Два мира. Отражение

Чтобы прирастить новые рога, необходимо сломать собственные. Пока Дюфо колебался, Мара сделала это первой. Текущая по лицу демоницы кровь сделал её ещё ужасающей, но как только энергия стала вливаться в тело Мары, она возликовала. Вот уже несколько веков глава клана Якшини не чувствовала себя такой сильной. Вместе с силой вернулись и обостренные чувства, и способность ощущать ауру на тончайшем уровне и многое другое. - Ия! – крикнула Мара и бросилась в самый дальний и заваленный угол зала. Там Руд сидел подле Клэр. - Дочка, - прошептала демоница и коснулась её лица. - Прости, мама, - чуть слышно ответила умирающая. - Хроно! – Мара набросилась на бывшего возлюбленного. - Я убью тебя! Как ты мог! Моя дочь умирает! Ты же знал! Ты всё знал, но позволил ей прийти сюда! Моя кровь ей уже не поможет! Она умрёт! Почему ты так жесток?! Хроно её не останавливал, позволяя выплеснуть всю злость. Как ещё может вести себя мать умирающей? Придя сюда, в столицу, Клэр лишилась права рассчитывать на получение искусственных рогов когда-либо в будущем. А сломать свои и отдать Мара не могла: рога потеряют все свои свойства. - Как мне её спасти? – срывающимся шепотом проговорила демоница. - Тебе никак, - спокойно ответил Хроно. – Я о ней позабочусь, - он взял из ларца свою пару рогов и вручил их Маре. – Если выживет, то её обучением займусь я. - Хорошо, - сквозь зубы процедила глава клана Якшини и бросилась обратно к дочери. К полуночи все: королевская семья и гости – перешли из разгромленного в уютный зал по соседству. Руд всё никак не мог поверить, что Клэр больше не нуждается в контракте с ним, а Мара ни на шаг не отходила от дочери, отходившей от перерождения. Мира и Нефрита болтали о своём, о девичьем. Дюфо и король прорабатывали детали утреннего обращения к народу. Леви хотела поговорить с Глючноглазом и в его поисках вышла на балкон, там девушка заметила, как на крыше мелькнул знакомый плащ. Джерард сидел на коньке крыше, обмахиваясь маской своего костюма, и переводил дух. Очень давно он так не выдыхался. Оказалось, держать контракт с демоном длительное время крайне утомительно, а Глючноглаз при этом мог ещё и колдовать. Поразительно! - Благодарю за помощь, - обратился к нему король Эдоласа. - Я был обязан, - отозвался Фернандес. – Рад, наконец-то, познакомиться с тобой лично. Много о тебе слышал. - Я о тебе тоже, - кивнул Глючноглаз и протянул руку для рукопожатия. – Наряд на тебе неплохо сидит. - Идея мастера Макарова. Я под твоим именем участвовал в Великих Магических Играх. - И Таон заставил тебя сотрудничать, шантажируя этой информацией, - утвердительно произнес король Эдоласа. – Уверен, мастера он шантажировал тем же. - Почему он так поступил? Ведь Таон совсем не злой. Вернее не Таон… Хроно? - Таон, зови его Таон, - настоял Глючноглаз. – К этому дню Таону нужно было состоять в гильдии волшебников и иметь контрактника. Таковы условия договора. - Ты много знаешь. Вы и правда друзья? - Очень на это надеюсь. Через час я вернусь в свой мир, поэтому хочу кое о чём попросить сейчас. - О чём же? - Я позволю тебе использовать моё имя. Я знаю, что ты стремишься искоренить зло, к тому же мы версии друг друга. Но никогда не смей утверждать, что ты из «Хвоста феи», я покинул гильдию. В обмен прошу быть контрактником Таона, пока он не найдёт себе другого напарника.