Неверный расчет

Огромный фруктовый сад загородного особняка Корфов утопал в зелени и благоухал сладкими ароматами цветущих растений, а вокруг белоснежной беседки, чьи резные стены оплетали кусты дикого плюща и колючего белого шиповника, резвилась малышня. Теплый ласковый ветерок трепал золотистые локоны молодой женщины, сидящей с книгой в руках на деревянной лавочке. Время от времени женщина отрывалась от чтения и с нежностью в глазах цвета весеннего неба наблюдала за дорогими сердцу детьми. Темноволосый мужчина неслышно подошел сзади, и, поцеловав светлую макушку любимой, присел рядом и положил свою руку на округлившийся живот. Анна улыбнулась, ощутив ласковое поглаживание сильной ладони сквозь хлопок летнего платья. - Звонил Серж. Церемония назначена на два часа дня. Но он обещал дождаться будущего крестника и не начинать обряд бракосочетания без нас, - Владимир поднес изящные пальчики жены к своим губам. - Ты голоден? Давай подогрею обед? - Не беспокойся, родная. Мы с Алексом перекусили, когда обговаривали одну сделку с новыми партнерами. Корф с восхищением посмотрел на озорного и шумного мальчишку, как две капли воды похожего на отца, и тихую скромную белокурую малышку, повторяющую черты матери. Брат с сестрой играли в салочки, и пятилетний Павлуша уже загонял трехлетнюю Верочку среди извилистых лабиринтов розария. - Долгорукие вылетают в Москву завтра, а Репнины поедут своим ходом: на машине. Рада хотела бы заехать по пути в Бологое к родным, да и Миша решил не употреблять алкоголь на свадьбе. - Я думаю, Сережу это не слишком обрадует, - усмехнулась Анна. – Он планировал веселый мальчишник в четверг. - Ну, ему и нас троих хватит, - лукаво посмотрев на настороженный вид жены, пробубнил Владимир: - А что? Не каждый же день Писарь женится. И оба супруга рассмеялись, не отрывая заботливого взгляда от своих детей. Счастливый мужчина обнял жену, не переставая гладить ее упругий выпуклый живот с будущим сыном, который должен появиться на свет уже через пару месяцев, а женщина ласкала шею любимого, путаясь изящными пальчиками в темных волосах. Анна и Владимир Корф жили в благополучном браке уже пять лет, и очень дорожили теплом и уютом своего семейного очага, ведь это было наивысшим даром небес для обоих. После наиприятнейшей и неожиданной новости от желанной женщины об ожидании младенца сероглазый мужчина ликовал и практически летал на крыльях, собирая вещи в свою дорожную сумку. В такси до аэропорта он не выпускал Анну из своих объятий, и постоянно гладил ее плоский живот, шепча на ушко слова безмерной благодарности. Но все, что происходило с ними сейчас, казалось таким нереальным, и Владимир боялся поверить в это. Регистрация и последующая посадка в самолет прошли быстро, и влюбленные с нетерпением ожидали высадки во Флоренции, куда держало путь их дальнейшее путешествие. Сразу же после приземления в аэропорту, будущий отец поймал такси и попросил отвести его с невестой в первую же клинику. Там, осмотрев иностранную туристку, доктор- немец по национальности - подтвердил Анины догадки: девушка была в положении, и, судя по сроку, малыш был зачат именно в ту самую ночь на Ладожском озере. Обезумевший от счастья Корф не мог думать ни о чем, кроме здоровья своей возлюбленной и будущего малыша, поэтому принял решение поменять билеты и вернуться в Россию, чтобы скорее подготовиться к свадьбе. При нынешних обстоятельствах медлить с этим нельзя. Но девушка, которая так давно мечтала о путешествии по Европе, не хотела соглашаться с любимым, тем более она чувствовала себя отлично, и если не сейчас, находясь на маленьком сроке, она сможет осуществить свою давнюю мечту, то когда? После рождения ребенка этого не получится. Да и официально стать мужем и женой они еще успеют. Влюбленных уже соединило небо, и ничто теперь не сможет их разлучить. Однако заботливый и беспокойный будущий отец был упрям и непреклонен в своем решении, и тогда хитрая невеста применила тяжелую артиллерию. Умоляющие прекрасные ясно-синие очи и надутые нежно-алые губы Анны, а также твердое подтверждение доктора, что все перелеты и перемещения между странами не скажутся на самочувствии молодой мамочки и благополучном развитии плода внутри, смяли сомнения Корфа и будущие родители продолжили свое путешествие. Флоренция, Канны, Монако, Венеция , Париж, Мадрид, Лиссабон, Лондон, Дублин, Амстердам, Вена, Прага, Рига, Брюссель, Афины, Таллин…- это лишь малая часть того, что довелось повидать окрыленным внезапным счастьем влюбленным в это лето. Владимир также выполнил свое обещание: в Берлине он привез Аню на старое кладбище и подвел к могиле родителей. Мужчина был здесь в последний раз год назад, когда возвращался их Мюнхена, куда ездил на поиски рыжего немца. Именно тогда, склонив голову перед гранитными фотографиями Ивана Ивановича и Веры Николаевны и пуская скупую мужскую слезу на мраморное надгробие, он посмертно покаялся перед родителями за свое дурное поведение с ними. - Мама, папа, знакомьтесь, - положив белые розы на холодный мрамор, проговорил блудный сын. – Это Анечка - ваша будущая невестка, мать моих детей и ваших внуков. - Здравствуйте. Ваш сын так много хорошего рассказывал о своих родителях. Анна нежно улыбнулась, глядя на застывшие лица темноволосой обаятельной женщины, с таким же пронизывающе-серым взглядом, как у Владимира, и беспечно смотрящего на посетителей последнего пристанища умерших рыжеватого мужчину. Вот теперь Анна – полноценный член семьи Корфов, ведь родители ее возлюбленного одобрили избранницу их сына. Свадьба Владимира и Анны была скромной. На венчании в маленькой уютной церквушке, что находится неподалеку от загородного дома молодоженов, присутствовали только самые близкие: Марфа Андреевна с Сонечкой, Романовы, Долгорукие, Репнины и Сережа, который специально отпросился с работы в Москве, чтобы разделить счастье друзей. Невеста была чудо как хороша в белоснежном атласном платье, облегающем еще не обозначающую скорое появление младенца точеную фигуру, длинный шлейф следовал за лучезарной красавицей всю дорогу в церкви, а кружевная фата струилась на золотистых волосах с вплетенными в них голубыми цветами. Счастливый жених не спускал глаз с любимой, не веря своему счастью. - Корф, ты так и не рассказал Ане, что поимка Карла Модестовича, - это твоих рук дело? – стоя на веранде с бокалом шампанского, спросил у жениха Алекс. - Зачем? Они с мамой уверены, что связи твоего отца помогли поймать афериста. Я не хочу их переубеждать в этом. - И про Соню ты умолчал? - Алекс, - Владимир пристально посмотрел на недоумевающего друга. – Разве это что-то изменит? Мы с Анной любим друг друга, и у нас скоро будет малыш. Вот, что самое важное в данный момент. Зачем ворошить прошлое, если оно уже случилось?! Выпив залпом бокал, брюнет вручил пустой фужер блондину и отправился в дом, куда его проводила удивленная пара голубых глаз. Небольшой банкет в честь венчания Корфов закончился, и уставшие, но счастливые молодожены уединились в своей спальне, чтобы провести первую брачную ночь. - Почему ты мне не рассказал о Сонечке?- тихо спросила Анна, отстраняя мужа от поцелуя. - О чем ты, родная? Я не понимаю тебя, - мужчина пытался вновь завладеть губами любимой. - Это же ты был ее благодетелем и вернул в семью. Не отрицай. Я все знаю, - твердила уверенно она, вглядываясь в серые глаза Владимира.- И с Шуллером ты помог. Это ведь правда? - Анна, кто тебе все это рассказал? - Никто, я сама все поняла из вашего с Алексом разговора на веранде, когда разыскивала тебя. - О, Господи, Аня, - Корф запрокинул голову и отошел от жены. – А что бы это изменило, явись я к тебе сразу тогда и доложи о своем благородном поступке? - Это многое изменило бы! Он повернулся к жене и пересек расстояние между ними в один шаг, взял ее лицо в свои руки и тихо проговорил: - Я хотел, чтобы ты была со мной не из благодарности, а потому что любишь. Он взял белоснежную руку и прислонил к своему сердцу. - Слышишь, как оно бьётся? Оно впервые ожило, когда появилась ты в моей жизни. И я сделал все это: отыскал чертова немца и вылечил твою сестру, - не для самоутверждения. Я это делал ради спокойствия любимой женщины. Чтобы она и ее семья были счастливы. - Володя, но теперь ты – моя семья. И мы должны доверять друг другу. Но ты от меня скрыл такие важные вещи, - не унималась упрямица, отталкивая мужа от себя. – Разве можно начинать брак с обмана? - Аня, разве я тебе в чем-то лгал? Я тебя обманывал в своих чувствах или помыслах? Глупенькая, моя глупенькая, - ухмыльнулся он и притянул девушку к себе, а она снова сдалась и обмякла в его объятиях. – Порою мы должны о чем-нибудь умолчать, чтобы не ранить дорогих нам людей. Но ты же знаешь, как я тебя люблю, так зачем все эти выяснения в такой светлый день?! Посмотрев в уверенные и честные серые глаза Владимира, Аня согласно кивнула, и супруги вновь растворились друг в друге. Случайность или сговор небес, но подруги ожидали своих первенцев почти в один день. Однако у Ани беременность протекала легко, что нельзя было сказать об измученной постоянными головокружениями и токсикоза Маше. Темноволосой будущей маме нелегко было ходить на работу в университет и после нового года она, наконец, отправилась в декретный отпуск. Белокурая студентка же и вовсе не испытала изменений в самочувствии, только внезапно возникшая любовь к равнодушной до беременности морской капусте, которую теперь она уминала за обе щеки во всех видах, и резкое отторжение обожаемого томатного сока, один вид на который вызывал у девушки приступ тошноты, да несказанно раздутый живот и выросшая на один размер грудь говорили о скором прибавлении в семействе Корфов. Анна до последнего ходила на лекции и семинары, не испытывая никакого дискомфорта в здоровье. И вот, накануне международного женского дня. А точнее, накануне того самого нелюбимого праздника, который старшая дочь избегала столько лет из-за гибели отца в этот день в ее детстве. Поздно вечером, когда Анна уже собиралась лечь спать и расчесывала светлые волосы в их с Владимиром спальне. В этот самый момент , стоя у огромного зеркала, у нее отошли воды. Девушка с испугом посмотрела на прозрачную жидкость, вылившуюся на паркет, тихо позвала мужа из ванной, и через пять часов, ровно в четыре пятнадцать наступившего дня, родила здорового крепыша - сероглазого мальчика. С тех самых пор восьмое марта стал самым лучшим днем в семье Корфов и Платоновых: день рождения Павла Владимировича Корфа теперь отмечалось с радостью и счастьем в глазах Марфы Андреевны и Анны, а взволнованный своим отцовством Владимир почти не спускал с рук так желанного сына. У Маши девочка-Александра на свет появилась ровно в срок, двенадцатого марта, и обезумевший и уже изрядно поддатый от долгожданного первенца Алекс ворвался с огромным букетом цветов и кучей коробок конфет на территорию роддома с криками: «Маша, я тебя люблю!» и требованиями впустить к жене и показать дочь, за что взбалмошного новоиспеченного папашу, нарушающего покой рожениц, арестовали и увезли в отделение, где он пробыл ночь, пока его оттуда не вытащил темноволосый понимающий всю тяжесть сложившегося положения друг. В начале апреля обоих малышей окрестили в той самой церквушке, в которой венчались Владимир и Анна около года назад: крестными родителями у Сашеньки стали Владимир и подруга Маши из Берлина, а у Павлуши – Алекс и Наташа Долгорукая. После родов Анна взяла академический отпуск, так как маленькому сыну требовалось внимание матери, но она надеялась вернуться к учебе в следующем году, когда Павлуша чуток подрастет. Но мечтам успешной студентки не суждено было осуществиться: через год Анна забеременела вторым малышом. Так на свет появилась Верочка, названная в честь матери темноволосого мужа. И сейчас семейство Корфов вновь ожидало пополнения - сына-Сергея, имя для которого предложил сам Владимир. Будущий карапуз был самым активным и капризным ребенком, поскольку вынашивающая его мама уже три раза лежала в больнице из-за ужасного токсикоза, а когда плод подрос, он практически не давал женщине спать ночами, толкаясь и ворочаясь в животе именно в это время суток. Сероглазый супруг сразу решил, что такому бунтарю нужно особое имя и особенный крестный отец, который сможет легко справляться с вздорным характером своего крестника. А что сам крестный? Сергей Писарев после венчания Анны и Владимира почти не приезжал в родной город, посвятив себя полностью медицине. Через три года он закончил интернатуру и остался в НИИ Склифосовского в неотложке. Там он был востребован как один из самых лучших врачей и сыскал уважение и почет среди коллег, не раз удостаиваясь наград и почестей за свой благородный труд. А несколько месяцев назад, как раз на празднование пятилетия Павла Корфа и Александры Романовой, которое друзья устроили в один день в загородном доме продюсера, Серж приехал с очаровательной брюнеткой-Дашей. Писарев глаз не спускал со своей невесты, а приятная во всех отношениях общительная девушка сияла в объятиях жениха. Маша и Аня искренне радовались за друга, видя в глазах врача неподдельную нежность и любовь к своей избраннице, а Алекс и Владимир шептались между собой и подшучивали над другом: - Вот и тебя, Писарь, пронзили стрелы амура. И чего ты от нас так долго скрывал свою будущую жену? - Ага, размечтались? – подыгрывал им брюнет. – Привези я Дашку раньше, кто-нибудь из вас отбил бы ее у меня еще до того, как я бы назвал имя. Да, Серж был прав. Такая девушка, как Даша, осчастливит любого, да только Владимир и Александр уже навечно отдали свои сердца матерям их детей. А будущая супруга темноволосого врача покорила сердце вчерашнего ловеласа: красивая, умная, доброжелательная и с детьми хорошо ладит. Маленькие Верочка и двухлетний Николенька так и тянулись к ней на руки. Павлуша и Сашенька наперебой щебетали о своих домашних питомцах - лабрадоре Байроне и добермане Краме. И хозяйка она прекрасная на кухне: испеченный девушкой торт на день рождение именинников ушел нарасхват детьми- сладкоежками, безалкогольный клубничный мохито пользовался популярностью у женщин, а алкогольный текила-санрайз - у мужчин. Ребятишки плакали, когда темноволосая няня-Даша покидала их, уезжая с дядей Сережей назад в Москву. Но полюбившая всей душой очаровательных наследников семейств Корфа и Романовых девушка о обещала, что скоро они увидятся вновь. И она сдержала свое обещание. Месяц назад Писарев сообщил о своей свадьбе с Дашей, и уже через несколько дней счастливые малыши обнимут свою добрую няню, а успешный врач столицы потеряет статус завидного холостяка. - Что-то подозрительно спокойно себя ведет сегодня наш Сережа, - иронично изрек Корф, поглаживая живот Ани. – Ты его усыпила своими романами? Он покосился на закрытую книгу. - Господин Корф, разве вы запамятовали, что наш смутьян активен только по ночам? – лукаво изрекла женщина. – Позови детей, и пойдем лучше в дом. Скоро приедет фотограф и нам нужно сделать семейное фото в подарок семье Писаревых. Даша очень просила. - Господи, ну у вас женщин и желания, - закатывая глаза, пробубнил муж, и, поцеловав Анну в щеку, направился к детям. - Папа. Папа, - закричали малыши и кинулись на шею мужчине, а счастливая мать улыбнулась, глядя на резвящихся с отцом Пашу и Веру. Разве Анна могла подумать несколько лет назад, что будет так довольна своей судьбой и тихим семейным счастьем! Конец.