Тщетная предосторожность

Ерим не знала точно, в которой аудитории сейчас находится Сехун, но она не сдавалась и продолжала поиски. Пока есть рвение, нужно это сделать, ведь иначе девушка опять слишком долго будет решаться на что-либо. Обнаружив, наконец, нужное место, она села у двери в ожидании, когда у того закончится пара. Просидев в таком положение где-то пол часа, если не больше, Ерим вскочила при первом же вышедшем из аудитории студенте. Каждый раз, когда выходил кто-то другой вместо Сехуна, часть Ерим радовалась, ведь ей было безумно страшно. Но другая часть боялась, что он может быть вообще не тут и её желание завязать серьёзный разговор так и останется только желанием. Наконец, вышел Чанёль, одарив девушку странным взглядом, он повернулся, видимо, чтобы предупредить Сехуна, но тот просто вышел и кинул взгляд на девушку. Скрыть это было невозможно - взгляд парня сразу потемнел, недавно спокойное лицо нахмурилось и парень тут же отвернулся, собираясь уйти. - Сехун, подожди! - еле выдавила из себя девушка, тут же засеменив за ним - Ты чего тут забыла? - недовольно рявкнул Чанёль - Мне нужно с ним поговорить, - нервно ответила Ерим, боясь, что Сехун так и уйдёт, оставив ту ни с чем - А ему с тобой говорить не нужно, - деловито ответил Чан - Ты что, переговорщик его, что ли? - Ерим рявкнула, начиная беситься от того, что разговаривает не с тем, с кем собиралась - Всё нормально, я тебя догоню, - Сехун, наконец, остановился и обернулся на Ерим, кивнув Чанёлю вслед, - что тебе от меня нужно? - он смотрел на неё, как на пустое место, таким злым взглядом, что девушка вжалась и опустила взгляд в пол, не выдержав давления - Я хочу поговорить... - Говори - Сехун, я, - внезапно, вся смелость исчезла, мысли перемешались, она начала мешкаться, - я хочу поговорить обо всём и закрыть эту тему - С чего ты взяла, что тема не закрыта? - парень продолжал прожигать девушку взглядом - Для меня она не закрыта... Я не могу так жить, мне до сих пор стыдно - И хорошо - Сехун, это очень тяжело, - она жалобно подняла взгляд на парня, - я знаю, ты тоже мучился... Я хочу, чтобы ты принял мои извинения - Я мучился? С чего ты взяла? - он приподнял одну бровь - Ну, Чонин мне сказал... - Ерим, - Сехун злобно усмехнулся, - что я ушёл с танцев, потому что тяжело было с ним общаться? Я, по-твоему, настолько жалок и слаб? Конечно же Чонин тебе так скажет. Ты думаешь, он нормально отреагировал, когда до него дошёл такой слух? Ты думаешь, он на тебя не злился? Угадай, кого ты ему напомнила. Свою мать, Ерим. Ты думаешь Чонину было комфортно передо мной? Это вынужденные обстоятельства, к тому же, я нашёл другое место, более удобное для меня. - Но как же... Ты был в порядке? - Ерим не верила своим ушам, и почему она сразу не поняла изначально плохо настроенного брата? Почему ей глаза открывает никто иной, как Сехун? - С чего ты решила, что я мучился? Ты мне звонила? Узнавала? У друзей моих спрашивала? На тебя мой внешний вид повлиял? Ты думаешь, что ты - пуп земли, что я до сих пор буду из-за тебя страдать? Я развлекаюсь, Ерим, у меня всё отлично. С каких пор ты стала такой глупой? Веришь всем подряд? Стала такой жалкой, нуждающейся. Ты думаешь, что я всё лето прострадал по тебе, а сейчас я мучаюсь, видя тебя в коридоре? Что за дешёвый сериал? Всё прошло, Ерим, жизнь продолжается. Я просто не хочу видеть твоё лицо, оно мне противно. Но ты-то что? С каких пор тебя волнует то, что о тебе думают окружающие? Какой-то Чондэ, которого ты всегда спокойно отшивала? Ты точно не та Ерим, которая мне нравилась. Но оно ведь и к лучшему, да? - парень слишком резко, как ножом по сердцу, растягивая неприятные слова, высказал всё, что крутилось у него на языке. - Я, - Ерим настолько задело всё сказанное парнем, что нижняя губа невольно затряслась, предвещая поток слёз, - я просто, - она снова опустила взгляд в пол, переваривая слова Сехуна, - я волновалась... - Ты просто хочешь избавиться от угрызений совести, разве нет? - он продолжал спокойно смотреть сверху на девушку, лицо даже не дёрнулось от её виноватого лица. Сехун всегда умел сохранять безэмоциональное лицо и не показывать свои чувства - Прости меня... - девушка не выдержала и собралась развернуться и уйти прочь. Её уже не волновало то, что она будет продолжать мучиться. Ей было всего-навсего обидно слышать такие слова от такого человека, и она ведь понимала прекрасно, что всё это правда. - Уф, - Сехун громко и тяжело выдохнул, закатил глаза и схватил девушку за локоть, не дав ей уйти, - постой. Ерим ничего не сказала. Она не знала, зачем он это делает. Она невольно вспомнила, как ворчала Сехуну насчёт его любви хватать её за руки и тащить куда-нибудь. А сейчас, сейчас, не смотря на обстоятельства, даже это прикосновение было таким родным и любимым, что слёзы всё же тихонько начали стекать по лицу. - Пойдём, - Сехун потянул девушку за собой по коридору, пока не заприметил пустой кабинет, завёл её туда и прикрыл за собой дверь, - садись, - он практически усадил девушку на стул - Что ты делаешь? - Ерим всё ещё боялась взглянуть на парня, поэтому тихонько подтирала слёзы рукавом от блузки и смотрела в пол на его кроссовки - Скажи всё, что ты собиралась мне сказать, я тебя выслушаю, - он сел напротив, чтобы не давить своим ростом на девушку - Я уже не хочу... - она обиженно потупилась вбок, продолжая избегать зрительного контакта - Ерим, - парень смело повернул ладошкой лицо девушки на себя, заставив её взглянуть себе в глаза, - я слушаю, - сейчас выражение лица немного смягчилось, хотя всё равно ещё пугало её - Я... - она пыталась набраться сил, смотря парню в тёмные глаза, рассматривая его осунувшееся лицо, - я хочу искренне, действительно искренне попросить прощения. Я знаю, что ты не захочешь стать моим другом, но я не могу чувствовать то, как ты меня ненавидишь. Даже если это не так, я не хочу думать о том, что ты можешь страдать. Я не могу простить себе свой поступок, но я хочу думать, что у тебя всё хорошо... - Почему тебя это так волнует? - он с любопытством разглядывал лицо девушки и меняющиеся на нём эмоции. Как он скучал по этому лицу... - Потому что ты... Ты - близкий мне человек - Я? - Ты - Ерим, - он убрал ладошку, решив, что прикосновение затянулось, - всё хорошо. Можешь не беспокоиться обо мне. А о ребятах я позабочусь. Я совсем не собирался никому рассказывать, но так случилось, что узнал Чанёль, а узнал Чанёль - узнали все. И они почему-то решили, что меня надо поддерживать таким способом, хотя я совершенно не просил об этом, - честно признался Сехун, - Ерим, я простил тебя... Я рад, что у тебя с ним всё хорошо, - он постарался убедительно посмотреть ей в глаза, но почему-то Ерим не поверила именно этому предложению - Хорошо... - она снова опустила взгляд, - спасибо, - она снова подтёрла слезинку, собравшись встать со стула, - спасибо, Сехун - Тебе легче? - Да, мне легче, - хотя, это было не совсем так, но Ерим не могла дать другого ответа - И правда, что с тобой случилось? - Сехун тоже встал со стула, с интересом оглядев девушку, - ты стала слишком ранимой - Кажется, теперь мне тяжело вернуться и стать прежней, - она безжизненно пожала плечами, подкусив нижнюю губу - Тебе не идёт. Прекращай пускать нюни и стань той Ерим, за которой я бегал пару месяцев, чтобы просто напросто добиться её внимания, - он засунул руки в карманы и подошёл к двери, - плевать на мнение остальных - Почему тебя это волнует? - внезапно спросила Ерим, перед тем, как Сехун почти ушёл - Не знаю. А почему тебя волнует моя жизнь? - вопросом на вопрос ответил Се, и, взглянув напоследок ей в глаза, ушёл. - Потому что ты мне очень дорог... - ответила сама себе Ерим. Значит ли это то, что она ему тоже дорога? Почему он сначала так нагрубил ей, а потом выслушал и постарался облегчить страдания? Почему она не верит тому, что он рад, что у неё якобы всё хорошо? Что с ней не так и почему она так мешкается? Почему за этот несчастный год все проблемы сводятся к парню и из-за этого столько мучений? - Как было хорошо, когда я была одна и каждый день отшивала Чондэ. Золотые времена, - Ерим вздохнула и направилась на выход. Всю дорогу домой было слишком много неопределённых мыслей. И всё равно разговор с Сехуном ей не помог, всё равно она чувствовала незавершенность.