You belong to me

***

      Громкий крик отразился от стен гаража, голубое мерцание окутало облаком фигуру девушки. Как только она материализовалась полностью, Фиона кинулась ей на шею. На лице женщины были отражены все возможные эмоции, от страха, да восторга и радости. — Саша, боже… Это ты! Ты прежняя! Как ты себя чувствуешь? — Взволнованно заворковала над сестрой Фиона, не отпуская девушку и кружа ее по обширному помещению гаража. Где-то на фоне мельтешил радостный, лыбящийся Скутер, который нервно поправлял свою кепку и подмигивал, не видящей этого, Фионе. — Что… Что случилось? — неловко пролепетала Саша, пытаясь осознать, что происходит. Сестра отстранила ее за плечи, и спросила, заглядывая в глаза: — Саша, что ты помнишь последнее? Вопрос был не совсем понятен, девушке казалось, что она просто-напросто, очнулась от долгого сна, но секунду спустя, ее рука быстро скользнула ко лбу, проверяя его на целостность. Ведь последние, что она помнила это… потасовку на заброшенной станции Атласа и пулю, которая вышибла ей мозги, не дав даже попрощаться с сестрой. — Я… Ох, Фиона! — воскликнула девушка, крепко прижимая к себе Фиону: — Как?! Как тебе удалось? Прижимая младшую сестренку к себе и ласково проводя рукой по ее волосам, она рассказывала длинную историю. Как Скутер рассказал свой секрет о том, что в его гараже, в Убежище имеется куча разного барахла, включая сломанную станцию «Новый-Вы», благодаря смекалке механика и ее находчивости, им удалось починить эту станцию и воскресить из мертвых Сашу. Девушка слушала зачарованно, иногда вставляя хвалительные словечки, особенно в сторону смутившегося Скутера. В итоге она обнимала уже и механика, и сестру, в тысячный раз, поблагодарив их за свою спасенную жизнь (жопу).

***

      Теперь все произошедшее ранее казалось сплошной ерундой. Все события последней недели проносились перед глазами, в душе он оплакивал друзей… погибших друзей. Неужто они станут стандартным воспоминанием, как и другие люди, покинувшие его? Разумеется, если он выживет. Риз не смотрел в иллюминатор капсулы, понимая, что за его пределами твориться дичь. Гелиос распадается на куски, будто он никогда и не был цельным. Тысячи обломков следовали за ним на Пандору, притягиваемые гравитацией. Корабли спасающие, нет, не людей, а жизни самых ушлых работников Гипериона, рушатся, сталкиваясь друг с другом. Некогда великий Гелиос падает в небытие, а вместе с ним и его мертвый король. Но парень не боится. Нет, сейчас это было для него не важно, сознание окутала тягучая и липкая апатия, которая обволокла разум, лишая естественного инстинкта самосохранения. Фиона и Саша бросили его. Снова. Вона он потерял уже давно, где-то там, на Пандоре. И надежда на счастливое спасение друга меркла с каждой тысячей километров приближения к поверхности планеты. Эти тревожные мысли сменялись следующими, более угнетающими. Грузчик, механический дружище, столько раз спасал его задницу, что и не сосчитать. А теперь он… мертв? Получается что так. Белоснежный скагг, Снежок, тоже остался защищать его, нападая на Крогера. Ласковый малыш, он совсем не успел пожить за свой короткий миг, что ему был дан судьбой. За эти несколько дней, Риз довольно сильно привязался к скаггенышу. Но теперь они оба лежат там… На разрушающейся станции, которая незамедлительно свалится следом за гиперионцем на пустынную землю планеты. Разве они заслужили такой участи? А люди, оставшиеся на станции? Те, которым не удалось занять шлюпку. Что будет с ними? Разобьются так же, как разобьется былое величие Гипериона? Как разобьется Джек? Стоила ли жертва тысячами, ради смерти одного? Прокручивая все эти мысли в разуме, Риз не заметил, как капсулу начало трясти из стороны в сторону, однако он почувствовал лишь сильный удар о землю, заставивший его ухватится за свое кресло. Буквально рядом с ним «приземлились» куски станции, которые чудом не пробили наружную обшивку капсулы еще в полете. Было ли это удачей? Или это судьба? Когда капсула «скользнула» по поверхности и остановилась, парню показалось, что он уже мертв. Такого опустошения, как сейчас, гиперионец не ощущал еще никогда. Наблюдая за светящимися лампочками и табло типа «пристегните ремни», парень не предпринимал, каких-либо попыток двинутся, но мерзкий повторяющийся писк аварийного выхода заставил встрепенуться и сделать неутешительный вывод о том, что спасенный до сих пор жив. Удивительно, но руки и ноги были целы. Учитывая, сколько всего ему удалось пережить, стоило подумать, что парень вовсе не неудачник, скорее наоборот, счастливчик. Кое-как выбравшись из капсулы, которая теперь была больше схожа с консервной банки, Риз остановился осматриваясь. Да, он был прав, казалось, что, даже сбежав со станции, он ее не покинул. Всюду лежали горящие обломки всего что ни наесть Гиперионского. Ковыляя, из-за повреждённого колена, по обшивке Гелиоса парень двинулся вперед, туда, откуда был слышен вой и крики человека, который должен был быть мертвым. Он остановился лишь тогда, когда услышал тихий скулеж еле живого Снежка, несмотря на повреждения гиперионец кинулся к… окровавленному скаггенышу, лежащему на плакате «Перспективы». — Малыш, — вырвалось у парня, на глазах которого начали наворачиваться горькие слезы. Он замер в нерешительности, не зная, что предпринять. Малыш перестал скулить, как только его друг присел рядом, он будто успокоился тем, что тот жив. Лизнув Риза в руку, он положил голову обратно на землю. Частое дыхание перестало быть частым, теперь его слабо-мохнатый животик поднимался разве что на третий раз. Слезы скатывались с щек на подбородок, после чего падали на пыльную землю, биологическая рука слабо провела по шее скаггеныша, после чего тот закрыл глаза и скончался. Это была одна из таких смертей, которая остается с человеком до конца. Ведь маленький друг умер практически на руках парня. Стараясь сдерживать непроизвольные всхлипы, Риз отвел взгляд в сторону. В большом, разбитом на тысячи осколков стекле он увидел свое отражение. Кто смотрел на него из этого разбитого стекла? Кто он? Куда он движется? К чему это его приведет? Убийца или же герой?

***

      Бандитский грузовик стоял возле развален некогда великого Гелиоса. Это место было кладбищем, кладбищем гиперионцев, ибо трупов было не счесть. Двое мужчин продвигались по обломкам медленно, подобно двум кошкам. — Ты примерно, представляешь, где мы? — спросил шепотом один, с опаской оглядываясь по сторонам. — Тут слишком много обломков остальной станции, но я узнаю их. Пойдем дальше — окажемся в логове психа. Обреченно вздохнув, парень сказал: — Не сомневаюсь, что именно туда мы и направимся. Вокруг них стоял отвратительный запах паленой краски, крови и технического масла. В сумерках хорошо было видно лишь из-за медленного утихающего костра на месте крушения и державшегося из последних сил тусклого освещения мертвой станции. Крупные мурашки пробежали по телу Эгзи, когда он услышал дикий и неожиданный вой скагга. — Япона мать, — выругался он, присев на корточки. Все мышцы на лице Тимоти напряглись: — Мы близко, — сообщил он, увидев бронзовую статую, прямо за ней уже виднелся разбитый экран-панорама и лежащий гиперионец. — Он жив? — спросил Эгзи обеспокоено, прикусывая нижнюю губу, тем самым выдавая свое волнение. Вместо ответа Тим попросил его подсадить, чтобы преодолеть огромную голову Джека. Не дожидаясь парня, двойник медленно двинулся в сторону лежащего на полу Риза. — Нет! Стой! Куда?! А вдруг там опасно? — громким шепотом затараторил парень, пытаясь преодолеть преграду. Однако, несмотря на возмущение со стороны, мужчина не остановился. Сколько раз он бывал в этом кабинете, прежде чем сбежать на Пандору? Раз сто? Теперь он видел в нем явные изменения. Если раньше это помещения выглядело офисом обычного начальника, то со временем оно стало логовом короля-людоеда. А что же не людоеда? Вспомнить только про дополнительный выход возле стола Джека. Бегло рассматривая кабинет на наличие потенциальной опасности, двойник заметил механическую руку, которая тоскливо свешивалась с арматуры. Данная картина не вызывала никакой надежды, что ее хозяин был все еще жив. Нервы Тимоти не выдержали, и он кинулся к лежащему на полу Ризу. Перевернув того на спину, мужчина принялся осматривать парня. Он тихо равномерно дышал. Это не могло не радовать. Однако, как было видно, потерял много крови. Тихо выругавшись про себя, двойник достал небольшой шприц с лекарством и незамедлительно ввел его в вену. Подоспевший Эгзи, спросил взволновано: — Ну как он? — Думаю, все будет хорошо. У тебя есть бинты?