Сладкая ложь/Sweet lie

Ближе к полудню из спальни донёсся сдавленный полустон. Артём с Никитой как раз пили чай, только вот младший был слишком уж неразговорчив. Пиндюра хотел спросить, но они услышали Влада. Словно по дуновению палочки Киоссе вскочил со своего места и буквально побежал в их общую спальню. — Влад я… — его взгляд приковывает к кровати. Брюнет лежит на животе с закрытыми глазами, рот слегка приоткрыт. — Воды… — хриплым голосом шепчет Рамм. — Сначала объясни мне! — шатен закипает, ведь в его голове вертится вопрос, а так же любопытство. — Господи, блять, Никит, не сейчас! Потом всё! Киоссе молча развернулся в противоположную дверь и пошёл на кухню. Он молча прошёл мимо Артёма, который спокойно пил кофе, взял с полки аспирин, налил воду и уже хотел идти обратно, но насмешливый голос его вдруг остановил. — Единственный защитник послал тебя? — Он не посылал меня, — Никита прикусывает губу, вспомнив туманный поцелуй. Пиндюра замолчал, а шатен пошёл неторопливом шагом в их комнату с Владом. Чувство неловкости и страха завладело всем его телом, но недавняя обида буквально душила и промывала его косточки. Парень набрал побольше воздуха зайдя в комнату, плотно прикрыв дверь. Влад уже лежал на спине, потирая виски и жмурясь от лучей осеннего солнца. — Возьмёшь сам, — Никита хотел развернуться, показать свою гордость и уйти, но его окликнул Рамм. — Постой же, Никит, — рука шатена повисла на ручке двери, — садись рядом, — пары секунд парню хватило на размышления и он довольно резко присел на свободную половину кровати. — Чего тебе? — Не злись на меня, — Влад накрывал ладонью своё лицо. — Иди сюда, — через секунду на его лице виснет улыбка, а та самая ладонь слегка стучит по постели. Шатен, что стоит у двери, сильно сомневается, топчется на месте, не зная что делать, но затем, все-таки решаясь, подходит ближе. От неожиданного действия Рамм хмурится, уступая часть общей постели. Их взгляды направлены друг на друга. Кажется, что рассматривая каждый участок кожи они пытаются понять то, что произошло. Это сложный ребус, но Влад решает завести разговор: — Я знаю, что был пьян. И, если честно, я ничего не помню, но если я обидел тебя чем-то прости, — его рука уютно поместилась на плече Киоссе. — Совсем ничего? — глаза мальчика потускнели и у Влада от этого взгляда свело желудок. — Совсем, но я помню, как меня взяли под руки и потащили к такси. Дальше как будто ничего, — Влад нахмурился. — А что я ещё вытворял? — Не помнишь поцелуя? — С Мишей? — Нет, — уверенность Никиты таяла на глазах, а чужие глаза мазолили его собственные. — А с кем? — Со мн… — в комнату без стука заходит Артём, — Эй, лежебоки! Костя звонил, у нас интервью в полдень. Влад, выглядишь хуже моего доисторического родственника в гробу. — Пошёл ты! — брюнет всплеснул руками и вышел из комнаты, прихватив с собой чистую одежду. — Мог бы и постучать, — буркнул Никита. Вся комната словно пропахла перегаром и одеколоном Влада. Парень, не обращая внимания на Пиндюру, вдыхал запах, как успокоительное для него: приятное, тянущее, блаженное. Из таких мыслей его вернулся на землю Артём, — А ты чего разлёгся? Собирайся давай. Толян приедет отдельно. — Сейчас, свали отсюда! — по лицу шатена можно было смело сказать о его неприязни к происходящему. Ещё бы немного и Влад узнал об этом поцелуе… Отогнав все свои мысли Никита начал заправлять постель. Буквально через минут десять, когда Киоссе был уже готов к выходу, забегает Влад в одном полотенце и начинает перебирать свою одежду в поисках нужного. Никита сел на пуф, разглядывая того, кто его поцеловал. Мысли мальчика были порой слишком странными, скорее раньше он никогда не думал об этом, но сейчас ему вдруг захотелось почувствовать тепло другого тела, что это было он не понимал. К обеду всё парни благополучно сидели на радиостанции и получали последние напутствия от продюсера. — Так парни, эфир через пять минут, всем сесть на места! — проговорил радиоведущий, садясь на своё место. Ведущий старался сперва подогревать интерес, кто же у них в гостях, а затем огласил имя группы и началось интервью: — Ребята, привет! Давайте познакомимся сначала, меня зовут Паша, а вас как? Толя опередил всех в этом вопросе: — Я Толик, а это Тёма. Щепка Никитос и плохой парень в чёрном Влад, — радиоведущий засмеялся. Ребят спрашивали стандартно о карьере, о планах, о семье, о распорядке дня. Вопросы в основном были на одну тематику — это работа. — Я думаю, всем нашим радиослушателям понравились ваши ответы и взгляды на жизнь, — произнёс ведущий. — А теперь я предлагаю приступить к самой горячей рубрике, а именно к личным вопросам от наших слушателей! Итак, первый звонок! — Всем привет ребята, меня зовут Маша. Мой вопрос — Никита, ты в последнее время стал очень грустным, с чем это связано? — Я? Грустный? Что ты, нет конечно! У меня все хорошо, но может и было из-за погоды, — Никита окинул взглядом Влада за всё это время первый раз. — Спасибо Маша за звонок. Так следующий… Вопросы продолжались один за другим, не переставая. Многие хотели поговорить с ребятами и задать самый волнующий вопрос. — Вопрос к Владу из города Краснодар от Карины и Даши. Правда, что ты встречаешься с Мишей Романовой? Появилась напряженная атмосфера. Все знали ответ на этот вопрос, но в какой-то момент это начало беспокоить Никиту. — Эм, — вздохнул Влад, — на самом деле мы с Мишей хорошие друзья и постоянно ходим по тусовкам вместе, вот и все. На этой ноте эфир закончился. Парни напоследок спели одну из своих песен и вышли из радио будки. Как и предполагалось, они компанией завалились в кафе, чтобы перекусить. Только один Никита думал о отдаленном, ему хотелось сказать, что Влад целовался с ним пока он спал. Как это сказать? Он мог не поверить. Кто бы в это поверил?! — Эй, у тебя на губах сливки, — учтиво заметил Тёма. — Тебя это так волнует? — сказал Влад и без слов убрал салфеткой сладкий крем с губ Никиты. В эту секунду казалось, что для Никиты мир встал, остановился и Земля не крутится. Это было лишь мгновение длиною в вечность. Из-за этого парень резко вскочил. — Я… Мне нужно в туалет, — сбивчиво сказал Киоссе и быстрым шагом направился к спасительному месту. — Сейчас, — пробормотал брюнет и вышел из-за стола следом. Светлое помещение, пару белых раковин, писуары. Несмотря на почти вечернее время народа в этом кафе не было, а значит Никита мог побыть один. Он зашёл в туалет и бросился к раковине, включая холодную воду и ополаскивая лицо. Долго его глаза ловили лишь собственный взгляд, но заметили знакомое отражение. Влад. — С тобой весь день творится что-то не то. Я подумал… Может, ты скажешь мне? — Сказать что? — шатен взмахнул руками, опустив голову. Подрагивающие плечи сдавали его с головой, а слабый всхлип лишь подтверждал догадки Рамма. — Блять, Киса! Скажи мне! — резким движением он повернул Никиту к себе лицом. — Той ночью, когда ты был пьян… Ты целовал меня пока я спал. Это ты хотел услышать? — страх внутри мальчика сжигал его дотла. — Ты шутишь Кис, — Влад начал улыбаться. — Смешные шутки, — смех разразил пустой туалет. Это не могло не раздражать Никиту, который все знал и чувствовал, ему хотелось чтобы не он один думал об этом и заморачивался каждый раз, встречаясь взглядом с карими глазами. — Пошли! Я покажу тебе шутку, — Киоссе схватил за чёрную майку брюнета и потащил его в кабинку. Тесная кабина. На замок. Напряжение. Два тела. Рядом. — Ты целовал меня сам, я думал это сон, но нет. На утро мои губы горели, понимаешь? — тёплое дыхание в чужие губы. Прикосновение, которым можно было объяснить всё. Мир перевернулся пополам, словно переступаешь черту дозволенного, становишься на путь запретного. В голове творится беспорядок и это у обоих парней. Сначала лишь невинное прикосновение, только оно начало переходить в нечто большее. Губы Влада приоткрылись по инерции — нехватка воздуха. Этим и воспользовался Никита, его язык уже блуждал и изучал полость рта родного человека, друга. Кто-то зашёл в туалет. Плевать. Мир остановил своё существование. Сейчас не было ничего кроме них для друг друга, каждый ощущал это, каждый чувствовал. Брюнет перенял инициативу на себя, резко толкнув шатена к стенке он навалился на него своим телом. Где воздух? Это неважно. Главное зацеловать, ведь так говорило сознание обоим. В голове Рамма раздался щелчок. Он отскочил от Никиты к другой стене кабины, била дрожь по всему телу. Как он мог себе это позволить? Они буравили друг друга взглядом и не могли найти точку соприкосновения друг с другом. — Этого не было, ясно? — закричал Влад с озверевшим лицом. — Ты сам всё себе выдумал, а я нормальный, понял? После этих слов Киоссе зажмурил глаза. Совесть грызла его сейчас, уже после сделанного. Открывать глаза было страшно, раздался сильный удар, затем хлопнула дверь туалета. Что он наделал? Как вести себя дальше? Отдышавшись шатен вышел из кабинки, поправил у зеркала растрепанную мятую рубашку и молча вышел. Взглядом он пытался найти Рамма, но его след простыл. Больше всего он жалел, что испортил их крепкую, братскую дружбу. С этими мыслями парень подошёл к столику и улыбнулся друзьям, скрывая боль внутри.