Хроники отдела ПИЦ. Пираты

Маленький грузовичок двигался по грунтовке в сторону порта Салю. Бокор был оставлен местным почитателям культа вуду, а договоренность об «излечении» лавочника была достигнута. Гарри должен был его привезти на следующий день и оставить на неделю для проведения ритуалов, после чего ему вернут коробочку с частью души зомбированного юноши и, возможно, еще живого мага. Гермиона плакала всю дорогу, да и предыдущую ночь тоже. Она хлюпала красным распухшим носом и в сотый раз задавала одни и те же вопросы: — Как он мог? Гарри его так любит! Он же умрет от боли! А ведь я поверила, что он тоже любит. Не показывал никому, но в глазах такая нежность была… Ну Драко! Давай не будем рассказывать! Пусть Гарри думает, что он умер!!! — Мы уже обсуждали это. Он имеет право знать. Поттер сильный! Вон скольких похоронил, скольких победил, и Снейпа переживет. Не реви, а то наш босс подумает, что мы всех зомбаков увидели и каждого оплакали. Было не смешно. В номере Поттера Грейнджер не удержалась и с порога бросилась в объятия друга. Она всхлипывала, говорила урывками, повторяла слова и вытирала слезы о рубашку Гарри. — Он нечаянно… мы нечаянно. Там женщина, а он ее… Лучше бы умер, гад сальноволосый! Гарри, прости-и-и-и. — Так, стоп! За что «прости»? Кто он? Сальноволосый… Гарри посмотрел на Драко. В его глазах отражался целый калейдоскоп эмоций: неверие, надежда, дикая надежда, радость и, наконец, жуткое счастье. Он держал подругу за плечи и смотрел на Малфоя, как щенок, к которому вернулся хозяин. У Драко ком застрял в горле. Что он должен сказать? «Да, хозяин вернулся, но не к тебе»? «Он жив, здоров, и безумно рад жить без нас»? «Он — натурал, и поиздевался над тобой, над нами, над жизнью…» Решительно подойдя к бывшему врагу и настоящему другу, Драко отстранил Гермиону. — Гарри, мы видели Снейпа. Глядя на счастливое до неприличия лицо, Малфой проглотил комок, собрал в кучу болезненно мечущуюся душу, взял Поттера за плечи, предотвращая его движение в сторону двери, и, четко проговаривая слова, разбил ему сердце: — Он жив, здоров и счастлив. Похоже, ходит под парусом, трахает баб, смеется, бухает и передает всем привет, в особенности — тебе. Непонимание. Смущение. Отрицание. Гарри бросил внимательный взгляд на рыдающую Гермиону, заглянул в серьезные глаза друга. Осознание. Недоверие. Злость. Невербальное проникновение в память. Боль. Надежда… Крах. Пальцы в волосах. Ноги не держали. Поттер опустился на пол, устремив взгляд в никуда. — Мы никогда не знали Северуса Снейпа. Я никогда не знал Северуса Снейпа… Но, похоже, ему хорошо. *** Он не плакал, не истерил, не грустил. Вел себя как обычно — вменяемо, здраво. Участвовал в разговорах за обедом, вечером приглашал друзей на прогулку, улыбался, шутил. На удивленные взгляды и намеки не реагировал. Лишь один раз обмолвился: — Кто я такой, чтобы мешать его счастью… Он другой: спокойный, степенный, настоящий начальник. Без мальчишеской ухмылки и сумасбродства, без искорки в когда-то ярко-зеленых, а теперь тоскливого болотного цвета глазах. Отправил подчиненных в Лондон в помощь отделу, на который свалилось очередное посещение Японского монарха. Убедил всех в своей полной вменяемости. Погрузил мага в стазис и повез его местным бокорам. Он доехал до Шанталь, сдал мстителя и отправился в порт Торбек. Зачем, почему, и что он собрался делать? Убедиться. Потому что больно. Посмотреть в глаза. *** Домашний ресторанчик на берегу моря был полон посетителей, и только маленький приставной столик на одного был свободен. Его и занял очень серьезный молодой человек. Гарри заказал кружку местного пива, стал вглядываться в лица моряков, шумно распивающих спиртные напитки, и, кажется, отмечающих завтрашний уход в море. В одно мгновение он перестал дышать. Из дверей вывалился высокий брюнет с двумя дамами на плечах. Они повизгивали, стуча кулачками по его спине, на что тот с явным удовольствием шлепал их по оголившимся попкам. Усевшись за стол и опустив «леди» себе на колени, Снейп поднял голову и поймал пристальный взгляд. Глаза сломленного человека, полные боли и разочарования. Даже у незнакомца защемило бы сердце от такого взгляда. Северус извинился перед дамами, поцеловал обеих в шейки и подошел к столику Поттера, не отрываясь от созерцания умирающей души. Придвинув стул спинкой к столу и перекинув через сиденье длинную ногу, Снейп оседлал его. Не отводя взгляда от лица бывшего любимого, слегка наклонил голову, словно большая хищная птица. Голос был хриплый и раскатистый: — Здравствуй, Гарри. Как ты? Поттер с жадностью смотрел на любимые губы и нос, посветлевшие темно-карие глаза — казалось, они, как и кончики длинных ресниц, выгорели на солнце. Поттер прочистил горло и с трудом разомкнул ссохшиеся губы, проводя языком между ними. Снейп с жадностью проследил за этим движением. — Я скучал, а ты? — Есть немного. Пойдем? Поттер просто кивнул, не веря, что Северус с вожделением смотрит на него. Он поднялся и на негнущихся ногах направился за ним вглубь дома. За кухней в конце узкого темного коридора была приоткрыта дверь, за которой оказалась небольшая комната с единственным предметом мебели — кроватью. Простыни были скомканы, свидетельствуя, чем здесь недавно занимались. Но Поттеру не дали подумать. Как только дверь закрылась, Снейп развернулся и прижал Гарри к стене, завладевая его губами и языком, стирая все мысли и запреты, убирая одежду и границы, сдирая кожу с сердца и возвращая возможность дышать. Такого Снейпа он не знал! Берущего, наслаждающегося, растягивающего удовольствие. Не дающего ничего взамен, но Гарри этого было и не надо. От ощущения, что его любимому хорошо, Гарри сам ловил кайф, отдаваясь жестким ласкам полностью, без остатка. Отвыкнув от секса за дни разлуки, он не ожидал, что Северус не позаботится о растяжке, и первое проникновение стало таким болезненным. Стерпев все, Гарри расслабился и постарался подстроиться под партнера. Снейп вбивался в него, стонал и рычал, полностью отдаваясь нахлынувшим эмоциям. Обильно кончив, он откатился в сторону. Увидев возбужденный член, Северус обхватил его и начал рвано водить рукой. Гарри смотрел на любимого, а тот лежал на спине, закрыв одной рукой глаза, а второй доводя его до развязки. Это могло обидеть, но не сейчас, когда такой желанный и любимый человек наконец рядом. Гарри кончил, залив семенем свой живот и руку Северуса. Тот улыбнулся, как-то брезгливо вытер пальцы о простыню и посмотрел на Поттера. Как ни странно, он был почти одет, но заметил это Гарри, только когда услышал звук застегивающейся ширинки. Снейп встал, одернул рубашку, прикрывая тату в виде красного мака на левом боку, поправил волосы у зеркала и посмотрел на смущенного, ничего не понимающего Поттера, сидящего на кровати, подтянув ноги к груди. — Не смотри на меня так, Гарри. Тебе было хорошо со мной, мы столько пережили вместе. Но это не было жизнью! Вот зачем ты меня нашел? — Я тебя люблю. — Брось, это все слова. Любить одного человека невозможно. Этого слишком мало. Можно любить море, солнце, океан, всех вокруг. У тебя просто глупая привязанность. Избавься, живи, люби Вселенную! Снейп раскинул руки и расхохотался. Это было так непохоже на него… прежнего. — А ты избавился? — А я и не привязывался. С тобой было хорошо, малыш. Но все хорошее когда-нибудь заканчивается и наступает еще лучшее. Прощай, Инти! Не обижайся. А меня уже ждет мой «Атум». Снейп аппарировал сразу из коридора и не услышал дикого воя раненой белухи, что раздался эхом над пустынным пляжем, ознаменовав еще одно разбитое сердце…