Параллельные миры

      Кенсу хватает двойной трели звонка, чтобы пересечь коридор и распахнуть дверь. На пороге стоит молодой высокий парень, стройное подкаченное тело соблазнительно обтянуто белой футболкой, а симпатичное лицо искажено сердитой гримасой.       Кенсу в удивлении раскрывает рот, но вопрос задать не успевает.       – Вот, – заявляет парень и стягивает с себя джинсы ровно до колен.       Брови Кенсу ползут вверх, а взгляд против воли – вниз. Смуглые ровные ноги, темное белье, чуть выглядывающее из-под достаточно длинной футболки.       – Ага, – сипит Кенсу, сглатывая ком в горле.       – Ну, зашибись, да? – в голосе неожиданного гостя напряжение вперемешку с возмущением.       – Ну, если честно… – растерянно бормочет Кенсу, – неплохо.       – Неплохо? – теперь доля возмущения серьезно возрастает. – А, по-моему, хреново!       – Вы слишком самокритичны, – жмет плечами Кенсу. Он не понимает, почему до сих пор разговаривает с этим извращенцем. И уж тем более, почему пытается разглядеть размер его достоинства и подобрать подходящие утешительные аргументы. Хозяйство и впрямь небольшое, но уж и не на «хреново». – Не выдумывайте…       – Ага! – парень взрывается гневом. – Тоже будете говорить, что я придумываю и фантазирую? Офигеть! Он вам уже позвонил, да? Думал, я не поднимусь, не буду разбираться? Знаете, если бы он просто извинился, нет, ведь начал отнекиваться…       – Кто? – Кенсу, наконец, отрывает взгляд от нижней части чужого тела, и с непониманием смотрит в глаза собеседника.       – Ваш брат, конечно!       – Мой… кто? – хозяин квартиры встряхивает головой.       – Брат? – теряя былой пыл, выдыхает парень. – Эм, ну такой рыжий, задиристый, только что вышел из дома. И меня укусила его собака.       В пятнадцати сантиметрах над левой коленкой зреет свеженький синяк, и Кенсу смущенно краснеет оттого, что сразу не заметил, сосредоточившись на изучении других частей.       – Как вас зовут? – облегченно улыбается Кенсу.       – Чонин, – совсем тушует парень.       – Проходите, у меня хорошая мазь есть, – предлагает хозяин, гостеприимно распахивая дверь.       Чонин закусывает губу и осторожно шагает через порог, предварительно подтянув штаны.              Дела весь день шли наперекосяк, и Чонин просто мечтал вернуться к себе и запереться в квартире подальше от проблем. Но когда до цели оставалось каких-то пять этажей на лифте, из того самого лифта в холл выскочило лохматое рыжее нечто. Вернее, два лохматых рыжих нечто. Первое было какой-то жуткой помесью лайки и боксера, а второе – мальчишкой лет пятнадцати. Собака рванула поводок и бросилась на Чонина, сомкнув челюсти на левом бедре. Мальчишка ойкнул, отдернул собаку и попытался сбежать.       Чонин, конечно, путь ему преградил, но на все свои претензии получал дерзкое: «Нет, она вас не кусала, джинсы же целы».       «Мне больно!»       «Вы фантазируете!»       «Да я…»       «Можете пожаловаться моему старшему брату, – бросил мальчик, выбегая из подъезда. – Он живет в тридцать седьмой!»       Стоило Чонину еще тогда задуматься, а какого черта парнишка так быстро сдал свои координаты? Но Чонин не задумался, а пошел прямиком в тридцать седьмую.              Теперь Кенсу – хозяин тридцать седьмой квартиры – сидит рядом на диване, тихонько посмеивается над этим рассказом и нежно водит холодными от мази пальцами по синяку. А Чонин разрывается между: «я зол», «черт, приятно» и «у него красивая улыбка».       – Кстати, – Кенсу поднимает взгляд на Чонина, и тот окончательно останавливает свой выбор на последнем пункте про улыбку. – Единственная собака в нашем подъезде живет на десятом этаже.       Он показательно тычет пальцем в потолок, а сам думает, что черта с два он еще хоть раз будет откровенничать с мелким Доёном и жаловаться, что не может решиться познакомиться с новым симпатичным соседом.