Неверный расчет

Казалось, за одно утро его больше ничто не сможет обескуражить, когда он выбежал прочь из дома, пораженный безумным признанием Ольги об ее истинных причинах завести ребенка, но докрасна раскаленный мозг вспыхнул вновь при созерцании ЕЕ. И он хоть чем смог бы сейчас поклясться, что представавшая перед ним в этом момент картина сбила его наповал. Он был разоружен, обездвижен, парализован. Дикая злость на Калиновскую рассеялась в миг, а на смену ей пришло непонятное острое ноющее чувство в груди. Горло словно сдавили горячие тиски и вытянули всю влагу изнутри. Откуда-то возникла ненависть к Сержу: Владимир захотел приблизиться к нему и раздробить его голову. А еще больше он желал отнять эту юную девушку из цепких и коварных лап Писарева и заслонить ее хрупкое тело от плотских желаний обаятельного мерзавца и негодяя. «Анечка, неужели ты с ним?! Как такое возможно?!.» - Корф не хотел верить этому и гнал от себя подобные мысли. «А вот почему Аня не вернулась ночевать?! Вот это вопрос!» - всплыли в сознании утренние слова Романова, и в сердце снова вонзилось острое жало с ядом, разгоняя по венам жгучую ярость на друга. А отчего, собственно, он злится на Сержа?! Тот ему ничего не должен, да и эта синеглазая девочка рядом - ему НИКТО!!! Он ей не брат, не муж, не отец… И ОНА ему ничего не обещала, чтобы вот так негодовать на ее симпатию к известному волоките. «Но она же совсем не знает Сержа! Он ее обманет. Влюбит в себя и хладнокровно бросит потом, получив желанное. Он так поступает со всеми очаровательными и невинными девушками… Так почему же Аня должна быть исключением из этого правила?!» - уговаривал он себя, и, не обращая внимания ни на кого, смело направлялся к троице. - А, Вовчик, хочу тебя познакомить…- радостно протягивая свою руку, приближался к Корфу довольный Писарев. Затуманенный разум темноволосого мужчины ничего не осознавал, и, достигнув машины, Владимир практически повалил ничего не подозревающего Сержа на капот Ауди, когда со всей мощи заехал тому в лицо, и, молча запрыгнув в черное авто, рванул подальше отсюда... - Кретин, ты мне нос сломал! – крикнул разъярённому другу вдогонку поверженный, запрокидывая свою голову назад от хлынувшего потока крови. Блондин тут же кинулся в кафе, а удивленная и испуганная девушка усадила Сержа в машину, прижимая к разбитому лицу платочек. - Приложи к переносице, должно помочь, - Алекс протянул пакетик со льдом раненому. - Саня, у него что, мозги поехали от работы? Романов ничего не ответил и лишь покачал головой от такого неожиданного поступка Корфа. Что же с ним произошло за эти тридцать минут, после их расставания, раз он без видимых на то причин налетел на своего друга с кулаками?! С ним такого никогда не случалось. Да, Владимир - импульсивная натура, и часто его действия опережают мысли, но чтобы вот так ни с того ни с чего взять и ударить человека?! И еще этот зверский огонь в его серых глазах, который застилал реальность! Алекс понимал, что Корф не осознавал того, что совершает. Но в чем причина внезапной смены его настроения?! Может вся причина его решении, которое он шел озвучить Ольге?! Импульсивная дамочка была недовольна на решение мужа, и супруги сильно повздорили. Зная дрянной характер Калиновской, можно догадаться, что она наговорила Владимиру, разозлив того до предела… Но при чем тогда во всей этой истории Серж?! Договор должны были заключить между семьей Корфа – Ольгой и Владимиром, как покупателей с одной стороны; и Анной Платоновой, как продавца своего тела и ребенка, с другой стороны… Как это пошло не звучит, но будем называть вещи своими именами: Аня – продавец, Ольга и Владимир – покупатели. «Нда, задачка не из легких… Надо срочно найти этого боксера и потолковать с ним об этом…» - думал про себя озадаченный блондин, созерцая окровавленного брюнета. - Аня, нам уже пора. - А как же Сережа? Не оставлять же его одного в таком виде?! - обеспокоенно спрашивала девушка, придерживая лед мужчине. - Давай вызовем ему скорую? – пошутил Романов, глядя на обозленного Писарева. - Тогда звони сразу и в МЧС? - Шутит, значит, еще не все потеряно, - похлопывая по плечу друга, рассмеялся Алекс. – Мы скоро. Никуда не уходи. - Куда уж я теперь в таком-то виде? Разве что людей пугать на Дворцовой.