Томури

Шизуо закуривает первую утреннюю сигарету, опираясь на перила балкона и глядя на солнце, восходящее в чистом небе. Такого красивого рассвета он давно не видел, поэтому, даже несмотря на мрачное настроение, всё же рад видеть такое спокойное небо в такие неспокойные дни. Он прекрасно понимает, что сегодняшний день дастся нелегко, да и следующие несколько дней, возможно, тоже. Естественно, главная проблема в пойманном главаре, из которого придётся выуживать всю известную ему информацию. Просто так ничего не выйдет, так что это будет действительно сложно и, скорее всего, не без происшествий. Но ни у кого из находящихся здесь нет выбора, и каждый понимает, что это необходимо, даже с учётом рисков. Плюс ко всему, на «допросе» не обойдётся без Изаи, иначе сговориться с монстром будет практически невозможно. Зато информатор сможет поспособствовать, раз уж холодный так помешан на нём. А сам Изая — вторая проблема по приоритетам Шизуо на сегодняшний день. Вчерашний разговор с ним только напустил тумана в его разум, ни к чему не приведя и не дав ничего, над чем можно было бы нормально подумать. Сейчас Хейваджиме начинает казаться, что тот вечерний разговор и вовсе был бредом его фантазии из-за усталости. В том, что бредом уставшего разума это не было Шизуо убеждается, когда в его пространство для «подумать о жизни и посмотреть на красивый рассвет» вторгается Изая, который только что проснулся и ещё даже не привёл волосы в порядок. Хейваджима замечает его в стекле окна рядом с собой, никак не отреагировав, когда тот только вошёл. Орихара не говорит ни слова, просто останавливаясь за спиной Шизуо, опирается спиной на стену и смотрит на него. Он стоит так всего несколько секунд, выжидая, но этого времени вполне хватает. Не выдержав долгого взгляда, прожигающего его спину, Хейваджима раздражённо ломает недокуренную сигарету пополам, выбрасывая её, и поворачивается к Изае лицом. «Одно утро наедине с самим собой и сигаретой. Я что, так много прошу от жизни?» — Если ты ещё не заметил, то из кладовки шум доносится. Наш монстр очнулся. Все уже почти проснулись, — сухо сообщает информатор, без интереса глядя на Шизуо. — Так ты за этим пришёл? — немного хмурясь, спрашивает Шизуо. Вчерашнее расслабленное настроение как рукой сняло. Похоже, оно было хорошим только из-за нескольких часов без информатора под боком. — Да. — Почему сразу не сказал, что случилось? — отлипая от перил, снова спрашивает Хейваджима, глядя Изае в глаза. — Ну, ты курил, а я не хотел тебя отвлекать и раздражать, — ухмыляясь, издевается Орихара, отвечая на его прямой взгляд таким же. — Но ты зашёл и дал о себе знать. — Намекнул, что не вмешиваюсь, но ты должен курить быстрее, потому что у нас небольшие трудности. — Не дави на мозг с утра пораньше, — столь «сложная» фраза с таким тоном рано утром раздражает Шизуо. Хотя, если подумать чуть дольше, он пришёл бы к выводу, что просто не хочет разговаривать с информатором. — Только путаешь меня, — немного устало договаривает Шизуо, обходя его и сдвигая дверь в сторону, чтобы выйти. — Так же, как и вчера, да? — стоя всё так же лицом к перилам балкона, говорит Изая и только потом поворачивается к Хейваджиме. — Просто заткнись, Изая, — не взглянув на него, отрезает Шизуо, уходя на кухню и здороваясь с проснувшимся Шинрой. — Всё так же груб. Что с твоим настроением, Шизу-тян? — тихо проговаривает Изая, с улыбкой глядя на рассвет перед собой, после чего тоже возвращается на кухню, расслабленно садясь за стол и дожидаясь остальных. Довольно быстро кухня заполняется проснувшейся компанией Кадоты, а через несколько минут к ним присоединяются Селти, Анри и сёстры Орихара. Быстро выпив свой утренний кофе, Изая встаёт с места, направившись к кладовке. Информатору не терпится поговорить с монстром теперь, когда власть сменилась и заточён уже он, а не Изая. Только его план обрывает Шизуо, схвативший его за запястье, чтобы остановить. Орихара поворачивается и сводит брови, раздражённо дёрнув рукой в бесполезной попытке вырваться их хватки. — Пусти. — Сядь и дождись остальных, — допивая свой чай, спокойно говорит Шизуо, коротко взглянув на информатора. — Волнуешься за мою жизнь? — с сарказмом выдаёт Изая, снова безуспешно пытаясь вырваться. — К тому же, он меня не убьёт, даже если освободится. — Нет, просто не хочу, чтобы ты говорил с ним один. Если ты что-то узнаешь, часть этого точно скроешь, — сказав это, Шизуо допивает свой чай и поворачивается лицом к информатору. — Поэтому сядь и жди, Изая. — Как будто ты здесь главный, — бормочет Орихара, так и не сев на место. — Ну, как видишь, остальные согласны со мной, — имея в виду тишину, воцарившуюся во время этой сцены, говорит Шизуо. — Я закончил. Шизуо, ты готов? — Шинра встаёт со своего места, взяв с пола свой чемоданчик и с улыбкой глядя на друга, стараясь как-то разрядить обстановку. — Да, я тоже закончил, — он поднимается, выпустив из хватки, руку информатора, и идёт к кладовке вместе с Кишитани. — Подходите, как закончите. Мы будем там, — махнув остальным, договаривает Шизуо. — Учись рассчитывать силу, — бурчит Хейваджиме Орихара, идя следом за ними и потирая запястье. — Я не так вынослив, как ты. «Интересно, нытьё можно приписать к его изменениям или он такой всегда был, просто я не замечал?» — думает Шизуо, собираясь игнорировать, но передумывает, не выдержав. — Веди себя проще, если не хочешь такого снова. — Говоришь так, как будто тебе нравится поступать так со мной, — сощурив глаза, говорит Изая, сравнявшись с Хейваджимой. — Ребята, сейчас худшее время для споров, — серьёзно затыкает их Шинра, останавливаясь у двери в кладовку и касаясь пальцами ручки двери. — Мы должны быть спокойными ближайшее время. И терпеливыми. Постарайтесь не создать ненужных проблем, пока мы будем там, — доктор распахивает дверь, пропуская вперёд Шизуо, уже настроившегося на нужную волну. — Ну что, как тебе твоя комната? — сунув руки в карманы, Хейваджима спокойно подходит впритык к монстру, глядя ему в глаза. — Ты здесь надолго, так что привыкай. Монстр никак не реагирует на вышибалу, даже не приоткрыв рта и не пытаясь ничего сказать. Только сперва коротко смотрит на него, а затем переводит свой взгляд за его спину, когда в кладовке появляется Изая. Холодный снова дёргается, как и все полчаса до этого, в попытке вырваться, но стены лишь глухо потрескивают, не позволяя оковам слететь, а с потолка сыплется всего пара крошечных осколков. — Да уж, сил у тебя хватает, но стена, похоже, крепче, — усмехнувшись, продолжает говорить ему Шизуо. Он искренне упивается происходящим, наслаждаясь временем, когда хоть один холодный в их власти. Больше всего он ждал дня, когда будет чувствовать, что близок к завершению этой сводящей с ума ситуации. Все до единого монстры лишатся своих жизней за то, что они сделали с Томом и многими другими погибшими тогда. И сейчас, когда перед ним на стене висит прикованное тело самого главного из всех этих чудовищ, Хейваджима практически ликует. Увидев отвлечённость холодного, он прослеживает его взгляд, не удивляясь, когда натыкается на Изаю у стены за его спиной. Усмехнувшись, он возвращает взгляд на монстра, а затем подзывает Шинру ближе. — Ты хотел что-то испробовать. Поговорим с ним, когда сделаешь, что хотел, — не отводя взгляда с главаря, говорит он другу и отступает на несколько шагов в сторону. Увидев Шинру, монстр снова резко дёргается, расширяя глаза и с долей страха глядя на доктора. Реакция, конечно же, не удивляет никого из находящихся там. Каждый понял, почему именно испуг виден в глазах монстра и каждый мысленно убедился в том, что опыты над ними действительно проводились и довольно жёсткие, раз даже главарь так нервничает. — Успокойся, я же не убивать тебя собираюсь, — с улыбкой говорит Шинра, опускаясь и открывая чемоданчик. Выудив оттуда один из наполненных шприцов, он снова смотрит на монстра. — Похоже, докторов ты не любишь. Мне стоит снять халат, чтобы тебе было проще? Монстр никак не реагирует на слова и снова смотрит на Изаю, то ли прося помощи, то ли просто пытаясь отвлечься от происходящего. Информатору становится немного не по себе от столь частого внимания к нему со стороны монстра, но он всё же отлипает от стены и подходит чуть ближе, остановившись почти наравне с Шизуо. Приподняв голову, он с презрением смотрит на холодного, после чего ухмыляется, кивая смотрящему на него Шинре, чтобы тот продолжил. — Это простая анестезия. Хуже тебе не будет, — пытается успокоить Кишитани, не слишком надеясь, что монстр слушает его. Осторожно приблизившись, он улыбается, после чего равнодушно вкалывает ему жидкость. — Ну как? Чувствуешь что-нибудь? — Вряд ли, — говорит за монстра Изая, глядя тому в глаза. Всё то время, что Шинра делал укол, холодный даже не дрогнул, постоянно смотря на информатора. — Может, он вообще ничего не почувствовал? Как-то слишком спокойно среагировал. Холодный, услышав слова Орихары, переводит взгляд на доктора, словно желая что-то сказать, но через несколько секунд сонно моргает, медленно опуская голову. — Кажется, работает... Я думал, что переборщил с концентрацией, но... — говорит Шинра, засекая время. Как оказалось, не зря, потому что уже через полторы с лишним минуты холодный снова дёргается, проснувшись и как ни в чём не бывало глядя на Шинру, а затем опять долго смотрит на Орихару. — Вынослив, — констатирует Шинра, записав это в блокнот. — Что ещё ты собираешься проверять? Нам и поговорить с ним неплохо было бы, пока он в состоянии, — вмешивается Шизуо, скрещивая руки на груди. — Говори сейчас. Пусть его организм полностью восстановится. Минут пятнадцать точно нужно подождать, — Кишитани отходит, а монстр продолжает смотреть прямо на Изаю, и в этот раз Орихара не выдерживает, решив сам с ним говорить. — Ну ладно, — Изая обходит Шизуо, приближаясь к монстру на расстояние двух метров. — Чего ты хочешь? Ты хочешь говорить именно со мной? Вот он я, доволен? — он на несколько секунд разводит руки в стороны, после чего опускает их на пояс. — Надеюсь, теперь-то ты будешь хотя бы кивать, когда с тобой говорят. И холодный кивает, что немного удивляет Изаю. Информатор быстро берёт себя в руки, сосредотачиваясь на деле и собираясь с мыслями. — Хорошо. Я буду задавать вопросы, а добрый Шизу-тян будет подносить к твоей руке ручку и блокнот, чтобы ты ответил, — взглянув на вышибалу, говорит информатор. — А самому слабо? — беззлобно бормочет в ответ Хейваджима, на что Орихара только пожимает плечами. — Кто-то сказал мне не лезть к нему, так что ближе подходить не буду, — Изая улыбается, говоря это, и смотрит на Шизуо, который, пусть раздражённо, но всё же берёт у Шинры ручку и блокнот. — Знаешь, я ведь не просто какой-то человек, а информатор, — начинает Изая, и Шизуо закатывает глаза, чувствуя, что это надолго. — Поэтому я провёл небольшое расследование. Ну, ты всё это уже знаешь, верно? Так вот. Я узнал, что все вы, подопытные крысы, когда-то были настоящими людьми, — с долей отвращения, говорит он, вздыхая и продолжая. — И первый вопрос касается именно человечности. Ты помнишь, как тебя зовут? Монстр расширяет глаза. Не от удивления и не потому, что не помнит, а так, словно ему обидно слышать это. Он опускает голову, после чего как-то нелепо дёргает рукой, пытаясь дать понять, что хочет написать ответ. Подняв лицо, он взглянул на Изаю нечитаемым взглядом, прежде чем написать ответ. Закончив, он с опаской смотрит на Шизуо, почему-то напрягшись из-за того, что тот стоит слишком близко. «Не знаешь разве?» — гласит текст на листке. Прочитав это, Орихара ухмыляется и срывает листок, сминая его и освобождая этим чистые страницы для следующих вопросов. — Странно слышать это от тебя. Ты ведь уже и на человека-то мало похож. Как, по-твоему, я должен узнать тебя? Мы ведь встречались раньше, как я понял? — уже серьёзнее спрашивает Орихара, и главарь немного неуверенно кивает в ответ. — Ты что, ещё и не уверен, виделись ли вы?! — раздражённо встревает Хейваджима, после чего ему снова приходится поднести блокнот ближе к монстру. — Отвечай. И скажи уже своё имя. Монстр кое-как пишет, чувствуя дискомфорт из-за положения, и от этого почерк становится трудночитаемым. Уже читая написанное, Изая снова растягивает губы в ухмылке, а через секунду начинает смеяться с собственной глупости при расследовании. — И как я не догадался, что самым лучшим результатом эксперимента стал сын одного из командующих этим проектом? — успокаиваясь, проговаривает информатор и смотрит на холодного. — Акихиро Ямамото, значит... Ты уж прости, но я тебя так и не вспомнил. Не думаю, что видел тебя раньше. В этот раз монстр не показывает никакой реакции на эти слова, снова глядя прямо в глаза Изае. Орихара передёргивает плечами от холодка, проходящего по телу, но не уходит, продолжая терпеливо разговаривать с ним. — Послушай, я не хочу долгих и утомляющих разговоров... Акихиро, — выдохнув, говорит информатор, заметив, как дрогнул главарь, услышав своё имя. — Поэтому просто напиши всё, что помнишь о проекте, и закончим хотя бы на сегодня. Потом позволишь этому сумасшедшему доктору колоть тебя всякой чушью и мы оставим тебя в покое, — сделав небольшую паузу и взглянув на Шизуо, Изая исправляет последние слова. — Ну, может не совсем в покое... Зависит от того, как сильна ненависть Шизу-тяна к вашим «особям», — он улыбается, но тон голоса остаётся холоден. Когда Хейваджима подносит монстру блокнот и ручку, нетерпеливо ожидая, пока холодный напишет, тот ничего не делает практически минуту. И только, когда Шизуо раздражённо цыкает, зло взглянув на монстра, тот неуверенно начинает писать. Он пишет несколько минут, после чего останавливается, но выглядит так, словно ещё не закончил и Хейваджима переворачивает лист, вопросительно глядя на него. Тот слегка кивает, потом смотрит на Изаю и только после этого снова продолжает писать. Когда два листа оказываются исписаны с обеих сторон, главарь опускает кисть руки, давая понять, что закончил, и в очередной раз устремляет взгляд на Орихару. — Хм... — Изая принимает блокнот от Хейваджимы, кинув короткий взгляд на монстра и зачитывая вслух. — «Акихиро Ямамото. Удачный и последний образ. Преобладающего гена не помню, как и других не помню. Помню только капсулу, себя и Орихару Изаю», — закончив, информатор возвращает блокнот Шизуо, снова глядя на монстра. — Откуда ты меня помнишь? Монстр склоняет голову вбок, ничего не отвечая. — Откуда ты меня знаешь? И что тебе нужно от меня? — Изая хмурится, снова не получая ответа. — Значит, продолжим завтра. Не хочу раздражаться по пустякам. Делайте с ним, что вы там хотели... — махнув рукой, Орихара разворачивается, медленно идя к выходу, и останавливается, когда слышит звон цепи. Ухмыльнувшись, он стоит на месте, не оборачиваясь. — Изая, он что-то пишет, — говорит Шинра, заставив информатора вернуться. Через минуту Хейваджима отдаёт ему блокнот и внимательно следит за монстром, дожидаясь, когда можно будет говорить с ним один на один. — Это же... — информатор читает написанное на листе и его лицо резко принимает серьёзный вид. «Ты вроде как тяготеешь к тёмной стороне, но на сто процентов злом не являешься. И это притом, что в тебе нет ни единого грамма добра»* Орихара поднимает немного удивлённый взгляд на монстра, а потом улыбается, пытаясь скрыть, что немного занервничал. Отдав Шинре блокнот, чтобы тот тоже прочитал это, он подходит к холодному, остановившись в шаге от него, и в упор смотрит ему в глаза. — Да пошёл ты, — он улыбается ещё шире. — Не думай, что этим ты можешь меня задеть или напугать. Мне плевать, как ты узнал об этих словах, но ты должен знать, что выгоды тебе это не принесёт ни сейчас, ни потом. Не понимаю, почему ты вообще решил сказать именно это, — он замолкает, на секунду подумав, что, кажется, кому-то уже говорил почти такие же слова. — Изая, тебе стоит выйти пока... — намекает Кишитани, чувствуя настроение друга, и Орихара кивает. — Если я тебя вспомню, чем это поможет мне в расследовании? — посерьёзнев, спрашивает Изая, и холодный дожидается блокнота, чтобы написать. «Думаю, что так может быть. Не только меня, но и девушку вспомнить надо. Та, что о брате заботится» — Брат? — прочитав, непонимающе переспрашивает Изая, после чего до него-таки доходит. — Намие... — говорит Орихара, поднимая взгляд на монстра. — Она? Ты ведь о ней, да? Холодный кивает, и Изая, всучив блокнот Шизуо, покидает кладовку. Только оказавшись в спальне, он начинает набирать номер Намие снова и снова, но на том конце провода сообщают, что абонент недоступен. Точно так же происходит и с остальными её номерами, сделанными Изаей для неё на экстренный случай. Поэтому уже через десять минут Орихара садится на кровать, обречённо подумав, что стоило начать искать свою бывшую секретаршу ещё в тот день, когда она только позвонила ему, а не отвлекаться на разгадку тайны холодных. Думая о ней, информатор сначала приходит к выводу, что мог не так понять холодного и что это не Намие, но потом признаёт, что тот вообще не знал бы о Ягири, если бы она была не при чём. К тому же, слова самой Намие показались довольно подозрительными, когда Орихара говорил с ней. Развалившись на кровати, Изая обдумывает всё, что сказал ему монстр, и раскладывает эту небольшую информацию по полочкам. Благодаря этому нехитрому манёвру ему становится куда проще просто размышлять, и только тогда он наконец вспоминает, откуда ему знакомо имя Акихиро Ямамото.