Непостижимый замысел

121-122 г. Ч.Э.       Лэйтэриэль лежала, свернувшись в клубок и сжавшись. Глорфиндел приподнялся над ней и коснулся, тут же почувствовав отголосок боли. Эльф сосредоточился и отпустил силу. Девушка шевельнулась, на мгновение сжавшись сильнее, и расслабилась. Мужчина улыбнулся и, поцеловав в плечо, притянул к себе.       Он больше не злился. Теперь не было причин, чтобы злиться. Теперь она была его, а остальное неважно.       Он не планировал подобным образом торопить события, но её слова его подстегнули, и он просто не сдержался. К тому же, она так и норовила сбежать, даже не представляя, что пытается сделать и чем ей это грозит. Первый раз он почувствовал это по дороге домой и очень сильно удивился. К счастью, она была слишком неопытна, так что ему легко удалось вернуть её дух. Потом были ещё попытки, но уже куда слабее. Очевидно, без снадобий у неё получалось плохо. И всё равно он каждую ночь держал её. А потом смотрел, как она весь день пытается изображать бодрость.       С одной стороны, его восхищала её стойкость, с другой – удручала. Он знал, что отнюдь не безразличен ей. В такого рода чувствах эльфы не ошибаются, просто потому что устроены так. И потому же он не мог взять в толк, отчего она так противится этим чувствам. То, что был кто-то ещё… Что ж, его больше не было. Он заменил его в её сознании собой, хоть из-за этого ему и пришлось поступить с ней так.       Глорфиндел давно понял, что любовь порой требует жестокости, и не боялся замараться. В этой жизни вообще очень трудно не замараться. А если кто-то кажется чистеньким, то это значит лишь, что у него либо не было возможности испачкаться, либо он очень хорошо эту грязь прячет.       Он рассеянно подцепил сбившийся на спину девушки камень на цепочке и аккуратно перетянул его на другую сторону. Лэйтэриэль пошевелилась, перевернулась, уперевшись ему в грудь локтями, и открыла глаза.       – Не болит? – спросил он, проведя рукой по волосам и приподняв её голову, чтобы она посмотрела на него.       Она скользнула по нему взглядом, дёрнув плечом, и упёрлась ладонями ему в грудь.       – Что такое?       Девушка посмотрела на него как-то озадаченно, приподнялась, толкнула на спину, придвинувшись, и положила голову ему на грудь. Глорфиндел замер, не шевелясь. Какое-то время она сидела так, закрыв глаза и слушая. Прошла пара минут. Она резко выпрямилась и уставилась на него чистым пронизывающим взглядом. В одно мгновение у него исчезли всякие сомнения на счёт её происхождения, потому что он узнал этот взгляд. Вернее, это выражение.       – Как это возможно? – глупейший вопрос сорвался с языка прежде, чем он его обдумал.       Глорфиндел поднялся на локте и коснулся её лица, чтобы увериться, что она не истает на его глазах. Не истаяла. Даже не шелохнулась.       – Лэйтэ?       Девушка, помедлив, склонила голову набок. Он сел, приблизившись к ней вплотную и изучая лицо, пытаясь разглядеть в нём черты того ребёнка, что видел столько лет назад в Валиноре. Ребёнка, что вечно крутился подле отца и старшего брата.       Эльф осторожно поцеловал её и тут же отстранился. Она всё так же внимательно разглядывала его, как будто видела впервые. Протянув к нему руки, она обхватила ладонями его лицо. Он перехватил пальцы, поцеловал их и сжал в замке, подвинувшись к ней.       – Ты ответишь мне?       Она несколько секунд разглядывала его, словно не замечая положения, в котором они находились. Потом девушка подалась к нему, поцеловав. Он счёл это ответом. ***       Какое-то время Глорфиндел был счастлив, а потому не замечал того, что это счастье могло омрачить. Но потом это стало невозможно.       Он вернулся из Гаваней, в которых ему нужно было регулярно бывать, чтобы быть в курсе новостей, а заодно, чтобы никто не сунулся искать его в Харлонд и дальше. Ему больше не нужно было держать Лэйтэриэль, и всё же он не хотел, чтобы их кто-то нашёл. Как ни крути, в Гаванях были эльфы из Пущи, и у неё среди них наверняка имелись знакомые и друзья.       – Лорд Глорфиндел, – Альдар, вышедший встретить, взял его лошадь за ремешки оголовья, поклонился.       – Всё хорошо? – дежурно спросил эльф.       Человек на секунду замялся.       – Госпожа...       – Что с ней? – тут же насторожился эльф.       – Нет, ничего такого! – поспешно ответил мужчина. – Просто… она как-то странно себя ведёт. И почти не говорит.       – Это… у неё бывает, – эльф улыбнулся. – Поэтому она и здесь. Это пройдёт. Где она сейчас?       – Ушла гулять. Наверное, опять на берег.       – Хорошо. Отнеси мои вещи в дом и позаботься об Асфалоте.       Альдар кивнул и повёл коня на конюшню. Глорфиндел проводил взглядом уже которого по счёту асфалота. Оглядевшись, он прислушался к своим ощущениям и направился в лес.       Через полчаса он вышел из леса на берег, сразу заметив маленькую фигурку у самых волн на россыпи больших валунов. Он двинулся к ней, наблюдая, как ветер то и дело отбрасывает в сторону копну светлых волос. Погода сегодня была не самая подходящая для посиделок на берегу: ветрено и холодно. Но хотя бы обходилось без дождя.       Взобравшись на камень, он добрался по этой россыпи до того, на котором сидела девушка.       – Не замёрзла? – он накинул ей на плечи свой плащ и сел рядом.       Она даже не повернула головы, продолжая смотреть в водную даль. Рядом с ней лежала сумка, из которой торчал угол неаккуратной стопки листов.       Почти не говорит. Ха. С ним она вообще не разговаривала. Сперва он списывал это на… в общем, просто списывал. Они вместе ели, гуляли, проводили вечера, спали… И при этом она не говорила ни слова. Никогда.       – Лэйтэ, – он взял её за руку, оказавшуюся холодной, – хочешь куда-нибудь съездить? Весной начинаются ярмарки. Тебе ведь они всегда нравились.       Она повернула к нему лицо, будто только теперь заметив его.       – Хочешь съездить на ярмарку? – повторил он.       Эльфийка равнодушно моргнула и отвернулась к морю. Ей было всё равно. Её вообще ничего не интересовало. Даже рисунки, которые она без конца рисовала, она делала словно чтобы просто хоть как-то занять руки. И он ничего не мог с этим поделать.       Он пытался её разозлить или напугать, чтобы просто содрать это выражение отстранённого спокойствия. Тогда она просто подходила и прижималась к нему. И у него опускались руки. Ему нужна была другая Лэйтэриэль – которая могла хамить и ругаться не хуже гнома, которая злилась и смеялась, которая делала глупости и даже молчала красноречиво. Существо же рядом с ним было… просто было рядом с ним. И он не знал, что с ней делать.       Глорфиндел сжал её руку сильнее. Она посмотрела на неё и накрыла второй ладонью. Уж лучше бы она его просто игнорировала, чем вот так – отвечала, не отвечая. Он тяжело вздохнул и потянулся к сумке, чтобы взглянуть на рисунки. Рисовать она, как ни странно, стала куда лучше, чем прежде. Впрочем, он всегда ей говорил, что это просто дело практики. ***       После посещения летней ярмарки в Лонд Даэре он практически сбежал в Гавани. Он-таки отвёз девушку во вновь возрождённый в Четвёртой эпохе порт, однако особого интереса та к нему не проявила. То есть, она, конечно, глазела по сторонам, но делала это… для него. Его это бесило и вместе с тем он понимал, что злиться бессмысленно: она не была виновата в том, что ей неинтересно.       Виноват был он.       В попытке хоть как-то её растормошить, он даже оставил её на некоторое время одну. Он даже не разозлился бы, если бы она сбежала. Но закончилось тем, что к ней пристала какая-то пьянь, с которой она самостоятельно же и разобралась – болезненно, но не смертельно. По крайней мере, на боевых навыках её состояние никак не сказывалось.       Вернувшись, он провёл дома месяц и отправился к Кирдану. Просто чтобы получить немного нормального общения и не чувствовать тяжести на душе.       – Что с тобой, друг мой? – на верхнюю круглую комнатку башни маяка поднялся хозяин дома. – Мне казалось, ты приехал в гости, а сам забился в самый дальний угол.       – Здесь нет углов, – заметил эльф, выразительно оглядев стены комнаты.       – Это да, – Новэ уселся на соседнее место.       Некоторое время они сидели молча, глядя в проём распахнутых дверей, через которой открывался вид на море.       – Что-то случилось? – всё-таки спросил Корабел.       – Что у меня могло случиться? – пожал плечами эльф. – Что у нас тут вообще может случиться, кроме отплытия очередного корабля?       – Тоже хочешь? – деловито уточнил Кирдан. – Отплыть?       – Нет, – тут же буркнул Глорфиндел. – А ты не хочешь? Знаешь, корабли могут и без тебя делать.       – Пф-ф! Скажешь тоже, – он усмехнулся. – Я столько лет ждал, могу и ещё подождать. К тому же, мне тут нравится. Хотя было бы интереснее, если бы иногда корабли приходили оттуда.       – Это бы значило, что что-то случилось, – заметил Глорфиндел. – И вряд ли это что-то будет хорошим.       – Вероятно, – задумчиво протянул Новэ, раскачиваясь на кресле. – Но ты никогда не думал, что лучше плохо, чем никак?       Глорфиндел повернул голову к хозяину дома.       – Нет, – после короткого раздумья произнёс он, – как-то не задумывался. И даже боюсь представить, до чего доведут размышления на подобную тему.       Новэ рассмеялся:       – Да, пожалуй, есть немного.       Снова воцарилась тишина, разбавляемая шелестом прибоя и листьев деревьев. Откуда-то снизу же доносилась едва слышимая музыка без слов.       – Не хочешь наведаться в Имладрис? – поинтересовался Кирдан, когда музыка затихла. – Заодно заглянешь в Аннуминас, – Глорфиндел выразительно посмотрел на хозяина. – По делам. Развеешься заодно. Путешествия всегда действуют освежающе.       – И это говоришь ты? – уточнил эльф.       – Именно, – убеждённо кивнул тот и пожал плечами. – Моё дело предложить. Кстати, к тебе не заезжала Лэйтэриэль?       – Дождёшься от неё… А что?       – Да тут эльфы из Пущи про неё спрашивали, хотели попрощаться. А её нет, – рассеянно произнёс Кирдан.       – Наверное, занесло куда-нибудь дальше обычного, – легкомысленно отозвался Глорфиндел. – У неё это в порядке вещей. В Имладрисе она как-то лет пятьдесят не появлялась. Правда, тогда она с Элрондом немного поругалась…       – Посему выходит не так уж и немного, – понимающе хмыкнул Новэ. – Ну, значит, уплывут не попрощавшись, ничего с ними не сделается. Все там будем в конце концов.       – Знаешь, звучит это как-то не слишком обнадёживающе, – заметил эльф.       – Может, сформулировал я не очень удачно, – не стал спорить Корабел, – но по сути верно.       – А если кто-то захочет остаться здесь навсегда?       Новэ повернул к нему голову. Синие глаза чуть прищурились:       – Я бы отсоветовал решаться на подобную авантюру.       – И это говоришь ты? – со смешком повторил Глорфиндел.       – Именно, – предостерегающе качнул головой эльф. – Эти земли теперь отданы людям.       – И что же ждёт эти земли под владычеством людей?       Корабел рассеянно поднял взгляд к небу, то ли задумавшись, то ли пытаясь заглянуть в будущее.       – Хотел бы я сказать, что исключительно прекрасное, – наконец произнёс он. – Но это не так. Вероятно, когда-нибудь они доведут этот мир до окончательного уничтожения.       – Это пророчество?       – Предположение, – поправил его Новэ, – основанное на том, что я вижу.       – Вдохновляюще, – хмыкнул Глорфиндел.       – Извини. Сам спросил.       Глорфиндел не стал уточнять, что он просто хотел уйти подальше от сколькой темы. Да и вообще не думать об этом, хотя бы один вечер.