Непривычно тихий конец света

В этот весенний вечер среды солнце садится подозрительно лениво. Прохожие торопятся по улицам, ни на секунду не останавливаясь. Никто не замечает, какая на улице стоит прекрасная погода и как в воздухе мелкими частицами повисли волнение и ожидание. Предвкушение. Никто не замечает, как на окраине Проспект парка из водоёма выныривает человек. Жадно хватая воздух, Джерард вырывается из-под воды, пробыв там по ощущениям всего пару секунд. Там, где он оказался, всё ещё светло, солнце окрашивает траву в золотой и нет и намёка на только-только начавшийся дождь. Мужчина из последних сил выползает на берег, устало падая на газон. Вся его одежда насквозь промокла и тяжёлым грузом давит на плечи, его тёмные волосы прилипли ко лбу, а в голове звучит бесконечный шум. Резкие перемещения во времени и пространстве наверняка очень утомляют. Он продолжает лежать на том же месте под шумное биение сердца в груди, пока его внимание не привлекает странный гул, который доносится откуда-то сзади, и он встаёт. Зачесав пальцами уже подсохшие волосы назад, он стягивает по-прежнему мокрый тёмно-синий сюртук, позволяя ветру коснуться влажной рубахи и кожи под ней. Оставляя за собой тонкий след из капель, Джерард покидает парк. Он оказывается в потоке людей, слишком занятых, чтобы его заметить. Он оглядывается по сторонам с восхищением. Шум машин и высота зданий кружат голову, и он выскакивает на дорогу в попытке не столкнуться с прохожими. Тут же справа от него раздаётся протяжный звон, и Джерард вздрагивает. – Смотри, куда идёшь, придурок! – кричит человек из машины. Здесь говорят на английском. – Прошу прощения, – вытянув обе руки вперёд, тихо оправдывается он и смотрит на недовольное лицо собеседника. За один большой прыжок Джерард оказывается на другой стороне дороги. Он наблюдает, как люди безразлично удаляются от него. Он отряхивает свою верхнюю одежду, отправив в воздух несколько капель, и чувствует, как кто-то сзади крепко хватает его за локоть. Развернувшись, он видит парня, немного дёрганного и недовольного. Его кожа вся в чёрных цветах, и Джерард думает, что тот наверное где-то выпачкался. – Шагнуть под машину – не лучший выход, – говорит он, хмуро глядя вслед машинам. – Простите? – переспрашивает Джерард, приподняв подбородок. Молодой человек наконец обращает все сто процентов своего внимания на Джерарда. – Ты актёр? Откуда у тебя эта одежда? – пробежавшись взглядом по телу мужчины, говорит он с усмешкой. Не каждый день можно увидеть человека, одетого прямиком из девятнадцатого века. – Что? – Джерард чувствует покалывание в руке, которой только что касался его собеседник. Наступает пауза. Потом парень напротив закатывает глаза, а его с губ срывается смешок. – Я Фрэнк, Фрэнк Айеро, – представляется незнакомец, протягивая ладонь для рукопожатия. – Джерард Артур Уэй, – он смело пожимает руку Фрэнка, из-за чего влажные рукава его рубашки касаются кожи нового знакомого. – Эй, да ты ещё и весь мокрый, – он машет рукой в воздухе. – Что с тобой случилось, Джерард? – Это долгая история, – хмурится Джерард, оглядываясь на проезжающие мимо автомобили. – Окей, хорошо, ладно, – соглашается новый знакомый. – Но лучше отправляйся домой, пока не заболел. Рад был познакомиться, – Фрэнк кивает и начинается подниматься по лестнице ближайшего здания, когда Джерард решает ответить. – Я не смогу, мой дом слишком далеко. – Эм, мне жаль, – разворачивается обратно Фрэнк, на секунду задумываясь. – Я думаю, ты можешь ненадолго зайти ко мне. Мы как раз уже на месте, – улыбается он, кивая на дверь за своей спиной.

***

Джерард стал вызывать странные подозрения у Фрэнка, когда неловко проигнорировал его просьбу подать звонящий мобильный. Фрэнк бросает многозначительный ты-серьёзно-что-ли взгляд через кухонный стол, за которым они сидят, и выходит из помещения, пока Джерард изображает сильную занятость полотенцем. Фрэнк не успевает ответить на звонок. – Мне показалось, что ты испугался, – Фрэнк возвращается в комнату, блокируя экран. Он перезвонит позже. – У тебя что, никогда не было мобильного? – Нет, не думаю, – говорит Джерард, косясь на него. – Оу, правда? – пожимает плечами он, становясь по другую сторону стола. – Откуда ты, кстати? – Бруклин, Истерн-Паркуэй. – Ты шутишь? – лицо Фрэнка резко перестаёт выражать какие-либо эмоции. – Мы на Оушен Авеню, твоя улица практически соседняя. Этот парень либо глумится над ним, думает Фрэнк, либо шизофреник, сбежавший из местной клиники, либо обнаглевший бездомный, раздобывший где-то впечатляющий наряд. Какой смысл притворяться потерянным, если его дом максимум в получасе ходьбы отсюда? Чем больше он думает об этом, тем меньше ему нравится решение впустить Джерарда в свой дом. Да он вообще не фанат посиделок с незнакомыми ему людьми. – Знаешь, наверное, тебе уже пора, – строго говорит он, складывая руки на груди. – Наверняка тебя заждались, – выгибает бровь Фрэнк и делает взмах руки в сторону входной двери. Джерард кивает и встаёт из-за стола. Фрэнк пристально следит за его действиями. – Благодарю за составленную компанию. И я прошу прощения, если чем-то обидел, – только и отвечает Джерард. Он не имеет ни малейшего представления о том, что ещё можно добавить. Он оставляет полотенце на столе, забирает до сих пор влажный сюртук и, неловко повозившись с замком, удаляется прочь. Он топчется на крыльце многоэтажного дома, откуда вышел минутой ранее, и сиротливо садится на ступеньки. Джерард отпускает голову на свои колени в ожидании рассвета или, скажем, обещанной судьбы.