Провансальская история

- Боже, Эрик. Они такие... Я не могу описать, но к ним так хочется прикоснуться и ласково почесать за ухом... - Только Демона. Осторожно. У них произошла небольшая стычка, и кобель доигрался, - пояснил Эрик с ухмылкой, проведя по шелковистой шерсти волкодава - Скоро у них будут щенята. А к Тутти лучше не приближаться - она к себе и отца не подпускает, не то что меня. Какая похожая ситуация... Действительно. Призрак доигрался. Прежняя несдержанность сыграла с ним шутку. Правда, на этот раз – счастливую. Но полно об этом. Приказав псу сесть, мужчина что - то тихо сказал ему, после чего тот покосился на Кристину доверчивее, махнул хвостом и подошел к ней, заглядывая в глаза. Слишком, слишком умный пес. Он все понимает. И поэтому не доверяет женщине всецело, как хозяину, боится получить очередной укус, словно от своей пары. Он чувствует новую жизнь. - Отведешь его к экипажу? Мне нужно позаботиться о Тутти. Это много времени не займет, мы вас догоним, - пообещал Призрак. Женщина коротко кивнула, на что мужчина хмыкнул и, быстро догоняя отбежавшую в сторону хлева собаку, исчез во тьме. Легко погладив Демона по холке, Кристина улыбнулась. Они так похожи с Ангелом... Оба будто не могут поверить в то, что любовь и ласка действительно существуют в этом грешном мире, и что за теплыми словами и нежными прикосновениями не последует удар. - Даже если ты попытаешься зарычать, я все равно знаю, что ты - добродушный гигант с грозной внешностью, огромное сердце которого словно создано для того, чтобы хранить верность одному ему - Эрику. Твоя внешность наверняка у многих ассоциируется с безжалостными, свирепыми собаками-убийцами, беспощадными не только к животным, но и людям. Но это заблуждение, я уверена. Кристина села в карету, похлопав ладонью по месту рядом с собой, словно приглашая пса сесть около себя. Волкодав, поначалу рысцой бежав рядом, окончательно проникся симпатией к довольно необычной представительницы рода человеческого и теперь, вспрыгнув рядом с Кристиной, еще раз махнул хвостом, после чего добрая половина подушек оказалась на полу, у ног Эрика. Он, чертыхнувшись, аккуратно сдвинул мягкую гору, опускаясь на постель напротив, не переставая поглаживать поскуливающую Тутти. Она порой обнажала зубы, но ее рычание тут же перерастало в подобие стона. У бедняжки ужасно болел живот. Щенок снова подавал о себе знать. Мужчина тяжело вздохнул, открывая окно и громко попросив кучера: - Гони скорее. Только осторожнее. Тутти дернулась и, пытаясь подняться на лапы, бессильно рухнула на колени Маэстро, из чьих рук приняла укол. Глаза закрылись, черные губы дернулись, снова поблескивая клыками. Наконец собака уснула. Эрик опустил ее на одеяло подле себя. - Я голоден, как дьявол, - мужчина поморщился, массируя болезненно напоминающий о себе желудок. Почти неделя без толковой пищи никогда не проходила даром. - Я видел, что ты взяла ягоды. Они в корзине, да? - жадный взгляд метнулся к лукошку, прикрытому полупрозрачной тканью. Рука Кристины бережно поглаживала Демона, осторожно касаясь его головы. "Он такой красивый ..." - промелькнуло в мыслях. Голос Призрака, как обычно, заставил Дае вернуться на грешную землю. О, Матерь Божья, она же точно так же почти ничего не ела за последние... сутки? - Я тоже ужасно хочу есть и если я в ближайшее время не съем хотя бы зерно, то... Думаю, последствия будут не самыми лучшими. - Кристина потянулась к корзине и сняла с нее белую ткань. Эрик бесцеремонно швырнул опустевший шприц в окно и, выбрасывая руку со скоростью, сравнимой лишь с укусом кобры, подхватил горсть ягод. Некоторые из них смялись от железной хватки, оставляя на ладони алый липкий след. Тут же на языке вспыхнул сладкий вкус, аромат ударил в ноздри. Женщина также подхватила ягоду, смотря на профиль Ангела Музыки и мысленно восхищаясь его красивыми чертами лица. И почему природа решила посмеяться над ним? Такое красивое лицо, половина которого скрыта белоснежным фарфором... Это было не справедливо. Хотя, она бы полюбила его любого, совершенно точно. Через несколько минут мужчина довольно улыбнулся, расслабленно откидываясь назад, на спинку своеобразной кровати. Полный ягодами, фруктами, припасенными (слава ей вовеки!) старушкой Стефани, он из - под приопущенных век наблюдал за дорогой. - Ты никогда не рассказывала мне о своем детстве. До твоего появления в Опера Популер, - вдруг тихо произнес Маэстро, поворачивая голову в сторону своей музы, чьи губы блестели от сока клубники и малины. "Держи себя в руках", - прошипел Эрик мысленно, с усилием отгоняя мысли о поцелуе и отворачиваясь, смотря в окно. "Т-тряпка, - прошипел голос внутри", - "Тебе бы только плотские утехи, да?" "Замолкни", - огрызнулся в ответ Призрак, не замечая, как произнес фразу вслух. Прима не расслышала вопроса Маэстро и продолжала изучать все его лицо, пытаясь мысленно отбросить маску. Лишь последнее слово заставило женщину удивленно распахнуть глаза и наклониться к мужчине. - Все в порядке? - Да, - мужчина зажмурился, мотнув головой и сдерживая себя, не оборачиваясь, не встречаясь глазами с Кристиной. Перед его глазами вновь вспыхнул подвал, в сознании полилась тихая мелодия, рычащими нотами вырывающаяся из его губ, вздрагивающая от каждого прикосновения женщина. В ее глазах пылало вожделение, любовь... Эрик с рыком мотнул головой, сжимая кулаки. - Мысли, - тихо пояснил Маэстро, устремляя мрачный взор на улицу. Пролетающие мимо силуэты деревьев, невысоких построек рассредоточивали взгляд. Он стал тихо напевать ту самую мелодию. Вкус меда объял горло, глаза закрылись, мягкая тьма захватила разум в пленительную полудрему. - Эрик? Голос Кристины вырвал его из раздумий. Он обернулся к Дае, ярко - зеленые глаза встретились с хрустально - голубыми. И тут Призрак не выдержал. Резко подаваясь вперед, он впился в алые подслащенные соком ягод губы. Несколько секунд... Три, две, одна... И она, маленькая девочка, выросшая на сказках, ощутила на своих губах его тепло, тепло Ангела Музыки. Поцелуй вскружил ей голову, поднимая ее к самым высоким облакам, к самым дальним звездам, давая вздохнуть любовь, сейчас наполнявшую каждую клетку организма. Дыхание сгущалось подобно меду, настолько же тягучему и сладкому. Он пьянил, кружил и сжимал изнутри, с каждой секундой перекрывая кислород все больше. Мужчина подсел к Кристине на ложе, запуская пальцы в темные волосы, дотрагиваясь до чувствительной кожи за скулой, легко приподнимая лицо. Ладонь Кристины потянулась к щеке и, бережно ее коснувшись, примадонна пододвинулась ближе. Парфюм дурманил Эрика, отбрасывал мысли далеко и надолго, где сейчас и место. К дьяволу контроль. Это его Кристина. Только Его. Инстинкт заставлял действовать его все решительнее... Разорвав поцелуй, Эрик глубоко вдохнул, на мгновение закрывая глаза, и тут же вновь увлек губы любимой в удивительный, смазанный не угасающей страстью танец. Он почувствовал вкус клубники, заставивший улыбнуться, на подобной нежной ноте завершая поцелуй. Легко соприкоснувшись лбами с Дае, в воздухе, наполненном дивными ароматами, струившимися из окна, послышались тихие слова, срывающимся голосом произнесенные у самого лица примадонны, у этой белоснежной кожи, что притягивала, манила. - Я люблю тебя, Кристина, - лицо Эрика озарила разгорающийся огонь улыбки, у сверкающих глаз появились небольшие морщинки. Белоснежная маска болезненно впилась в щеку, но Призрак не обратил на нее внимание. Пьянеть от глаз любимой. Он часто слышал эти слова в ариях, но раньше не осознавал этого удивительного чувства. - Я тоже тебя люблю - сорвался с губ Дае полушепот. У этих двоих был свой мир, в котором все иначе, нежели в действительности. И сейчас в этом мире было уединение двух душ, которые неописуемо сильно любят друг друга. Эрик провел остаток дня сидя рядом с Кристиной, мягко обнимая ее за хрупкие плечи, порой касаясь губами кудрявых темных волос, виска, белоснежной скулы. Его взгляд скользил по все более привлекательным, захватывающим взгляд пейзажам. Неказистые деревья превращались в раскидистые клены, буро - желтая трава стала ярко - зеленой, удивительно высокой, среди нее выглядывали сонные головки цветов, раскрывающих яркие лепестки. Пес тем временем тихо перебрался на противоположную кровать, свернувшись калачиком рядом с Тутти, положив морду ей на живот, невесомо, нежно лизнув черную шерстку. - Завтра утром мы будем в Провансе, - заметил Призрак задумчиво, поглаживая второй рукой ладонь Дае. - В какой части ты бы хотела оказаться? Вокруг царило спокойствие и умиротворенность, витала нежность и любовь, а самое главное - мечта женщины стала наконец сбываться. "Боже мой, я беременна... У меня будет ребенок. У нас будет ребенок..." - пронеслось в голове, оставляя за собой приятное, благостное состояние. Она чувствовала, как постепенно меняется воздух, ритм жизни, атмосфера местности и от такой сладостной и долгожданной перемены по всему телу разливалось тепло. Руки Призрака, бережно прикасающиеся к ее кудрям, вызвали блаженную улыбку на юном лице. - Я не знаю, где хочешь. Ты же знаешь, что я пойду за тобой куда угодно. Призрак на секунду задумался. Резким окриком, при этом шепнув вздрогнувшей Кристине "прости", приказывая кучеру остановиться, он выпрыгнул из экипажа и, перемолвившись с мужчиной, вернулся в купе. - Тогда не спрашивай, куда мы едем. И вид я прикрою, - взмах пальцев, и шелковая ткань опустилась, закрывая собой тусклый свет, льющийся прежде из окна. - Это сюрприз, - пояснил он с легкой, загадочной улыбкой. Сейчас Эрик чувствовал себя подобно их первой встрече. Таинственная улыбка, хитрый взгляд зеленоватых глаз, темных, подобно темени пещер... И вскоре ладонь, обтянутая темными кожаными перчатками вновь протянулась в приглашающем жесте, на этот раз - не в сырость и мрак, а в свет яркого альпийского солнца, на мягкую изумрудную траву, под нежно - голубое небо с кремовыми облаками. - Закрой глаза, - прошептал Эрик у самого уха Кристины, легко подхватывая ее за талию и опуская рядом с собой. Собаки с тихим лаем выпрыгнули из кареты, жмурясь от ярких лучей солнечного света. - Доверься мне, - поцелуй остался на бледном лбу, перчатка подхватила ладонь, сжимая ее и сплетая пальцы. Он снова просит ее поверить. Как впервые в подземельях, подобно их побегу или ночи после оглушительной премьеры. Вновь они словно стали одним целым. И в центре алым сердцем билась жизнь их ребенка. Такая, казалось бы, маленькая загадка разожгла в певице подлинный интерес и любопытство. Как всегда, все, что сокрыто от наших глаз вызывает жгучее желание рассмотреть ближе, вкусить запретный плод. Женщина вспомнила, как она хотела увидеть лицо своего Учителя, скрытое под маской и как в ней проснулось чувство сострадания... Нет, не нужно сейчас тех грустных воспоминаний, достаточно тех, что греют юную душу. Однако, тело охватил приятный мандраж, когда вкрадчивый голос попросил закрыть глаза и Кристина подчинилась. "Да, Эрик, твоя власть надо мной растет с каждым днем" - быстрая мысль, мелькнувшая в сознании, исчезла с прикосновением рук Призрака в перчатках, и больше не возвращалась. В нос ударил приятный запах трав и цветов, которые будто были разбросаны вокруг и куда не шагни, везде виднелись разноцветные головки. Такой пейзаж поистине хотелось увидеть сейчас же, но томительное ожидание не было грузным. Оно было легким, радостным и сладким. Все вокруг помолвлено с спокойствием, с Гармонией и Любовью, а что может быть лучше для них сейчас? Тихий хруст травы под подошвами, щебет птиц, аромат трав, окружающих Эрика и Кристину создавали атмосферу земного отголоска Рая. Словно нет никого, кроме них, на этой земле. Несколько минут путешествия по подножию Альп, и Призрак наконец остановился, отпуская руку женщины. - Открывай глаза, - с легким шорохом он отошел, вновь окидывая владения довольным взглядом. Их окружал зеленый ковер, раскинувшийся до горизонта, где нежно - голубое небо соприкасается с изумрудным полем. Неподалеку возвышался двухэтажный домик, овитый листьями вьюна. На подоконнике раскинулись фиалки, тянущие свои фиолетовые бутоны выше, к лучам яркого, все еще теплого солнца. Белоснежные стены контрастировали с голубоватой гранью озера, в прозрачной воде резвились черные рыбки, три золотых плавничка то и дело показывались над поверхностью. - Нравится? У примы перехватило дыхание, когда она увидела пейзаж, в котором она стояла точно серебряное пятно. Казалось, что все происходит не с ней, не здесь, не сейчас. На голубые глаза навернулись слезы, кислород поступал рвано, заставляя все тело дрожать. - Это... Это божественно, Эрик. Увидев блеснувшие в глазах Кристины слезы, Призрак тихо рассмеялся, подходя вновь и обнимая ее, поглаживая по спине. Он чувствовал ее дрожь, что вновь убедило в правильности выбора. - Значит, я не ошибся с выбором.. - заметил Эрик тихо, поглаживая кудри, раскиданные по вздрагивающим плечам. - Идем внутрь. Тем более пора избавиться от старых вещей. И воспоминаний. Последняя фраза прозвучала остро, быстро. Словно разряд тока. Секундная боль в висках заставила мужчину поморщится. Через несколько минут сделанная из нежно - коричневой древесины дверь распахнулась, просторная комната залилась светом. Светлые обои, мягкая мебель с аристократичными завивками, несколько полочек, шкаф, старинные часы, мирно отбивающие ритм сердцебиения отца Времени. - А теперь - нам на второй этаж. Кухню.. И другие комнаты первого этажа осмотрим чуть позже. - Да, пойдем. - с трудом проговорила женщина, оглядывая окрестности этого чудесного места. Утро постепенно вступало в свои права, окутывая все вокруг едва уловимым теплом. В воздухе уже пахло осенью, но природа словно сопротивлялась перемене времени года. Здесь не было окаймленных тонкой золотой нитью деревьев, теряющей свой сочный зеленый цвет травы - все осталось летним, радостным и легким. Возможно, даже ветер был не осенним, а просто утренним. Да, Прованс - это будто другой мир. Первое помещение было обставлено в исключительно французском стиле. Белоснежное фортепиано, уютные безделушки, перекрывающие вид на стопки книг за прозрачными створками книжного шкафа.. И двери, скрытые за темными, тяжелыми занавесками, закрытые небольшим замком. От всего увиденного у Кристины закончились слова для описания эмоций, которые она испытывала. Вроде бы они не в средневековом дворце, не в особняке, но в каждой детали здесь скользит внутреннее богатство человека, купившего этот дом. В каждой детали - Эрик. Первыми в глаза приме бросились высокие темные двери, таящие за собой не меньше тайн и загадок, нежели Подвалы. Да и комната предстала пред ней во всем своем величии. Высокое зеркало в тонкой оправе, было в этой комнате как волшебный атрибут. От него все было залито светом и создавалось ощущение какой-то сказки. Сказки, в которую попала маленькая Лотти. Канделябр на высокой ножке, подобный подсвечнику из Подземелий Опера Популер, был вычищен до блеска. Пузатый коричневый комод, с завитыми ножками и едва заметной светлой узорной каймой по бокам, был похож на большой сундук. Глубокий, широкий дубовый сундук, в котором хранилось все: от старинных вещей, таких как небольшие картины и платья, до нот. Около окна стояла двуспальная кровать, с поднимающимся к потолку каркасом. Она выделялась, но одновременно и дополняла обстановку этой комнаты. Мягкие подушки и одеяло так и манили к себе, в свои пуховые объятия. Кристина бы уже постаралась все объяснить Призраку Оперы, попыталась найти подходящие слова, чтобы описать свой восторг, но она заметила на небольшом столике возле кровати то, что привлекло ее внимание больше всех остальных предметов в комнате. Этому не было объяснения, на полированном дереве сидела обезьянка с цимбалами и философским взглядом смотрела сквозь стену. Дае стала похожа на ребенка, которому показали его любимую игрушку. Женщина в мгновение ока оказалась рядом с этой шкатулкой и, бережно взяв ее в руки, погладила лапки. Эрик подошел к Дае, легко приобнимая ее за плечи. - Я принес из "пещер" наименее болезненное воспоминание. Эта шкатулка заключает в себе победу над неволей, освобождение от всех правил, сковывающих нас. Не правда ли, мелодия прекрасна?.. Отдав подоспевшему Франсу последние распоряжения относительно багажа, Призрак проследовал к шкафу, высившемуся неподалеку и, прокашлявшись, произнес: - За тот час я позаботился не только о доме. Интересно, верно ли я подобрал одежду для своего Ангела? Створки распахнулись, представляя глазам несколько облачений. Первым появилось в лучах солнца воздушное белое платье с нежно - голубым шлейфом, открытыми плечами и подолом, испещренным узором из тончайших нитей, подобно паутине после росы, сверкающей под ярким солнцем. - Это платье подходит к твоим глазам, - на губах графа мелькнула улыбка. Далее проследовали темные, шелковистые и, конечно, просто элегантные брюки клеш, алый кардиган, заканчивающийся чуть ниже бедер и рубашка, на которой лежали несколько крупных каменьев в сплетении золотистой оправы. - А последнее платье я покажу чуть позже, - Эрик закрыл шкаф и опуская наряды на кровать, - Те двери я распахну завтра. Слишком много сюрпризов для одного дня, - снова тихое хмыканье, взгляд изумрудных глаз опустился на манящие клавиши фортепиано. Ему не нужно слов. Тот восторг, что виднелся в широко раскрытых глазах его музы, был красноречивее любого оратора. Внутри вновь полыхнул огонь удовольствия. Магма мягко объяла тело. Несколько шагов, и пальцы овладели блестящими клавишами, вновь послышалась их тихие восклицания, сливающиеся в нежную мелодию. - Как считаешь, дитя мое, я угадал с выбором? - послышался повторный тихий вопрос, и Призрак обернулся к Кристине, с любопытством скользнув по ней взором. - И, да. Примерь платье. Мне нужно знать размер, чтоб в следующий раз не тревожить тебя минутами ожидания. Ведь, согласись, спроси я подобное, ты бы все поняла.. Мелодия продолжила свой ход, приобретая новые оттенки, спускаясь по октавам все ниже, ниже; взлетая до третьей, и вновь возвращаясь в контроктаву..