Неверный расчет

Анна сидела в просторной комнате, утопая всем телом в кожаном белом диване, и в ожидании хозяйки квартиры рассматривала интерьер. Светлая деревянная мебель, паркет на тон темнее убранства гостиной, огромные окна, задернутые струящейся органзой, через которые с улицы проникали солнечные лучи, делали атмосферу теплой и воздушной, а расставленные повсюду живые цветы в вазах наполняли воздух чудесным ароматом. - Добрый день, Анна! – обратилась к гостье статная шатенка и протянула руку для приветствия. - Еще раз, прошу прощения, что вчерашняя встреча не состоялась. Но сегодня, я надеюсь, мы обговорим все детали. Чай? Сок? – доброжелательная женщина указала на накрытую сервировочную тележку, которую только что привезла горничная. - Добрый день, Ольга Георгиевна! Ничего страшного, я все понимаю. Спасибо, я буду зеленый чай без сахара. Калиновская кивнула рыженькой помощнице, и та разлила ароматный напиток в прозрачные чашки: одну протянула усевшейся в кресло напротив Анны хозяйке, а вторую – поставила на столик рядом с застенчивой гостьей, и удалилась. - Мой муж пока задерживается, но это к лучшему. Я хотела бы с Вами кое-что уточнить, - сделав глоток, сказала Ольга. - Да, конечно. - Как мы ранее договорились: я Вам плачу авансовый расчет, как только подтверждается факт зачатия, а остальную сумму Вы получаете после родов, - Калиновская говорила так хладнокровно, будто они обсуждали сделку купли продажи авто или дома, ну уж никак не живого человека. – Все расходы по протеканию беременности мы берем на себя: питание, проживание, витамины, наблюдение в клинике. Мы с мужем решили, что Вы поселитесь в нашем загородном доме близ Пушкина: там более чистый воздух и в коттедже все условия для комфортного проживания. Передвигаться же Вы будете на предоставленной нами машине с водителем, и он Вас отвезет в любое место города в любое для Вас время. - Извините, Ольга Георгиевна, я же сейчас работаю… - Теперь Вы освобождаетесь от своей должности в медицинском центре. По этому поводу не беспокойтесь, Александр Христофорович все знает. - Но… - … свою маму в клинике Вы всегда сможете навестить, - перебила девушку Ольга. - Тем более Вы не в заточении будете жить, и сможете делать все, что делали до этого: встречаться с друзьями, ходить в театр, кино, кафе, гулять по городу. Просто Вам придется оберегать себя от нежелательных факторов, которые могут хоть как-то повредить Вашему здоровью, а значит, и будущему малышу… - Добрый день! – произнес бархатный мужской голос и следом появился обладатель этого приятного баритона – высокий темноволосый мужчина в черном костюме, белоснежной рубашке и сером галстуке, оттеняющем его стальные глаза. Откинув непослушную челку левой рукой со лба, он подошел к жене, поцеловал ее в щечку, и, улыбнувшись, протянул свою правую руку собеседнице на диване. - Здравствуйте, я Владимир – муж Ольги. - Встретившись взглядом с миловидной особой и почувствовав холодное прикосновение маленьких пальчиков к своей горячей руке, он засмотрелся в ясно-синие очи девушки, которая несмело поздоровалась с ним, и вскоре отвела свой взгляд в сторону, быстро высвободив свою ладошку. - Теперь все в сборе и мы можем приступить к самому важному вопросу, - продолжила Ольга и быстро взглянула на мужа, который уже присел на подлокотник кресла рядом с ней. – Анна, я Вам не сказала о способе зачатия ребенка, но я подумала, что об этом лучше упомянуть не в клинике, а у нас дома, - И она крепко сжала руку Владимира, он же в ответ обнял ее за плечи. – Мы с мужем решили, что… Казалось бы, все слова, припасенные ей еще с утра уже готовы и должны достичь адресата, но она боялась их произнести вслух, и лишь вспомнив диагноз врача, смело закончила: - Мы решили, что ребенок должен быть зачат традиционным способом, то есть через половой акт между Вами и Владимиром. И после сказанного в комнате повисло молчание, и глаза трех собеседников были устремлены друг на друга: Анна сидела неподвижно и пыталась осмыслить то, что только сейчас услышала; Ольга – молящим взглядом смотрела на девушку и сильнее сжимала руку мужа; а Корф – не отрывал своих глаз от белокурой спасительницы их брака. Каждый думал о своем и не мог сказать ни слова, но тишину прервала Анна, как только пришла в себя: - Но Вы же говорили о суррогатном материнстве, и я предполагала, что буду только вынашивать Вашего ребенка?! - Анна, простите, - жалобно заговорила шатенка и на глазах ее проступили слезы. – Я не могла Вам сказать всех обстоятельств в клинике… Поймите меня. Вы – наша единственная надежда на счастливое будущее… Я не могу иметь детей, так уж вышло… Мои яйцеклетки ни на что не годны, и только донорские смогут нам дать потомство, но… - ее голос дрожал, как и она сама, но мужчина всячески успокаивал ее, крепко сжимая руку и плечи. - Я хотела, чтобы у нас в семье был ребенок с генотипом Владимира, ведь он не бесплоден, вот и решилась на этот отчаянный шаг. - Но можно же в таком случае провести ЭКО с использованием яйцеклетки суррогатной матери, но …но не таким же образом, - недоумевала Анна. - Вы правы, я не спорю. Но риск слишком велик и не всегда оплодотворение вне организма может быть удачным, а…половой контакт между партнерами дает стопроцентную гарантию… - Вы сейчас говорите такие вещи…- Анна встала с дивана и собралась уходить, но на миг остановилась. – Вы же толкаете собственного мужа в постель к другой женщине, не спросив о том, согласна ли эта женщина на подобный шаг?! А Вы, Владимир, - кивая головой, она посмотрела на темноволосого мужчину, который все это время молчал. - Как Вы, вообще, могли согласиться на такое?! Вы же оскорбляете свою жену, соглашаясь на связь с чужой девушкой. Да что это такое?! - Анна обеими руками схватилась за голову, и, запрокинув ее, немного помолчала, а потом бросила вслед упрекающим тоном. - Неужели в наше время совсем не ценится брак, или это понятие - для вас пустое слово со штампом в паспорте?! Мои родители любили друг друга, и я не поверю, чтобы они когда-то пошли на такое… - Анна, - Ольга уже еле сдерживалась и заплакала, Корф попытался обнять ее, чтобы успокоить, но она оттолкнула его и попросила уйти, а сама подбежала к удаляющейся девушке. – Вы тоже должны меня понять. Какого мне, молодой женщине, которой еще нет и тридцати лет, и ей выносят такой диагноз - бесплодие?! Какого это знать, что ты никогда не сможешь родить мужу ребенка и не осчастливишь дом криком этого маленького комочка; не вскормишь сама своего малыша; не почувствуешь под сердцем его движения в собственном теле; не ощутишь всю радость материнства… - женщина успокоилась, теперь в ее взгляде горела уверенность, и она твердо отвечала, смотря в осуждающие глаза маленькой праведницы. - Жизнь преподнесла мне урок, но я не хочу наказывать своего любимого, лишая его отцовства. И пусть для этого я перешагну все моральные принципы, но я не отступлюсь от своего, пока не осчастливлю Владимира. Мне тоже трудно было решиться на это, хоть Вы мне и не поверите. И муж сопротивлялся и так же реагировал, как и Вы на мое предложение, но он все понял и согласился, а не это ли доказательство наших истинных с ним чувств?! Гостья молчала. Она не знала, что сказать на это. Ей было искренне жаль эту несчастную женщину, и в чем-то Ольга была права, когда хотела простого человеческого счастья для своей семьи любой ценой. Но девушка не могла свыкнуться с мыслью, что теперь и она должна принять в этом участие, при чем - такое… - Анна, прошу Вас, подумайте еще раз, не отказывайтесь сразу. Я удвою Вам сумму аванса… - Вы думаете, что сейчас деньги решают все проблемы?! - Но ведь и Вы не из-за хорошей жизни пришли сегодня сюда?! – хлестнула в ответ шатенка, поставив тем самым свою визави на колени… Владимир стоял на балконе и курил, а ведь еще месяц назад он бросил эту пагубную привычку. Что же с ними случилось? Как они дошли до такой черты?! Он встретил Ольгу семь лет назад в университете, когда юная полячка приехала по обмену студентов в их страну, именно тогда между ними в одночасье вспыхнула страсть. Высокая шатенка с яркой внешностью, и редкими для девчонок роскошными длинными волнистыми волосами свела с ума своим шармом всех студентов. Но гордая красавица обходила стороной всех парней на своем курсе, а уж на младшие тем более не заглядывалась. И вот однажды после занятий на улице она попросила прикурить у стоящих рядом с корпусом молодых людей, и Корф оказался проворнее всех, и даже растолкал на своем пути к заинтересовавшей его барышне спешившего протянуть зажигалку своего друга Сашку Романова. Ольга оценила жест решительного мужчины и представилась, а уже после оживленной беседы в кругу друзей брюнета, они пошли гулять по вечернему городу. Их отношения были страстными, и Корф совершал самые необдуманные поступки для Калиновской; она же, видя, что первый красавец университета, прославившийся бесчисленными романами, увлечен ею до беспамятства, всегда была капризной и требовательной в своих поступках, но именно за необузданный характер сероглазого Казановы она его и полюбила. Когда закончился срок ее пребывания в России, и настало время возвращения в Польшу, неравнодушный к Ольге Владимир уже не смог отпустить ее обратно на Родину, и они поженились. Время шло, и молодая семья все так же сходила с ума друг по другу, а неожиданное известие о беременности жены привело мужа в неописуемый восторг. Но тогда еще юная девушка распорядилась по-своему и сделала аборт, ссылаясь на то, сейчас ее карьера в качестве талантливой начинающей актрисы только набирает обороты и все режиссеры наперебой предлагают интересные роли, да и продюсерская деятельность Владимира пошла в гору, - поэтому глупо упускать такой шанс для их обоих из-за незапланированного ребенка. Калиновская убедила Корфа, что они еще не готовы стать родителями и впереди у них целая жизнь, чтобы обзавестись кучей детишек, и он поверил ей. Но злой рок наказал обоих (ведь погнавшись за успехом в профессиональной деятельности, они не приняли подарок небес) и Ольга больше не смогла забеременеть, даже когда они этого захотели… Тихие шаги сзади известили о приходе жены, и Владимир обернулся к ней, спрашивая взглядом. Ольга взяла у него из рук сигарету, и сделав одну затяжку, ответила тихо: - Она обещала подумать. Владимир отвернулся и стал рассматривать шумную улицу и снующие автомобили. - Но я уверена, что девочка согласится. Ей нужны деньги, а мы предлагаем немалую сумму… - Оля, ты так хладнокровно распоряжаешься жизнями людей, - ледяным тоном сказал муж, даже не удосужившись на нее взглянуть. – Когда же ты изменилась?! Ведь раньше ты не была такой циничной. - Это жизнь, Володя! Она сделала свои коррективы, – вдохнув дым сигареты в последний раз, красавица ласково провела тыльной стороной ладошки по щеке любимого, и нарочито ехидно добавила. - И еще, будь готов стать для нее учителем, Анна – девственница. Хлопнув по плечу Владимира, резко повернувшегося в сторону жены на ее последние слова, Ольга удалилась, а озадаченный мужчина снова посмотрел на переполненную улицу и заметил на пешеходном дорожке задумчивую девушку в легком ситцевом платьице с развивающимися от ветра волосами…