Без надежды на победу. Перерождение

Серая улица Токио сильно давила на чувства Лайта. Казалось, что весь мир сговорился против него и решил высказать протест. Домой идти совсем не хотелось, хотя наверняка его ждали. Лайт решился попросить своё чудо о маленьком одолжении. Рюдзаки не отказался, но и не воспринял идею положительно. Ягами повёл чудо в ресторан. Ему хотелось провести этот день только с любимым, никто не должен помешать восстановлению «справедливости». Может, Рюдзаки не сильно хотел проводить этот день с Лайтом, но согласился, а это уже показатель. Маленькое кафе, которое до этого никогда не привлекало внимание Ягами, манило своей тишиной. Порой даже недостатки можно превратить в достоинства, особенно после такого места как Город преступников. С теми серыми днями за высокой бетонной стеной так легко идти по жизни. Нет никаких особых предпочтений или пожеланий. Воспринимается всё как дар с небес. Лайт улыбнулся, до чего же люди привыкли к комфорту, постоянно ищут нечто невероятное, а как попадут в серый город, теряют предрассудки. Рюдзаки копошился ложечкой в своём десерте. Ему не терпелось поскорее насладиться новым вкусом, но мысли, постоянно лезущие в голову, выводили из себя и полностью погружали в другой мир. Теперь Лайт невиновен, но это ничего не значит. Лишь облегчает задачу, а не делает Ягами ангелом во плоти. Наклонив голову, Рюдзаки посмотрел в янтарные глаза, стараясь понять теперь самого себя. Чего конкретно так хотелось? Зачем он сделал столь необдуманный поступок? Просто безумие какое-то. Помилование не есть прощение, а всего лишь часть плана, который разработал Рюдзаки. Он хотел поскорее убедиться в том, что мировоззрение любимого поменялось, ведь чувства же остались прежними. Лайт наблюдал за каждым движение руки Рюдзаки, восхищаясь той лёгкостью, с которой юноша поедал десерт. Ягами совершенно не хотелось думать, а тем более что-то говорить. Сейчас, повинуясь домашней атмосфере крохотного кафе, Лайт просто наслаждался минутами, проведёнными в обществе чудика. Почему у них так сложилась жизнь? Что стало тому причиной? Какая-то ошибка, совершённая по вине Рюука, перевернула всё с ног на голову. Казалось, пути назад уже нет и прошлое утеряно навсегда, но Ягами до сих пор искал тот путь к спокойной жизни, который сам же закрыл давным-давно. Если бы он не встретил Рюдзаки, то ни за что бы не жалел. Нет, только случайность сыграла с ним злую шутку. Рюдзаки задумался на столько, что не заметил, как рука Лайта коснулась его ладони. Его словно током ударило, настолько неожиданным был такой поворот событий. Юноша задрожал, не сопротивляясь такому наплыву нежности. Ему на мгновение захотелось всё забыть, стать самим собой и получить ту ласку, которой не было никогда в жизни. Лайт осторожно провёл пальцами по нежной коже ладони, ласково коснулся пульса на руке. Лицо Ягами выглядело совершенно спокойным, но внутри бушевал огонь. Хотелось прижать к себе своё чудо, и не отпускать не при каких обстоятельствах. Рюдзаки зажмурился, не обращая внимания на одиноких людей, сидящих в кафе. Юноша слышал даже собственное дыхание, которое так и норовило сбиться. Лайт продолжал ненавязчивую сладкую пытку, краем глаза наблюдая за выражением лица возлюбленного. Может, Ягами и совершил ошибку, но разве Рюдзаки сможет просто отсечь все попытки примирения? Десерт доеден, и сумерки опускаются на Токио, завораживая своей красотой. Лишь тихие шаги нарушают тишину единственного места в большом городе, где после девяти царит покой. С каких пор Лайт полюбил подобное? Непонятно, но его тянуло поскорее окунуться в тишину. Рюдзаки шёл рядом, засунув руки в карманы. Его мучили свои мысли, которых Ягами не знал. Юноши понимали, что в их жизни круто изменились приоритеты, но перевести сам характер на другие рельсы не находилось ни сил, ни времени. Сегодня, отдаваясь обыкновенным утехам. Пусть и простить Рюдзаки сейчас не сможет, но попробовать понять – это не преступление. Запахло весной, именно вечерами, когда на небо опускаются грузные тучи, больше всего хочется увидеть цветы. Здесь достаточно тепло, а в Городе преступников бушует вьюга. – Как думаешь, Лайт, там ещё помнят нас? – задумчиво спросил Рюдзаки, пиная носком кроссовка камушек. – Наверное. Слишком мало времени прошло, чтобы успеть забыть. Всё же память долговечна, и её тяжело уничтожить даже за год, что говорить о нескольких часах? – Да, но они привыкли отпускать прошлое до того, как случится беда. Не думаю, что кто-то вспомнит о нас сегодня. – Не знаю, но я хочу верить, что увижу их ещё раз. – Мы пришли, пожалуй, пора прощаться. На сегодня это вся прогулка. – Ты меня прощаешь, Рюдзаки, за глупость и случайность? – Прости, но нет. Я не могу так просто уничтожить наши отношения, но и забыть тот факт, что ты Кира, пусть тебя и оправдали, мне не под силу. Это слишком быстро происходит, и ты спешишь. Не могу так просто смотреть на подобное, прости. Рюдзаки скрылся за массивными дверьми многоэтажки. Грустно стало Ягами, захотелось изменить всю жизнь, может, чудо никогда больше не захочет любить его, но просто не может сказать об этом?