Протяни мне руку

POV Дэхён Зачем я продолжаю бессмысленно бродить по этим улицам? Наверное, я и сам не знаю ответ на этот вопрос. На улице лето, жара под тридцать, а мне холодно. Солнце светит ярко, а мне темно. Многие считают меня странным, возможно, они правы. Многие ненавидят меня, и я уже привык. Меня зовут Чон Дэхён, мне семнадцать лет. Подростковый возраст, говорят, он самый трудный. Вот только мои проблемы начались задолго до этого. Моё детство было непростым. Рос я не в самой благополучной семье, нас было четверо: мать, отец, старший брат и я. Было трудно, денег постоянно не хватало. Все наши сбережения отец пропивал, а пил он много, не помню, бывал ли он трезвым. И мы с братом были рады, если папа просто закрывался на кухне один или со своими собутыльниками. Пусть наслаждается их обществом, лишь бы нас не трогал, но таких «удачных» деньков было не много. Наша мать работала на двух работах, тащила на себе всю семью. Она уходила на работу до того, как мы с братом просыпались, и возвращалась поздно ночью, когда мы уже спали. Мы могли неделями не пересекаться друг с другом. Про наши «хорошие» взаимоотношения с отцом она не знала, а мы старались не говорить. Как-то брат проговорился, мама узнала о том, что отец поднял на нас руку, был огромный скандал. Тогда и ей неслабо досталось - неделю в больнице пролежала. Больше не рисковали поднимать эту тему и молча терпели. Жили мы на окраине города, наш район считался самым неблагополучным, все «отбросы» общества были собраны на нашей улице. Мне было страшно там, но я понимал, что с нашим достатком ничего лучшего ожидать не стоило. У нас с братом было всего пара кофт, маек и старые, потёртые джинсы у каждого. Тогда я очень стеснялся этого, был замкнут, в школе меня недолюбливали. Слишком уж выделялся я среди этих детишек из обеспеченных семей. Люди любят издеваться и принижать более слабых, тех, кто от них отличается, это ведь так забавно. Я просто терпел, всегда! Сначала было стыдно, потом страшно, а затем я привык. Человек может привыкнуть ко всему, даже самому страшному. Всегда, во всех своих бедах я проклинал отца: «Если бы не он, было бы больше денег». «Если бы не он, я бы был свободнее, смелее». «Если бы не этот человек, я бы не боялся каждого резкого движения». На всё, что со мной происходило, я мог придумать сотни похожих отговорок. Зачем признавать свои ошибки, если можно обвинить в них других? Признаться честно, я ненавидел своего отца больше, чем кто-то мог себе представить. Хотел, чтобы он исчез, оставил нас в покое. Я столько раз себя убеждал, что без него нам будет лучше. Я желал смерти собственному отцу и получил желаемое.

***

Мне никогда не забыть ту страшную ночь. Мы с братом спали в своей комнате, когда меня разбудил звук бьющегося стекла. «Снова отец бушует», - первая мысль, что проскочила у меня в голове. Встав с кровати, я подошел к двери, прислушиваясь к тому, что происходило внизу. Примерно в это время мама возвращалась с работы, и я очень испугался, что именно ей досталось сегодня от пьяного отца. Так ничего и не услышав, я приоткрыл дверь и направился по коридору в сторону лестницы. - Неужели, здесь ничего? Вот непруха! - до моих ушей донеслись незнакомые голоса. Всё в груди сжалось от страха. Как я и думал, внизу что-то происходило. Немного выглянув из-за угла, я пытался рассмотреть, что творится внизу, стараясь остаться незамеченным. Вот только картинка была немного нечеткой - не стоило оставлять очки на тумбочке. - У них действительно ничего нет, как нам и говорили. Зря в мокруху ввязались, - услышал я ещё один незнакомый голос. Уже через несколько секунд я вздрогнул от громкого звука неподалёку. Кажется, кто-то кинул вазу в стену, за которой я стоял. Это не было похоже на обычную попойку, мне было страшно, поэтому я быстро вернулся в комнату и разбудил брата. - Дэхён, что ты несёшь, - ворчал брат спросонья, но всё же говорил шепотом. - Минхёк, я правду говорю, там внизу кто-то, они ругаются, сам посмотри, - убеждал я брата, указывая в сторону коридора. - Ладно, жди здесь! А я так крепко спал, - продолжал бурчать старший. Несколько минут я сидел в комнате, ожидая возвращения Минхёка. Ещё несколько раз доносились разные звуки из коридора. Посчитав, что брата нет довольно долго, я решил выйти вслед за ним, однако в эту же минуту он вернулся. Как только он зашел в комнату, сразу же закрыл дверь и погасил ночник в нашей комнате. Я не знал, что брат увидел там внизу, но успел заметить страх на его лице. Старший быстро ходил по комнате, будто бы что-то искал то под кроватью, то в шкафу. - Минхёк, - захныкал я, - что происходит? Ты меня пугаешь! Пропустив мой вопрос мимо ушей, брат поспешно выдвинул все огромные коробки из нашего чулана. Было это непросто - они были очень тяжелые, ведь там мама хранила весь хлам, который был нам не нужен, но ей жаль было его выкинуть. Я хотел помочь Хё, но вместо этого он толкнул меня внутрь. - Залазь давай в самый угол! Быстро! – прошептал брат. Спорить я не стал: мне пусть и было двенадцать лет, но я не был совсем тупой и понимал, что происходит что-то очень плохое. Закрыв дверь и перекрыв коробками путь к нам, старший присел рядом и взял меня за руку. - Не бойся, малыш, я рядом. Мы просто посидим немножко здесь, хорошо? – услышал шепот над моим ухом. Хотел бы сказать, что всё нормально, но я трус, а поэтому сразу разревелся. Уткнувшись в грудь брату, я продолжал хныкать, пока не услышал, как дверь в нашу комнату открылась. - А это что за сарай? – донеслись до нас незнакомые голоса, я заметил, что в комнате зажгли свет. – Ты только посмотри на это жалкое зрелище. Здесь живут их спиногрызы? - Какого чёрта, Рё? Ты забыл, зачем мы здесь? - Тебе не кажется это странным? Где их мелочь? – после этих слов, дверь в чулан открылась. Минхёк прижал меня сильнее к себе и нагнулся так низко, как только мог, лишь бы нас не заметили. - Да какая разница, может, у бабки! Пошли! У нас мало времени! - Вот вечно ты куда-то спешишь, ладно идём. Через минуту свет в нашей комнате погас, но ещё около часа мы слышали шуршание и разные звуки, доносящиеся из других комнат. Мы сидели так тихо, как только могли. Казалось, что я даже дышал так громко, что нас могли услышать, поэтому старался дышать через раз. Когда в доме наступила полная тишина, и мы поняли, что в доме больше никого не было, мы все равно не сдвинулись с места. Просто сидели в чулане до тех пор, пока солнечные лучи не стали пробиваться через приоткрытую дверь.

***

Та ночь ещё не раз мне снилась в кошмарах. Врагу не пожелаешь такого пережить. Даже сейчас, спустя столько лет, я вздрагиваю от одного только воспоминания. Всё изменилось в тот день, когда эти чертовые ублюдки залезли в наш дом. Полиция так и не нашла, кто это был, что им было нужно. Никто не выяснил, за что в тот вечер поплатились жизнью наши родители, а мы с братом отправились в интернат для несовершеннолетних. Минхёк был молодцом, хорошо со всем справлялся. Мой брат, он старше меня на 4 года, сразу взял на себя всю ответственность за мою жизнь. Подтянулся в учёбе, нашел работу и сразу, как только достиг нужного возраста, снял для нас квартиру и забрал меня из детдома. Боялся оставлять меня одного. С того дня при любом проявлении агрессии рядом со мной меня охватывают приступы паники. Вы себе представляете, как я живу? Таскали меня по психологам, я сидел на всяких препаратах. Спасибо, что со временем это хоть немного прошло, и сейчас я мог более-менее спокойно ходить по улицам. Вот только зачем это всё? В мои годы у меня так и не появились друзья. Чего я хотел от жизни, тоже не совсем представлял. Иногда я не понимал, что здесь делал. Зачем ходил по этой земле, где было моё место? С каждым новым днём я падал всё ниже. Хотел подняться, идти дальше, но одному было так трудно. Смогу ли я найти человека, готового протянуть мне руку помощи? Меня зовут Чон Дэхен, мне семнадцать лет. Добро пожаловать в мой ад!