Алан Уэйк: Долгий путь домой

      Я выскочил из домика, уже не заботясь о тишине и сохранении сна и покоя вожатой, и побежал на крики. Мой меч востёр, бойтесь, Бармаглот да Брандашмыг. "Ну ты прям Скайуокер, Алан." Заткнись, тёмный. Не сбивай с боевого настроя. А то нам обоим несдобровать. "Молчу, молчу... херой." Я нахмурился. Внутренний голос моего тёмного попутчика уже обрёл самостоятельность и сам формулировал мысли в моей голове. Впрочем, решаем проблемы по мере их поступления. Ночной воздух слегка охладил голую грудь под плащом, но рана, на удивление, вообще не беспокоила. Видимо, сказывается всплеск адреналина, и скоро я пожалею о своём бешеном беге. Желтоватого света от лезвия клинка вполне хватало, чтобы не расшибиться на бегу о какой-нибудь коварный камень.       Уже подбегая к месту событий, я понял, что не успеваю. Её фонарь валялся разбитым неподалёку, а две тени кружили вокруг девушки. И как назло, поблизости ни одного источника света, где она могла бы укрыться. Девица продержалась лишь благодаря тому, что отчаянно отбивалась каким-то громоздким предметом, одновременно используя его как щит. Но рано или поздно её везение подойдёт к концу. Словно прочитав мои мысли, жестокое провидение злорадно усмехнулось, и девушка, завизжав, потеряла равновесие и рухнула на землю. Уже подбегая, я, словно в замедленной съёмке, видел, как когтистые, пульсирующие клубящейся дымчатой тьмой лапы тянутся к её лицу, ощущал бешеное биение своего сердца и сопротивление воздуха, буквально режущего по лицу, пока я отчаянно старался успеть... Однако порою провидение бывает милосердным: хрупкая девичья фигурка, издав леденящий кровь вопль, не посрамивший бы самого царя Леонида, выскочила из ближайших кустов, размахивая фонариком, и тени недовольно заворчали, отступая. Отступали они прямо на меня. Вжик! Щщщщихххх... Два коротких взмаха, и отвратительные создания с визгом исчезли, растворяясь, словно кляксы под промокашкой. Отдуваясь и морщась от боли в боку, я подошёл к двум сидящим на земле силуэтам. Так, кто тут у нас... Алиса в полушоковом состоянии, мелко дрожащая и икающая от пережитого, чья гитара-щит изрядно пострадала, и её спасительница Лена, сидящая подле подруги с влажными от слёз глазами. Алиса, по-моему, даже не заметила моего присутствия, а Лена лишь тихонько кивнула в мою сторону. "Ай, молодца. Герой! Памятник тебе нерукотворный надо ставить!..." Заткнись...       Лена поёжилась, словно под ледяным арктическим ветром, и приобняла Алису. Та уставилась на неё широко открытыми глазами:       - С-с-спасибо...       Леночка слабо улыбнулась и проронила тихим, но хорошо различимым шёпотом:       - Знаешь, как это было бы легко?       - Лена, ч-ч-что...       - Я почти с самого начала сидела там, в кустах. Наблюдала. Мне и делать-то ничегошеньки не надо было. И лгать бы потом почти не пришлось. Просто надо было обождать пару секунд. А потом мы бы вместе рыдали о тебе. "Прости, Семён, я пыталась, правда пыталась... Но я не успела..." И я у него на руках, он плачет и обнимает меня, и он постепенно забывает о тебе... У него ведь осталась я.       Лицо Алисы приняло свекольный оттенок, сейчас она даже казалась блондинкой. Кулаки Двачевской сжались, и я невольно дёрнулся по направлению к девушкам, готовый разнять приближающуюся драку. Однако, подоспев, стоял я отнюдь не над сцепившимися в кошачьей схватке пионерками, а над двумя подругами, которые, крепко обнявшись, в голос рыдали друг у друга на плече. О, женщины... Странные, странные создания.

***

      - Алиса! - тяжело дыша, к нам подбегал Семён собственной персоной. "Явился - не запылился!" - поспешило вставить моё тёмное альтер-эго. Мельком бросив опасливый взгляд на меня, странного мужика с безумным мечом, он обеспокоенно склонился над своей визави. Лена покраснела от смущения и поспешно поднялась, встав рядом со мной. Алиса угрюмо посмотрела на протянутую Семёном руку, отпихнула её, крякнула от напряжения и каким-то неведомым образом сама поднялась на дрожащих от пережитого ногах, опершись на гитару, как на экзотическую трость. Двачевская смерила незадачливого кавалера таким взором, что, если бы можно было убить взглядом, Семён был бы уже хладен и бездыханен:       - Т-ты где шлялся, гад?...       - Алиса, ты чего? Я был у Мику. Есть захотелось. А у неё как раз японская лапша. Вкусная очень. Вот...       "О. Боже. Мой. Сказать девушке, только что чудом избегшей леденящего дыхания смерти, о том, что ты проводил время с другой... Звание "Тормоз Года" он явно застолбил," - вот в этом я был полностью согласен с моим ехидным внутренним вторым "я".       - Алиса... Т-ты чего... Убери гитару!       - А сейчас увидишь "чего", Сенечка...       Бедолага Сёма улепётывал от впавшей в ритуальную ярость ДваЧе, у которой внезапно пропал весь тремор в ногах и появились силёнки занести покоцанный инструмент над головой. "Очень подошла бы мелодия из Бенни Хилла, как считаешь, Алан?"

***

      - Алан, может, вернуть их? - несмело подёргала меня за рукав плаща Лена. - Вдруг... "эти" ещё раз нападут?       Я закрыл глаза и принялся сканировать территорию лагеря. Минуточку. Что я принялся? "Сканировать территорию. Не тормози, как некоторые. Мой небольшой тебе подарочек. Ты можешь ощущать их присутствие." После сего краткого внутреннего диалога, я закончил "скан" и открыл глаза. Ничего. Видимо, у теней стайные инстинкты, они держатся леса, а эти двое были своего рода разведчиками. Хмм... Впрочем, это всё одни лишь догадки. А мне нужны ответы. И я знаю, кто может мне их дать. Утром я пойду в лес. А сейчас...       - Нет, всё в порядке. Мы в безопасности. Пошли, Лена, провожу тебя к домику.       "Сниму с тебя трусики и утешу твоё бедное разбитое сердечко добротным перепихоном," - пропел мне в ухо мой доппельгангер. Я был рад, что в предутренних сумерках не видно моего красного, полного смущения и ярости лица.

***

      Я развалился на шезлонге возле Олиного домика, вдыхая терпкий запах сирени и поглаживая лежавший на коленях меч. Светало. Хливкие шорьки... Впрочем, это из другой оперы. Я задумался над последними словами Скретча. "Ты петляешь в петле Семёна." Что за бред. Я прислушался. Внутренний голос в этот раз, как ни удивительно, был нем, как рыба. Видать, Скретч хочет, чтобы я сам разгадал эту загадку. Что же мне, бедолаге, делать? Известно, что. При первых признаках затруднений иди в бар или библиотеку. Бар отменяется. Так что выбор невелик.