20 лет спустя.

2 года назад.        Хорошо, что Айбегел ушла, родители на работе с чем-то там разбираются, а значит можно порыться в ее комнате. Я знаю, что это неправильно, но с ней что-то происходит, что-то плохое.        Господи, сколько же у нее хлама: Духи, куча оберток от конфет, ее красная краска для волос (Она панк. Я против ее цвета волос не имею претензий, так как сама хочу перекрасить волосы), ватные тампоны, презе… Презервативы? И хранить их в тумбочке? Мда, сестренка, я уже ничему не удивляюсь. Зная, какие безбашенные у нас предки, которые раз в месяц проводят проверку наших комнат (Самое интересное, зачем проверять комнату Марьяны? Ей семи то еще нет!)        В книгах ничего не припрятано, в полках тоже. Может, где-то в столе? Или в компьютере?        Я включаю компьютер… Ну естественно, пароль! Что она может поставить на пароль? Думай, Эрика! Наверняка не связанное с ее субкультурой (Не любит Айбигел стереотипы). Значит, с чем-то личным. И я предполагаю, что пароль относится к ее любимой книге о или герое. И мне кажется, даже не книге, а сказке.        Какая сказка у нее в почете? .. Русалочка! Точно!        Не подходит? Может, что-то другое? Ариэль? .. Фиг там! АААА!        — Элика? Что ты делаешь? — Марьяна стоит в дверях, держа мишку в руке. Какого черта?! Она же спать должна!        — Солнышко, ты почему не в кровати?        — Мне не спится. А почему ты в комнате Айбигел?        — Марьяна, просто… Айбигел попросила меня кое-что ей найти… Иди спать, сестричка.        — Нет! Я плекласно знаю, что вы не ладите длуг с длугом! Ты хочешь что-то…        — Марьяна, — серьезно говорю я, — Тебя это не должно волновать.        — Почему? Она тоже моя сестла! — Господи, когда же она научится выговаривать букву «Р»?        — Хорошо! Если ты хочешь знать… Айбигел во что-то ввязалась, и я хочу выяснить, во что! .. Ее неадекватное поведение, расширенные зрачки, мне кажется, она продолжает употреблять наркотики.        — Но ведь… Папа и мама влоде клали ее в…        — Это не помогло… Мне кажется, что она вляпалась во что более серьезное.        — Так ласскажи лодителям! Они ей помогут!        — Да я даже не знаю, что ей угрожает! .. Так, лучше скажи, знаешь ли ты ее пароль?        Сестра обвела глазами комнату и кивнула:        — Она мне показывала. Палоль: «Селин Дион»        Селин Дион! Точно! Селин Дион — любимая певица мамы! Я мигом подбежала к компьютеру и ввела пароль. Меня встречает ее фотография на рабочем столе. Она с сигаретой в зубах показывает «фак». Так, что тут у нас? Мелкая села ко мне на колени и смотрит на монитор.        Я открыла ее профиль на «Facebook». На ее фотографии с концертов и прогулок я внимание не обращаю. 1 сообщение. Я открываю. Это ее подруга. Я с ней я не знакома, так как никогда не видела.        А: Сегодня иду к вам на вечеринку. Сколько притащить с собой травки?        С: Нисколько, там все будет… Я заеду за тобой в 10.        Уже 11. Она уехала. ЧЕРТ! И что делать?! Придется ждать.        — Элика, ну что?        — Марьяна, утро вечера мудреней. Пойдем, я уложу тебя спать.        Я несу мелкую в постель, укрываю ее. Та быстренько засыпает, а я пошла вниз в гостиную ждать сестру. Заварив себе чай, я уселась смотреть сериал.        2 часа ночи.        Я слышу, как открылась входная дверь. Ну все, ты сейчас получишь!        Айбигел хоть и моя сестра-близнец, однако мы полные противоположности (По крайней мере, если бы кое-кто не перекрасил волосы в огненно-красный и не сделал себе огромные тоннели в ушах, не проколол язык, бровь, нос и губу, то тогда мы были бы близняшками). Боже мой… Её мини юбка изорвана, чулки тоже, латексный топ грязный, а каблук на ее левой туфле сломался. Но больше всего меня поразило ее лицо. Заплаканное, замученное… А зрачки расширены.        — Че уставилась?! Дай пройти! — и оттолкнула меня и отправилась в столовую. В ее голосе чувствуется боль. Что произошло?        — Ты опять шлялась со своими друзьями? Ты же знаешь, что мама…        — Мама волнуется?! Я тебя умоляю! Предки так заняты своим братством, что до нас дела нет… — и достает из бара бутылку мартини.        — Э! Ты чего?! Тебе всего 16!        — Слышишь, паинька, ебало завали! И че ты мне права качаешь? Я тебя старше!        На 3 минуты… Что произошло? Ну, кроме того, что ты снова куришь марихуану…        — Иди на хуй, сестренка! — и отхлебывает из горла, — Понятно? Мы друг друга ненавидим.        — Может быть, но мы СЕСТРЫ!        — Ага! Я живу как хочу, а ты слушаешься взрослых, хотя сама та еще оторва!        — Каким местом я оторва?        — Ну не я 2 недели назад пошла на вечеринку к своей… как там твою подругу зовут? Такейя вроде (Такейя — еще одна моя подруга. Она старше нас с Ланой на год. Такейя — афроамериканка, но она не из гетто)? Ну афроамериканочка! И не я там устроила танцы в нижнем белье на пьяную голову, а потом без него…        — ЧТО?! Не было такого! Ну, то есть, я танцевала, но… —, а сестра сидит, лыбится, берет сигарету, поджигает ее и начинает затягиваться. Я взяла сигареты и выбросила их.        — Ты че, обалдела?!        — Прекрати курить табак и траву! Вредно для здоровья.        — Слышь, врач, заткнись! Лучше бы сама сигаретку то взяла, да и подымили бы вместе.        — Вообще то я не курю.        — Ага… Я видела, как ты дымила в вашей «курилке», да и в рюкзаке я сигареты у тебя нашла.        — Я попробовала, и мне не понравилось.        — Ну да, я заметила, как ты кашляла. Ничего, понравится.        — Подруга мне отдала, а забрать забыла. Я ей сегодня вернула.        — Кстати о подруге… Так как там ее зовут?        -Ну тебе то откуда знать? Тебя то из школы выгнали!        — 2 дня назад! Всего лишь 2 дня назад!        — Да ты и так туда не ходила, даже не смотря на то, что папа тебя за руку приводил в кабинет! Каким образом ты сбегала?        — У меня охеренные кореша…        — Лучше скажи, что произошло то?        — Да тебе то что? Ну, выпили…        — И ты продолжаешь пить…        Сестра показала мне «фак» и продолжила курить.        — Да подралась я!!!        — С КЕМ?!        — Да с ебнутым каким-то дегенератом. Полез ко мне под юбку, ну и моя гордость не позволила ему…        — И мамины уроки самообороны.        — Ну и это тоже… Ну, лещ за лещом, вот и подрались. Тебе то что?        — Я расскажу родителям. Так будет лучше для тебя.        — Только попробуй, — и сцепила мою руку, — Если ты расскажешь родителям, то я и тебя с собой приберу…        — В смысле?        — Подсуну тебе наркоту, и дело в шляпе.        — Ты думаешь, родители тебе поверят?        — Успокойся, я в состоянии их убедить… Короче, я спать. Не задерживай меня.        Месяц спустя.        Физика… Слава Богу, звонок через пару минут. Я смотрю на свою изумрудную юбку.        «… в этом и заключается закон всемирного тяготения», — что-то там говорит мистер Диккинсон. Я сижу и записываю в тетрадь, как вдруг завибрировал мой телефон. Мама. Странно, без причины родители беспокоить бы не стали.        — Можно выйти?        — Мисс Майлс, пара минут, неужели так сложно потерпеть?        — В туалет очень хочется. Не сходила утром, — и все загоготали как кони. Учитель разрешил мне выйти. Я вышла и приняла вызов.        — Эрика…        — Мам, у меня же уроки!        — Эрика, Айбигел…        — Что?        — ЭРИКА!!!!! — и мама начала реветь, — Айбигел… мертва. Ее нашли в доме своего парня. С перерезанным горлом.        И тут у меня подкосились ноги. Как?! За что?! Я побежала за мелкой. Нужно срочно ехать домой!       

***

       У меня трясутся руки. Увидев Айбигел в гробу, мама впала в истерику. Хорошо сестренку подготовили: На ней ее любимое длинное желтое платье, белые туфли, пирсинг убрали, а вот красные волосы оставили. Нас поддерживают все: Даже мистер b миссис Гастингс (Шон и Ребекка) прибыли из Англии.        Мой парень Дженсен, Такейя и Лана стоят рядом со мной. Я бледна, как смерть. Марьяна стоит рядом со мной. Она очень тихо всхлипывает.        Айбигел поимел и убил тот пацан, с которым она подралась. Он был тамплиером. Я сначала не поверила, но ведь любая организация может быть свергнута, но не уничтожена.        Здесь немного ее друзей, но они есть. Дреды свои они не убрали, однако черные костюмы одели. Нас попросили сесть, чтобы начать прощание. Первыми последнее слово попросили сказать родителей. Теперь наверняка моя очередь.        — А теперь, слово об Айбигел скажет сестра-близнец умершей — Эрика.        Я встаю, вертя салфетку в руках. Я подхожу к сцене, поправляю платье. Так, контролируй эмоции!       

Мы с сестрой не были близки, однако в детстве мы были опорой друг другу. Я до сих пор помню, как мама читала нам «Русалочку», и мы вместе сидели и наслаждались этой сказкой. Я до сих пор помню, когда родилась Марьяна, мы помогали отцу ее пеленать, когда мама была занята…        Но, конечно же, год назад она стала кибер-готом. И тут наши дороги разошлись. Но мы все равно волновались друг о друге, и ее смерть… Простите, — и вытерла слезы с лица (Я плакала по-настоящему. Я не могу понять, за что ее изнасиловали, а потом перерезали горло?!), - Выбила нас всех из колеи…        Айбигел научила меня кое-чему. Настоящей дружбе. Я видела, как ее друзья защищали ее, а она защищала их… Она была принципиальна, знала себе цену. В ее круг друзей входили только лучшие…        Я всегда буду помнить тебя, дорогая моя сестренка… Покойся с миром.

       Каждый сказал свое доброе слово о сестре. В конце отец положил в гроб скрытый клинок (Родители подарили нам обеим на пятнадцатилетие. Правда, мы их положили по тумбочкам и больше не открывали…), и крышку гроба закрыли.        Похоронили Айбигел в нашем семейном склепе. Я редко навещаю ее. Столько боли, столько воспоминаний.       

***

       Она стоит передо мной в этом желтом платье, с клинком на руке. Ее красные волнистые волосы распущены, а на шее зияет рана от ножа. Она мне напоминает Мериду из «Храброго сердца», и этот образ не выходит у меня из головы… Мы неизвестно где: Какое-то белое пространство.        — Ну здравствуй, сестренка, — ее голос отдается эхом.        — Уйди! Ты мертва! — и отхожу назад.        — Неужели ты не рада видеть своего близнеца? Ах да, для тебя я была изгоем. Даже твои слова на похоронах были ложью.        — Неправда! ..        — Ты не привыкла к этому времени, ты не привыкла убивать. У тебя больше никого не осталось: Марьяна видеть тебя уже не может, родителей ты вообще не увидишь в ближайшее время, а Альтаир прибить тебя готов. Все остальные считают тебя несерьезной и сумасшедшей. Думаешь, ты симпатична Аарону? Он втирается к тебе в доверие. Он знает, что ты с Альтаиром. Через тебя он хочет выйти на него, а когда выйдет, убьет вас всех. Ну и наконец я: Мы с тобой вообще на дух друг друга не переносили.        — Прости меня! Если бы я могла вернуть все назад…        — Ты ничего не можешь вернуть назад. Ты должна идти вперед.        — На что ты намекаешь?        И тут Айбигел вытянула руки вперед, и появился скрытый клинок. Сестра бросила его мне. Я одеваю его на руку и выдвигаю лезвие. На лезвии выгравировано мое имя, а на наруче знак ассасина.        — Твой клинок…        — Зачем? Зачем ты мне его дала?        — Господи, сестренка, 2 года прошло, а мозгов так у тебя и нет… Тебе необходим клинок. Ты не выживешь без него! И тем более, ты должна будешь показать его Альтаиру.        — Зачем?        — Узнаешь… Запомни, ты должна убить Аарона Торпе. Завтра. Он будет выжидать вас. Он знает о ваших планах. Он хочет убить Альтаира, Марьяну и тебя. Ты должна все это предотвратить…        — Он что, серьезно нас убьет?        — Если не прикончишь его, ты будешь меня видеть регулярно. Эрика, вы не как отец! Вы не наблюдаете, вы участвуете, вы живете. Правда…        — Правда мы еще не родились…        — Господи, радуйся вечной молодости, глупая!        — Но почему я должна спасти Альтаира?        — Если ты не убьешь Торпе, тебя никогда и не будет. Ты не родишься! Дошло?!        И тут я поняла: Если Аарон убьет Альтаира, то в любом случае мы погибнем, и не только мы, но и братство…        — Хорошо…        — Молодец сестренка, и помни, я верю в тебя…        — Подожди… Айбигел, скажи мне, почему ты помогаешь нам с мелкой?        — Вы мои сестры, и вы даже не представляете, какое большое вы имеете значение. И я не говорю только про наше генеалогическое древо.        — Что? О чем ты?        И тут все стало растворяться. Я куда-то лечу. Айбигел пропала. Пропало все… О чем она говорила? Какое значение? ..        Я распахнула глаза. Еще глубокая ночь. Это был сон. Просто сон. Я смотрю на свою левую руку: На ней красуется мой скрытый клинок.