На кладбище

На кладбище тихо, чуть слышно шумят провода. Машины увозят людей в предполуденный город, Ревут в тишине раскаленной дороги моторы, В ответ на другом берегу им стучат поезда. Я здесь не была, я не ездила в эти места. Металась в сомненьях, а стоят усилий могилы? Но я не жалею, а здесь даже вроде бы мило. Сажусь на скамейку, от долгой дороги устав. И солнце с бескрайнего неба слепит мне глаза. И памятник белый сравнительно теплый на ощупь. Ещё бы деревья, работать в тени всё же проще, А мне виноградная машет листвою лоза. Мистически тихо, и нет ни людей, ни следов. Ворота прочны, будто здесь меж мирами граница. Надёжный и крепкий барьер, не пройти, не пробиться, Блестит филигранною ковкой чугунных цветов. Я вижу могилы. Их сотни, когда-то живых. Их память давно под землей и покрылась травою. Раз в год посещаемы близких почетным конвоем, Что утро спустя (в большинстве) забывают о них. Я чувствую прошлое в толще тяжелой земли. Я чувствую смерть и печаль за ближайшей оградой. Здесь боль от утраты и черствых наследников радость, Здесь слёзы в букетах, которые мёртвым несли. Убрать и уйти - это всё, что сегодня могу. Уход за любимыми после ухода любимых, Отдача заслуженных почестей, пусть и незримых Для тех, перед кем отдающие были в долгу. Закончив дела, я отправлюсь обратно домой. Предчувствую давку в автобусе, пьяные лица. И грусть позабудется: здесь хоть к дверям бы пробиться, Не будучи в давке размазанной насмерть самой. Ворота чугунные, дым от далёких костров. Замешкавшись только на миг, прохожу я под ними. Усните, трава и могилы, я снова с живыми, И с траурным звоном закрылась граница миров.