Ласковая буква закона

Эрик медленно выплывает из сна, чувствуя, что левое плечо дерет боль. Его слегка мутит, и хочется воды. С трудом открыв глаза, он фокусирует взгляд на фигуре медбрата, следящего за монитором. - Наш храбрый мальчик очнулся, это хорошо. Сейчас родных позовем. Там ваш жених нам в коридоре уже колею протоптал. Эрик сглатывает комок в горле: - Пить… - А нельзя после наркоза, потерпи ещё пару часиков. Кстати, журналистов мы не пускаем, так что можешь не беспокоиться. У тебя лучшая палата и невероятное везение. - Везение? - Эрик прикрывает глаза, раздумывая, не заснуть ли снова, но мешает боль, которую он ощущает каждой клеточкой своего левого бока. Медбрат кивает, поправляя капельницу: - Кость не задета, так бы пришлось пару часов повозиться, а тут всего-то делов было - вынуть да зашить. На цепочку повесишь - сможешь носить свою пульку, попросишь потом у полиции, отдадут после экспертизы. Омега слабо кивает, а потом переводит взгляд на дверь, в которую вваливаются Итан и Даррелл с букетами и коробкой печенья. Эрик ждет, что сейчас Роберт зайдет следом, но того нет, и Белл понимает, что он не придет. У него есть дела поважнее - Джон нуждается в защите от своего полоумного папочки, а утешение - ближайший путь к сближению. - С ума сойти! – Итан присаживается на край больничной койки и тут же пытается стянуть печенье из коробки, за что получает легкий шлепок по руке и укоризненный взгляд альфы. - Когда тебя притащили, тут такое началось! Все орут, журналисты рвутся, врачи бегают, Даррелл всех на уши поставил, я уж думал, что все, а тут всего лишь пулька в плечо! Даррел отставляет коробку с угощением подальше от беты и гладит руку Эрика, лежащую поверх одеяла: - Спасибо, ты даже не представляешь, что сделал. - Да он представляет, представляет, - влез Итан. – Он твоему длинноногому братцу жизнь спас, ему бы пуля в печеночку или кишки аккурат влетела, и все! Опять ищи, кому акции переписать и в наследство оставить. - Эрик, я очень признателен тебе, и Роберт… Он сейчас улаживает формальности с полицией, и ему ещё надо сообщить семье Джона, я ему позвонил, как только ты пришел в себя. Он заедет, и… ты ведь не винишь его в случившемся? Никто не подозревал Закари. Мы и подумать не могли, что он так болен - это тщательно скрывалось, а пока он принимал лекарства, то казался нормальным. Из-за развода он слетел с катушек, решив, что свадьба сына приведет дела семьи в порядок. Он и Джону внушил, что это единственный выход. - Нет, конечно, не виню. Эрику вдруг захотелось остаться одному. Просто одному на пару часов, и послушать в тишине тихое гудение монитора, чтобы принять любовь Роберта к Джону. Теперь, когда все осталось позади, Эрик был уверен - Джон переключит свое внимание на старшего Прайса, тем более, что тот держатель главного пакета акций «Парадиз Гарден», а значит желанная добыча для Курцки, привыкшего к роскоши и удовлетворению своих прихотей. Вздохнув, Эрик отвернулся к окну и произнес: - Я немного устал, хочу поспать. - Конечно! – альфа поспешно поднялся с кровати, бета чмокнул брата в щеку и последовал за своим уже законным женихом. - Мы заедем завтра, как только начнутся часы посещений. Несмотря ни на что, Эрик все же надеялся на чудо, может, Роберт заедет в ночи и, договорившись с ночной сменой, заглянет в палату хоть на пару минут. Но к нему заглянул только персонал пару раз, проверить капельницу, а затем и снять её, взамен вколов обезболивающее. Утром приносят завтрак и разрешают встать с постели на пару минут. Эрик добирается до телефона и звонит своей Каре Египетской, Родовому Проклятию и Исчадию Преисподней, Арчибальду Стински. Лучше сразу сдаться и сообщить, что первая часть нового детектива вовремя сдана не будет. Главный редактор врывается в палату с первыми разрешенными минутами и угрожающе машет букетом размером с приличную палатку: - Белл, ты тут решил изобразить смельчака Рида? Ты не обалдел ли, курочка моя, несущая золотые яйца? Ты хоть знаешь, какие штрафы за несоблюдение сроков? У тебя, моя миленькая омежка, СРОКИ! И даже крайне успешные продажи «Корабля, несущего смерть» не спасут твой прекрасный зад от наказания, если ты вздумаешь отлынивать от работы! У тебя ручка то какая прострелена? Не ручка? Плечико? Так какого же ты ваять-то не можешь? Твои шедевры и одной рукой клепать можно! Ишь, чего удумал! Мой автор всегда сдает рукописи вовремя, так изволь соответствовать созданному образу, а не пластаться тут на больничной койке, изображая страдальца! Контракт, Белл! Контракт! И если уж ты решил прятаться под псевдонимом, то хоть братцу своему диктуй, а он пусть печатает! Все равно никто не знает, что ты - тот самый известный Уилфред Волли! Морской пехотинец, прикинь? Эрик послушно кивает, и в этот момент его взгляд падает на дверной проем, где стоит Роберт Прайс, слышавший всю экспрессивную речь Арчибальда, который на самом деле милейший человек, и даже букетик приволок вместе с новеньким ноутбуком и парочкой авторских экземпляров «Корабля». - Вот как хочешь, так и подписывай! Мне родне раздать надо! Они же все прутся от Рида! Ты там что-то говорил про новую серию и героя Убийцу? Наброски чтобы были у меня через две недели! Эрик берет ручку непослушными пальцами, чувствуя взгляд Роберта на себе, и ставит автографы Волли на форзацах. Стински удовлетворенно кивает и, развернувшись, ускакивает к медперсоналу, надеясь выведать правду о состоянии своего любимчика - Эрика Белла, он же Уилфред Волли, но только об этом теперь знает и Роберт Прайс, который входит в палату. А глаза у него такие, что омега натягивает одеяло на лицо и совершенно не желает показываться обратно. - Эрик, - альфа осторожно тянет одеялко вниз, а Белл зажмуривается и тяжело вздыхает, слыша совершенно не сердитый бас. - Ты… ненавидишь меня теперь? - омега и сам знает, насколько жалкий у него сейчас голос. - Эрик, - Роберт берет его руку в свои ладони, присаживаясь на койку, - неужели ты думаешь, что я могу ненавидеть того, кто спас мне жизнь и заодно является автором моих любимых детективов? - Нет? Правда, не ненавидишь? - Белл облегченно выдыхает, чувствуя, как камень падает с души. Роберт кивает, и глаза у него добрые-добрые, губы улыбаются, а ещё он вдруг целует ладонь омеги, прислоняя её затем к своей щеке: - Пряничек, ты будешь со мной встречаться? У Эрика губы дрожат, когда он осознает услышанное, омега часто-часто кивает, чувствуя, как на глаза наворачиваются непрошеные слезы. - Эй, Пряничек, ты же не обиделся на меня за вчерашнее отсутствие? Как старший, я должен был разобраться с полицией, и ещё Джону надо было как-то сообщить о случившемся, и его отцу. - Почему? Почему ты хочешь со мной встречаться? – у омеги сердце сейчас пробьет грудную клетку, и Эрик прикладывает свободную руку к своей груди, словно пытаясь унять сердцебиение. Роберт широко улыбается и целует ладонь Белла снова: - Потому что я люблю тебя. С того самого момента, как Итан предложил тебе стать женихом Дара. Чуть с ума не сошел, когда представил, что вы и правда женитесь. - Так не бывает, - Эрик смущенно смотрит на альфу, глаза которого смотрят тепло и ласково. - Ты уже согласился встречаться со мной! Ты не можешь передумать! – альфа вдруг наклоняется и укладывает голову на коленки омеги, а тот непроизвольно запускает руки в его смоляные волосы, наслаждаясь прикосновениями к пахнущей специями макушке. - Я был уверен, что тебе нравится другой. - Кто? Кто мне может нравиться кроме тебя? - Ну… - Эрик понимает, что сейчас альфа поднимет его на смех, но все же называет имя. Роберт смотрит немного укоризненно: - Пряничек, если бы врачи не провели полное обследование, я бы решил, что ты тоже не совсем в себе. Как такое вообще могло прийти в твою хорошенькую головку? Эрик, как ты додумался до этого? - Поцелуй меня, - вдруг просит омега, и альфа осторожно прикасается к его губам. - Переезжаешь ко мне, как только тебя выпишут. И можешь сколько твоей душе угодно работать по ночам. Если ты сорвешь сроки, я сам сдам тебя твоему редактору. Поверь, я сумею с ним договориться. Эрик почему-то не сомневается, что Роберт сумеет. «Рид был уверен в том, что этот человек его не подведет и сделает все, чтобы ничто не угрожало мирному населению. Жаль, что они упустили тех двух наемников клана Киквана, но следы рано или поздно выведут Рока на них, и тогда уже вопрос решится окончательно. Обернувшись к напарнику, Рид протянул ему свои нунчаки. Рок с благоговением посмотрел на легендарное оружие, принимая его от наставника. Новая эра начиналась для героев, и впереди их ждало ещё много приключений.» Эрик встал, разминая пальцы, и ещё раз полюбовался блеском бриллианта на помолвочном кольце. Двойная свадьба дело хлопотное, но Итан взял на себя весь организационный процесс, и Белл мог спокойно трудиться на благо фанатов Рида и своего жениха, который каждую главу ожидал с нетерпением, иногда все же ворча и подгоняя. - Только не рассказывай мне, чем все закончится! Хочу прочитать сам! Я реально уже думаю начать обижаться на тебя и Итана за спойлеры, - Роберт подошел к Эрику, ласково ткнувшись в пряничную макушку. - Да какое закончится! Я же подписал контракт на новую серию из семи книг! - Кстати, что-то в Роке кажется мне знакомым… - Разве что длинные ноги, - Эрик лукаво усмехнулся, начиная расстегивать пуговички на рубашке альфы. - Пряничек, ты на что-то намекаешь? – Роберт положил ладони на ягодицы омеги, и тот кивнул, добравшись уже до пояса джинсов своего жениха. - Спинку размять надо… - Спинку, так спинку, - Прайс покладисто кивнул, легко подхватывая омегу и унося в спальню. Аромат имбирных пряников и терпко-сладкого глинтвейна шлейфом взвился за ними, оседая на крышке ноутбука, экран которого уже перестал светиться.