Спаси меня

      Можно ли удивить Темную? Она считала, что нет. Эмма и подумать не могла, что маленький поступок, едва заметный, пропитанный благодарностью и уважением, может так ошеломить.       Когда она вошла в зал, завтрак уже дожидался свою хозяйку. На тарелке лежали поджаренные хрустящие хлебцы, смазанные медом, и яичница. А в желтой изящно изогнутой хрупкой вазе одиноко стояла роза. Ее бутон был нежно-персикового цвета. Она была восхитительна и идеальна. Эмма бережно прикоснулась кончиками пальцев к нежным лепесткам, таким шелковистым и мягким. Девушка не спеша приблизилась к цветку и вдохнула его медовый аромат с едва уловимой капелькой горечи. На мгновение ее внутренний голос ворчливо заметил, что роза сорвана из ее сада, а здравый смысл поплыл от сладости и поблагодарил Румпельштильцхена за неожиданный подарок. Ей никто не дарил цветы. Никогда. Этот маленький жест сближения был трогательным и особенным для нее.       Завтракая, Эмма не отводила взгляда от розы.       «Почему персиковая? У меня же столько роз, а он выбрал именно персиковую».       Воспоминание вспышкой пронеслось в ее сознании. Она вспомнила, как мужчина рассказывал, что в его деревне цвет розы имеет свое уникальное значение, что дарящий таким образом выражает какие-либо чувства. Эмма задумчиво нахмурилась, скользя взглядом по нежным лепесткам.       «Что значит персиковый?»       Щелчок, и девушка переместилась на окраину деревни. Накрывшись темно-зеленой накидкой и скрыв лицо капюшоном, девушка направилась вглубь деревни. За несколько месяцев здесь ничего не изменилось. Все та же нищета, те же запахи и крестьяне, всегда чем-то занятые, в попытке прокормить себя и продержаться еще один день. Она шла по грязной дороге, мимо старых обветшалых домиков, что едва стояли и выдерживали капризы природы. Дорога вывела к базару, что был полон жителями этой деревни и приезжими. Эмма незаметно передвигалась в толпе, каждый раз раздражаясь, когда кто-то грубо задевал ее и скрывался в толпе. Мимо лотков с шерстью и вещами, инструментов, лент, безделушек, мяса и молока, овощей и фруктов – все такое необходимое, но ненужное сейчас.       «Где же оно? Он говорил, что это их символ... и где?»       Эмма уже прошла весь базар и, оказавшись на главной площади, обернулась, чтобы осмотреть, ничего ли не ускользнуло от ее глаз. Пусто. Девушка мысленно зарычала. За фонтаном в центре площади мелькнул бело-голубой навес. Темная, как хищник почуявший добычу, плавно и уверенно, устремилась к нему. Обогнув фонтан, она увидела изящную лавку, единственную в своей красоте и богатстве, что так резко контрастировала со всей деревушкой. У фонтана, чтобы не смущать других продавцов, но так выгодно располагаться, встречая каждого прибывшего путника, что держал путь из заморских стран. Светлое дерево лавки было украшено причудливым узором, в котором можно было различить вырезанные очертания роз; бело-голубой вызывал неоднозначное впечатление, но казался кусочком неба, что лично оберегало содержимое лавки. Розы... красивые, свежие, различных цветов и каждый сорт в аккуратном деревянном ведерке, наполненном водой. Приторно сладкий аромат развевался ветром, казалось, что на продаже не пара десятков роз, а целое цветочное поле. Эмма заинтересованно разглядывала цветки: эти розы действительно были необычны и привезены с другого края. Нет, конечно, у нее в саду росли точно такие же красные и белые розы, но вот оставшиеся сорта были другими, бутоны меньше, а стебли с колючками и короче.        - Вам чем-нибудь помочь? – приятный мелодичный голос выдернул Темную из раздумий. Она поморщилась, не хотелось привлекать внимание до того момента, как она сама решит, что это необходимо. Продавщица не могла видеть ее лица, а вот Эмма могла разглядеть за прилавком смуглую молодую женщину. Полные губы, лучезарные голубые глаза, аккуратный носик – она была, как роза, воплощение красоты и изящности. Девушка была в красном платье, корсет которого расшит тонкой позолоченной нитью, а шелковистая ткань значительно отличалась от тканей пользующихся спросом в этом месте. Плечи были открыты, но скрыты под тяжестью ниспадающих густых, вьющихся, иссиня-черных волос.        - Наши розы единственные во всем королевстве, - заметив, что девушка в плаще не отреагировала на ее вопрос, продавщица аккуратно забросила удочку, завлекая купить товар. Она так же, как и ее, рассматривала незнакомку, и от ее внимательного взгляда не скрылось, что плащ был сделан из драгоценного материала, а носки обуви, выглядывающей из-под ткани, из настоящей драконьей кожи.       «Черт, кажется, я засмотрелась».       Темная подошла ближе и провела кончиками пальцев по лепесткам некоторых сортов, выбирая на чем же остановить свое внимание.       - Вам приглянулись эти сорта? Они одни из самых нежных и красивых. Конечно, многие выбирают более вызывающие цвета, красный или бордовый. Но все зависит от того, какое чувство вы хотите обнажить перед получателем. Вы же не для себя выбираете, так? - она без умолку тараторила и белоснежно улыбалась, стараясь не обращать внимание на почерневшие ногти незнакомки. Лезла вон из кожи, чтобы сделать дневную выручку, так трактовала ее поведение Темная.       «Проницательная, внимательная, любопытная, жадная. И тоже говорит о чувствах. Хм», - Эмма кивнула, молча отвечая на ее вопрос. Тяжелая ткань плаща еще больше опустилась, скрывая выглядывающие золотистые локоны от изучающих голубых глаз.       Безымянный палец завис над персиковой розой и подушечкой провел по шелку лепестков, в круговом движении.        - Персиковые? Очень интересный выбор. Наверное, этот человек заслужил чувство такого цвета, не так ли? - Темная снова промолчала, беззаботность давила на нее. Она вытащила розу из ведерка и пробежалась пальцами по упругому, свежему стеблю, задерживаясь на особо острых шипах. До ее слуха донесся тихий вздох, когда ткань плаща спала и обнажила ее кисть, покрытую золотисто-землистой крошкой.        - А впрочем, не важно. Каждый человек заслуживает на благодарность, и лучшее всего ее выразить именно этим цветком, - секундная заминка и продавщица снова тараторила, как ни в чем не бывало. Она должна была продать розу.       «Благодарность, значит. Он мне благодарен, за то, что я его чуть не убила, а потом спасла. Или не за это?», - Эмма растерялась, он уже поблагодарил ее, зачем стоило дарить розу. Может, надо смотреть глубже, чем просто спасение? Возможно, это была еще одна из их традиций. Это она узнает позже.        - Сколько?        - За персиковую? Десять золотых, - Эмме показалось, что ее улыбка стала до безобразия широкой. Ей не понравилась эта девушка, что-то было в ней отталкивающее.        «Золотых? Или она решила нажиться на мне, или розы действительно пользуются ТАКИМ спросом».       Тихий щелчок пальцев, скрываемый рукавом плаща, и вот в ее руке незаметно появляется мешочек монет, что переходит в руки счастливой продавщицы.        - Приходите к нам еще. Мы всегда рады таким покупателям, - пересчитав монетки, продавщица еще раз ослепительно-раздражающе улыбнулась. Темная кивнула и поспешила покинуть площадь, на которой собралось пару зевак. Добравшись до окраины деревни, она выкинула ненужную розу в овраг и переместилась в свой замок, где ждала ЕЕ роза и Румпельштильцхен, наверняка, слоняющийся без работы.       Появившись в зале, Эмма к своему удовлетворению заметила, что поднос с завтраком был убран, а на столе стоял горячий обед, чайный набор и та же роза, одиноко ожидавшая кого-нибудь. Нехотя перекусив блюдом, что повторялось уже который месяц, и переместив розу в свои покои, она отправилась в сад. Предчувствие не обмануло ее, хромой был там. Мужчина сидел у фонтана, весь в пыли, грязный и взмыленный, и перебирал куски мрамора с места на место. Открывшаяся картина была действительно занимательной, особенно если обратить внимание на то, что он рассортировал мрамор по цвету и, сидя у зеленой кучки камней, что-то бормотал. На шаг ближе к нему и бормотание переходит в тихую ругань, когда кусочки мрамора не желают складываться во что-либо. Эмма бесшумно остановилась за его спиной и расхохоталась, когда мужчина ласково обратился к «милому камушку, который станет примером для его собратьев и послужит хорошую службу, встав на ЭТО место», но когда камушек не только не встал, но даже и не влез в ЭТО место, мужчина забавно фыркнул и, обозвав невиновного «бездарем, как и его собратья», откинул в сторону.       Румпельштильцхен вздрогнул от неожиданности и хотел подняться, но Эмма жестом указала ему не вставать.       - Что ты делаешь? – забавность ситуации и его смешной комментарий вынудили девушку задать вопрос с улыбкой, что смутила хромого. Он отвел взгляд и, для внутреннего спокойствия, схватился за первый попавшийся камушек и стал крутить его в руках. Он опасался реакции Темной, на его маленькую благодарность. Она любила эти цветы, но цветок был сорван с ее клумбы, поэтому реакция могла быть непредсказуема. Однако, девушка ни словом, ни жестом не показала своего недовольства, или же, к разочарованию мужчины, радости. Он не мог себе ответить на вопрос, почему он это сделал. Проснувшись утром его первая мысль была, что просто «Спасибо» за помощь, лечение и спасение для нее будет недостаточно. Воображение сразу сформировало красивую персиковую розу, что в его деревне означала благодарность, и с первыми лучами солнца, пока не проснулась Темная, он бродил по саду, выискивая самую красивую, самую притягательную розу. И когда нашел ее, он осознал, что даже ее аромат соответствует ее цветовому сочетанию, улыбнувшись, мужчина поторопился все приготовить к завтраку.        - Ты же сама сказала мне собрать фонтан, - пробормотал себе под нос, крепче сжимая в руках зеленый кусок камня.        - И успехов, я смотрю, никаких, - она присела на корточки возле кучи камней и заинтересованно рассматривала некоторые булыжники.        - Совсем. Это тяжело. У меня ощущение, что тут не все. Но где остальное, я понятия не имею. Вроде осмотрел все клумбы, беседку. Возможно, часть камней за границей, но мне туда нельзя, - он озадаченно почесал за ухом.        - Хм. Ты серьезно намерен собрать этот фонтан? – когда она говорила об этом, она хотела просто загрузить его работой. Эмма и подумать не могла, что он воспримет это всерьез и с таким энтузиазмом, с горящим огоньком в глазах попытается собрать фонтан.        - Почему нет? Если получится, конечно. Твой замок очень древний, как и сад, и скульптуры. У меня такое чувство, что и фонтан будет не простым. Я бы хотел увидеть, каким он раньше был. Это… это интересно. Да и мне все равно...        - Нечем заняться, - она закончила фразу одновременно с ним и недовольно посмотрела в его сторону. В количестве свободного времени была виновата она, открыть бы ему пару комнат, но это опасно и непредсказуемо. Хоть замок его и принял, но мало ли, что придет в голову магии. Лучше пока не рисковать, он еще не прижился тут. Замок и его содержимое нехотя привыкают к магии Румпельштильцхена. Его человеческой магии, что заложена в эмоциях и энергии каждого человека, но не несет той самой волшебной нити, которой пронизана сама Темная.        - Ну, давай проверим. Все ли ты собрал. Будь внимателен, - мужчина насторожился, а Эмма, поднявшись на ноги, магией призвала к себе недостающие части фонтана. Румпельштильцхен наблюдал за тем, как с разных уголков сада тянутся камни, что ранее казались ему галькой или нужным украшением сада, что-то массивное летело со стороны леса, что-то пересекало магическую границу. Камни долетали до Эммы и падали на землю, один чуть не угодил в сидящего хромого, благо, тот был внимателен и вовремя увернулся.        - Вот и все. Теперь ты доволен? – Темная с приторным участием поинтересовалась.        - Да. Не думал, что столько упустил. Спасибо. Надеюсь, из этого выйдет что-то путное, - он живо стал осматривать новые камни, что были покрыты мхом и грязью.        - Надейся. Меня не будет до завтра. Можешь пока работать в саду.       С этими словами Темная исчезла, оставив мужчину отмахиваться от фиолетовой дымки.