Кричи!

Интересно, а могло ли это быть как-то иначе? Дэвид порой задавал себе этот вопрос, особенно когда сидел за рулем, как сегодня, и за окнами проносились выгоревшие за лето на солнце желтые поля, темно-зеленые густые заросли хмеля, белые столбы ветряных мельниц, лесные островки и редкие однообразные деревенские домики. Тихо играло радио в машине, кондиционер приятно щекотал кожу. Рядом сидел Билл, в ярко синей футбольной майке, с торчащими короткими волосами, со спущенной на один глаз иссиня-черной челкой. Он нервно дергал ногой и размахивал руками в разные стороны, помогая себе объяснять своему продюсеру подробно, почему именно сегодня он категорически не может появиться на записи. И его не смущало, что причина была та же самая, что и вчера, и позавчера тоже, потому что он не хотел встречаться со своим братом. - Так вот, он туда и пошел, причем я тебе клянусь, назло пошел, я ему сказал – только через мой труп, он и пошел. Если бы я ему не сказал этого – он бы сам бы первый заорал, что его блеванет с этого места, а тут ну как же, как же,… Ты понимаешь – он сделал это назло мне, только мне назло. Дэвид! - Да, я – Дэвид… - молодой мужчина загорелый, с темно-русыми пепельными волосами, повернулся и посмотрел на него. Билл неожиданно смутился странной тонкогубой ухмылки, не отразившейся в светлых прозрачных глазах. - Ты… понимаешь? – неуверенно повторил он. - Эмм,… видишь ли, Билл, целый ряд тонких нюансов ваших взаимоотношений с Томом остается далеко за гранью понимания для меня, как вообще для любого жителя планеты Земля - сказал Дэвид, отворачиваясь вновь, старательно глядя на дорогу, в забирающей все силы попытке сдержать смех, - но это, очевидно, потому что мы не есть столь высокоорганизованный результат мировой эволюции. - Чо? – недоверчиво переспросил Билл, осторожно вжимая голову в плечи. - Через плечо, - мстительно ответил Йост, - короче, это круто. - А-а, - разочарованно сказал Билл, поняв, что старший над ним глумится. Он заерзал на кожаном сиденье автомобиля, по правую руку от Дэвида. Очевидно, в нем боролись два противоположных, но одинаковых по силе желания, одно из них было обиженно замолчать, другое – рассказать все, что накипело в его душе по поводу его брата-близнеца. Так же очевидно для Йоста оказалось то, что последнее все-таки победило. Ему вообще было интересно, что на целом свете могло оказаться сильнее этого сумасшедшего желания. - А еще вчера он встретился с ребятами со школы, ну с подругой еще с нашей, я блин офигел просто…сейчас расскажу тебе…. - Угу… С тех пор как Билл проколол язык, он несколько смешно порой шепелявил, что ничуть его не смущало, а скорее заставляло гордиться собственной крутостью невероятно. Но что удивляло Йоста более всего, на скорость его речи это не повлияло никак. Ему даже порой казалось, что говорить Билл начал еще быстрее. Если это в принципе было возможно. Дэвид честно обещал себе выслушать его монолог от начала до конца, но скоро его голос поверг его в состояние транса, словно журчание воды в фонтане, или пение птиц. Он перестал различать слова, напоминая себе только о том, чтобы кивать согласно периодически. Иногда получалось. - Угу, - сказал он, искоса глянув на Билла, нервно теребящего крашенными в черный цвет ногтями браслеты на левой руке. - Дэвид, я ему сказал, что так нельзя, что он должен был сказать мне, а он… - Угу… - И ладно бы он промолчал, но он сказал, что, - Билл внезапно сделал паузу, оборвав фразу на середине. - Угу, - сказал Дэвид. - Дэвид… - Что, зайчик? - Ты меня слушаешь? Дэвид ухмыльнулся, барабаня по рулевому колесу ладонью в такт с радио, негромко играющему в машине и меланхолично глянув в зеркало заднего вида: - А тебе оно надо? Билл, как и ожидалось, обиделся и, надув губы, уставился в окно, демонстративно увлеченно наблюдая за проносящимися мимо однообразными, будто клонированными треугольными пластиковыми ветряными мельницами. Билл сжал челюсти, кончиком языка задумчиво упираясь в зубы, настойчиво пытаясь подавить невольное раздражение, которое вызвал в нем насмешливый покровительственный тон сидящего за рулем автомобиля мужчины. Наконец, немного справившись с собой, Билл шумно выдохнул и задумчиво пощекотал кончиком языка уголок рта. - Билл, не делай этого… Билл глянул на Дэвида, не поворачивая головы, искоса. Признаться честно, нехорошо как-то глянул, не по-доброму. Мрачно и коротко сверкнул смоляным взглядом в полутьме салона. Тьфу-тьфу-тьфу, в сердцах про себя сказал Дэвид, будто увидев черную кошку на пути. - Я за рулем, Билл, - неожиданно жалостливо для самого себя, каким-то извиняющимся тоном пробормотал он, - ты же знаешь, я не могу, когда ты так… - Как «так»? – Билл поднял левую бровь, насмешливо вопросительно. Он медленно облизал нижнюю губу, клацнул металлическим шариком об зубы и так же медленно и даже как-то пофигистично закусил зубами шарик штанги в языке. - Ты-то знаешь, КАК, - раздраженно фыркнул Дэвид, - Куда прешь, идиот? - он посигналил темно-синему Опелю, который сам же и подрезал, и который теперь, замерев обескуражено на правом повороте, пропускал его вперед. Он чувствовал, как в висках его начинает пульсировать, разбухая с каждым толчком крови по венам, теплая вата. Разбухает, с каждым биением сердца убыстряя дыхание. Дэвид схватился за ручку переключения передач, словно пытаясь обрести равновесие. - Скоро уже? – Билл ударил его коленкой по руке, лениво раздвигая ноги, - Заколебало… - Ну, ё-пэ-рэ-сэ-тэ, Билл…. - Упс,…. сорри, Дэвид. - Отрастил, мля, копыта… - Я же извинился! Все время, что они ехали дальше в молчании, Дэвид Йост краем глаза видел, что Билл наблюдает за ним, так, же, искоса, и типа незаметно. Дэвид схватил пачку сигарет, не глядя, вытащил зубами сигарету, медленно ощупал все карманы в поисках зажигалки, прикурил. - Дай мне, - требовательно, словно и не подозревая о потенциальной возможности отказа сказал Билл. - Маленький еще, - мстительно выдохнул дым через нос Йост. Неожиданно для него Билл громко расхохотался. - М-м-м? – удивленно повернулся к нему Дэвид. Билл протянул руку, коснулся его щеки на долю секунды, звякнул браслетами на тонком запястье и, фыркнув от смеха вытащил сигарету из его рта. Затянулся, и, смешно надув губы выпустил дым в потолок. - Паршивец, - покачал головой Дэвид, пряча улыбку. Вскоре они приехали в город. Билл вышел из машины и долго зябко кутался в длинные рукава майки, хотя на взгляд Йоста на улице стояла жара совершенно несусветная, он подождал пока Дэвид припаркует машину и только тогда взялся за ручку двери, когда убедился, что старший мужчина вышел из машины. Они вместе вошли в студию. - Гы! – Душевно поприветствовал Том брата. Улыбка радостная и неподдельная растеклась топленым маслом по его лицу. Смотревший на него настороженно, закусивший заусенец на большом пальце Билл неожиданно разулыбался ему в ответ. Как видно, все их претензии друг к другу были позабыты до следующего повода, который, конечно, не заставит себя ждать. - Дурдом, - мрачно заключил Йост, внезапно почувствовав себя третьим лишним, - Работать, негры, - сказал он, положив руку на плечо Билла, - Солнце еще высоко. Он мог поклясться, что жизнерадостный хохот близнецов преследовал его еще долго, пока он поднимался на второй этаж в свой кабинет. *** Он думал, так будет всегда. Перед ним стоял красный бумажный стаканчик капуччино, Билл сидел рядом с ним на полу, его плечо упиралось в его плечо, его бедро упиралось в его бедро. Острый локоть периодически заезжал ему под ребра, потому что Билл что-то рассказывал ему, помогая обеими руками, размахивая ими в воздухе. Он скажет парню, что он похож на ветряную мельницу, и тот конечно на него обидится, и начнет на него дуться, как мышь на крупу, мол, тот над ним всегда смеется. Дэвид на самом деле улыбнулся своим мыслям. Улыбнулся, и покачал головой. Георг прошел мимо с видом озабоченным по долгу службы. Йост поднял с пола стаканчик с полуостывшим кофе и сделал глоток. Ему не надо было поворачивать голову, чтобы увидеть, что Билл повернул голову и пристально рассматривает его. Сейчас Билл спросит его, хорошо ли он выглядит. - От тебя так приятно пахнет. Что это? – спросил Билл. Дэвид поперхнулся кофе от неожиданности. - Лосьон после бритья, - сказал мужчина, откашливаясь. Билл ткнулся носом в его шею, в чисто выбритый подбородок и с шумом втянул ноздрями воздух. Дэвид почувствовал, как мурашки побежали по его спине. Он хотел было отшатнуться, чувствуя невероятную неловкость от того, что эта выходка его юного, так сказать, воспитанника, вызывает в нем довольно-таки пикантные ощущения, хотел было отшутиться, открыл даже рот, чтобы сказать какую-нибудь гадость. Но Билл приоткрыл губы, Дэвид почувствовал движение нежной свежевыбритой кожей, приоткрыл губы, и едва слышно, на выдохе застонал. Достаточно, впрочем, слышно для Йоста застонал, так что тот едва не выронил из дрожащих пальцев кофе. - Ммм,…как классно - полувздохом проговорил Билл, заставляя каждый слог прочертить горячую линию где-то в районе ровно между его бедрами. Неизвестно, осознанно делал это Билл или нет, ему не хотелось, чтобы это ощущение уходило, хотя наверное со стороны это смотрелось по меньшей мере двусмысленно. - Черт, блин, Билл, я из-за тебя штаны угробил,… Ну, конечно, по закону подлости, кофе не могло не пролиться на его светлые штаны. Йост встал, чертыхаясь себе под нос, направляясь в туалет. Черт, вот еще не хватало, ходить полдня с пятном на штанах, как же он это ненавидел. Ему на секунду показалось, будто кто-то смотрит ему в спину, он отогнал от себя это странное ощущение, проходя по зале, но оно не отпускало, и обернулся внезапно, взявшись за ручку двери. Косой ведьминский взгляд лениво развалившегося на стуле Тома полоснул его наотмашь. Увидев, что Йост заметил это, Том, как ни странно, не смутился и не опустил глаз. Он задумчиво продолжал сжимать гитару, наигрывая пару тройку простых аккордов, и не мигая, продолжал смотреть на Йоста. В его глазах было сложнее разглядеть его эмоции, чем в глазах его брата, но сила их на этот раз оказалась слишком большой, чтобы не вырваться наружу. Йост все еще не в состоянии до конца осознать суть возникшего между ними напряжения, поднял большой палец вверх, вроде бы как, показывая Тому, что тот отлично бренчит на гитаре. Забавно, но Каулитц воспользовался предложенным перемирием, и широкая улыбка непроницаемым стеклом скрыла его эмоции для дальнейшего прочтения. Он несколько раз кивнул, будто бы благодаря Йоста за похвалу, тем временем Йост дошел до туалетной комнаты, озадаченно размышляя о природе странных флюидов, которые он внезапно и ярко стал ощущать от Тома. Вернее от Билла. Или от Тома? От Билла и Тома. Они были разные, но касались, очевидно, одного, и очевидно чего-то, что было прекрасно известно им обоим, но почему-то, они не считали нужным обсуждать это со своим старшим товарищем. Хотя, судя по всему, он-то и являлся центром колебаний эмоционального эфира. Неизвестно, насколько на самом деле серьезны были намерения Билла, Йост был не настолько глуп, чтобы не понять, что парнишка его провоцирует, однако он подозревал, что это просто из любви к провокации собственно. Он слишком хорошо знал Билла, он понимал, что игра с ним, с продюсером, со старшим, невероятно льстит его самолюбию, он даже поддавался ему, позволяя порой больше, чем может быть стоило бы, чем может быть позволил бы кто-то менее уверенный в себе, чем он. Позволяя ему якобы взять верх, и самоутвердиться на нем. До некоторой степени в том, в чем он мог ему позволить. Он понимал, что это привязывает Билла за ниточки к нему сильнее чем что-либо еще могло бы привязать. Это чувство превосходства, которое он получал от этих двусмысленных провокаций. Игра. Может быть, скорее всего, это и было для него игрой, может быть, но вот отношение ко всему происходящему Тома внезапно показалось ему нехорошо и не по-детски серьезным. Старые добрые кошки-мышки с Биллом внезапно стала приобретать не слишком хороший оттенок. У кошек-мышек были жесткие правила игры, а участие Тома эти правила могло нарушить и сделать игру неуправляемой. Он не знал, чего ему следует страшиться более всего, и это было самое неприятное. Он вроде как в первый раз в жизни не знал, с какой стороны его будет ждать удар. Он только бы хотел, чтобы не с двух сторон сразу. Дэвид устало прислонился лбом к зеркалу над раковиной, встроенной в мраморную полку в туалете, позволяя холодному стеклу хоть немного остудить горячий лоб. Мрачные мысли отошли на второй план. Самое нехорошее для него в игре Билла было то, что эти заигрывания с ним были далеко не без повода с его, Дэвида, стороны. Вот и сейчас, он стоял тут, в ярко освещенном обложенном сияющее белой плиткой сортире, но все еще чувствовал полураскрытые губы Билла на своей шее, чувствовал его теплое дыхание своей кожей, и слышал сладостный стон в своих ушах. Ему внезапно стало чрезвычайно интересно, а как шарик в языке Билла мог бы ощущаться на его коже, если бы он лизнул его в шею. Разумеется, ему стало интересно вскоре, а как бы ощущался этот блядский шарик, если бы он лизнул его совсем не в шею. Воображение его разыгралось не на шутку, он чувствовал, как возбуждение постепенно овладевает его телом и мозгом, заставляя его рождать перед собой картины все более и более возбуждающие. Он чувствовал, как сердце его начало биться все чаще и чаще, чувствовал, что у него сбилось дыхание. Он хотел бы уделать эту малолетнюю тварь прямо здесь, в этом туалете, грубо сорвав с его тощей задницы штаны, нагнув вперед, и уперев лицом в гребанный умывальник, отодрать жестко и цинично, не обращая внимания на все его вопли и стоны и слабые попытки сопротивляться. Вставить ему так, чтобы запомнил, вставить, чтобы было больно и не понравилось, заставить его понять, что нельзя бездумно и без последствий играть с взрослыми дядями в ТАКИЕ игры. - О, боже, - воскликнул он. Не хватало ему еще тут отдрочить. Стыд да и только… Дэвид вздохнул, пустил воду из крана, и долго держал под холодными струями ладонь, перед тем как приняться обреченно размазывать кофейное пятно по самому верху бедра, обтянутого вельветовыми песочными штанами. - Дэвид? – взлохмаченная голова Билла с косой челкой на один глаз, показалась в дверном проеме. - М-да? – мрачно сказал он. - Ты в порядке? - М-да… Билл скосил глаза из-под челки на него и шмыгнул носом. - Ты куда пропал-то? – спросил он, - заждались уже все. - Я, блин, что, уже и в туалет сходить не могу? - едва не капая ядовитой слюной, спросил Дэвид. - Нет, ну почему не можешь,…можешь, - Билл задумчиво поскреб затылок, вошел внутрь и закрыл дверь. Йост смерил его возмущенным взглядом в зеркале и продолжил свою нелегкую работу. Он сделал воду потеплее, нажал на кнопочку дозатора, выдавливая на руку немного мыла. Билл, тем временем, подошел к мужчине ближе, и оперся обеими руками о раковину. Он встал, отклячив задницу, и принялся нетерпеливо постукивать ногой по кафельному полу. Взгляд мальчишки неотрывно следовал за рукой Дэвида. Нагло и упорно. От крана, до бедра, и следуя за каждым движением по мускулистой ляжке вверх и вниз. - Чего смотришь? – вышло довольно грубо, но иначе никак не получалось. - А чо мне еще делать-то? - сказал Билл. Йост выругался себе под нос. Билл не стал особенно разбирать, что именно он сказал. Он вообще придерживался точки зрения, что ему не все на свете хотелось бы знать. - Помочь? – вместо этого спросил он старшего мужчину бархатным голосом. - Ты мне уже помог. С кофе, – миролюбиво хмыкнул Йост. - С чем еще ты собираешься мне помочь? Билл коротко и низко рассмеялся. У Йоста по спине пошли знакомые мурашки. - Ну…а…какие-нибудь особые предпочтения? – спросил он с придыханием, интонацией в голосе выделив слово «особые». - С-сучок, - сказал Йост и Билл снова рассмеялся. Внезапно Билл отодвинул Йоста от раковины, толкнув его в плечо. Рука его вмиг оказалась на месте мокрого пятна на штанах. - Дай я, ты не умеешь. Йост, кажется, даже приоткрыл рот от удивления. В сущности, он ничего не смог сделать, кроме как стоять и смотреть на все происходящее безобразие. Билл резко сел перед ним на корточки, широко расставив колени, рука его продолжала гладить его бедро медленно, прожигая дыру в штанах, или так Йосту казалось. Поза пацана была не более двусмысленна, чем оральный секс в порнофильме, потому Дэвид просто закрыл глаза, чтобы не добавлять своему и без того разыгравшемуся воображению лишней стимуляции. Он просто чувствовал руку Билла, скользящую около самой его ширинки, другую, длинными сильными пальцами сжавшую его бедро сзади, и тупо наблюдал за тем, как с каждым его движением кровь концентрируется в нужном месте, он был уверен, оттопыривая его штаны с каждой секундой больше и больше. Он уже понимал, что этого не скрыть, а потому как-то вдруг перестал об этом беспокоиться, просто наслаждаясь моментом, и позволяя шальным мыслям понестись туда, куда им очень было в данный момент надо. А надо им было туда, где Билл бы положил ему ладонь прямо на ширинку, продолжая свои настойчивые медленные поглаживания. Надо было им туда, где бы он расстегнул ему штаны, тонкой, девичьей кистью схватил бы его напряженный член, сжал бы чувствительный ствол, поднося к сладким, полуоткрытым губам. Движение на его бедре внезапно прекратилось, и Дэвид опасливо приоткрыл один глаз. Затем второй. Билл довольно сосредоточенно, с совершенно нечитаемым выражением лица смотрел прямо на его раздувшуюся ширинку. Дэвид почувствовал, как кровь против воли прилила к его лицу, он облизал пересохшие губы, находя где-то в самой глубине пылающего мозга остатки юмора. - Хочешь сказать, какие у меня клевые штаны? – спросил он Билла. Билл не успел ответить. - Привет всем, - сказал Том, резко отворяя дверь в злосчастный туалет. - Том, тут занято, - не поворачивая голову к нему, сказал Билл. Он не изменил своего положения относительно Йоста, и ни на секунду не прекратил делать то, что он делает. Очевидно, с его точки зрения это казалось абсолютно нормальным. - Охуеть, а мне что теперь по углам ссать как коту? – спросил Том беззлобно, вставая к писсуару и расстегивая штаны. Во время всего процесса он с интересом посматривал то на сидящего на корточках перед молодым мужчиной Билла, то на штаны Йоста. - Эта,…а чем вы тут, кстати, занимаетесь таким интересным, а? – спросил он. - Смотри лучше, чо делаешь, - не выдержав, огрызнулся Билл. - Чо я там не видел? – возразил Том. - А тут ты чо не видел? Йост решил вступиться, пока не поздно. Краснея, заикаясь и отводя руки Билла от своих бедер, он рассказал Тому всю историю избавления от кофейного пятна. Ну, то есть, часть истории, конечно. Он оторвал несколько бумажных полотенец и тщетно теперь пытался хотя бы чуть подсушить штаны. - Ну, вот, я, типа, и решил ему помочь стереть пятно, - добавил Билл. Дэвид вышел из туалета, и вся процессия направилась за ним плотным рядом. Вначале Билл, следом его брат-близнец. - Ах ты, енот, ты, блядь, полоскушка… - ласково, вполголоса, сквозь зубы сообщил затылку брата Том.