдаю от этой чертовой жизни!? Эгоисты... И кстати, на счет ангелов... Мой «спаситель» бросил меня в отеле совсем одну, в незнакомом месте. И он еще называет себя джентльменом! Ну, попадись он мне еще раз! Я ему прочитаю лекцию про хорошее поведение! Хм... Сама себе удивляюсь: у меня какая-то неадекватная реакция на... даже не знаю, как это назвать одним словом. По правде говоря, у меня сложилось такое впечатление, будто я побывала в каком-то ужастике, только не очень страшном... Не понимаю... Докатилась! Сама себя не понимаю! Нормальный человек, наверное, был бы ужасно удивлен всему этому, а я... будто бы ничего нового не узнала. Я – псих!? Я ужасно разозлилась на саму себя, и со всей силы стукнула по зеркалу. - Черт! – Стекло треснуло пополам. На две почти равные части... две половинки одного единого полотна... Есть такие медальоны для влюбленных парочек – две половинки одного сердца... Зеркало, передо мной, напомнило мне их... Когда-то такие были у моей сестры и ее парня... Только вот я не особенно верю в любовь. Она, может и существует, только очень редко... и мало, кому достается... Прибравшись в комнате, я сняла свое испорченное платье и закрылась в ванной. Мне не очень удалось расслабиться в горячей воде. В голове кружились разные мысли, и все они были о прошлой ночи… О нем. На протяжении двух дней я была сбита с толку. Не могла взять себя в руки. Была ужасно невнимательна. Мама то и дело бесилась и кричала, как и всегда. Я даже пыталась научиться готовить итальянскую пасту, чтобы чем-то отвлечься. Но и это не помогло, и я так и не научилась готовить настоящую итальянскую пасту. Видимо руки растут не из того места…. По приезду в Верону, я сразу же записалась на летние занятия в художественную школу. Сегодня должно было начаться первое занятие. Позавтракав, я начала собираться. Высушила свои, влажные после душа, волосы, выпрямила не очень-то послушные локоны. Вот так. Хорошо. Сделала легкий макияж, использовав при этом лишь коричневую подводку для глаз и солнцезащитный бальзам для губ. - Великолепно! – Я послала воздушный поцелуй своему отражению в зеркале. Затем принарядилась в приталенный сверху и воздушный к низу сарафан цвета сирени. В такую погоду вообще хочется надеть купальник и отправиться загорать на пляж. - Мерлин, я ухожу. Мне нужно встретиться с начальством. – Неожиданно в комнату вошла мама. К начальству… ага. Бежит к своему дорогому боссу. Тот еще фрукт. - Отлично, я тоже ухожу. – Спокойно отвечаю я. Она беглым взглядом осматривает комнату и удаляется. Как же меня тошнит от ее романа с боссом. Не трудно догадаться, что мамина зарплата не могла бы покрывать все наши расходы, если бы, не их тайные отношения…. Однажды я возвращалась домой из школы, но забыла ключи. Мне пришлось заявиться к маме на работу. Пока я ее ждала, успела напороться на этого извращенца. Ну и шоу же это было. Сначала он подошел ко мне и поздоровался. Затем начал открыто приставать. Столько наглости я еще не встречала. Как бы между делом, рассказывая что-то про тяжелый труд журналистов, он положил свою мерзкую лапу на мою талию. Меня это так взбесило! Я влепила ему пощечину. А затем рассказала все прелести уголовного кодекса в отношении «совращения малолетних». С явным недовольством он отвалил от меня. На этом, наше знакомство закончилось. Я быстро покидала в сумку все необходимое: карандаши, кисти, краски, альбом... И поспешила на занятие. Я обожаю рисовать. И у меня это неплохо получается. Я даже портреты могу писать. Но это редко, когда приходит вдохновение. Мне иногда кажется, что я родилась с карандашом в зубах. Хотя дети обычно рождаются без зубов... Но я лишь утрирую, смысл ясен. С самого детства я много мечтала... О всяких мелочах и не только... И все, чего я когда-либо хотела, можно увидеть в моих рисунках... Я и сейчас переношу все свои мечты на бумагу... Не знаю, почему так делаю, наверное, просто привычка... На занятие я пришла вовремя. В классе находились около тридцати человек. Такие же потерянные художники, как и я... а может, и нет. Сперва, я заметила девушку лет двадцати. Ее волосы были выкрашены в темно-синий цвет. Она постоянно сидела за своим мольбертом и не с кем не разговаривала, лишь сосредоточенно смотрела на свои колени. Возможно, у нее тоже проблемы с жизнью... Я расположилась поближе к ней, предположив, что мы сможем найти общий язык. - Эм... привет. Я – Мерлин. – Нерешительно заговорила я первой. В ответ, она медленно и очень стеснительно подняла голову и посмотрела на меня почти испуганным взглядом. О, Боже мой... Что с ней!? Когда я увидела ее лицо, мне стало как-то не по себе. Она... выглядит очень... болезненно. Под глазами синие круги. Подозрительно впалые скулы... Я бегло оглядела ее полностью. Она вся была нереально худощавая... Может, у нее анорексия? Или она наркоманка? Мне вдруг стало ее ужасно жаль. Безумно захотелось ей чем-нибудь помочь, но чем... - Buon giorno! [1 – Добрый день! (ит.)]. - Тихо произнесла она и выдавила подобие улыбки. Не смотря на все свои «странности» во внешности, она показалась мне вполне симпатичной. И я поняла, что она итальянка... Что ж... Я могу немного говорить на итальянском, но будет сложно. Очень сложно. - Come ti chiama? [2 - как тебя зовут? (ит.)]. - Попыталась я завести беседу. - Lyuchiya. [3 – Лючия.] - Ее красивые карие глаза смотрели на меня немного удивленно, но с капелькой безумства... - Э... Mi scusi per curiosità, ma... Con Lei tutto è bene? [4 - Извини меня за любопытство, но... С тобой все в порядке? (ит.).] - Мне все же, было интересно, что с ней такое. - Io in un ordine pieno. Grazie per aver chiesto. [5 - Я в полном порядке. Спасибо, что спросила. (ит.)]. - Неожиданно резко взбодрилась девушка. Что ж, по всей видимости, она не собирается мне рассказывать о себе слишком много. - Come ti chiama? – вдруг поинтересовалась девушка. Похоже, она настроена не враждебно... Уже хорошо. - Mi chiamo Merlin. А... м... Tu tempo fa qui... si impara? [6 - Меня зовут Мерлин. А... м... Ты давно здесь... обучаешься? (ит.).] - Io ogni estate frequentano le lezioni. Qui ottimi insegnanti. [7 - Я каждое лето посещаю занятия. Здесь прекрасные преподаватели. (ит.).] - Veramente bene fanno pratica? [8 - Они действительно хорошо обучают? (ит.).] – парировала я, а Лючия немного улыбнулась, упустив голову. - No, semplicemente non ci danno fastidio. E sostengono un po'. [9 - Нет, они просто не мешают нам. И болтают немного. (ит.).] - Hmmm... interessante. [10 - Хм... интересно. (ит.).] - Signor Radel. [11 - Синьор Радель... (ит.).] – пояснила девушка, указывая взглядом на вошедшего в класс мужчину лет сорока. Выглядел он так: короткие светлые волосы, низко посаженые карие, почти черные, глаза, на переносице очки в золотой оправе, среднего телосложения, на нем были синие джинсы и голубая рубашка – одежда, подходящая для сегодняшней погоды. Учитель вошел в кабинет, заставил всех замолчать, представился и рассказал некоторые детали летних курсов. Затем дал задание – нарисовать что-то, что последнее время чаще всего возникает у нас в голове. Мне эта идея показалась весьма интересной, потому что, таким образом, мы как бы откроем свое подсознание, вынесем на бумагу наши мысли, и Раделю будет легче понять нас. Отличный психологический прием. И я принялась за работу. До демонстрации работ оставалось не более десяти минут. А я даже не думала о том, что рисовала. У меня в руках был простой карандаш, черный, и все оттенки голубого и синего цвета. Я совершенно не думала, лишь увлеченно рисовала, тщательно вырисовывая каждую линию, переход... О Боже... Я действительно это рисую!? Этого просто не может быть. Но такова реальность. Передо мной, на альбомном листе, прикрепленном к мольберту, были глаза... Сияющие голубые и холодные, как лед, глаза. Теперь я снова их вижу. Теперь я их нарисовала. Этот пронзительный взгляд прочно закрепился в моей памяти. Его так трудно выкинуть из головы, не удивительно, что я нарисовала это... Хотя совершенно не думала... Хм... Ну что ж, зато очень неплохо получилось. Я закончила свою работу и посмотрела в сторону Лючии. Она старательно что-то вырисовывала, тоже карандашами, как и я. Я заметила у нее в руках красный карандаш. Затем она взяла в свою бледную истощенную руку черный карандаш. - Finito! Dunque, comincio a chiamare uno per uno. Si prende il loro lavoro, l'approccio qui, [12 - Закончили! Итак, я начинаю вызывать вас по одному. Вы берете свои работы и подходите сюда, (ит.).] - Радель указал на место рядом с собой. – E dire a tutti che e perché hai disegnato. Va? Andiamo. [13- И рассказываете всем, что и почему вы нарисовали. Идет? Поехали. (ит.).] – Учитель пробежал глазами по всем ученикам. - Лючия? – мягко произнес он. Девушка медленно поднялась со своего места, открепила рисунок от мольберта и прошла вперед. Встав на место рядом с Раделем, она около минуты смотрела на свою работу, а затем неохотно развернула холст на всеобщее обозрение. Боже, так красиво... и мрачно одновременно. Она нарисовала на весь лист большую темно-красную розу. Вокруг обрисовала фон черным карандашом. Цветок получился просто замечательным. Очень реалистично. Но лепестки розы были необычные: по краям как бы стекали капли чего-то красного, тягучего... «Капли крови» - догадалась я. Неужели, здесь все такие мрачные. Из объяснений Лючии я поняла, что эта роза – отражение ее самой. Беззащитный цветок, с шипами... Наконец, девушка села на свое место. За ней последовал другой ученик. - Bellissimo! [14 - Это превосходно. (ит.).] – Мягко улыбаясь, шепнула я, наклонившись в ее сторону. - Grazie. [15 - Спасибо. (ит.).] – Растерянно поблагодарила она. Я наблюдала за остальными учениками. Их рисунки были очень интересными. Кто-то рисовал птиц, свободно парящих в небе, и я невольно вспомнила свои недавние «подвиги» на крыше. Кто-то нарисовал яркие огни фейерверков. Кому-то было лень трудиться, и они изображали какие-то простые и незамысловатые зарисовки природы: симпатичную кошачью мордашку, дорогу, идущую в некуда, одиноко стоящее дерево. И вот наступила моя очередь. - Miss King? Giusto? [16 - Мисс Кинг? Верно? (ит.).] – уточнил синьор Радель. - Si. [17 – да. (ит.).]– Ответила я и отправилась со своим творением к нему навстречу. Я понятия не имела, как объяснить то, что нарисовала. Все равно никто не поверит. Вероятнее всего, запрут меня в какой-нибудь психбольнице. Я набрала воздуха в легкие. Развернула ко всем свою работу. Синьор Радель задумчиво посмотрел на нее, затем бросил короткий взгляд на меня. Он ждал, когда я начну говорить. Но я не знала, что говорить. Только вот выбора у меня не было. - Ehm... questa È l'opinione di una singola persona, che ho incontrato un paio di settimane fa... si... ehm... mi ha salvato... da allora non ho più incontrato... ma... non dimenticherò mai i suoi occhi... questo sguardo... momenti di aspro, crudele... e premuroso... ansiosi. Per me nessuno si è mai preoccupato, e lui... anche a me non lo sapeva, ma... comunque si prese cura di me... [18 - Эм... Это взгляд оного человека, которого я встретила пару недель назад... он... э... он спас меня... с тех пор я больше его не встречала... но... я никогда не забуду его глаз... этот взгляд... моментами суровый, жестокий... и заботливый... беспокоящийся. За меня никто никогда не беспокоился, а он... меня даже не знал, но... все равно позаботился обо мне... (ит.).] – на этом мой голос стих, и я поняла, что это все, что я хочу сказать. Я и сама до конца не понимала происходящего, но очевидность фактов... Мне просто было приятно, что кто-то беспокоился за мою жизнь. Преподаватель был весьма впечатлен моей работой и моим ужасным итальянским. Когда я закончила свою историю, он похвалил меня, сказав, что у меня большой потенциал. Даже унылая Лючия заинтересовано смотрела на изображение. Я даже немного смутилась от такого количества внимания. К середине дня я добралась до гостиницы. Мамы до сих пор не было – вероятно, еще с боссом «общается». Что ж, оно и к лучшему, одним скандалом меньше. И никто не испортит мне настроение. Я зашла в свой номер и упала на кровать, выронив свою большую фиолетовую сумку с художественным инвентарем. Все-таки, дорога была долгая и утомительная. Полежав немного в уютной мягкой постели, я заставила себя подняться и отправиться в душ. Холодная вода должна была помочь мне взбодриться после жаркого дня и привести мысли в порядок, но это оказалось сложнее. Я так запуталась во всем. Казалось, что все это нескончаемый сон... Вечером позвонила Виктория, - мой личный гид по Италии и просто хорошая подруга, с которой можно повеселиться. - Алло... – пробормотала я, взяв трубку. - И тебе Ciao!. Сегодня есть неплохая тема в центре. По слухам, какой-то богатенький плейбой закатывает partito [19 – вечеринку (ит.).] по случаю своего compleanno [20 - дня рождения (ит.)]. И по счастливой случайности у меня оказалось несколько приглашений... Ну, так, ты за? - Хм... forse [21 - возможно (ит.)]. – Мне вдруг страшно захотелось оторваться на славу. – Во сколько? - Отлично! Заеду за тобой в десять, идет? - Идет. А что мне надеть? Есть какой-то дресскод? - Что-нибудь определенно шикарное. Надень «Версачи», не прогадаешь. - О’кей. Договорились. - Bellissimo, дорогая! До вечера, целую. - Угу... Ну, что ж... Развлекательная программа на вечер заказана. Нужно подготовиться. Я посмотрела на часы в мобильнике, было около восьми часов. Отлично, значит, время еще есть. Примерно за один час я уже была готова покорять танцпол. Прислушавшись к совету Виктории, я надела обтягивающее белое платье до колен от «Версачи», золотистые плетеные босоножки по щиколотку того же дизайнера, золотистую сумочку с фирменным знаком, ожерелье, сережки и браслет, а также духи – все было «Версачи». Кажется, я слегка переусердствовала... Затем я сделала свой фирменный кошачий макияж, мои зеленые глаза ярко светились окруженные черными ресницами, на губы я нанесла помаду вишневого цвета и покрыла ногти лаком в тон губам. Идеально! Спустя некоторое время, мой мобильник завибрировал – звонок от Виктории. - Ola-la!!! Золушка, можешь выходить, я уже жду тебя. - Отлично. Я скоро спущусь. Когда мы встретились, Виктория окинула меня оценивающим взглядом карих глаз. - Дорогуша, когда я рекомендовала тебе «Версачи», я не имела в виду одеться, как лицо этого бренда. - Тебе не нравится? – неуверенно спросила я. - О, нет, что ты! Ты выглядишь шикарно! То, что нужно. Ну, а как тебе мой наряд? – успокоив меня, поинтересовалась итальянка. Она выглядела великолепно, как и свойственно большинству итальянок. На ней было серое платье без бретелей, сверкающие стразы украшали его лиф, спускаясь лучиками, изящно повторяя изгиб осиной талии. Ее ноги выглядели еще более стройными, чем есть на самом деле, благодаря черным туфлям на высоченном каблуке с подошвой, украшенной разными блестящими камешками. Идеальные длинные черные локоны ниспадали на ее грудь. Уже который раз, я поймала себя на мысли, что сильно завидую ее прекрасным волосам, цвета воронова крыла. - Bellissimo! – восторженно провозгласила я, отчаянно пытаясь подделать итальянский акцент. Виктория одарила меня своей милой улыбкой бледно-розовых губ. - В машину, живо! – игриво приказала девушка, указывая в сторону серебристого «ягуара». У меня чуть челюсть не отвисла. - Где. Ты. Его. Достала???????? – Наконец, выпалила я. - Какая разница!? Моя задача – обеспечить тебе роскошный и беззаботный отдых. Какими способами я это делаю, тебя не должно волновать. Запрыгивай в тачку, дорогая, если не хочешь застрять на входе в фейсконтроле. Громкая музыка, шумная болтовня, бесшабашные люди, море выпивки – вот то, что заставляет меня время от времени забыть обо всем на свете. Клуб представлял собой гигантское здание. Снаружи висела огромная неоновая вывеска - «Да Винчи». Загадочное название... Но оригинальное. Когда мы оказались внутри, я заметила, что в клубе несколько этажей, что вполне объясняет, почему здание такое огромное. Первый этаж представлял собой нечто вроде зоны кафе. Повсюду были круглые столики, на которых стояли вазы с красными розами и свечи. Впрочем, свечи были единственным источником света, помимо маленьких красных фонариков на стенах. Вся тусовка находилась на втором этаже, на который вела винтовая кованая лестница черного цвета. Вокруг веселились уже пьяные люди, в темноте сверкали разноцветные огни. В ушах гремела оглушительная музыка. Класс! То, что нужно чтобы забыться. Уверена, что завтра я и не вспомню ничего. Виктория повела меня сквозь сумасшедшую толпу к барной стойке. - Buona sera, bellezze! - нам улыбнулся симпатичный бармен. Я одарила его своей фирменной улыбкой, но моя подруга дала понять, что все берет на себя. Она быстро пролепетала что-то на итальянском, и парень принялся смешивать какие-то коктейли. - Что ты нам заказала? – я пыталась перекричать музыку. - Увидишь. Кое-что новенькое. - А меня потом не развезет от этого «новенького»? - Надеюсь, что нет. Если ты знаешь меру, конечно... – Пояснила Виктория, коварно улыбнувшись. Но меру я не знала... никогда. Ни в чем. И тяга к приключениям меня только подзадоривала. Я развела руками, признавая поражение. В считанные минуты нам принесли два бокала с шипучей жидкостью кислотно-желтого цвета. Коктейль выглядел очень странно, жидкость светилась в темноте, как вывеска на входе, и шипела как жерло вулкана, из бокала шел дым. Мне даже страшно было пить это. Но любопытство пересилило меня, и я попробовала. На вкус напиток тоже был немного странным; я почувствовала мяту, цитрусы, немного шоколада и что-то металлическое. Я пристально посмотрела на дно бокала, надеясь найти источник странного вкуса. Но ничего не нашла. Хотя, должна признать, мне понравилось. - Что это? – допытывалась я у Виктории. - Не все ли равно!? Поверь, это очень классная штука. Тебе станет гораздо лучше через некоторое время. Просто подожди немного... – девушка подмигнула. Что за дрянь она мне всучила? Ох... Перед глазами все помутнело, и даже голова закружилась. Но затем, все сразу же изменилось. Я почувствовала себя бодрой, даже слишком, в моем теле разливалась энергия. Муть в глазах исчезла, и я стала видеть все даже лучше, чем было; в темноте, сквозь мерцающие огни удавалось различить самые мельчайшие детали. Наркота? Ну, Виктория, черт... - Вау!!! Это же круто! Я все так отчетливо вижу, так ярко... Все такое насыщенное... и во мне столько энергии... О, Боже, Ви... Чем ты меня напоила... – все вокруг будто заново родилось... Это просто не передать словами. Я никогда в жизни не чувствовала себя так хорошо. - Даже так? Уже? Как-то быстро... Видимо на тебя слишком сильно подействовало... хм... обычно эффект немного слабее, чем ты говоришь. - Нет, серьезно! Что это, Ви? Мне так хорошо... ахах!!! Bellissimo! - Пошли тан-це-вать!!! – Виктория подхватила меня за руку и потащила в самую глубь танцующей толпы. Я полностью растворилась в музыке. Самый настоящий кайф... Закрыв глаза, сконцентрировавшись лишь на басах волнообразного ритма музыки, я чувствовала звуки каждой клеточкой своего тела... Это было волшебно, неописуемо... Мое тело плавно извивалось, я буквально кожей ощущала, витающий в воздухе, аромат алкоголя... мускуса... и металла... странно. Я никогда не думала, что металл имеет запах. Но я отчетливо ощущала его дурманящие нотки... Это было так странно... Энергия... Я чувствовала внутри себя энергию, невероятное возбуждение... Я заставила себя открыть глаза, все было таким четким, контрастным... Взглядом я нашла, танцующую неподалеку Викторию, и направилась к ней. - Мне нужно больше. Я хочу еще. – Заявила я ей. Она лишь посмотрела на меня, как на сумасшедшую. - Серьезно? Мерлин, я ведь говорила тебе про меру... - Я. Хочу. Еще. – Какое-то непонятное звериное чувство нахлынуло на меня. - Ладно. Пошли. – Смиренно согласилась подруга. Я получила новую дозу своего «счастья» и залпом осушила бокал. На мгновение закрыла глаза, прогоняя временное помутнение. И, наконец, снова погрузилась прекрасный мир ярких красок... В тот же момент я побежала сквозь толпу, постепенно останавливаясь... Я снова погрузилась в себя. Вдыхая пьянящие ароматы... ощущая звуки, сменившегося трека... Музыка... Жара... В клубе было уже достаточно жарко, кожа на моей шее и ключице вспотела... И я стала чувствовать все еще сильнее... Как будто тысячи маленьких иголок приятно покалывали кожу... будто легкий электрический ток пробежался по моему телу... И я поняла, что кто-то легонько коснулся моего оголенного плеча. Я неохотно, тяжело дыша, подняла веки. Обернулась. Не может быть... Глюки? Нет. Он был слишком реальным. Его горячая ладонь касалась моей влажной кожи, серо-голубые глаза глядели в мои. Голова закружилась еще сильнее, я начала снова впадать в транс и... темнота... потеря координации... отдаленные звуки музыки прорывались в мое сознание... я отключалась... *** - Стив? Трупы в квартале – твоих рук дело? – Произнес мрачный голос Сави. - Ну, допустим... – вальяжно ответил я. - Перестань оставлять за собой следы. Сложно было сжечь? Будут проблемы, которые никому не нужны. - Скажи «спасибо», что оставил в живых остальную часть квартала. Я едва уговорил себя уйти... - Опять? Стив, черт... Никогда не поверю, что тебе сложно контролировать себя. С твоей-то выдержкой... - Я просто сорвался! – я повысил голос. - Ладно, ладно... Если нечем заняться, забеги сегодня на тусовку к Колину. Там полно доступных людишек. Поужинаешь заодно... - Хорошо. – На этом, я отключил телефон. Ледяные струйки воды стекали на мои волосы, лицо... Последнее время мой рассудок слегка затуманивался. Вот, что значит не регулярно питаться. Мое место для размышлений – душ, напомнило мне о водопаде в Южной Америке... Лет семьдесят назад, я был там проездом, как всегда путешествуя, и был просто очарован его красотой. Вода, такая чистая и холодная... Маленькие колибри ворковали на ветвях, расположившихся рядом, деревьев, я мог слышать стук их сердец, шум воды, чувствовать свежесть наполнявшую воздух повсюду... Тогда, на мгновение, я почувствовал себя человечным. Но чертов голод – мое проклятие. И этого уже не вернуть. Я вышел из душа, обернул полотенце вокруг бедер и вышел на балкон. Близился вечер. А за ним и ночь – время тайн и ужасов... Влажную после душа кожу, обдал легкий порыв воздуха. Едва качнулись листья лимонного дерева, растущего поблизости. На самом деле, в городе всегда очень жарко, и ночью, и днем. Переодевшись в темно-синюю рубашку и черные джинсы, я расчесался, и запустив пальцы руки в волосы, слегка взъерошил их, создав стильный беспорядок. Распылил на себя парфюм. В воздухе повис свежий аромат воды, мускуса и пачули. Порядок. Часа два я тупо бродил по городу, по старым заброшенным улицам, на которых еще горели масляные фонари периода ренессанса, молясь никого не встретить на своем пути. Я просто напросто мог сорваться с катушек и перебить полгорода. Пока что, это не входило в мои планы. И вообще-то я люблю Верону. Древние часы на одной из заброшенных улиц, пробили десять часов. Пожалуй, стоит заглянуть к Колину. Всего за минуту я оказался возле большого здания с яркой неоновой вывеской. Оттуда уже вовсю доносились басы сумасшедшего транса. Не обращая внимания на людей на первом этаже, я пролетел на второй. И там как всегда пахло кровью... Эх, неисправимый Колин... Все также высасывает жизни из симпатичных девчонок... - По-прежнему толкаешь свою кровь людям? – спросил я, почувствовав присутствие Колина за своей спиной. - А ты все также сворачиваешь шеи и вырываешь сердца... – ответил жесткий голос друга. Я обернулся. Колин самодовольно улыбался, обнажая клыки и скрестив руки на груди. - Давно не виделись... – продолжил он. - Недавно. Ты вообще в курсе, что твой бизнес незаконный?? – усмехнулся я. - Дружище, а что вообще здесь законно? Люди приходят сюда повеселиться, расслабиться, а я им это позволяю. Ничего плохого. - Не считая того, что ты накачиваешь их своей кровью... – задумчиво пробурчал я. Эх, старина Колин... Неисправим. Мы поговорили еще немного в его личной Vip-зоне, изрядно выпили, и я вернулся на второй этаж к основной массе. Но кое-что меня насторожило... Сквозь бесконечный запах крови, я уловил знакомый аромат... Свежий, с нотами лилий, орхидей, гардений, с примесью воды и крови... Нет, вы издеваетесь!? С каких пор все неприятности мои??? Я двинулся вглубь толпы, потерявших остатки рассудка, людей и замер. Ее запах стал еще сильнее, чем когда-либо... Наполненный жизнью... Я видел лишь ее спину... блестящие волосы... вспотевшую кожу, под которой бурлила кровь... От нее лучилась бешеная энергия... Которая могла вскоре иссякнуть. Я подошел еще ближе. Протянул ладонь и положил на влажную кожу ее плеча... Она повернулась ко мне лицом. Ее зеленые глаза как-то по-звериному сверкали, в них был огонь... В ее взгляде было едва заметное удивление. Она слегка пошатнулась, и ее глаза закрылись. Я успел подхватить ее. Напилась. Я поднял на руки, не на что не реагирующее, тело прекрасной Мерлин, и унес прочь из этого бедлама, называемого клубом. Огромное количество неестественной энергии измотало ее. И кто же должен позаботиться о том, чтобы она пришла в себя??? Я.