Пираты корабля "Сирена"

      Эльза всё таки отправила Джека спать на пол. Джек недовольно бурчал, что в его же собственной каюте он должен спать на полу. -Это тебе для профилактики, - сказала Эльза, поигрывая ножом. -Монашка, - буркнул Джек, но тут же пожалел об этом. В стену, прямо перед его носом, врезался кинжал, который Эльза держала в руках. -Ещё раз такое скажешь - нож воткнётся уже в тебя!       Джек вцепился в рукоятку ножа и с силой выдернул его из стены. -Научил на свою голову. Ты сильно-то стены не дырявь, а то пойдём ко дну.       Девушка фыркнула, но спорить не стала. Джек лёг на расстеленный на полу матрас и подперев голову рукой, посмотрел на лежащую на кровати Эльзу. Она полулежала на кровати и читала книгу. Вдруг она захлопнула её и спросила Джека: -А долго ещё плыть до этого Русалочьего пролива? -Ну если мы плывём из Эрэндэла уже три дня, то ещё пять, если на полном ходу. А что? -Да нет, ничего. А как вы узнали, что на женщин их песни не действуют? -Благодаря растяпе Катрин. Она забыла заткнуть уши и услышала их песни. И с ней ничего не случилось. Боишься? -Да, немного. -Не бойся, я буду рядом, - с улыбкой сказал Джек и пожелав ей добрых снов, повернулся лицом к стене и вскоре уснул.

***

      Четыре дня прошли, как обычно. Днём тренировки, а вечером все усаживались вокруг Смита и слушали его истории о пиратских нападениях, о Великом Кракене, о прекрасных голосах русалок, о речных феях и много ещё о чём. Казалось, он знал все истории о море, которые были на свете. Но на пятый день начался штиль. Наступило полное безветрие и из-за него путь задержался. Наступил вечер и все пираты вышли на прогретую дневным солнцем палубу. Смита разморило солнцем и он уснул, не рассказав ни одной истории. -Если хоть один чёрт меня потревожит - пристрелю на месте! - проворчал он, ворочаясь в своём гамаке.       Все сидели и, откровенно говоря, скучали. -Хоть бы напал кто-нибудь! - пробурчал один из пиратов. -Типун тебе на язык! - прикрикнул на него второй.       Один из пиратов достал небольшой инструмент, похожий на гитару, и начал что-то наигрывать. -Эльза! - вдруг подскочила Катрин, - ты же прекрасно поёшь! Спой что-нибудь! -Что ты! Нет, нет, - начала она отговариваться, но было поздно. Все пираты засвистели, захлопали и начали просить её спеть. -Давай мою любимую! - попросила Катрин, - ты знаешь, мы репетировали её вместе. Правда я только слушала, но всё равно, давай её. -Ну хорошо. Уговорили.       Пираты весело закричали и захлопали. Она подошла к парню с гитарой, его звали Фор, и что-то прошептала ему на ухо. Он кивнул и плавно заиграл. Эльза молчала, дожидаясь момента, когда можно вступать. Наконец она плавно запела.

Ты не заметишь в зеркалах чужую тень, И не расскажет обо мне ушедший день... Ты не узнаешь по глазам - не говорят, Не прочитаешь по губам - они молчат, Лишь только с тем, что там внутри - Поговори... Спроси мое сердце, с кем хочет оно спеться, Спроси мою душу, запреты все нарушив, Узнаешь этой ночью, С кем слиться сердце хочет...

Не оставляй со мной рассвет, не уходи, Моя не смелая любовь в моей груди, В моей груди моих надежд незримый след, Немой упрек, немой вопрос, немой ответ... Ты знаешь все, что прячу там - Тебе отдам...

      Все слушали затаив дыхание. Катрин положила голову на плечо Джима, а он приобнял одной рукой её за плечи. Три пирата достали из карманов кулоны и раскрыли их: там были небольшие портретики их жён. У одного был даже портрет маленькой дочурки. Они вздохнули и даже улыбнулись. Если бы кто-то увидел их такими, то ни за что бы не поверил, что это убийцы-головорезы. Любое, даже самое чёрствое сердце способно любить. Джек смотрел на Эльзу не отрываясь, а она уже заканчивала петь, закрыв глаза:

Спроси мое сердце, с кем хочет оно спеться, Спроси мою душу, запреты все нарушив, Узнаешь этой ночью, С кем слиться сердце хочет... Спроси моё сердце...*

      Она открыла глаза и скромно потупилась, но на неё обрушился шквал аплодисментов. -А пусть теперь и Катрин споёт! - сказала она. -Что?! Нет, нет и ещё раз нет! Если начнёте уговаривать - проткну и глазом моргнуть не успеете! - сказала она, доставая шпагу. -Хорошо, хорошо! Никто тебя не заставляет, - примирительно сказала Эльза.       А Фор уже наигрывал другую мелодию и вскоре почти все пираты пустились в дружный пляс. Плясали, сцепившись в локте одной рукой, танцевали в присядку, при этом смеясь без остановки. Катрин и Эльзу все приглашали на пиратский танец. Вскоре, обе были красные и растрёпанные, но весёлые. У Эльзы начинала кружиться голова и, выбрав момент, она тихо ушла в каюту. Там она немного привела себя в порядок и хотела прилечь, но тут дверь тихо открылась и в каюту вошёл Джек. С палубы доносились утихающие крики и смех. -Почему ты ушла? - спросил он, останавливаясь у стола, в нескольких шагах от Эльзы и посмотрев на неё. -Голова не много заболела. -А ты красиво поёшь, - сказал Джек, немного помолчав. -Спасибо, - сказала Эльза, улыбнувшись.       Джек взъерошил волосы и сказал: -Слушай, ты перетанцевала почти со всем кораблём, а со мной нет. Это нечестно. -Ты меня и не приглашал, - засмеялась девушка. -Хм, тогда позвольте пригласить вас на танец? - сказал он, протягивая ей руку. -Будем танцевать в тишине? -А почему бы и нет? - сказал он почти шёпотом, подойдя к Эльзе и беря её за руки. -Хорошо, но только один танец. И если будешь руки распускать вообще отправлю спать на мачту.       Джек засмеялся и положил руку на её талию, а пальцы другой руки переплёл со своими. Она положила руку ему на плечё и они медленно закружились в вальсе. Он смотрел в её голубые глаза и не хотел, чтобы этот миг заканчивался. Она же чувствовала себя так, словно летит где-то в вышине, касаясь облаков. Их сердца бешено стучали и рвались друг к другу, но разум упрямо игнорировал их быстрый темп, ссылая это на танец. Наконец они остановились, но Джек не спешил отпускать её руки. Он потянулся к ней, но она быстро положила свой указательный палец на его губы и, улыбнувшись, весело шепнула: -Я же сказала, что отправлю спать на мачту.       Джек усмехнулся и отпустил её. Но она не успела сделать и шаг, а он быстро поцеловал её в щёку. -Фрост! - взвизгнула она, стукнув его кулаком по плечу. А он только засмеялся и лёг на пол, отвернувшись к стене. На душе было легко и радостно.