Сладкая ложь/Sweet lie

Никита неотрывно смотрел на кровать. В его голове было перекати-поле, которое катилось будто по пустыне, а все мысли улетучились вслед за ним. Он решил взглянуть на Рамма. Но у парня было спокойное выражение лица. — Вместе, так вместе, — Влад пожал плечами и бросил спортивную сумку в угол. — Ник, что стоишь? Я складывать твою одежду не буду, — брюнет ухмыльнулся, поправив волосы на голове. — Да, сейчас, — Никита неторопливл подошел к шкафу, и расстегнул чемодан. Парни были увлечены раскладыванием вещей по полкам. После реплики Влада никто не проронил ни единого слова. Вот с этого момента и начиналась их новая, звездная жизнь. Толя обещал приезжать к ним каждый день и вообще не давать скучать, ведь кто ещё может бегать в магазин для Ника? Влад скучал по своим родным, а особенно для него были трудны переезды. Молодой человек старался скрывать свои сомнения и пихать их куда подальше. Теперь он часть коллектива, значит не должен всем портить настроение. — Влад? Рамзик?! — Киоссе тряс за плечо брюнета, который погрузился в свои мысли держа в руках боксеры. — Что? — невозмутимо откликнулся брюнет. — Твои трусы настолько восхитительны, что ты решил вспомнить их лучшие моменты? — Свои лучшие моменты я вспоминаю в другом месте, — Рамм фыркнул. — В душе? — Кис, ты нарываешься? — Влад отбросил трусы на полку, буравя Никиту взглядом. — Что ты мне сделаешь? — Киоссе кидает на парня наглый взгляд, размахивая руками. — Я много чего могу сделать, Киса, — не успел Никита предпринять каких-либо действий, как его талию обхватили руки брюнета, а чужие пальцы начали водить по ребрам. — Ай, придурок! Я её боюсь! Не надо! Ай! Ты поплатишься за щекотку, Рамм! — визжал младший, сгибаясь пополам от смеха и боли в костях. — Извинись, — он развернул к себе Никиту, еще раз повторяя сказанные слова: — Извинись. — Ладно-ладно, извини! — Плохо прощение просишь, — Рамм как-то по злому посмотрел на Никиту. Схватил в охапку этого почти безумного подростка и кинул на кровать заливаясь смехом. — Испугался? — Не дождешься! — Киоссе вынырнул из постели и ушел на кухню. Их кухня напоминала больше столовую, так как стол, занимавший здесь пространство, казался большим для их компании. Открыв холодильник Никита и не думал, что там могут быть продукты, причем съедобные. В основном там были сладости, йогурты, бутылка нераскрытого шампанского… Парень порыскал ещё раз и нашел шоколадные подушечки, а молоко как раз стояло на самом видном месте. Торопясь, он совместил два этих продукта и принялся есть. Это была пища богов для него в данный момент. Но он знал, что вечером обязательно закажет пиццу, так как эти придурки готовят, мягко говоря, невкусно. Никите вспомнился момент, когда Артем пытался пожарить курицу у него дома, но спалил её. От воспоминаний на лице появлялась улыбка, ведь вспоминая — самые лучшие моменты, в которые нельзя не улыбаться. Перекусив, Никита выглянул в окно. Вид из него был для подростка совершенно новым. Завтра они с парнями начнут настоящую, звездную жизнь и вряд ли ещё когда-нибудь он так посидит, размышляя о своём. — Переживаешь, что нам завтра ехать в клуб? — Артем зашел на кухню и потянулся, зевая. — Ты не первый, кто мне задает такой вопрос. В последнее время я очень часто задумываюсь о своём выборе, — Никита ещё раз взглянул в окно, рассматривая яркое солнце в конце ноября. — Размышляешь ты, конечно, не так, как мы. Для меня это был шанс выбраться в люди. А ты со временем всё примешь и поймёшь, тем более у тебя есть мы, — на этих словах Пиндюра сделал ангельское лицо. — Мы будем твоими мамочками, — он хохотнул. — И не мечтай, — челкастый, хилый парень закатил глаза. — Меня будет навещать мама, так что никакого беспорядка здесь. — Вы о чём это болтайте? — зашел Влад, растрепанный и немного помятый. — О жизни, — ответил Артём. — Что с тобой, Владик? — нагло спросил Никита. — Неужели твои волосы засосало в пылесос? — Ты опять это делаешь, Киса? — Пацаны, чего вы как маленькие дети, а? Вам вроде не пять лет, в самом-то деле. Никита с Владом переглянулись и засмеялись. Какую глупость Тёма говорит. Ведь детьми можно оставаться в любом возрасте. Совершенно. Так продолжалось почти весь день. Парни бурно обсуждали все темы, которые есть. Толик подъехал ближе к обеду и привез пиццу, на которую набросился Никита. Он был подростком, поэтому все не особо реагировали на его выходки, ведь он был ребёнком для них. Ближе к ночи Толя уехал к себе, а Артём ретировался на боковую — спать. Парни остались вдвоём. Оба зевали, решив, что им тоже не мешало бы поспать. Первый зашел Никита, по пути стягивая с себя зауженные джинсы, Влад повторил те же действия. Каждый не думал уже о их совместной кровати, ведь у обоих усталость брала верх над организмом. Брюнет молча лёг в постель, а подле него прогнулся матрас, и рядом лёг Киоссе. — Ты спишь? — неожиданный вопрос Влада застал Никиту врасплох. — Нет, не спится теперь, — молодой парень тряхнул челкой и перевернулся на спину, разглядывая белый потолок. — Мне теперь тоже. Ты знаешь… В голову приходят воспоминания о прошлом… как хорошо было тогда. Это ощущение заставляет меня жалеть о содеянном. Но сейчас любовь… она вдохновляет меня, понимаешь? Я не могу ничего с этим поделать. — А зачем менять в жизни моменты? То, что было, то и прошло. Влад, не думай об этом, живи, радуйся, — Никита пожал плечами. — Я спать. — Спокойной ночи. — И тебе. Рано утром прозвенел будильник, который предусмотрительно поставил Артём, зная, что эти двое спят как суслики и могут не проснуться до обеда. Мускулистый мужчина тянется на кровати и выключает противный звук чудо-техники. Осторожно выйдя из своей комнаты, и, подойдя к соседней, он приоткрывает дверь, смотрит на двоих парней. Их тела были прикрыты одеялом. Рука Влада была на шее Никиты, и они оба сопели, как дети. Мужчина подошел к ним ближе, чтобы посмотреть внимательнее. — Эй, голубки! — Пиндюра крикнул это настолько громко, что, наверное, проснулся бы любой человек. Парни лежащие в кровати подскочили с постели. По их лицам можно было предположить, что они жутко недовольны. Артём стоял перед ними и открыто смеялся, как неуравновешенный. — Что смешного, идиот? — недовольно проговорил брюнет, потирая глаза. — Мог нормально разбудить! Этот бубнёж продолжался даже в душе. Влад долго злился за испорченный сон. А Никита показал кулак, бодро вздохнув. — Когда у нас интервью? — Вечером поедем на вечеринку. Помнишь же, что нельзя говорить? — Помню. Я в душ после Влада. — Но я же самый первый встал! — Тёма поднял одну бровь. — Младшим нужно уступать, — Никита пожал плечами и пошел к ванной комнате. *** Парни прибыли на вечеринку, которую устраивал один из музыкальных каналов. Внутри клуба было по-настоящему шумно. Играла громкая музыка, свет прожекторов светил разными цветами, от чего Никита зажмурился. Шумная обстановка действовала на нервы и раздражала, заставляя голову раскалываться, поэтому шатен отдалился от троих партнеров, желая побыть наедине. Никита сел за столик, заказал сок, молча читая свежие новости в социальных сетях. Рядом, на близстоящий стул сел Влад, громко крикнув, чтобы шатен понял его вопрос: — Чего один здесь сидишь? — Влад толкнул его в плечо. — А что мне ещё здесь делать? Я не пью, — проговорил ему на ухо Киоссе. — А сок? — брюнет подсел поближе. — Это же сок. — Пошли, скоро интервью. Я не хочу чтобы ты потерялся… — Никиту потянули за руку из-за стола. Он не сопротивлялся, а молча позволил Владу вести его через толпу людей. Многих людей он не узнавал. Здесь было много звезд, которые, в принципе, вели себя, как обычные люди. Все пили алкоголь, и курили сигареты, выйдя на улицу. По периметру ходили охранники клуба в черных костюмах и очках. Влад пробирался сквозь толпу, толкаясь, а Никите приходилось перед всеми извиняться. Киоссе зажимали с двух сторон настолько сильно, что он не мог вдохнуть воздуха и лишь задерживал дыхание. Когда они подошли, то у большого плаката уже стояли Артём с Толей, а оператор готовил камеру. — Где вы были вообще? — В туалете, — ответил Влад и похлопал по плечу Никиту. Это был своего рода жест, что «не волнуйся, всё в порядке». — Так ребята, встаём на места, — пробурчала ведущая, беря в руки микрофон. — Поехали. Никита начал улыбаться в камеру. Остальные последовали его примеру. Их спрашивали о личной жизни, о дальнейшей карьере, планах на будущее, семье. Все вопросы были однотипными. Оно было недолгим, а затем их отпустили. Никита захотел домой, Влад согласился его отвезти, а затем снова вернуться в клуб.