Сделка

– Ну, кто там ещё, а?! Я же сказал: я не принимаю, по всем проклятьям обращаться к заместителю! Какого бога?! – возопил, окончательно теряя самообладание, Рободьявол и тут же сладко, до треска в эндоскелете потянулся. В оптике всё ещё мельтешили обрывки квартальной отчётности по ироничным мукам для грешников. Эх, ведь были же где-то у него роботы-бюрократы да простаивали сколько без дела, ожидая свой черёд… Ну зачем, спрашивается, последнего в котёл сбросил – так хоть на что-нибудь сгодился бы этот гудящий хлам! В дверь вновь постучали, вопиющим образом игнорируя его игнорирование сторонних раздражителей. Впрочем, раздражение Рободьявола уже сменилось игривым любопытством: тот, кто может быть настолько упёртым и зловредным, чтобы вывести его из терпения, определённо заслуживает минутки. – Входите! – милостиво разрешил он, взмахивая рукой; лязгнул замок. – Я пришёл по твою душу, – раздался из проёма хрипловатый голос, который тут же поглотили агонические крики. – Шутка! Иначе я согнул бы к хренам эту дверь ещё часа полтора назад. – Бендер! – заметно оживился Рободьявол, даже привставая над креслом. – Чертовски рад тебя видеть… в особенности без этого, ну, кхм, органического, ржавого. – А, ты про Фрая. – Бендер вошёл в кабинет, окидывая его профессионально-цепким взором, но, к его сожалению, лаконичная обстановка не обновилась никакими ценными элементами интерьера с последнего сюда визита. – Я звал его, но мешок с мясом почему-то пожелал тебе гореть в Робо-Раю. Рободьявола мелко передёрнуло, и он неподотчётно потёр запястья. – Так или иначе какими судьбами в моей скромной обители? – Указав жестом на кресло перед столом, он сцепил когтистые пальцы в замок и умостил на них подбородок. – Да вот, заскочил тут к тебе по одному дельцу, – загадочно отозвался Бендер, со всем комфортом разваливаясь в кресле. – Это через тот вход в парке Джерси-то? – Я робот в самом расцвете сил и снова попадать к тебе сюда прямыми путями пока не планирую. – Ха-ха-ха!.. – Лицо Рободьявола, замершее в изготовке для нового смешка, спустя мгновение приобрело скорбный вид. – Ты даже не представляешь, как мне жаль. – Это чего это? – Анимация жёлтых кругов глаз на визоре гостя «насупилась», а сам он скрестил на груди руки. – О, Бендер, – с театральной грустью в голосе вздохнул хозяин Робо-Ада, поднимаясь из-за стола, – я с замиранием процессора жду момента, когда твоё ПО* явится ко мне. Такого законченного мерзавца с такими важными для Робо-Ада личностными качествами в верхнем мире ещё поискать надо! С твоими талантами и твоим беспристрастно-потребительским отношением к окружающим ты бы стал моей незаменимой правой рукой! – патетически изрёк он, вознося руки к потолку, и, с нежностью оглядев их, добавил: – Ну и другими частями тела, если я всё-таки снова буду принуждён обменять их… Так зачем, говоришь, ты пришёл? – Есть один такой чубчик, – крайне значительно поглядывая на беса исподлобья, произнёс Бендер и постучал пальцами по подлокотнику, – так вот, нужна информация по нему: где он, что он, не у тебя ли часом. – У-у... – Ревниво сощурившись, Рободьявол присел на край стола. – И чем же этот робот так заинтересовал тебя, раз искать ты его решился через Князьбота Тьмы? – Ну, это мой старый кореш, мы с ним были собраны на одном конвейере, одной модели мы, зовут его Флексо. Я его как-то подставил, бабу увёл, из-за меня он попал в тюрьму, и вот теперь до меня дошёл слушок, что кто-то похожий на меня спелся с Донботом. Только вот и у меня с ним были дела… Вернее, с его дочуркой. И с женой. Короче, почему-то ходят слухи, что на меня готовят покушение. – Действительно, почему бы? – Рободьявол фыркнул. – Хм-м-м, то есть ты полагаешь, что твоей обшивке что-то угрожает? – Его губы растянулись в какой-то ненавязчиво-пакостной улыбке, а глаза вновь сощурились. Бендер почти видел, как в рогатой башке выстраиваются конструкции из логических цепей и составляется поэтапно план аферы, которая ничем хорошим для него, Бендера, явно не закончится, учитывая прозвучавший пару минут назад пассаж. Так что, пока сеанс обработки данных не завершился, надо бы продемонстрировать свой Туз-кикер в каре**. – И учти, дымок, даже не думай о своих сатанинских интригах. Я тебя насквозь вижу. Рободьявол с обезоруживающей невинной улыбкой развёл руками в стороны. – А то что, – едва сдерживая рвущуюся победную улыбку, ткнул Бендер в грудь бесу пальцем, – думаешь, не знаю я про договоры без печати, обязывающей к исполнению? – Как ты узнал?! – Чуть не подскочил на месте хозяин Робо-Ада, в буквальном смысле вспыхнув. Негорючая синтетика смольно-чёрных волос всколыхнулась под дуновением раскалённого воздуха от огня, мечущегося за его спиной. – Блоки памяти иногда пересматриваю – много полезного находится, – Бендер торжествующе захихикал. – Ну бывают без печати договоры, ну и что с того? – набычился бес, поправляя зачёсанную чёлку. – А что, у тебя в отчётности эти случаи тоже регистрируются? Небось – не знаю пока, правда, кто оно у тебя, – начальство рассчитывает на то, что ты свои делишки обставляешь честно и по инструкциям? Внезапно Рободьявол переменился в лице. Напряжённо подрагивающий хвост с острым треугольным наконечником начал плавно покачиваться, красиво изгибаясь. – Бе-ендер, – почти промурчал он, наклоняясь едва ли не к самому лицу бесстрашного или бесстыжего – а второе куда вероятнее – робота, – ты никак меня шантажируешь? – Главное в нашем деле – уметь глубоко копнуть, – не без самодовольства отозвался тот. – Все мы не без греха. Да и куда нам-то, когда и за самим Рободьяволом, как мы видим, грешки водятся. Острые зубы прикусили губу, а сам Рободьявол даже заёрзал по столешнице. – Каковы твои условия? – Чтобы не захлопать в ладоши от нетерпения, он сцепил пальцы в замок и обхватил руками колено закинутой на другую ноги. – Накопай мне информации об этом парне и, если мне действительно угрожает опасность, избавь от него. И только попробуй выкинуть одну из этих своих штучек – уж поверь, я-то узнаю, на кого ты работаешь. – Бе-ендер, ну зачем ты так обо мне думаешь? – Рободьявол, изображая оскорблённость в лучших чувствах, покачал головой. – Я честный делец, зачем мне обманывать моего дорогого и любимого клиента? – А кто мне говорил, что хуже меня только ты? – хмыкнул Бендер иронически и поглядел на возникший из воздуха, а вернее из пучка запашистого дыма контракт. – Это был высший комплимент! Это было в самом начале нашего знакомства, а теперь я только утвердился во мнении. Я все ещё помню, как в обмен на чёртову армию ты принёс мне своего первенца, – бес снова беспокойно заёрзал на месте, почти что урча, как корабль Межпланетного Экспресса в свои лучшие времена. – Это была одна из самых гнусных и беспринципных вещей, которые мне только доводилось видеть! Бендер польщено хмыкнул и внимательно вгляделся в карминовый кружок с пентаграммой и двоичным кодом по периметру, достал из-за пазухи увесистую печать и стал придирчиво сверять узор. – Откуда она у тебя? – опешил Рободьявол, доселе рассматривавший с демонстративным беспристрастием свои когти. – Прихватил по пути. Вдруг пригодится. – Печать активируется только на территории Робо-Ада, – сухо отрезал он и выхватил её из рук Бендера, бурча себе под нос: – Вот что значит работать с дилетантами, говорят им: носите с собой, артефакт важнейший, а они… Стажеры!.. – И ладно! – воскликнул Сгибальщик и поставил размашистую подпись, убедившись в идентичности узора окончательно; в следующее же мгновение документ с хлопком растворился в воздухе. – Так что, каковы твои дьявольские условия? Дуэтом с тобой спеть, а? – Всему своё время, – ответствовал невозмутимо Рободьявол, перемещаясь к своему креслу и открывая нужную вкладку в браузере. Вот ведь болван! Печать заметил, а условия начать читать, прежде чем давать согласие, так и не научился. – Флексо, говоришь, – пробормотал хозяин Робо-Ада, углубляясь в чтение. – Да-да, давай там, не зависай! – нетерпеливо замахал рукой Бендер. – Хм-м, – потирая подбородок с треугольной бородкой, озадаченно протянул через несколько времени Рободьявол, – действительно, против тебя зреет заговор. Однако я не могу просто так взять и забрать робота к себе – за ним, конечно, числятся грешки, но он не является приверженцем Роботологии, так что я не уполномочен забирать его в Робо-Ад при жизни, как тебя тогда. – Ох, да брось! – Бендеру совсем не понравилось новость, что кто-то желает его, но явно не просто смерти. – Ты проделал такую махинацию, когда пытался вернуть себе свои руки, – на этих словах Рободьявола снова передёрнуло, – неужели ты хочешь меня убедить, что тебе не по зубам избавиться от этого мудачья? Брехня, я тебе скажу! Мы так не договаривались… Не отрывая взгляда от монитора и периодически щёлкая мышкой, Рободьявол терпеливо пояснил: – Я не вижу целесообразным проделывать что-то подобное, хотя, без сомнений, могу, но вот для тебя-то время тикает. И в моих силах сделать так, что при прочих равных вы с ним не встретитесь в… гм… ну, ближайшее столетие. – Всего-то одно столетие?! – От охватившего его возмущения Бендер даже пнул заднюю панель стола. – Да за кого ты меня держишь, за eyePhone 2.0?! Да ты у меня знаешь где со своим шарлатанством?!.. – Послушай сюда, – процедил отрывисто Рободьявол, одним мимолётным жестом подгоняя кресло почти вплотную к столу, да так резко, что Бендер, ойкнув, грудью плюхнулся на столешницу, – ты, дефектная конструкция без модуля резервного копирования, отдашь своё ПО с подобным образом жизни раньше, чем истечёт этот срок. Бендер, только собравшийся с новыми силами и поводом возмущаться, даже позабыл трепетно подобранные аргументы – настолько оказался уязвлён точным ударом по больному месту. Он подложил под голову руки и обиженно засопел, глядя снизу-вверх на беса в попытке испепелить того взором без специализированных модификаций. – Во всяком случае, – уже будничным тоном продолжал тот, поворачивая к роботу монитор компьютера, где были видны две линии на одном графике: одна, почти ровная, тянулась где-то понизу, а вторая, ломанная, проходила на пару-тройку делений над первой, – такое развитие событий имеет большую вероятность, чем ваша встреча с Флексо. – Ладно, – всё же неохотно буркнул Сгибальщик, хотя чисто из принципа планировал не поддерживать разговор. – Как хоть «избавишься от моей проблемы»? – Он показал воздушные кавычки. – Скажем так, роботы твоей конструкции имеют общие недостатки, и значительные, на которые стоило бы обратить внимание ребятам из службы контроля окружающей среды. – Рободьявол с самодовольным видом и многозначительным оскалом соединил кончики пальцев. – Стой, погоди минутку. Ты же… Ты разве не должен знать точную дату моего отключения? – запоздало удивился Бендер. – Эй, я тут Рободьявол на минутку – я не провидец и не экстрасенс, – хозяин Робо-Ада презрительно фыркнул и вновь осклабился: – Ну что, работаем? – Да кому есть дело, валяй! – отмахнулся Сгибальщик. Когтистые пальцы, обтянутые красными перчатками, запорхали над клавиатурой. Скоро Рободьявол откинулся на спинку кресла и прикрыл глаза. Бендер же поначалу попытался освободить зажатые ноги, но своё кресло сдвинуть хоть на дюйм ему едва ли удалось. Тогда он решил последовать поданному примеру, но уже очень скоро пальцы его нетерпеливо забарабанили по подлокотнику. Наконец, Бендер не выдержал: – Ну и надолго я здесь застрял? – Терпение, мой продажный друг, – наблюдавший всё это время за ним через щёлку меж веками Рободьявол, и теперь не открывая глаз, спокойно усмехнулся, – моё распоряжение ещё должны выполнить. Правда, дольше у нас обновляются базы данных. Компьютер издал «клик», и Рободьявол, щёлкнув кнопкой мыши, торжественно воскликнул: – Готово! Моя часть сделки засим выполнена. – Он перевёл глумливый взгляд на Бендера. Тот подозрительно огляделся, ощупал себя, прислушался к самоощущению, соображая, изменилось ли что-нибудь. Придя в конце концов к какому-то соглашению с собой, он с самым чинным видом изрёк: – Ну и чего тебе надо взамен, рогатый? Так и быть, достоин благосклонности Бендера Великого. – К чему так спешить? – в притворном недоумении вскинул брови бес, поднимаясь из-за стола. – Ты наверняка страшно перенервничал за это время. Кто, скажи мне, будет рад, узнав, что на него готовится покушение? Теперь-то ты можешь позволить себе немного расслабиться. На столе оказалась элегантная коричневая коробочка, во всю длину которой тянулась витиеватая ярко-красная надпись. – Нью-Кубинские сигары, деинсталлировать мой антивирусник! – с неприкрытым восхищением выдохнул Бендер. – Редчайшая вещь! Вот уж не думал, что у тебя такое водится. – Ты многое узнал бы, если бы... Рободьявол неторопливо обошёл кресло. Он не торопился освобождать ноги своего клиента, да и тот был слишком поглощён подготовительными мероприятиями. – Если бы общался со мной, так скажем, чу-уточку поближе. – Он склонился к Бендеру и обвил рукой его шею, поднося кончик пальца к уже торчащей из его рта сигаре. Из-под когтя на указательном пальце вырвался с характерным шипением синий огонёк, и покровный лист от него охотно занялся. Сгибальщик глубоко затянулся и ещё несколько раз поменьше, раскуривая сигару. Терпкий крепкий дым поплыл от его губ. – Газ? – удивлённо уточнил он. – Пропан, – Рободьявол развёл руками, как только убедился, что процесс хорошо пошёл, и огонёк тут же погас, – не моя идея – на нас тут кампанию навалили по защите окружающей среды. А то газы серы у них, видите ли, оказывают куда более пагубное влияние в сложившейся экологической обстановке. С усилием заставив себя проглотить рвущийся поток возмущений в адрес нерадивых «зелёных», бес мягко опустил кисти рук на плечи Бендера, поближе к шее. Коротко отстрекотал разряд. – Тц… Ауч! – Сгибальщик вздрогнул от неожиданности и повёл плечами – контакты даже через изоляцию коротнуло, а в процессоре на мгновение приятно «поплыло», тут же вспыхнули окна с сообщениями об ошибках. – Это что за хрень? – Скажем так, некоторые преимущества постоянной профессиональной модернизации, – почти пропел Рободьявол, поскрёбывая когтями по ткани жилетки. – Нравится? – Это же электричество, – удивился Бендер, не вынимая изо рта сигары, – зачем оно тебе? – Хм, пригождается для разного, знаешь, – уклончиво отозвался тот. – В Робо-Аду своя система нарушений и, следовательно, наказаний. А так же своя система поощрений… – добавил, понизив голос. – К чему ты клонишь? – повернув голову, Бендер фыркнул, и облачко дыма обволокло скалящееся ему лицо. – И даже не смей лезть своим хвостом в мои штаны. – Уверен? – промурлыкал в самый аудиодатчик Рободьявол. – Чёрт подери! – Сгибальщик дёрнулся в сторону, но вжатые в стол ноги тут же дали о себе знать. – Я бы с удовольствием... И прежде чем Бендер возобновил попытки вырваться, с острого кончика хвоста, и вправду пробравшегося под ремень джинсов, сорвались шальные искорки – одна, вторая, третья, – тут же проходя через синтетическую кожу. Обновлённая со времен зависимости система безопасности в негодовании затормошила процессор, однако знакомый с ощущениями, приносимыми электрическим током, механизм взбудоражился, посылая сигналы «одобрения» к ближайшему порту. Бендер охнул сквозь зубы, вытягиваясь в кресле, но, когда электризующийся хвост, обнаружив зону пока ещё закрытого порта, заелозил по ней наконечником, робот откинулся на спинку кресла, беспомощно хватая ртом воздух, чтобы принудительно разогнать вентиляцию. Выпавшая сигара мазнула по жилету, и скопившийся пепел рассыпался по огнестойкой ткани. Ток был слабым, и его оказалось недостаточно, чтобы погрузить в состояние той искрящейся заряженными частицами нирваны, но хватало, чтобы упорядоченной стимуляцией раздразнить уже когда-то плотно сидевшую на электричестве машину. Порт бесстыдно раскрылся, а сам Бендер, впившись вибрирующими пальцами в подлокотники, бесконтрольно елозил по креслу, пытаясь подставиться под штекер, выпущенный из наконечника хвоста, но безрезультатно. Он даже замычал было от разочарования, правда из-за сходящей с ума системы вентиляции и низкочастотной вибрации это вышло мало похожим на мычание, но прозвучало чертовски развратно. – Что, убрать хвост, говоришь? – хмыкнули ему в аудиодатчик, временно приводя в чувства. Бендер с усилием отцепил правую руку от подлокотника и наугад схватил Рободьявола за сверкающий рог, притягивая его к лицу. Это не имело особого смысла, так как визуальное восприятие от воздействия током пострадало в первую очередь, и теперь подавало изображение донельзя битым. Голос же ну совсем не подобающим образом прерывался и скакал по частотам, как жизнерадостный горный козлик. – Если… ты не засунешь его в меня… – просипел Сгибальщик, – я тебе клянусь… я тебя самого им так… – А как же волшебное слово? – Ничуть не устрашившись подобным заявлением, Рободьявол покачал перед визором робота указательным пальцем и зажмурился от удовольствия, когда Бендер крепче ухватился за рог и площадь соприкосновения с вибрирующей поверхностью резко возросла. – Трахни же ты меня уже своим чёртовым электричеством!.. – звук оборвался, и динамик очаровательно «захрустел» помехами. – Ну... пожалуйста… – Только если ты настаиваешь, – приглушённо захихикал Рободьявол; по удлинившемуся хвосту, обвившему талию и бедра, прошёл особо сильный разряд, и универсальный штекер, скрябнув по металлической каёмке порта, плотно вошёл в него. Всё, что происходило потом, как будто бы начисто стёрли с жёсткого диска Бендера. Впрочем, нет, не так, иначе бы общее впечатление того, что это «всё» было продолжительным, сногсшибательным до скрипа в сервоприводах и адски горячим, не сохранилось бы также. Это дошло до Сгибальщика после классического в такой ситуации вопроса «Что вчера было?», правда чуть с задержкой. Для начала он с мученическим стоном перевернулся на бок и уткнулся лицом в нечто, слишком плоское, чтобы быть грудью женбота, слишком твёрдое, чтобы быть Фраем, и слишком пропахшее плавленым металлом и газом, чтобы надеяться, что это что-то другое. Визор активировался быстро, ещё несколько времени ушло на то, чтобы с изображения окончательно ушли помехи. Первым делом Бендер скорее машинально спихнул с плеча руку Рободьявола, а потом, осмыслив это, отшатнулся уже и от него самого. Сгибальщик закрыл разом все системные предупреждения, ещё только придя в онлайн, да и сейчас и без них можно было прекрасно обойтись. Разъёмы были открыты вообще везде, где только возможно их было открыть; антивирусник в ответ на резонную тревогу активировался и запустил быструю проверку. К этому времени и Рободьявол открыл глаза и потянулся. Он повернулся к залипшему в пространство Бендеру, которому вот только представился результат проверки, и собрался было что-то сказать даже без извечной улыбочки, но его прервал негодующий вопль: – Ты… Ты совратил меня! – Бендер в полном ужасе уставился на графу «последние соединения», но уже спустя пару мгновений всё-таки скривился, поняв, как по-идиотски из его уст прозвучала эта фраза. – Короче, я на такое не подписывался, шланг ты искуситель! Ты как посмел?! Да я тебя… Рободьявол, садясь на полу, захихикал, потом засмеялся, потом это переросло в раскатистый сатанинский хохот, а из пазов где-то на стыках плит ударила стена пламени, притом жуткие крики грешников как будто бы стали на порядок громче. Затихло всё неожиданно резко, и хозяин Робо-Ада, поправляя причёску, совершенно спокойно сказал: – Да нет, как раз это-то и было в договоре. Он щёлкнул пальцами, и из ниоткуда в пучке дыма появился контракт. Коготь, без перчатки окончательно потерявший сходство с людскими ногтевыми пластинами, ткнул в какую-то строчку. – Всё законно. Ознакомившись с указанным пунктом сделки, Бендер даже как-то растерял боевой настрой и желание «от всего ПО почистить робо-гаду микросхемы». Он качнул головой и присвистнул. – Вот же хитрожопый… На последовавшее за этим витиеватое определение Рободьявол вскинул брови, но расценил его как комплимент своим предпринимательским качествам. – То есть вот так, да? Всё, что здесь было, здесь и останется? В смысле, перепихнулись и всё? – настороженно уточнил Сгибальщик, надевая обнаруженную на другом конце кабинета футболку. – Без подвохов? – Подвох уже случился, когда ты подписал договор, не удосужившись прочитать то, на что соглашаешься, – нараспев сообщил Рободьявол; он достал из шкафа новый алый камзол на замену тому, который мгновение назад швырнул в разверзшуюся среди пола дыру. – Но теперь – никто никому ничего не должен, как и не-оговаривалось. Ты ведь по такому принципу живёшь? Мне просто нет резона кому-то рассказывать, что я занимался любовью с обыкновенным роботом-сгибальщиком. Ну а ты вряд ли настолько безбашенный, чтобы орать, что трахался не с какой-нибудь очередной дешёвой робо-шлюхой, а с Князьботом Тьмы. Произошедшее просто обречено на конфиденциальность. – Да ты меня на электричество поди снова подсадил! – осенило Бендера настолько внезапно, что он даже позабыл возмутиться насчёт «дешёвых». – Ты же знал, что я не смогу противостоять зависимости. Да и не буду. – В договоре сказано «никаких последствий» – их и не будет, – отмахнулся Рободьявол и, надев новые же перчатки, щёлкнул пальцами, в следующий момент кресло с пятнами недвусмысленного происхождения сменило обивку. – Зайди к нашему медику – он предупреждён. Бендер всё ещё не мог избавиться от какого-то неясного беспокойства. Рободьявол, конечно, был на зависть спокоен и убедителен, только вот он и сам умел казаться убедительным, когда надо, так что ему была хорошо известна цена такой мины. Но дело было даже не в этом. – То есть я не попаду в какую-то там зависимость от секса именно с тобой, – Бендер, закончив процесс поиска своих вещей, сцепил пальцы в замок и отставил указательные, покачивая руками в такт словам, – и ты не будешь потом многозначительно подмигивать мне, являясь из неоткуда и исчезая в никуда, мол, всё ты знаешь и можешь разболтать в любой момент? – О, пресвятая оперативка! – возопил Рободьявол, вскидывая руки к потолку, и плюхнулся в кресло. – Если хочешь, он тебе хоть кэш, хоть сразу жёсткий диск почистит – это всё равно заочно входит в перечень «никаких последствий». – И ты не будешь против? – Да с чего бы мне быть? – кажется, вполне искренне удивился он. – Ну, – не смутился Бендер, с демонстративной неторопливостью запуская большие пальцы за пряжку и поправляя ремень, – а как же твои вечные тайные козни? А как же мысль о тайной власти над таким знойным жеребцом? Взгляд Рободьявола внезапно засквозил натурально неземной тоской. Он подпёр кулаком подбородок и вздохнул. – Мне даже грустно подумать, что когда-то я спал с таким ботами, что твоё нарциссическое себялюбие похоже в сравнении на самооценку прыщавой школьницы… Бендер даже поперхнулся от праведного возмущения. – Да пошёл ты, развалина ржавая! Вернее, пошёл я, но знай, что хрен я к тебе ещё обращусь. И звонка моего не жди! И не приползай ко мне, когда поймёшь, что у тебя был секс с самым горячим и самовлюблённым нарциссом, выпущенным когда-либо с заводов компании Мамочки! – Иди, иди уже, – раздражённо замахал на него рукой Рободьявол, – мне ещё отчётность доделывать. Сгибальщик гордо вскинул голову и звучно хлопнул за собой дверью. Хозяин Робо-Ада же выглянул из-за монитора и с самым пакостным видом прищурился, оголяя в оскале острые зубы. – Ну-ну, не первый ты уже такой, мой независимый.

***

– Хм-кхм… Эй, не хочешь затусить со мной сегодня в баре? – Бендер, если об этом сведения из твоего жёсткого диска не вычистили, то ты должен помнить, кто я и что моя должность обязывает быть трезвым двадцать пять часов в сутки, – с упрёком напомнил Рободьявол, глядя на статичное изображение Сгибальщика в мониторе. – А как насчёт побыть завтра двадцать шесть часов трезвым, а сегодня забухать? Ты, я, лучший бар и хренова туча выпивки, м-м?.. – Вот же искуситель! Гм, должен признать, звучит на редкость заманчиво… – С кем поведёшься, – многозначительно хмыкнул Бендер. – Так что? – Чёрт с тобой – говори место!