Сборник драбблов с Цунаде.

Хината была хорошей девочкой — чистой, доброй, скромной и, конечно же, красивой. А неземная доброта и желание помогать другим людям делали ее только привлекательнее. Цунаде, наверное, и не посмотрела бы в ее сторону, с головой погрузившись в боль от смерти Джирайи и работу, но Хината сама собой притягивала взгляд. Своей хрупкостью, нежностью, своими сложными, но верными решениями в тяжелые моменты жизни. «Ей бы не помешало побольше уверенности в себе», - подумала сама себе Цунаде, разглядывая Хинату. Та явно очень смутилась, ибо такой румянец от воды из Горячего источника появиться не мог. Цунаде тяжело вздохнула и откинула голову назад, разглядывая слегка сокрытое горячим паром небо — темно-синее, высокое, в еле видимых из-за темноты ночи прожилках облаков. Цунаде опустила голову и уже в который раз стала оглядывать сидящую напротив Хинату. Её так и тянуло прикоснуться к девочке — такой невинной и чистой, научить её использовать свои достоинства, получая от этого удовольствие. Цунаде была уверена, что мальчишки уже заглядываются на Хинату, а со временем её красота лишь возрастет. "Наверняка на неё заглядываются не только мальчики", - улыбнулась своим мыслям Цунаде. Хината уже давно чувствовала взгляд и будто бы прочитала мысли своей начальницы — сжалась в маленький клубочек, едва ли не касаясь подбородком горячей воды. Как будто бы девочка могла спрятаться от взгляда Цунаде и от своих собственных, неясных мыслей. «Как мне, самой Хокаге, не стыдно от таких мыслей? Она ведь еще так юна и невинна.» - подумала про себя Цунаде, вытянув ноги и, якобы случайно, дотронувшись ступнями до бедер Хинаты. «Вот хоть убей — не стыдно», - ответила она, потягиваясь и, конечно же, случайно лаская Хинату. Кожа той была очень нежной и мягкой. На секунду Цунаде стало очень завидно, ведь ей приходилось тратить огромные запасы чакры и постоянно ухаживать за собой, чтобы сохранить свою кожу столь же мягкой, но всё-таки годы брали своё. Секунда прошла ровно так же, как и зависть — негоже завидовать ребенку. - Думаю, что уже достаточно, - сказала Цунаде и поднялась. - Еще утонешь, а мне отвечать потом. -Есть! - резво подскочила Хината и едва не упала. Благо Цунаде успела среагировать и подхватила девочку, прижав ту к себе. Уткнувшись носом в плечо Хинаты, Цунаде с огромным трудом удержалась от того, чтобы не зарыться носом во влажные и так приятно пахнущие волосы брюнетки. - Ты не ушиблась? - мягко спросила Цунаде. - Нет. С...спасибо, - тихо ответила Хината. Цунаде очень не хотела выпускать девочку из рук. Так и тянуло сделать этот румянец на щеках гуще —потереться грудью о грудь, почувствовать, как от прикосновений твердеют соски, услышать слабый стон Хинаты... - Голова закружилась, извини, - сказала Цунаде со странной хрипотцой в голосе. Как же не хотелось отпускать Хинату. А та стояла взволнованная, напряженная, испуганная. Ее частое, горячее дыхание обжигало голую грудь Цунаде. Казалось, разожми Хокаге свои объятия, и Хината обязательно убежит от неё, поскользнется и утонет. Зная неуклюжесть и вечные обмороки Хинаты, такое вполне могло произойти. Цунаде покачала головой, отгоняя эти глупые и ненужные мысли, разжала руки и помогла девочке выбраться из источника. Спотыкаясь и неровно шагая по земле, та добралась до помещения, зашла и села на банную скамеечку. С искрой в глазах, Цунаде следила за ней и размышляла. « Я ведь ничего плохого не сделаю... Просто научу девочку пользоваться своими достоинствами. Это даже может помочь ей стать более уверенной», - решила Цунаде и пошла вслед за Хинатой. Подойдя к девочке сзади, у Пятой Хокаге мгновенно пересохли губы и задрожали руки. Женщина остановилась в паре шагов от Хинаты и уставилась слепым взглядом в стену. Это ведь так глупо. Она - Хокаге. Она - взрослая женщина, не способна подступиться к какому-то ребенку? Возможно, это и было самой главной помехой для Цунаде. "Ребенку"... Пятая взяла в руки шампунь и выбросила глупые мысли из головы. ~ ~ ~ - Ц... Цунаде-сама? - Что? Черные волосы Хинаты скользили меж пальцев Цунаде — своеобразная ласка, о которой знает лишь она. - Почему?-с трудом выдавила из себя Хината. -Почему вы моете мне волосы? - Тебе разве неприятно? - Нет, но... Это так странно. - Мне очень нравятся твои волосы, Хината. Они такие же красивые как и ты. Цунаде не нужно было видеть лица Хинаты, чтобы понять, что румянцем покрылась даже шея брюнетки. «Кто же твой возлюбленный?» - мысленно спросила Цунаде, проводя пальцами по выступающим позвонкам. Хината довольно предсказуемо отстранилась, но секундой позже подалась назад, подставляясь под ласку. Девочка никак не могла определиться: нравится ей это прикосновение или нет? Стоит ли довериться Пятой Хокаге? И неужели Цунаде-сама хочет... «Хочет. Да ещё как. Но она не способна преодолеть тонкую, но очень прочную, скорлупу невинности девочки.», - мысленно вздохнула Цунаде. - Откинь голову, - попросила она, взяв в руки душ и включив воду. Какая же она красивая. Красивая, до щекотки внизу живота. Так действует вино. Старое, выдержанное вино. Оно напоминает первую любовь - такое же мягкое, наивное, приятное на вкус. - Цунаде-сама? Моргнув пару раз, чтобы придти в себя, Цунаде наконец-то сумела отвести взгляд от губ Хинаты. - Что? - С вами всё хорошо? - Да, всё в порядке "Всё станет еще лучше, если меня кто-нибудь хорошенько выебет",-мелькнуло в голове у Пятой. - Просто... - Я просто задумалась, - перебила девочку Цунаде. - Извини. "Найти бы в себе силы по-настоящему улыбнуться, а не изгибать губы в жалком подобии улыбки". - Закрой глаза. На всякий случай. Цунаде ополаскивала волосы Хинаты, и старалась выгнать из головы мысли о том, как красиво смотрелась бы мыльная вода, стекая по пышной груди девочки. Эта пена могла бы скрыть от взгляда Цунаде нежную кожу, но она бы не спрятала крупные, нежно-алые соски, к которым так и хотелось прикоснуться губами. Пятая хотелось проверить, не напоминает ли их вкус малину. Эта мысль была настолько глупой и желанной, что Цунаде почувствовала на языке этот приторный вкус. Принцесса сглотнула, прогоняя наваждение. Нет. Ничего нет: ни розового варенья, ни мягких и податливых сосков. Это была просто мимолетная фантазия. - Готово, - произнесла она, уже во второй раз игнорируя легкую хрипотцу в своем голосе. - Цунаде-сама? - Что? - А можно... Мне? Ну и как ей отказать? Сказать, что не нравится, когда кто-то прикасается к ее волосам? Хината еще обидится. Вежливая, наивная девочка все поймет и не будет навязываться, но самой Цунаде от этого явно станет не легче. Ну почему она не мужчина? С ними проще. Намного проще. Чёрт, да даже с женщинами намного проще. Но перед Цунаде сейчас была не женщина, а обычная девочка — юная, неопытная и, мать её за ногу, невинная. - Можно, - с глупой улыбкой ответила Цунаде, надеясь, что у нее хватит сил перенести эту изощренную пытку. Разве она не Хокаге? Сильная женщина, умеющая контролировать свои эмоции. Только вот... Нужен ли этот контроль сейчас? Хината встала, освобождая банную скамейку, и Цунаде невольно покосилась на соседнюю. Может быть будет лучше, если она сядет на неё? Не будет чувствовать бедрами оставшееся тепло Хинаьв? Но всё же искушение оказалось сильнее. Это можно было сравнить, как непрямой поцелуй. Только не губами, а ягодицами. А если выгнуться, и позволить своим фантазям взять верх , то можно обмануться, решив, что скамейка покрыта не просто водой... Цунаде невольно вздрогнула, когда нежные руки Хинаты осторожно начали втирать шампунь в ее волосы. Какая же глупая реакция...В действиях Хинаты было лишь желание ответить любезностью на любезность. Не более. Цунаде послала всё к Мадаре, когда Хината, ополаскивая волосы, встала перед ней: широкие, стройные бедра, покрытый пушком черных волос лобок, узкая талия и чуть выше — красивая, тяжелая грудь. Цунаде подтянула девочку к себе и дотронулась языком до пупка. Разумеется Хината задрожала. Разумеется девочка попыталась отпрянуть. Разумеется Цунаде её не отпустила, прижав к себе и дотронувшись кончиком языка до пупка. - Цу... Цунаде-сама... Её испуганный голос и приятный, ягодный запах пьянили крепче саке. Цунаде с огромным трудом заставила себя отстраниться от неё. А чуть позже она довольна улыбнулась и подняла взгляд на Хинату. - Что? - взволнованно спросила Цунаде. - Цунаде-сама, вы... - Хината залилась краской и крепко-накрепко зажмурила глаза. - Вы тоже красивая. Девочка нелепо наклонилась, закрыла глаза и невидяще ткнулась губами в уголок губ Цунаде. От таких поцелуев у Пятой сбивалось дыхание и кровь бежала быстрее. Не растерявшись, Цунаде притянула Хинату к себе, посадила к себе на колени, грудью чувствуя ее грудь, губами — ее губы, бедрами — ее бедра. Цунаде изучала тело Хинаты медленно и осторожно, словно боялась спугнуть. Если пальцами провести по позвоночнику сверху вниз - Хината зажмурится, вцепится в плечи Цунаде еще сильнее и сожмет бедра. Если губами обхватить сосок и посасывать его, то девочка задрожит, попытается вывернуться и выдавит еще одно «Цунаде-сама". Главное — не отпускать ее. - Тебе ведь не страшно? - спросила Цунаде. - Страшно,- кивнула Хината. - Не страшно, - покачала она головой. -Не знаю. Но это ведь... неправильно? - Наверное, - пожала плечами Цунаде. Хината замотала головой: -Нет. Пожалуйста, прошу вас, продолжайте. Хината раскраснелась. Жмурилась от каждой ласки. То и дело она неловко пыталась увернуться от пальцев, скользящих там, "где стыдно", и тут же подавалась им навстречу. Она обжигала своим горячим дыханием плечо Цунаде. Невольно потиралась об ее грудь, ставшую болезненно чувствительной от случайных прикосновений Хинаты. - Цунаде... сама, хватит, прошу... не... не... надо больше. Я... описаюсь, - еле слышно прошептала Хината, спрятавшись в мокрых волосах Цунаде Разумеется, Цунаде и не подумала остановится. Она сжала набухший клитор Хинаты, чувствуя сокращение мышц и сопротивление девочки нарастающему желанию облегчиться. Цунаде зажмурилась и расслабилась. Поймала ладонями лицо Хинаты и нежно поцеловала. - Это?- с недоумением в голосе спросила раскрасневшаяся Хината. - Со временем будет приятней, - подмигнула довольная Цунаде. Ей так не хотелось отпускать Хинату. Хотелось просто любоваться ею. Наслаждаться близостью такого нежного существа, пьянеть от запаха её кожи, от её смущения. И Цунаде в очередной раз подалась своим желаниям. В конце концов, у них еще вся ночь впереди.