Ваш герой познает все формы пыток и боли

— СИРИУС! — снова выкрикнул он. — СИРИУС! — Гарри, я здесь. Успокойся, — спокойно проговорил Сириус. У Гарри гора свалилась с плеч. Его крестный выжил. Беллатриса его не убила, но что-то по-прежнему не так. Где-то глубоко его терзала мысль, что он должен отомстить Беллатрисе за то, что она чуть не лишила его крестного. Беллатриса поняла, что она осталась в меньшинстве, и начала отступать. Гарри быстро полез вверх по каменным ступеням — сзади что-то кричали, но он не обращал на это внимания. Полы мантии Беллатрисы скрылись за дверью, он выскочил вслед за ней, обратно в Комнату мозгов. Она пустила заклятие через плечо. Аквариум с мозгами подскочил в воздух и опрокинулся, на Гарри хлынул вонючий зеленый раствор; мозги заскользили вокруг него и уже начали было выпускать длинные разноцветные щупальца, но он крикнул: «Вингардиум левиоса!», и они разлетелись в стороны. Торопясь и оскальзываясь, он побежал к двери — перепрыгнул через Полумну, которая стонала на полу, миновал Джинни, слабо окликнувшую его по имени, потом Рона, тихо хихикающего, и Гермиону, которая по-прежнему лежала без сознания. Рванув на себя дверь, выходящую в круглую темную комнату, Гарри увидел, как Беллатриса исчезла за противоположной дверью — там был коридор, ведущий обратно к лифтам. Он кинулся туда, но ведьма захлопнула за собой дверь, и стены уже начали вращаться. Опять вокруг исчезло все, кроме синих полос, прочерченных пламенем свечей. — Где выход? — в отчаянии воскликнул мальчик, когда низкий рокот стих и комната вновь застыла в неподвижности. — Как отсюда выбраться? Комната точно ждала этого вопроса. Дверь прямо перед ним распахнулась, и за ней открылся нужный коридор — ярко освещенный факелами, совершенно безлюден. Гарри побежал снова… Он слышал впереди громыхание лифта; прибавив скорости, он свернул за угол и ударил кулаком по кнопке вызова второй кабины. Та спустилась к нему с лязгом и звоном; решетки разъехались в стороны, Гарри ворвался внутрь и нажал кнопку с надписью «Атриум». Двери сомкнулись, и лифт тронулся. Гарри выскочил наружу, не дожидаясь, пока решетки полностью разъедутся, и огляделся вокруг. Беллатриса была уже у телефонной будки в конце зала, но, обернувшись, увидела своего преследователя и метнула в него еще одно заклятие. Он нырнул за Фонтан Волшебного братства: пролетев мимо, заклятие угодило в огромные золотые ворота в другом конце Атриума, и они загудели, как колокол. Шаги Беллатрисы смолкли. Поттер скрючился за статуями, прислушиваясь. — Выходи, выходи, малютка Гарри! — пропела ведьма тонким издевательским голоском, и ее слова отразились эхом от начищенного паркета. — Зачем же было бежать за мной? Я думала, ты хочешь отомстить за моего дорогого братца! — Да, хочу! — крикнул Гарри, и с десяток его призрачных двойников вокруг всего зала повторили: «Да, хочу! Да, хочу! Да, хочу!» — Круцио! Беллатриса вскрикнула. Заклятие Гарри сбило ее с ног, но она не стала извиваться и корчиться от боли, как Невилл, — мигом вновь вскочила на ноги, тяжело дыша и больше не смеясь. Гарри опять спрятался за золотым фонтаном. Ответным заклятием Беллатриса снесла голову благородному чародею, и та откатилась футов на двадцать, оставив на паркете глубокие царапины. — Ты никогда раньше не применял непростительных заклятий, правда, мальчик? — крикнула она уже нормальным голосом, без сюсюканья. — Ты должен по-настоящему хотеть, чтобы они подействовали, Поттер! Надо хотеть причинить боль и получать от этого удовольствие, а праведный гнев — это для меня пустяки! Я покажу тебе, как это делается, ладно? Я преподам тебе урок… Гарри обогнул фонтан сзади, когда она взвизгнула «Круцио!», и ему пришлось снова быстро пригнуться; рука кентавра, сжимающая лук, с грохотом упала на пол, неподалеку от золотой головы чародея. — Тебе не победить меня, Поттер! — крикнула колдунья. Он слышал, как она смещается вправо, чтобы поразить его заклятием, и попятился назад, прячась за ногами кентавра; его голова была на одном уровне с головой эльфа-домовика. — Я была и остаюсь самой верной слугой Темного Лорда. Он обучал меня Темным искусствам, и мне ведомы заклятия такой мощи, что ты, жалкий мальчишка, никогда не сможешь со мной потягаться… — ОСТОЛБЕНЕЙ! — закричал Гарри: он прокрался к гоблину, который продолжал лучезарно улыбаться обезглавленному чародею, и прицелился в спину Беллатрисе, пытавшейся заглянуть за фонтан. Она отреагировала так быстро, что он едва успел спрятаться. — Протего! Красный луч, его собственное Оглушающее заклятие, рикошетом отскочил от щита. Гарри скрючился за фонтаном, и одно из золотых ушей гоблина полетело через весь зал. — Я дам тебе шанс, Поттер! — крикнула Беллатриса. — Отдай мне пророчество! Выкати его ко мне по полу, и твоя жизнь спасена! — Тогда тебе придется убить меня, потому что его больше нет! — откликнулся Гарри, и в то же мгновение его лоб пронзила боль: старый шрам вновь обожгло как огнем, и Гарри ощутил прилив ярости, абсолютно не связанной с его собственным гневом. — И он знает это! — Гарри рассмеялся безумным смехом, под стать Беллатрисе. — Твой закадычный дружок Волан-де-Морт знает, что оно разбилось! Вряд ли он похвалит тебя за это, как ты думаешь? — Что? О чем ты говоришь?! — взвизгнула она, и он впервые услышал в ее голосе страх. — Пророчество разбилось, когда я пытался втащить Невилла наверх по ступеням! Как ты думаешь, что Волан-де-Морт скажет по этому поводу? Его шрам пылал, от боли на глаза навернулись слезы... — ЛЖЕЦ! — завопила Беллатриса, но за ее злобой угадывался ужас. — Оно у тебя, Поттер, и ты отдашь его мне! Акцио, пророчество! АКЦИО, ПРОРОЧЕСТВО! Гарри рассмеялся снова, чтобы еще больше взбесить ее, и боль в шраме стала такой свирепой, что ему показалось, будто его череп вот-вот разлетится на куски. Он помахал пустой рукой над плечом одноухого гоблина и быстро спрятал ее обратно, когда она метнула в него еще один зеленый луч. — Видишь, пусто! — крикнул он. — Ты ничего не получишь! Оно пропало, и никто не узнает, о чем оно было, так и передай своему боссу! — Нет! — яростно закричала она. — Ты лжешь, это неправда! Я не виновата, хозяин… Не надо меня наказывать… — Зря стараешься! — издевательским тоном сказал Гарри, жмурясь от боли, которая стала нестерпимой. — Он тебя не услышит! — Неужели, Поттер? — сказал высокий холодный голос. Гарри открыл глаза. Высокий, худой, в черном капюшоне, жуткое змеиное лицо, бледное и иссохшее, багровые глаза с щелочками зрачков… Лорд Волан-де-Морт стоял посреди зала, направив на него палочку, и Гарри застыл на месте, не в силах шелохнуться. — Итак, ты разбил мое пророчество? — вкрадчиво спросил Волан-де-Морт, устремив на Гарри безжалостный взор своих красных глаз. — Нет, Белла, он не лжет. Я вижу правду, которая глядит на меня из его никчемного мозга… целые месяцы подготовки, столько усилий… и вы, Пожиратели смерти, позволили Гарри Поттеру снова расстроить мои планы… — Простите меня, хозяин, я не знала! Я сражалась с анимагом Блэком! — зарыдала Беллатриса, бросаясь ниц у ног Волан-де-Морта, сделавшего несколько шагов вперед. — Вы же знаете, хозяин… — Замолчи, Белла. — В голосе Волан-де-Морта послышалась угроза. — Через минуту я с тобой разберусь. Ты думаешь, я пробрался в Министерство магии, чтобы слушать твое дурацкое хныканье? — Но, хозяин, он здесь… внизу… Волан-де-Морт не обратил внимания на ее слова. — Итак, пророчество разбилось, но ты наверняка запомнил его полностью. Не так ли, Поттер? После этих слов Гарри оцепенел. Он понял, что если скажет «нет», то его убьют. А умирать ему вовсе не хотелось. — Да, — с вызовом ответил Гарри. — Да, я знал его. — Что ж, тогда ты еще будешь полезен — в красных глазах Волан-де-Морта загорелся огонек. —— Инкарцео! Этого Гарри не ожидал. В следующий миг мальчика обвили тысячи верёвок, он попытался вырваться, но все его попытки были ничтожны. Беллатриса громко засмеялась. — Гарри, Гарри! — это был голос Сириуса. — Блэк, сделаешь хоть шаг - и твой крестник умрет. — сказал Волан-де-Морт. Гарри оглянулся. С одной стороны собрались участники Ордена Феникса, а с другой с ошеломленным лицом стоял Фадж. — Ваш герой познает все формы пыток и боли, — очень громко сказал Волан-де-Морт. После этих слов он схватил Гарри и Беллу и трансгресировал. — Гарри! Гарри! — завопил Сириус. — Успокойся, Сириус, — сказал Дамблдор — Мы найдем его. Мы... — осекся он. — Мы должны, — закончил за него Ремус.