Непостижимый замысел

2804 г. Т. Э.       Прозрачные волны мерно лизали камни пустой набережной. У причалов было всего лишь несколько небольших кораблей, на которых можно было добраться до соседних портов, расположенных дальше на северном и южном побережьях Залива Лун.       В Серых гаванях, как всегда, царили тишь и спокойствие. В оранжево-жёлтом вечернем небе лениво проплывали редкие облака, солнечные лучи золотили белокаменные стены и блестели на высоких шпилях. На мощёные улицы медленно подкрадывались полупрозрачные тени. Едва ли у кого-то повернулся бы язык сказать, что жизнь здесь кипит. В отличие от своих восточных сородичей здешние эльфы предпочитали шум моря. Красивые песни звучали тихо в глубине садов, большие костры с танцами устраивались лишь по праздникам, а мелодичный смех смешивался с прибоем. Они жили на одном берегу, но взгляд их был устремлён далеко за океан.       Однако такая подвешенность ничуть не мешала местным жителям заниматься обыденными делами и наслаждаться жизнью. Они выращивали фруктовые сады и виноградники, что-то строили и вели дела с соседями. А от причала порой, когда накапливалось достаточное количество слышащих Зов, в первое и последнее плаванье уходил белеющим лебедем корабль.       Почему-то восточные эльфы в большинстве своём не посещали Митлонд. Словно они боялись, что увидев однажды море, они более не захотят находиться в Средиземье. Лэйтэриэль этой точки зрения не разделяла — по многим причинам. Ей здесь нравилось. Нравилось царящее умиротворение, зеленеющие синевой волны, морской ветер и резкие крики чаек. Последние, правда, нравились около пяти минут, а потом начинали раздражать.       — Тебя настиг Зов?       Раздавшийся над самым ухом знакомый голос вырвал из туманных раздумий. С трудом подавив желание подскочить, девушка повернула голову и практически нос к носу столкнулась с задумчивым лицом Глорфиндела.       — Что ты здесь делаешь? — не слишком вежливый вопрос вырвался прежде, чем она успела обуздать собственный язык.       — Рутинные дела, — он пожал плечами и сел рядом на широком каменном ограждении набережной, — ничего интересного. А ты?       — Помогала кое-кому из следопытов, — туманно ответила эльфийка и отвернулась к колышущейся поверхности воды.       — А я уж было подумал, что ты решила…       — Я слышала, гномы Эребора обосновались в Синих горах? — перебила Лэйтэриэль.       — Да. И до сих пор приходят, — он весело хмыкнул, — Кирдан не в восторге.       — Почему?       — Опасается за леса, — Глорфиндел рассмеялся, но как-то натянуто, — да и вообще.       — Ну, в их соседстве есть и плюсы, — флегматично заявила девушка.       — М-да? И какие же?       — Э-э… можно привлечь их к патрулям?       — Патрули — конные, — с убийственной улыбкой уточнил эльф, — от гномов на пони пользы меньше, чем просто от гномов.       — От просто гномов очень даже много пользы. Они много чего создают и прекрасно строят. И вообще весёлые, — она проследила взглядом за парочкой прогуливающихся эльфов на другой стороне набережной. — Этим местам не хватает веселья.       — Эти весёлые гномы слишком часто привлекают драконов, не находишь? — уже без намёка на шутку произнёс Глорфиндел. — Жадность их губит. А ведь лорд Элронд советовал Трору не соваться в Морию.       — Перестань, — тихо попросила Лэйтэриэль, прекрасно зная, что в споры на столь отвлечённые темы с советником Элронда лучше не вступать.       Мужчина почти виновато улыбнулся и решил сменить тему:       — Почему ты не была в Имладрисе?       — Собиралась на обратном пути заглянуть, — пожала плечами девушка. — Ты разве здесь не по делам?       — Спешишь избавиться от моего общества? — в его голосе послышалась едва различимая печаль. — Дела подождут до завтра. Мы ведь можем добраться до Раздола вместе. Где ты остановилась?       — Воспользуюсь какими-нибудь гостевыми комнатами…       — Я остановился у Кирдана. Составь мне компанию, а то он весь вечер будет занудствовать.       Лэйтэриэль окинула эльфа пристальным взглядом. За шутливым тоном скрывалось нечто большее: грусть, тоска и боль. И она не хотела сделать хуже. Вот только не знала, от чего именно будет хуже.       — Хорошо, — изрядно помедлив, она всё-таки согласилась.       На лице Глорфиндела появилась слабая улыбка. Оперевшись на руку, он тоже устремил взгляд на горизонт, к которому неумолимо катилось солнце. Всякая необходимость в каком-то разговоре сразу отпала.       Девушка искоса наблюдала за эльфом. А ведь он приплыл с того берега. Интересно, почему? За что ему была оказана такая… милость? Привилегия? Поручение? Едва ли ей действительно хотелось знать ответ.       Когда солнце начало касаться воды, они, не сговариваясь, поднялись с ограждения и побрели в сторону дома Кирдана.       Владыка Митлонда, старейший из эльфов тэлэри, Новэ жил в, наверное, самом высоком из домов гаваней, ко всему прочему, находящемуся на возвышении. Строение стояло на окраине порта и весьма смахивало на маяк — под венчающей дом башенной крышей даже имелся фонарь. Сам дом из белого камня имел то ли два, то ли три этажа, которые полукругом опоясывали башню. Высокие тонкие колонны, увитые плющом, подпирали балкон и скрывали широкую веранду, ведущую в сад.       Кирдан встретил их в круглом холле. Прежде Лэйтэриэль доводилось видеть его издалека, но лично сталкиваться не приходилось. Он был необычайно высок даже для эльфа, с длинными белыми волосами и лицом, по которому было трудно судить о возрасте. Ещё у него была борода. Не такая уж и длинная (скорее даже короткая), но у прочих нет и такой.       — Добро пожаловать, — он оглядел гостей блестящими синими глазами. — Леди Лэйтэриэль, я полагаю? Рад встрече.       — Эм… — эльфийка бросила озадаченный взгляд на спутника. — Я тоже.       Кирдан непринуждённо рассмеялся:       — Наверху готовы комнаты. Отдохни и спускайся к ужину. Илиэль тебя проводит.       Из-за лестницы тут же появилась белокурая эльфийка, которая с улыбкой поманила девушку за собой.       Оказавшись в небольшой, но уютной комнате, Лэйтэриэль подумала, что вообще не имеет ни малейшего желания спускаться вниз. В комнате было совершенно изумительное кресло-качалка, а с балкона открывался потрясающий вид на Гавани.       Приводя себя в порядок, девушка старательно отгоняла мысли на тему, а не зря ли она согласилась и всё такое. Но учитывая степень бесполезности подобных размышлений, предпочла отбросить их: у неё вообще хорошо получалось не думать о том, о чём не нравится.       Город уже окутала ночь, когда Лэйтэриэль соизволила спуститься вниз. Впрочем, Глорфиндел с Кирданом не слишком скучали. Увлечённые беседой, они и не сразу заметили её появление. Занудством там и не пахло.       — Я слышал, ты путешествовала далеко на Восток, — произнёс Владыка Гаваней, когда они вчетвером устроились за небольшим овальным столиком, накрытым на веранде под сенью плюща. — Расскажи мне, как там сейчас?..       Внимательный взгляд старого эльфа был мягок и любопытен. Только сейчас девушка сообразила, что перед ней эльф, собственными глазами видевший первое появление валар перед старшими детьми и слышавший первый Зов. Один из тех, кто пересёк Средиземье от Куйвиэнен, которого больше нет, до самого Тол-Эресса, но по какой-то не слишком удачной шутке судьбы, в нужное время в нужном месте не оказался, и с тех пор смиренно ожидающий собственного корабля. Валар воистину жестокие существа: того, кто так желал отправиться к ним и начал первым строить корабли, оставить в Средиземье, поручив ему переправку всех прочих. Каково же ему провожать взглядом каждый белый парус, ожидая собственной очереди?..       На восточной окраине неба темнели тучи. Осенняя пора брала своё, начиная заливать окрестности дождями. Не сказать, чтобы Лэйтэриэль не любила дожди, но учитывая тот факт, что путь их лежал в самую гущу этих туч, особой радости это не вызывало. Оставалось надеяться, что они успеют доехать до Бри до того, как небо разразится мрачным ливнем.       Они подгоняли лошадей, но всё равно не успели. Когда в поздних сумерках из-за холма показались стены городка, на землю упали первые капли. Эльфы дружно натянули капюшоны и поспешили к воротам.       — Кого принесло на ночь глядя? — недовольно поинтересовался стражник за стеной, не слишком торопясь отпирать ворота.       — Нам необходимо заночевать здесь, — спокойно ответил Глорфиндел, хотя Лэйтэриэль всё же сумела уловить в его голосе едва различимые нотки раздражения.       — Ага, — радостно буркнул караульный сиплым голосом, даже не потрудившись выглянуть в смотровое окошко, — а потом из-за таких беспорядки в городе. После заката велено никого не пускать — топайте отсюда, а не то по шее получите!       На лице советника Элронда на несколько секунд появилось опешившее выражение. Едва ли он привык к такому обращению. Лэйтэриэль едва сумела сдержать смешок, фыркнув в ладонь.       — Может, ты сперва узнаешь, кто перед тобой? — с укором посмотрев на девушку, эльф недовольно сдёрнул с головы капюшон.       — А чегой мне на вас смотреть? Можно подумать, что-то… — тем не менее, стражник всё же потрудился выглянуть в окно и посветить фонарём, показав своё морщинистое лицо, — новое увижу… — Под конец фразы он разглядел путешественников и многозначительно умолк. — А сразу-та не могли представиться?! — заворчал старик. — Кто вообще по округе на ночь глядя шастает…       Продолжая ворчать, он начал отпирать засовы и уже через несколько секунд распахнул дверь, в которую, недовольно фыркая, протиснулись лошади.       — Стойте, кудый? — караульный бодро ринулся им наперерез. — А вас как раз городничий велел сразу к нему проводить, как появитесь. Так что подите за мной, уважаемые.       Глорфиндел нахмурился и, вздохнув, направил лошадь за стариком. Поглядывающая на спутника Лэйтэриэль, едва сдерживала смех. Ситуация начинала веселить её всё больше и больше. Интересно только, чего от эльфов надо городничему.       Дом городского управы стоял на возвышении и, в отличие от всех прочих, был каменным на все три этажа, хотя в нём и присутствовали деревянные элементы в виде украшений. За оградой дома практически сразу встретили слуги, будто только их и ждали. Лошади отправились в конюшни, а эльфов проводили в дом.       Их привели в гостиную. Лэйтэриэль с готовностью стащила плащ и огляделась. Гостиная оказалась большой комнатой, обитой тёмными деревянными панелями. В камине не слишком весело потрескивал огонь, по занавешенным тяжёлыми шторами окнам тарабанил дождь. Пара добротных деревянных кресел и диван, обтянутые тёмной бардовой тканью, стояли в центре, у стен несколько шкафов с книгами, несколько из которых лежали на столике, намекая на то, что в этом доме выполняют отнюдь не декоративную функцию.       Дальнейшее разглядывание обстановки было прервано приходом хозяина. Городничий, к лёгкому удивлению Лэйтэриэль, оказался довольно молодым мужчиной лет тридцати на вид. На лице его явственно читалась усталость, волосы были взъерошены, а времени на бритье последние пару дней явно не хватало.       — Добрый вечер, — без особой радости произнёс мужчина чуть хриплым голосом и махнул рукой в сторону кресел, чтобы гости устраивались, — прошу прощения, за поведение стражи, они последнее время… Вы голодны?       — Я бы кофе выпила, — вежливо сообщила Лэйтэриэль, когда Глорфиндел покачал головой.       — Конечно, леди?..       — Лэйтэриэль, — опередив девушку, ответил эльф. — Эмир, что-то случилось?       — Как сказать… — мужчина поморщился и отдал распоряжение заглянувшей служанке. — Много чего. Пожар в деревне, часть урожая уничтожена, беспорядки, поджёг складов и осень. Не бери в голову, это в основном мои заботы. Вина? — мужчина подошёл к шкафу и выудил оттуда бутылку и пару бокалов.       — Тогда почему хотел видеть? — помедлив, Глорфиндел кивнул и принял бокал.       — Буквально за пару недель столько всего случилось, что казна практически опустела, — констатировал городничий, — не вдаваясь в подробности: мне нечем кормить гарнизон. Честно говоря, мне им и жалованье практически нечем платить, — Эмир мрачно хмыкнул и залпом опустошил бокал, — но тут мне придётся самому крутиться. В общем, было бы здорово, если бы вы подсобили с продовольствием на зиму. Полагаю, вас отсрочка оплаты не приведёт в ужас, в отличие от местных торговцев?       — Полагаю, нет. Я поговорю об этом с лордом Элрондом, — кивнул Глорфиндел. — Но куда делся весь ваш урожай? Сейчас ведь самое время его собирать.       В комнату юркнула служанка, расставила пред гостями кофейник с чашками и блюдце с печеньем, после чего незаметно исчезла.       — Видишь ли, — медленно начал мужчина, проводив взглядом служанку, — то, что ещё не убрали — сгорело вместе с половиной ферм, а то, что убрали — сгорело потом на складах.       — Но ведь особой жары не было, — покачал головой Глорфиндел.       — На наше счастье, иначе половиной дело бы не ограничилось. Оно вообще очень избирательно всё загорелось, — с лёгкой иронией заметил мужчина.       — Но кто бы стал поджигать ваши поля и амбары? — не понял эльф, у которого подобное просто не укладывалось в голове. — От этого ведь все только страдают.       Городничий открыл было рот, чтобы объяснить, но его опередила Лэйтэриэль.       — От этого не все страдают, — она сделала торопливый глоток. — Точнее, некоторые получают прямую выгоду, взвинчивая цены.       Глорфиндел понятливо кивнул и нахмурился. Ему всё равно было непонятно: сказывалась разность в восприятии жизни и некоторых ценностей. Девушка только головой покачала. Вроде столько лет эльфу, довольно часто имеет дело с людьми, а некоторых вещей до сих пор не понимает.       — А что с беспорядками? — вспомнил Глорфиндел. — Стражник что-то такое упоминал.       — Не всем хочется содержать погорельцев. Точнее, никому, — добавил мужчина. — Середина осени, на дворе зима. Хозяйства сейчас восстанавливать не получится, а в Бри и так яблоку негде упасть и всё такое. Вообще-то здесь народ обычно понимающий, но тут явно кто-то им нашептал всякой ерунды. И хорошо, что ерунда, иначе угомонить бы не получилось, — рассказывал городничий об этом довольно равнодушно. — Однако поджечь склады они успели…       Эльфийка, молча жуя печенье и слушая городничего, поражалась его спокойствию. То ли для него подобное было не впервой, то ли он уже знал, как решить проблемы. Во всяком случае, на жалующегося он не походил: просто излагал факты.       Эльф тем временем стал выспрашивать подробности. Лэйтэриэль же слушала вполуха. Человеческие интриги — не то, чем можно её удивить. Да если уж на то пошло, эльфы и сами порой могут такое наворотить… разница только в масштабах.       Закончив с кофе, девушка решила откланяться, заметив, что ни Глорфиндел, ни Эмир заканчивать беседу не собираются.       Давешняя служанка проводила её на второй этаж в гостевую спальню. Оглядев комнату, эльфийка пришла к выводу, что городничий живёт довольно богато. Впрочем, логично, их обычно выбирают из успешных купцов. Изящная кровать на четырёх столбиках с резной спинкой у стены, небольшая печка напротив, пара пузатых кресел, а освещали комнату свечи в кованых подсвечниках на тонконогом столике.       Заметив в углу небольшую дверцу, заглянула туда и обнаружила ванную комнату. Наличие водопровода несказанно возвысило городничего в глазах девушки. Поразмыслив, эльфийка решила, что едва ли до Имладриса им попадутся блага цивилизации, так что начала смело крутить краны. К вящему разочарованию, вода оказалась еле тёплой. Впрочем, в данном случае жаловаться было бы наглостью.       Не став растягивать сомнительное удовольствие от водных процедур, Лэйтэриэль завернулась в рубашку и огромное полотенце и, вернувшись в комнату, устроилась в кресле у печки, с удовольствием отогревая ноги. Она только успела задремать, как услышала шорох двери и чьи-то шаги. Распахнув глаза, девушка выглянула из-за огромной спинки кресла.       — Лэйтэриэль? — удивлённо произнес Глорфиндел. — А почему ты?.. — он замолчал, нахмурившись. — Должно быть, они решили, что… — он торопливо развернулся, — попрошу другую комнату…       — Ох, да перестань, — перебила его девушка, — кровать большая, как-нибудь поместимся. Все уже спят, не дёргай людей.       — Но ведь?.. — на лице оглянувшегося эльфа боролись противоречивые чувства.       — Почему-то вчера, когда мы спали рядом под открытым небом, тебя ничего не смутило, — с лёгкой иронией произнесла девушка и отвернулась. — Или в закрытом помещении мне есть, чего опасаться?       Мужчина несколько секунд с сомнением вглядывался в спинку кресла, а потом решил не спорить, даже не заметив, как губы сложились в улыбку.       Через несколько минут, хорошенько умывшись, он устроился в соседнем кресле.       — И чего вы там столько времени обсуждали? — поинтересовалась Лэйтэриэль, поймав его взгляд.       — Расспрашивал о том, как у него до такого дошло всё, — ответил он. — Не понимаю этого. Люди с таким трудом выращивают урожай, они ведь не могут, как мы… Как можно просто взять и сжечь результаты собственных трудов?.. То есть, я понимаю, но у меня всё равно не укладываются в голове эти интриги. Почему ты улыбаешься?       — Извини, — эльфийка откровенно рассмеялась. — Просто ты проявляешь поразительную наивность в отношении людей.       — Глупости, — отмахнулся Глорфиндел, — я постоянно имею с ними дело, и я имел с ними дело задолго до твоего появления на свет.       — В том и дело, — развеселилась девушка. — Скажи мне, с кем ты привык иметь дело? — эльф только вопросительно вскинул светлые брови. — Дунэдайн, посланники, городничие и старосты, купцы. Все они в большинстве так или иначе образованы, здраво мыслят и имеют правдоподобные представления о мире и истории. Обычный народ… куда проще. Им безразлично, что тут творилось почти три тысячи лет назад, не говоря уже о событиях Первой Эпохи. У них свои маленькие простые заботы, у них нет времени думать о высоких материях, а потому они легко внушаемы и подвержены манипулированию всякими проходимцами…       — Я понял, можешь не продолжать, — буркнул эльф. — Я действительно никогда не смотрел на это с такой точки зрения.       На какое-то время собеседник погрузился в раздумья. Судя по всему, он сам был уязвлён тем, что в его картине мира оказалась такая дыра. Не иначе, он занялся переосмысливанием бытия.       Внезапно заявившаяся в Чёрную Пущу зима умудрилась припорошить белой пудрой даже южную оконечность леса. Мрачные кряжистые деревья вдруг приобрели какой-то волшебный и даже манящий вид. Лёгкий морозец поскрипывал прямо в воздухе, а с неба, медленно кружась, падали хлопья, стремясь полностью спрятать чёрные ветви и землю.       Лэйтэриэль ступала осторожно, чтобы не оставлять лишних следов. Пусть эльфы и славятся своей лёгкой поступью, но всё же даже они не могут совсем не оставлять следов — а тут ещё и снег. Конечно, в Лихолесье и так мало охотников соваться, и уж тем более, в его южную часть, но девушка предпочитала перестраховаться.       Громада Дол-Гулдура выглядела нарядной и даже почти приветливой. На имеющихся крышах лежали пушистые шапки, на стенах на самых верхушках собрались блестящие на солнце наледи, а некоторые колонны и вовсе венчали короны из сосулек. Эльфийка привычно направилась к лестнице, ведущей наверх, но на одной из развилок сквозняк настойчиво потянул вниз, и она послушно последовала за ним.       Спускаться куда-то в подвалы пришлось довольно долго. Чего ради майя туда занесло, оставалось только догадываться. Вскоре на стенах одного их коридоров появились отсветы огня, а потом Лэйтэриэль оказалась в большой комнате, стены которой подпирали высокие каменные арки. В очаге трещал совершенно не иллюзорный огонь, освещавший странную помесь мастерской и лаборатории.       Длинный стол был завален листами бумаги с перьями, тут же инструменты самых разных размеров: планшайбы, ограночные круги и головки, а в центре и вовсе какая-то самодельная конструкция. Бриллианты он здесь что ли ограняет?.. Хотя на полу в углу стояла наковальня, рядом валялось несколько молотов разного калибра, щипцы и нечто поломанное.       Тени в комнате стали насыщеннее, и через каких-то несколько мгновений в комнате появился сам майя в уже ставшим привычном облике беловолосого мужчины. Лицо у него было чрезвычайно самодовольное, и вообще создавалось впечатление, что он только её и ждал.       — А чего это ты… тут? — вместо приветствия подозрительно осведомилась девушка, выразительным взглядом обведя комнату.       — Творю! — радостно сообщил Тёмный Властелин Средиземья, а потом нахмурился: — А ты сразу худшее, да, подозреваешь?       — Ничего я не подозреваю, — девушка уязвлённо отмахнулась и, сдвинув инструменты, уселась на край стола, стянув плащ. — И вообще, где ты был? — опомнившись, она вновь устремила на майя подозрительный взгляд.       — Что значит, где? — он рассеянно плюхнулся в облако теней. — Знаешь, подобные вопросы с твоей стороны звучат довольно издевательски.       Лэйтэриэль ввинтила в мужчину внимательный взгляд. Действительно не понимает или разыгрывает комедию?       — Ты знаешь, о чём я. Когда я приходила сюда в прошлом году, тебя не было, — как можно нейтральнее сообщила девушка.       — Ну, я, наверное, уснул, — легкомысленно отмахнулся майя. — И вообще, слушай… Ледяной взгляд девушки заставил его оборвать чуть ли не восторженную реплику.       — Не ври мне, — тихо произнесла Лэйтэриэль. — Тебя здесь не было.       С лица Майрона в мгновение пропало всякое веселье, и он смерил девушку высокомерным взглядом. Оценивающим. Она терпеть не могла, когда он так смотрел.       — У меня были дела, — лаконично ответил бессмертный тоном, явно намекающим на конец обсуждения данной темы.       — И какие же дела потребовали твоего личного присутствия? — девушка полностью проигнорировала его намёк.       — Тебя не касается.       — Не касается? Вообще-то!..       Девушка замолчала, отодвинувшись от лица Майрона, оказавшегося слишком близко. Золотые глаза практически ощутимо обжигали.       — Не лезь не в своё дело. Я же не спрашиваю, какого дракона ты мило шляешься по Эриадору в компании Глорфиндела. Твой королёк, кстати, в курсе?       — Ну, если уж ты за нами так внимательно подглядывал, то должен знать, что он даже жеста себе лишнего в мою сторону не позволял.       Мужчина чуть вздёрнул светлые брови, выражая некоторую степень сомнения. Лэйтэриэль, вынужденная разглядывать пару огненных колец, невольно вспомнила о третьем и поспешила отогнать опасные воспоминания. Майя склонил голову на бок, задумавшись о чём-то.       — С каких пор ты передо мной оправдываешься? — тихо произнёс он с неприятной улыбкой. — Не путай меня со своими друзьями-эльфами, я никогда не требовал от тебя объяснений.       — Никакие они мне не друзья, — огрызнулась девушка, прекрасно понимая, насколько слабо это звучит.       — А кто же?       Девушка открыла было рот, чтобы бросить очередную колкость, но передумала. Действительно, кто? Разве на друзей выливают такое количество лжи? Внутри радостно булькнуло чувство отвращения к самой себе и заляпало всё сознание.       Не отвернётся ли от неё хоть кто-нибудь, когда узнает правду о ней? Едва ли. Но они ведь и не узнают. Потому что она будет врать. Будет скрупулёзно подгонять жизнь под собственную ложь, чтобы никто не заметил нестыковок. Это уже практически стало смыслом её существования. У неё есть что-нибудь, кроме лжи? Да и есть ли у неё вообще жизнь?.. А у него?..       Лэйтэриэль опустила голову, не желая показывать обуявшее её настроение. Но майя и так всё понял.       — Так вот, о драконах, — беззаботно произнёс он, взъерошив ей волосы и начав вышагивать перед очагом по комнате, — как ты знаешь, у нас тут как раз есть один совсем рядом.       — Смауг Золотой, — девушка незаметно утёрла уголки глаз. — И?       — Мне нужно, чтобы ты его навестила, — майя остановился спиной к огню и завёл руки назад. — Ты ведь наверняка собиралась?..       — Допустим. Тебе-то какой смысл?..       — Я хочу, чтобы ты у него кое-что… выменяла.       — А что тебе самому мешает? — вяло поинтересовалась Лэйтэриэль.       — Он же дракон. Он мне и монетки не отдаст, — поморщился Майрон. — У тебя больше шансов.       — Ты думаешь, он станет со мной чем-то меняться? — эльфийка скептически хмыкнула. — Знаешь, у него и прежде характер тот ещё был, а теперь даже представить боюсь.       — Ну… — мужчина улыбнулся, — тебе не обязательно ставить его в известность об обмене. Просто подменишь да и всё, — он высвободил одну руку и демонстративно подкинул внушительных размеров булыжник, радостно сверкнувший полированными гранями.       Подавить изумление у неё не получилось:       — Аркенстоун? Ты шутишь? Как?..       — Так они его обозвали? Аркенстоун? — он повертел камушек в руках. — Это, разумеется, копия. Очень качественная, первоклассная просто. Я вообще мастер на все руки, знаешь?.. — Майрон рассмеялся, довольный произведённым эффектом.       — У вас, древних, что, у всех тяга к блестящим стекляшкам?       — Это не просто блестяшка, — мужчина хмыкнул, даже и не подумав обидеться. — Аркенстоун — это сгусток чистой силы.       — И что, кроме тебя этого больше никто не заметил?       — А кто бы мог? — вопросил майя, самодовольно фыркнув. — Гномы? Ха-ха. Люди? Ещё смешнее. Эльфы? Их настолько близко к реликвии никто не подпускал.       — Ты его тоже только издалека видел, — уточнила девушка.       — Ну, так то я, — он вновь упал в кресло. — Ну так что, принесёшь камень?       — И что ты с ним будешь делать? — в голосе Лэйтэриэль вновь прорезались подозрительные нотки.       — Я ещё пока не решил, — он легкомысленно пожал плечами, — вообще, я даже не уверен, что его можно использовать, — он задумчиво замолчал. — Но лучше он пусть будет у меня.       — А откуда он вообще взялся?       — Это что-то вроде побочного результата деятельности валар, — начал объяснить майя. — Ещё с тех времён, когда они вообще что-то делали. Ну, знаешь, тут такое количество сил в воздухе было разлито, что чего только не получалось.       — И что, хочешь сказать, Смауг не сумеет отличить подделку? — поинтересовалась эльфийка, рассматривая сияющий собственным светом камень в руках собеседника.       Майя перевёл взгляд на собственную поделку.       — Не сможет, — уверенно кивнул Майрон и, чуть подумав, добавил: — ну, он же не станет тебя сразу убивать, придумаешь что-нибудь, если что.       Лэйтэриэль нервно хмыкнула. Ему легко говорить. А она до сих пор помнила, как дракон её при первой встрече чуть не слопал. Причём просто из вредности характера — утолить голод с её помощью он не смог бы при всём желании.       — Ну так что? — майя улыбнулся и бросил камень девушке.       Эльфийка рассеянно поймала стекляшку и начала вертеть в руках. Действительно, по виду такой же Аркенстоун. Интересно, как он сумел его сделать? И сколько это у него заняло времени?..       Девушка вскинула голову и уставился на майя.       — Погоди-ка, — елейным голосом начала она, — а не из-за тебя ли дракон вообще на Эребор напал?       — С чего ты взяла? — на лице майя появилось вполне искреннее недоумение.       Вот только она слишком хорошо его знала.       — У Трора перед этим внезапно обострилась драконья болезнь. Тебе такое провернуть было как раз-два, учитывая, что он носил одно из твоих колец!       Несколько мгновений Майрон рассматривал девушку, а потом расплылся в улыбке и извиняющеся развёл руками:       — Что поделать, умыкнуть камень у дракона проще, чем у целой горы гномов.       — Ты оставил без дома целый народ, — возмущённо произнесла девушка, швырнув в того камень, — Дэйл уничтожен. От Эсгарота осталась дымящаяся половина. Погибло много людей и гномов. И всё из-за этой цацки?!       Мужчина недовольно поморщился:       — Всего лишь сопутствующий ущерб. Эльфы зато твои не пострадали. И вообще, Трандуил, наверное, был в восторге, что теперь под боком нет этих жадных карликов, — девушка открыла было рот, чтобы опять возмутиться, но майя её опередил. — И вообще, люди, гномы — они всё равно умрут, какая разница, когда? Так что прекрати взывать к моей… Я даже не понимаю, к чему ты взываешь. Если ты забыла, моральные принципы мною никогда не руководили.       Лэйтэриэль судорожно вздохнула, наткнувшись на предупреждающий взгляд Майрона. За столько спокойных лет и дружескими визитами она уже как-то начала забывать о том, кто он есть. Тот факт, что прежде майя командовал ордами орков, людьми и даже гномами, уже истёрся в её восприятии мира. Она отвыкла от того, что он Тёмный Властелин Мордора. И если у него есть какая-то цель, он просто её добивается, не обращая внимания на «сопутствующий ущерб». И её мнение его не интересует. Сколь бы не было легкомысленным его поведение, он оставался собой.       — Эрэса? — майя кинул девушке камень. — Так что?       Эльфийка медлила с ответом. Зачем ему этот камень? У него и так достаточно сил, что бы он по этому поводу не говорил. Что будет, если она откажется? Попробует ли он завладеть камнем другим способом (пусть она и с трудом могла его представить) или бросит бесперспективное дело? Если он спланировал это столько времени назад, едва ли он откажется. Лучшее, что она может сделать: свести опасность его задумки (какой бы она ни была) для окружающих к минимуму.       — Я попробую.       — Чудно, — майя непринуждённо улыбнулся, окончательно убедив девушку, что он что-то задумал.