20 лет спустя.

Блииииин! Так, что делать? — Эрика, нам надо уходить! Я очнулась, взяла сестру за руку, и мы побежали по длинным темным коридорам дворца. Я периодически поглядываю на окна: Аль-Муалим ведет диалог с главой тамплиеров. Мы пришли на вершину башни. Вершина представляет из себя открытую площадку. На каждом выступе стоит ассасин. — Узри же нашу силу! — и тут все прыгнули вниз. Я подбежала к выступу. Там сено. Слава Богу, они просто совершали «Прыжки веры». Я вижу, что среди прыгнувших был и Альтаир. Он увидел нас. — Прыгайте! — сказал ассасин еле слышно, однако мы его поняли. Стоп, что?! Прыгать?! Нет уж! Вдруг Марьяна спрыгнула с выступа в сено. Ассасин помог ей подняться, потом поманил меня. — Нет! — сказала я. — Эрика! Тамплиеры могут прорваться! Прыгай. Я, удерживаясь руками за колонны, вышла на уступ. Эх, была не была! Я подалась вперед и прыгнула. Секунды через две уже в сене. Альтаир вытащил меня оттуда. Только сейчас я жалею, что не надела капюшон. Теперь мои волосы в сене! — Куда теперь? — спрашивает Марьяна. — Туда, — и ассасин показывает на деревянное сооружение, находящееся на другой стороне, а чтобы попасть на другую сторону, надо пройти по какой-то хлипкой веревке. Альтаир просто пробежал по ней. Че за… Но тут Марьяна сама пробежала по канату. Точно, я выродок. Моя маленькая 7-летняя сестра спокойно пробежала по канату, а внизу горная река! Даже не струсила! — Эрика, давай, — поманила меня сестра. — НЕТ!!! Сначала вы заставили меня спрыгнуть с башни, а теперь пробежаться по хлипкому канату! Ну уж нет! — я чуть ли не кричу. — У меня нет времени терпеть твою непреклонность. Я должен остановить тамплиеров, — ассасин взобрался по скале наверх и скрылся в кустах. Я же продолжаю стоять на склоне. — Эрика, прыгай! — приказала сестра, учитывая то, что расстояние между нами — метра 2-3, не меньше. — Ты что, издеваешься? — Я тебя поймаю! — и тут мне захотелось заржать. Как маленький 7-летний человечек 25-и килограмм вытащит 17-летнюю дылду 55-и килограмм? — Очень остроумно! — Эрика, ну… просто прыгни на деревянные крепления! На веревке была пара таких дощечек. Так, ладно. Они находятся на близком расстоянии друг от друга. Я, держась за веревку всем, чем только можно, мееедленно ползу. Так, главное, не смотреть вниз, не смотреть вниз! Наконец, я добралась до другой стороны. Руки трясутся. Со скалой мы справились быстро: Мелкая залезла наверх и пустила веревку, ну, а я по ней. Наконец, мы увидели, что задумали ассасины: В этом деревянном здании находятся бревна. Альтаир сломает ворота, и капут тамплиерам. Сами решили выждать. Наконец, Альтаир залез наверх, и бревна разбили тамплиеров. Час спустя. Мы уже все расчистили, убрали бревна, трупы. От мертвечины меня подташнивало, но не от непривычки. Нет, мне часто приходилось видеть смерть: Часто на наш дом были нападения. После всего этого всех собрали во дворе крепости. Аль-Муалим говорит по-сирийски, поэтому я попросила одного ассасина перевести. — Альтаир, ты всю эту кашу заварил, но ты и расхлебал. За последнее могу поблагодарить, но за первое должен наказать. Ты привел тамплиеров в нашу крепость. Я что говорил? Никого не убивать! Не нападать без приказа! Но ты ослушался! — Учитель… — Не надо слов, — прервал мужчина, — Ты забыл законы нашего кредо. Что ж, я напомню: Первое правило — никогда не убивать мирных жителей. Второе — действовать скрытно, как подобает настоящему ассасину. И третье, самое главное правило — НИКОГДА не подставлять свое братство. Сегодня ты нарушил все правила… — Учитель, позвольте объяснить! — Ты ничего не можешь объяснить, Альтаир. Единственное, что я могу сделать для тебя, так это изгнать. — Нет, я исправлюсь. Дайте мне еще один шанс. — Прости, Альтаир, — и тут «деду» всадили кинжал в живот. ЧТО?! Он мертв? Как? Все расходятся, как будто ничего не было вовсе. Марьяне я закрыла глаза. Во дворе остались только мы с ней. Мы поднялись на площадку к Аль-Муалиму. Тело Альтаира куда-то унесли. — Мертв? — спросила я.        — Не ведаю. Альтаир очень упрям, как осел. Это же сказывается и на его жизни. Наверняка жив. — Но ведь вы говорили, что изгоняете его. Он уйдет, если жив? — спросила я с глазами, полными любопытства. — Нет, он останется, однако в звании я его понижу. До новобранца… А теперь я хочу спросить ВАС кое о чем. Прошу, — и мы пошли в замок. Полчаса спустя. — Значит, вы из следующего тысячелетия? Как вы сказали? 2032-й? — Да. Да, мы признались. Я не могу так открыто врать людям, тем более Аль-Муалим человек старый и столько ассасинов вырастил, что научился распознавать ложь. Умолчала лишь о том, что наши родители ассасины. Скажем об этом лишь Альтаиру, да и не только об этом… — И вы — внучки Альтаира? — Оui (Да). — Сами вы кто? — Школьницы. Я, — указываю на себя, — в двенадцатом классе, а Марьяна в третьем. — Так, ладно. На сколько вы тут? — Понятия не имеем… — Вы здесь не выживете. Вечно скрываться… Вы должны уметь постоять за себя, должны уметь преодолевать препятствия… С завтрашнего дня начнем тренировки, а пока можете погулять по Масиафу или отдохнуть… — А… — Ему уже немного лучше. Я ничего серьезного не сделал. Так что не волнуйтесь за него. Может, к концу дня очнется… — Но такие раны быстро не заживают! Как бы вы не старались. — Я же сказал что он ОЧНЕТСЯ, а не ВЕРНЕТСЯ В СТРОЙ. — Хорошо, так, мы пойдем, прогуляемся? — Как вам угодно. Мы вышли из замка. Марьяна что-то говорит, но я не слушаю ее. Надо учить ее языкам, да и самой начинать учить сирийский. Завтра начнутся тренировки. Серьезные тренировки. Раньше я никогда на них не ходила, но теперь — это необходимо, иначе меня просто прикончат. Марьяне хорошо: Она хотя бы что-то умеет. Сейчас мы гуляем по рынку: Куча разнообразных вкусностей и товаров. Потом мы пошли к воротам. Сейчас они закрыты. Видимо, для спокойствия. — Эрика, а когда мы вернемся домой? — спрашивает сестра. — Не знаю, Марьяна. Мы должны обучиться… — У Альтаира? — И не только. Я не знаю, у кого еще… — Наверняка у Эцио Аудиторе, Коннора Кенуэя и Эдварда Кенуэя. — А ты откуда знаешь? — Я в отличии от некоторых, интересуюсь историей нашей семьи. Мы молча дошли до замка. Марьянка побежала к себе, а я к себе. На улице уже вечереет. Я снимаю костюм и залезаю под плед. Утром. Я распахнула глаза: Солнце давно взошло. Я подхожу к чаше, ополаскиваю лицо, потом одеваю костюм и выхожу из комнаты. Сегодня тяжелый день. Марьянка мирно посапывает. Я щекочу ее за пятку. — Эрика, ну хватит. — Вставай. У нас тяжелый день. Мелкая вскочила с кровати, оделась, умылась, причесалась. Мы вышли из комнаты и направились на тренировочную площадку. Совсем недавно я обратила внимание, что у каждого ассасина отсутствует безымянный палец на левой руке. Интересно, для чего? На тренировочной площадке нас ждали Аль-Муалим и брат Альтаира по оружию — Аббас. — Добро пожаловать в сердце Масиафа — тренировочную площадку, — говорит Аль-Муалим, — Здесь вы обучитесь хотя бы начальным навыкам защиты. Ну что же, начнем с простого — с рукопашного боя. Аббас вам поможет, — и ушел. — Вы хоть что-нибудь умеете? — спрашивает ассасин. — Я нет, а сестра может шею свернуть. И тут глаза Аббаса расширились (Даже не удивляюсь). Сам он приказал мне встать в стойку. Ассасин начал дубасить меня, но я защищаюсь. Мелкой он выдал дубинку и поручил избивать манекена. К сестренке подошел другой ассасин. — Она не понимает по-французски, — сказала я. — Pourquoi (Почему)? — Она только учится. Какие в 7 лет языки? Она только английский знает. Мда, надо начинать учить ее языкам… Аббас остановил меня и начал объяснять. — Для того, чтобы нанести удар, мало размахивать руками и ногами. Ты должна знать, когда и с какой силой бить… — И куда… — Да. Попробуй на манекене, — и указал на кучу мешков с сеном, обвязанных веревкой, — Помни, что руки должны быть сжаты в кулаки, и направляй всю силу в руки. И замахивайся не слишком сильно, а то тебя могут оглушить. Я направилась к манекену. Так, руки сжаты в кулаки, сильно не размахиваться, все отдать в руки. Весь день мы проторчали на тренировочной площадке. Аббас уложил меня с одной левой, а когда я бегала… В итоге у меня шрам на губе (Прям как у отца и Альтаира). Офигеть блин! Но за день я научилась перепрыгивать через небольшие заборы и ограждения. Марьянка научилась держать в руках дубинку, блокировать удары и залезать на стены (Пока максимум на 2 метра. Черт, зависть — страшное чувство). Только мы зашли в замок, как нам сообщили, что Альтаир очнулся.