Необычная жизнь

      К дому Бобби Сингера мы приехали только поздно вечером, дождя уже не было, но зато после грозы остались большие глубокие лужи и грязь, а я молча выхожу из машины, погружённая в себя, смотрю на великую свалку машин, хотя уже облазила там везде и всюду, где можно и нельзя, но обходила пустые одинокие места, так как там, скорее всего, были зарыты трупы чьих-то монстров… Я готова была думать о чём угодно, но только не о том, что сегодня было. Молча вхожу в дом, киваю старому охотнику, как бы говоря, что всё в порядке, разуваюсь на пороге и, не говоря ни слова, быстро поднимаюсь наверх, чтобы ни у кого не возникло задавать мне вопросы о прожитом дне. Мне есть о чём подумать, а охотникам есть тема для разговора, тем более, они всё равно при мне это происшествие с альфой обсуждать не будут, так что незачем там и присутствовать.       Принимаю душ, переодеваюсь в пижаму и ложусь в кровать, но не могу уснуть. Не было никаких плохих мыслей, доводов, переживаний. Мы всё равно молодцы, достали один из не маловажных ингредиентов, а это уже первый шаг… Осталось ещё три. И всё. А там Дин и Кас, по сценарию, должны на год попасть в Чистилище, встретить благородного вампира Бенни, который в будущем станет другом Дина и покажет ему и Касу дорогу обратно домой, а Сэм в это время попробует начать жизнь с нуля, благодаря сбитой собаке. Но только теперь стоит учесть кое-что важное — меня. В лепёшку разобьюсь, но не дам Дину и Касу попасть в эту дыру, а Сэму встретить эту Амелию, ведь всё равно у них ничего не получится и они разойдутся.       Дверь тихо приоткрывается, и в комнату почти бесшумно входит Сэм, молча садится на край кровати, когда понимает, что я не сплю, и просто, без слов, прижимает меня к себе, обнимает и зарывается носом в мои ещё влажные после душа волосы. Вот и всё, мне сразу стало легче, всё без слов, всё и так понятно… Сэм нужен мне. Так же, как и Дин. И Бобби. Они все стали мне настоящей семьёй, без них бы я не справилась, не нашла бы в себе силы бороться дальше… Младший охотник молча ложится рядом и укрывает нас одеялом, обнимает за талию и прикрывает глаза, и в этом жесте нет ничего пошлого, просто поддержка, которая мне сейчас так необходима. Что будет завтра — неизвестно, но сегодня мне хорошо… Сэм рядом, Дин и Бобби наверняка уже спят или сидят в кабинете старого охотника и распивают либо пиво, либо кое-что покрепче. Главное — мы все невредимы и здоровы, это ли не счастье?       Утро встречает меня рано, так как тело запротестовало против непривычной духоты, и мне пришлось разлепить глаза и вырваться из мягкой пучины сна. Немного проснувшись, я почувствовала, что Сэм так и заснул, как лёг, но только я оказалась спиной крепко прижата к его широкой и мускулистой груди, как плюшевая игрушка, а сам он тихо посапывал мне куда-то в макушку, даже не храпел. Может всё дело в его правильном питании? Надо будет потом спросить как-нибудь.       Сон больше не шёл, а в выспавшийся мозг начали приходить раздумья, до которых вчера просто не было сил. Значит, Сэм ко мне привязан больше, чем Дин, хотя это итак ясно, ведь пока я рядом, в его голове нет Глюцифера, а значит, Винчестер-младший полноценный охотник без всяких психологических проблем. Дину тоже нужна забота, но он замкнулся в своей холодной маске охотника, хотя я прекрасно знаю, что он не такой, ему тоже бывает тяжело, одиноко, больно, страшно… Все мы люди, нет чувств только у монстров.       Есть ещё одна мысль, которая начала волновать меня, хотя раньше я о ней не задумывалась, ведь не считала это правильным, а теперь… Да, в своём мире я была помешана на Сверхъестественном и считала себя истинной суперамипришибленной, так как с ума сходила по этому сериалу, собирала плакаты, наклейки, искала информацию о актёрах, наизусть выучила экзорцизм по изгнанию демона на латыни, сделала татуировку против демонов — пентаграмму, окружённую чёрными языками пламени… Но я никогда не смотрела на Винчестеров, как на парней, всё-таки я считала, что мечтать о них бесполезно, так как главные актёры всё равно жили на другом материке, у них были свои семьи, дети, заботы.       А сейчас я лежу рядом с Сэмом и понимаю, что он мне нравится, не только как герой, но и как мужчина, ведь мне давно уже не 15 лет, и я полноценная девушка, которая никогда не мечтала переспать с одним из братьев Винчестеров. Итак, главный вопрос: что я чувствую к этим двум братьям? К Сэму я испытывала нежность, симпатию, так как он более мягок в разговорах, более понятлив, умён, может поддержать как словами, так и действиями, в чём я убедилась вчера ночью, с ним мне было спокойно, хорошо, хотелось быть самой собой, мне просто хотелось заботиться о нём, как о своём мужчине. О Дине я просто хотела заботиться, как о брате, по утрам просто так целовать его в щеку и заваривать ему крепкий кофе, давая кусочек его любимого пирога, но он слишком замкнут в себе и не позволит этой нежности с моей стороны, он будет язвить, опускать пошлые шуточки, но никогда не покажет, что ему когда-то было страшно, обидно или больно. Никогда не раскроется, не обнажит душу… Пусть даже не мне, вообще любому, кто преодолеет этот барьер «Дин-человек-разговор по душам».       Я тихонько повернулась к Сэму, стараясь не потревожить его спокойный сон, и начала рассматривать красивого охотника. Да, он по-своему красив: сейчас его лицо было таким умиротворённым, спокойным, сам он расслабленно лежал и видел, наверное, хороший сон, его губы чуть-чуть приоткрыты, и так хотелось прикоснуться к ним подушечками пальцев или своими губами… Ощутить этот вкус первого поцелуя, зарыться в его мягкие волосы, поцеловать родинки на его лице слева от носа и на подбородке, увидеть его улыбку и лучившиеся счастьем глаза.       Я даже не заметила, что от этих мыслей по моим щекам скатываются слёзы, собираются в уголках глаз и я прикрываю веки, так как всё расплывается, и я тихонько шмыгаю носом и прижимаюсь сильнее к груди охотника, вдыхаю его запах пота, пороха и дешёвого геля для душа с ароматом ментола и морозной свежести, что стоит в душевой кабине. — Давно не спишь? — Тихо спрашивает он и ласково обнимает меня, уже не так крепко, но давая понять, что никуда не выпустит и что он рядом и готов подставить мне своё мужское плечо, чтобы защитить от монстров, или даже от самой себя. — Не плачь, Светлана, всё хорошо, мы рядом, никому не отдадим такое сокровище, тише… — Мужчина гладит меня горячими ладонями по спине, лопаткам, пояснице, но не опускает руку ниже. Это же Сэм, ему можно доверять… Я сквозь слёзы улыбаюсь от услышанного, и поднимаю свой заплаканный, но счастливый взгляд на него, вытираю слёзы тыльной стороной ладони и снова шмыгаю носом, пытаясь успокоиться. Винчестер чуть улыбнулся, нежно провёл своей рукой по моей щеке, убирая прядь волос за ушко, рассматривает меня с таким нежным взглядом, а затем я понимаю, что сейчас случится неизбежное, но такое важное в моей жизни. Он наклоняется и медленно целует меня, просто соприкасаясь своими губами с моими, чтобы дать мне шанс сбежать, если я не хочу этой близости. Нет, не хочу этого делать, и отвечаю на поцелуй важного для меня охотника, прикрываю глаза и зарываюсь пальцами в его волосы, о чём так давно мечтала, ощущаю вкус его губ на своих губах. Мы не спешим, целуемся медленно и с чувством, прижимаемся друг к другу, но снова всё кажется таким правильным, не пошлым… Мы не прекращаем наше приятное занятие до тех пор, пока в лёгких не остаётся ни грамма воздуха, и только тогда приходится разорвать этот волшебный поцелуй. — С добрым утром. — Шепчет мужчина и улыбается, наблюдая за мной. — С прекрасным утром. — Отвечаю я и носом утыкаюсь ему в шею, снова вдыхая запах охотника. — Спасибо, Сэм, за всё. — Слова благодарности вырываются сами собой и я вновь ощущаю себя прижатой к его груди. — Не за что, Светлана, мне тоже есть за что сказать спасибо, и ты сама прекрасно знаешь за что, верно? — Охотник позволяет положить голову ему на грудь и просто замереть, слушая стук его сердца. Такой важный для меня момент. Для нас обоих. Кажется, в этом мире настал момент романтики. И мы этот момент не упустим, но и не опошлим. Уж в этом я была уверена точно.