Akai ame

黒百合と影 - ヨコハマメリー。

Мэй терял себя. Терял себя сквозь приевшийся образ, смотрящий на него пугающе неестественным взглядом через зеркало. Казалось, вымышленный Мэй прочно слился с настоящим, замирающим сейчас перед противоположным отражением. Вымышленный Мэй был лучше: смелее, горделивее, сильнее. Он давил на сознание, и настоящий Мэй не смел перечить ему. Он даже улыбался не своей улыбкой. — Странный ты сегодня, — Кею надоело сливаться с тишиной и без интереса листать музыкальный журнал. — Любуешься собой? — Разве это я? — Мэй обратил внимание на Кея сквозь зеркальное отражение, повторившее изумление. — А кто еще? — Кей хмыкнул и, отложив журнал, подошел к Мэю, прерывая дистанцию всего в несколько шагов. — Конечно, это ты, — утвердительно кивнул он, встав позади и тоже глядя в зеркало. — И тебе нравится? — Мэй склонил голову набок, с любопытствующим интересом испытывая Кея, озадаченного его поведением и чудными вопросами. — Нравится, хотя иногда я скучаю по фиолетовой юкате, — Кей был честен, вспоминая прошлые, приближенные к старой культуре наряды. Официальный костюм Мэя не мог сравниться с ними. Как и прошлый Мэй не мог сравниться с настоящим, даже если был таким же вымышленным. Мэй вновь повторил улыбку своего отражения. Образ заставлял чувствовать иначе даже рядом с Кеем, который умудрялся оставаться собой в любом облике. И на сцене, и в жизни он был таким, каким Мэй знал его с первой встречи. Быть может, Кей воспринимал самого себя проще: без околдованного взгляда, без ощущения собственного превосходства. А Мэй так не мог. Ему хотелось внутренне соответствовать каждому из своих образов. — Я сохранил тот наряд, — выдержав недолговременное безмолвие, Мэй повернулся к Кею лицом. Линзы, прячущие истинный взгляд, стали нервировать, но Мэй знал… или чувствовал, что Кей смотрит на него с прежним увлечением. «Ты особенный», — однажды, думая, что Мэй спит, произнес он в спокойствии. Мэй помнил и его слова, и едва заметную улыбку, пусть с того момента прошло несколько лет, и многое успело измениться. — Приятно удивлен, — Кей растерялся, будто бы догадавшись, что Мэй слышал его признание тогда. — Если ты захочешь… — Мэй окончательно вторгся в личное пространство Кея, сделав последний шаг навстречу. — Я приду, Мэй, — Кей отгадал его мысль наперед и уже был готов почувствовать мягкое соприкосновение губ, но Мэй отстранился, раздраженно стирая тыльной стороной ладони алую помаду, часть нового образа, со своих губ. Это был не он. Не он сейчас тянулся к Кею с глупым желанием поцеловать его, не он смотрел на него, доверяясь внутреннему зову. Настоящий Мэй не стал бы спешить, не стал бы проявлять инициативу и запутывать себя в непонятных отношениях. Настоящий Мэй отвел взгляд и вышел прочь.