The broken

Холодные порывы осеннего ветра вперемешку с хлещущим ледяным дождем заставляют девушку ежиться и плотнее кутаться в кожаную курточку, едва ли прикрывающую пупок. От кирпичной кладки здания клуба неумолимо веет морозностью, а непроглядная темень ночного города вселяет необъяснимую настороженность. Почувствовав горячее дыхание в области шеи и последовавшую за этим волну приятного покалывания, пробежавшую по нервным окончаниям, Белла передергивает плечами, стараясь сделать вид, что ей это безразлично. - А чего же сразу в купальник не вырядилась? – слышится ироничный мужской голос сзади. - Неудобно ствол прятать, - Охрипший от холода голос и зубы, выбивая барабанную дробь, чуть касаются посиневших вспухших губ. - А девочка умеет им пользоваться? - Спокойный до этого выпада, сейчас Эдвард впервые за все время позволяет себе улыбнуться. - Если не заткнешься, девочка отстрелит тебе яйца, чтобы убедить в профпригодности, - шипит Белла, слегка поворачивая голову в его сторону. Эдвард до сих пор не может поверить, что согласился на эту авантюру. Тем более подписавшись работать с этой малолетней хамкой, обладательницей безумно дорогих наручных часов. Впервые… Ну вот, опять она пробирается в его голову. Какого хера он о ней думает? Черт! Кто она вообще такая? Протеже Чарли? Его подстилка? Ну уж явно не простая девка с улицы. Да пошла она вообще! Она для него ноль, пустое место, просто нахалка, волей судеб оказавшаяся замешанной с ним в одном деле. Дико раздражающая нахалка. Поэтому, наблюдая, как рядом Белла кутается в куртку и при этом распускает свой ядовитый язычок, Эдвард повторяет про себя словно мантру: «Спокойно, спокойно, потерпи немного… Главное уберечь нервную систему!» - Чего уставился?! На мне цветы не растут, – огрызается Белла, заметив его пристальный взгляд. Наглый тип, стоит тут и с пренебрежением разглядывает ее, словно статую в музее. - Было бы на что! – фыркает Эдвард, отворачиваясь. Н-да, безразмерные джинсы готовы свалиться с тощей задницы к кедам в любую секунду, сквозь белую тонкую майку без труда можно разглядеть небольшую грудь, а дешевого вида курточка не спасает от холода уже посиневшие руки-тростинки. – Тощая пигалица. - Что ты там сказал?! – мгновенно вспыхивает Белла. - Мало того, что и посмотреть-то не на что, так ты еще и глуховата?! - ухмыляется мужчина, наслаждаясь завязавшейся словесной перепалкой. Гаденыш! Ну, ничего, не на ту напал! Хотя…Белла вполне представляла, как сейчас ужасно выглядит… Но ведь это не повод так задирать ее. - Постой-постой. Ну-ка, принюхайся, - Она замирает и ведет носом в его сторону, заставляя последовать ее примеру. - Это в лесу что-то сдохло, или от тебя так разит дешевеньким парфюмом, аж блевать охота? – Мысленно улыбается, видя его искаженное злобой лицо. Один – один, козел! - Слышь, ты, поаккуратнее на поворотах! - А то что? – с вызовом смотрит в его глаза. - Закрой рот, - шикает на нее мужчина, замечая свет фар вдалеке, и вишневый БМВ через минуту притормозивший в паре метре от их укрытия. - У Бладхаунда отличная охрана. За ним ведется наблюдение практически круглосуточно. Единственное место, где он расслабляется и остается один – этот клуб. Потому что попасть туда может не всякий. Но это я беру на себя. Твоя задача - познакомиться с ним уже там. Рассказать историю о том, что кто-то спер твою кредитку, ну или ты ее позабыла дома, и теперь по счету заплатить не можешь, - принимается рассуждать Эдвард, моментально забывая о недавней стычке, полностью сосредотачиваясь на работе. Белла, запоминая каждое слово, внимательно следит, как подскакивает охранник к вышедшему из салона автомобиля высокому светловолосому мужчине, услужливо придерживая над ним зонт. – Ну а дальше по схеме: флиртуешь, вызываешь симпатию… - переводит взгляд на девчонку, не в силах удержаться от подкола: – Ну, или хотя бы жалость. - Я не пойму, ты бессмертный что ли? – возмущенно сопит она. Господи, и на кой ему этот детский сад?! Каллен вздыхает, и, прихватив девушку чуть повыше локтя, тащит волоком вглубь улицы. Пространство тонет в беспроглядной темноте, но кажется, мужчину это не волнует, он уверенно делает шаг за шагом. Прищурившись, Белла через минуту уже может различить знакомые очертания темного Лексуса Эдварда вдалеке. Мужчина довольно хмыкает, услышав облегченный вздох девушки, уже представляющей мягкую обивку салона и долгожданное тепло. Открыв перед ней дверь, Каллен небрежно толкает Беллу в салон. Она, ежится и будто котенок, отряхивается от пропитавшей одежду и тело влаги, моментально погружаясь в атмосферу наполненную ароматом дорогой кожи, гладкой и мягкой на ощупь, словно шелк и перечной мяты, источаемой небольшим стеклянным флакончиком, прикрепленным на приборную доску. Мгновенья сладкого блаженства, когда, почувствовав у ног спасительный теплый воздух, она уютно усаживается на сиденье, довольно прикрывая глаза, совсем как ребенок… Ее действия непроизвольно отпечатываются улыбкой на лице Каллена. Впервые за долгое время кто-то чужой вызывает у него подобную эмоцию…Мягкую, чуть тронувшую кончики губ и нехотя самое сердце… - Куда мы? – спрашивает Белла услышав приглушенный шум заводящегося мотора и не получая ответа тут же вскидывает глаза на Каллена. – Ты оглох? - Лучше бы ты онемела! – уже привычно огрызается. – На окраине есть складское помещение. Там собрана неплохая техника, имеется что-то наподобие тира и небольшая жилая комната. Нужно проработать все до мелочей. Пора бы тебе запомнить, девочка, что эта работа не только для твоего «ствола», - передразнивает, - но и для мозгов. А если ты после этого где-то оступишься… башку снесу. - Ты бы себе в задницу засунул угро… Машина резко съезжает на обочину и останавливается. Каллен быстро разворачивается к ней, и не успевает Белла среагировать, как он сильными пальцами сдавливает ей горло, вжимая в сидение, и низко наклоняется к лицу, дыханием обжигая вмиг пересохшие губы. - Слушай ты… Мне по херу, что ты там о себе возомнила! Мне дали задание, и я его выполню! Так что заткнись, если не умеешь слушать и адекватно воспринимать, окей?! – Его тон и глаза. Такие ледяные, холодные, неживые. По телу прокатывается холодок. Белла напрягается и… пугается! Разумом она понимает, что надо бы хорошенько вломить этому кретину за подобную фривольность. Но не может даже шелохнуться, испытывая звериный ужас. Да! Именно звериный! Скотский! Это как в животном мире, когда звери на инстинктивном уровне чувствуют сильнейшего и отступают перед ним. Поэтому она лишь кивает. – Вот и славненько! – Медленно разжимает пальцы, отстраняясь от нее и довольно улыбаясь. Секунда и машина вновь рвет с места, при этом скрипя шинами.