Без надежды на победу. Перерождение

Так вот какой он – мир за стенами. Так далеко от цивилизации, а живётся лучше, нежели в самом прекрасном городе. Никакой преступности, ведь и жители убийцы. Уже все привыкли к безысходности и подарили себе шанс на новое начало. Что-то неправильное, противоестественное происходит здесь. Хотелось понять, что за проблема и почему всё не так, как должно быть. Никто Лайту на этот вопрос отвечать не собирался. Рюдзаки занят своими заботами, его не беспокоят мысли возлюбленного. Лайт искал ответы на поставленные ещё по приезде вопросы. Он никак не мог понять: где конкретно Ягами пошёл не той дорогой? Что случилось неправильно? Юноша вышел из дома, не глядя на глубокую ночь. Под бледным светом луны было видно маленький дворик соседа. Сам Акайо курил какую-то закрученную в спираль вещицу. Что это было, Ягами не разобрал. – Чего ты бродишь посреди ночи? – спросил старик, выдыхая клубы дыма. – Думаю. – О чём? – Скажите, пожалуйста, что с этим городом не так? Почему он противоречит всем законам логики? Как это понимать? В обыкновенных тюрьмах страх, что творится. Насилие, убийства, изнасилования, а здесь что? Ничего! Словно среди обыкновенных людей, а не преступников! – Так вот, что тебя беспокоит. Так-то оно так, но не здесь. Понимаешь: в тюрьмах есть срок, есть надежда, что тебя выпустят. Это заставляет людей бороться за выживание. Там преступники считают за правильное и необходимое поставить себя выше других. Тогда у них есть авторитет и, выйдя на волю, он никуда не исчезнет. Здесь, вдали от людей, живут особые преступники. У нас нет надежды на то, что мы выйдем отсюда. Это невозможно. Зачем авторитет если нет тех, кому он нужен? В этом нет смысла. Мы рабы острова и не выйдем отсюда. Зачем убивать, грабить, драться? Это бессмысленно. Лучшее собраться вместе, чтобы выжить. – То есть… – Там выжить, значит создать авторитет, здесь – объединиться. Вот и весь секрет. Лайт задумчиво потёр подбородок. В целом объяснения Акайо понятны, только они не дали ответ на вопрос. Это плохо. Придётся самому копаться в своих мыслях и поступках. Лайт решил убивать преступников, чтобы сделать мир чище. Их было много, очень много. Каждый преступник навеки запечатлён в Тетради Смерти. Сначала это были великие авторитеты, потом поменьше. Всё шло нормально. Затем их ряды пополнили обычные люди. Те, которые пытались помешать, найти Киру. Они были в чём-то виноваты? Сделали какое-то преступление? Нет. Что же получается? Лайт потерял свою справедливость, но почему это произошло? Как он мог убить тех, кто не имел отношение к преступлениям? Неужели всё было ложью. Красивой, чётко проработанной с множеством вариантов отступления ложью. Неправда! Лайт старался создать новый мир, полный справедливости, а что получилось? – Знаешь, людям свойственно убивать, – тихий голос Рюдзаки вывел юношу из плена навязчивых мыслей. – Каждый хочет понять, что должен делать, чтобы отстоять свою точку зрения, но это не всегда бывает правильно. Точнее: никогда не оправдывается. – Что ты хочешь этим сказать? – У каждого человека есть своя гениальная идея, большинство думает о том, как изменить мир в лучшую сторону, но поверь мне тот, кто желает стать Богом, никогда не сделает ничего хорошего. С подобной болезнью много людей, но она у всех проходит по-разному. Тут только ты можешь решить, как быть дальше, чему верить. Хочу напомнить лишь одно, я жду ответа. Рюдзаки вернулся в дом, надеясь, что его маленькое объявление произвело нужное впечатление. Как сложно просто ждать непонятно чего! Безумно неприятно! Хотелось поскорее отбросить стереотипы и прижаться к Лайту, забыть каждую мелочь жизни, прошлое, настоящее. Ягами нагнул голову, смотря на тёмное небо. Ему хотелось понять самого себя, но это осознание никак не приходило. Теперь, посреди Города Преступников, Лайт ясно видел действия, которые совершал за высокими стенами. Они не были красивыми, во благо, нет. Со стороны смотрелось ужасно. Лайт всё ещё не мог отбросить своё прошлое, но, наконец, понял, что отпускать Рюдзаки не намерен. Никуда и никогда. Без разницы, что было раньше, какие обиды и недоверия таятся за внешним спокойствием. Ягами хотел лишь получить своё чудо обратно. Чернеющее небо закрыли грузные тучи, повалил снег. Лайт решил не испытывать своё здоровье и направился в дом к Рюдзаки. В камине потрескивал огонь. Так приятно и тепло. Пахло деревом и лаской. Рюдзаки задумчиво поднимал с пола огрызки, оставленные Рюуком. Его мало что сейчас действительно волновало. О такой идиллии Лайт мог только мечтать, но мимолётность счастья сильно пугала. Ягами приобнял своё чудо, не встречая никакого сопротивления, и уткнулся носом в макушку юноши. Теперь было по-настоящему тепло и уютно. Может, быть Богом не так уж и хорошо, когда нет таких маленьких радостей?