Неверный расчет

Спящую красавицу разбудили озорные солнечные зайчики, отражающиеся от стеклянной люстры на потолке, и прелестная соня лениво потянулась в мягкой кроватке. Потоки яркого света струились с улицы сквозь прозрачную сиреневую занавеску и освещали все предметы небольшой комнаты, делая пространство воздушным и теплым. Осторожно ступая по ворсистой поверхности мягкого ковра, светловолосая девушка вышла на балкон, разглядывая жилой район, в котором находился пентхаус Писарева. Многоэтажные высотки были окружены огромными соснами и пихтами, от чего в воздухе витал свежий запах смолы и хвои. Чисто убранный дворик с многочисленными детскими качелями, песочницами, цветущими клумбами и расставленными витыми лавочками делали этот комплекс уютным. Вдохнув всей грудью лесной воздух и закрыв глаза, Аня направила свое личико летнему солнцу. «Как же, должно быть, здесь хорошо!» - подумала она, оглядывая еще раз территорию дворика и зеленые массивы. Подмигнув новому дню, малышка вернулась в комнату и подошла к камину. На наружной мраморной поверхности топки лежала потрепанная книга в зеленом бархатном переплете с корешком из темно-коричневой кожи. Взяв в руки старое издание, она узнала один из ее любимых романов Джейн Остен на языке оригинала. «А у Сержа необычный вкус!» - подумала гостья, открывая титульный лист, где на оборотной стороне синими чернилами было нацарапано размашистым почерком: «Самой красивой, доброй, любимой и единственной женщине в моей жизни». Даже в этой фразе чувствовалась неподдельная нежность дарителя к адресату. «Он все еще хранит мамину книгу», - подумала Аня, листая страницы. И эти фото на стенах, с которых улыбалась красивая женщина, с глазами как у хозяина комнаты. Так трепетно относиться и оберегать память о своей матери может только действительно искренний человек. - Доброе утро! - услышав знакомый голос за спиной, красавица повернулась к его обладателю и с осторожностью спросила, протягивая улыбающемуся молодому человеку книгу: - Должно быть, она для тебя много значит? - Да, это был последний мой подарок ей, который я так и не успел ей вручить, - веселые до этого глаза хозяина комнаты наполнились грустью. – Мама любила читать мировую классику на родном языке, - Писарев слегка улыбнулся, а во взгляде мелькнула нежность к умершей. Аня молчала, коря себя за возродившие своими вопросами болезненные воспоминания у Сержа, но мужчина не стал омрачать такое светлое утро грустью и с улыбкой проговорил: - Это она мне привила любовь к английской литературе и на досуге балуюсь чтением. - Да-а-а? – удивилась слушательница. – И что же в Мэнсфилд-Парке Вашу мужскую натуру особенно привлекло, многоуважаемый Сергей Дмитриевич? – сыронизировала красавица. - Фанни Прайс! - ???? - Как эта милая невзрачная и бедная девушка, появившись в семействе своего состоятельного дядюшки, изменила уклад всех его обитателей. Даже аморальный и коварный Генри Кроуфорд почти стал на правильный путь, пытаясь понравиться ей. - Какие, однако, познания романа у Вас, господин доктор. - Ну, знаете, Анна, - задумавшись, он переспросил: - Как Вас по батюшке? - Павловна. - Анна Павловна, я могу, если хотите, Вам потом что-нибудь почитать, а пока…- он внезапно поднял ее на руки и, поцеловав в щечку, понес из комнаты. От такой наглости строптивица сначала оторопела, а потом громко затребовала вернуть ее на место и колотила его своими кулачками в грудь. Но бесстыдник был непреклонен и, только донеся до нужного места, усадил драгоценную ношу перед накрытым столом. - Пора завтракать! – важно объявил он, указывая милой гостье на обильный завтрак. - Сережа, ты меня балуешь? – оглядев щедрые закуски, она с восхищением проговорила. – Здесь столько разных угощений! - Я же вчера обещал тебе ухаживать за тобой! – самодовольный брюнет протянул прелестнице букет из подсолнухов. – Это для самой чудесной девушки на Земле, которая озарила мою никчемную и скучную жизнь, - и он снова ее поцеловал, но теперь уже в губы. - Спасибо, мне приятно! Они такие красивые! - Подсолнухи, как и ты: скромные, но наполнены солнечным светом и теплом. - Сережа, прекрати, - озорно толкнула она его в плечо, на что мужчина только рассмеялся. - Иначе я сейчас стану пунцовой. А что касается еды, я и правда проголодалась! – И красавица отломила кусочек тоста и, проглотив его, запила ароматным напитком. – Мммм, какой вкусный кофе. Никогда такого не пробовала, -говорила она с набитым ртом, указывая на кружку. - Ну, в этом я ас! – гордо сообщил он. - А ты сам почему не завтракаешь? – обмакивая клубничку в сливки, удивилась она. - Я уже поел, пока ты спала, - лукаво смеясь, успокоил он свою подругу, с умилением наблюдая, как та аппетитно уплетает содержимое тарелок. – А ты не отвлекайся, давай. Тебе нужны силы после вчерашнего. - Это ты верно заметил! – снова с набитым ртом промямлила девушка. - Ты ни о чем не жалеешь? – тихо спросил Писарев, пристально смотря в синие очи светловолосого ангела. - Ни о чем, - твердо ответила она, не отводя взгляда. - Мне было с тобой очень хорошо, Анечка, - добавил он и едва ощутимо коснулся ее щеки. – Ты мне веришь? Легкий кивок белокурой головки подтвердил доверие ее обладательницы, а мужчина сжал нежные пальчики в знак благодарности. – Тебе же нужно на смену! – вдруг опомнился брюнет. - Мне к двум, но ты прав. У меня одна важная встреча, - сообщила она, не выдавая внутреннего трепета. – Сережа, а у тебя есть среди знакомых хороший юрист? Мне понадобится его консультация. - А что за дело такое? - Не могу сказать. Но ты не ответил мне. - Хорошо. Не хочешь рассказывать - не буду у тебя выпытывать. Но такой имеется. Когда он тебе понадобится? - Сегодня в десять. - Ок! Ты тут доедай и приводи себя в порядок. Хотя ты мне и такой нравишься, - подмигнул он ей и взял телефон с барной стойки. - А я пока позвоню своему товарищу. - Привет, ты сегодня с утра не занят? У меня к тебе просьба, - удаляясь, заботливый хозяин снова поцеловал красавицу в щеку. Покончив с обильным завтраком, гостья направилась в ванную и встала под потоки теплой воды. «Ты ни о чем не жалеешь?» - припомнила она вопрос Сержа. «Ни о чем!» - убеждая себя, проговорила она вслух. Приятная вода плавно стекала по обнаженному телу, смывая остатки «Ее» вчерашней. Сегодня в квартире врача-офтальмолога проснулась новая Анна.