Магия любви

      Все началось с того, что мама однажды задумчиво заметила:       - А знаешь, Румпель, у нас ведь не было свадебного путешествия, - и, прежде чем отец успел что-либо ответить, добавила: - Путешествие в поисках Бэя не считается.       Отец согласился, что это упущение надо исправить. Немедленно.       Так вот они и отправились в свадебное путешествие, а Бейлфайр оказался в роли няньки при Колетт и Аларде. В общем-то он не жаловался – он бесконечно любил брата и сестру и всегда с удовольствием с ними общался. Единственное – за последнее время он так привык к приключениям и странствиям, что сидеть долгое время на одном месте было скучно.       Примерно через неделю Бейлфайр пожалел о своих мыслях. Уж лучше бы было скучно! Утром он спокойно рассматривал карту, в полной уверенности, что младшие еще не проснулись. Вдохновленный примером родителей, он решил, когда они вернутся, предложить Грейс и Стиву тоже отправиться в какое-нибудь далекое путешествие. Предложить им в качестве свадебного – глядишь, и перестанут вести себя как идиоты и признаются, наконец, в очевидных для всех чувствах. Может быть, даже на корабле – зря что ли он учился им управлять? И романтично опять же. Для этого-то он и изучал карту в поисках интересных мест.       И тут к нему в комнату влетел Ал – взъерошенный, с круглыми глазами. Бейлфайр сразу напрягся: такое выражение лица явно ничего хорошего не предвещало.       - Бэй, можно я буду спать с тобой? – с порога заявил брат.       - А что случилось? – подозрительно спросил он: Ал никогда не был боязливым и до сих пор спокойно спал в одиночестве.       - Ты не будешь смеяться?       Еще интереснее. Бейлфайр уверил, что он сама серьезность и Ал может рассказать ему что угодно.       - Понимаешь… - Алард немного помялся и выпалил: - Ко мне вчера прилетала тень. Ты не думай, мне не показалось. И ее ничто не отбрасывало – сама по себе летала. Она хотела пробраться внутрь, но почему-то не смогла. Может, ее защитные заклинания вокруг замка не пускают, но я все равно боюсь. Ты же не думаешь, что я трус? Она правда жуткая!       Бейлфайр похолодел, услышав про тень. Неужели опять Питер Пэн? Зачем он преследует их? Он покачал головой:       - Ты правильно делаешь, что боишься: эта тень опасна. И, конечно, ты можешь спать у меня.       Ал облегченно выдохнул и улыбнулся. То ли оттого, что его не сочли трусом, то ли от разрешения спать с Бэем. А может, от того и другого вместе. Тут же забыв про свои страхи, он умчался играть. А Бейлфайр, поразмыслив, решил позвать отца. Однако зов будто натыкался на глухую стену. «Между мирами не действует», - с отчаянием понял он. Действительно, отец упоминал нечто в этом роде, но тогда Бэй не обратил внимания, не думая, что за время отсутствия родителей может произойти что-то серьезное.       Значит, придется справляться самому. На всякий случай он и Летти решил переселить к себе. Обычно тень ищет мальчиков, но мало ли.       Вечером он провел с детьми воспитательную беседу, рассказав про Тень, Питера Пэна и почему их надо бояться. Правда, о том, что Пэн – их дед, упоминать не стал. Летти и Ал прониклись и клятвенно обещали, что не станут напрашиваться на неприятности и предоставят действовать брату.       В первую ночь ничего не произошло. Колетт с Алардом мирно сопели рядом с ним – благо кровать была достаточно широка, чтобы уместиться втроем, – а сам Бейлфайр почти не сомкнул глаз, напряженно наблюдая за окном. Тень так и не появилась. То ли не сообразила еще, в какую комнату перебрался Ал, то ли пыталась преодолеть защиту замка. Под утро Бейлфайр отключился так, что не проснулся даже, когда брат с сестрой встали и, решив не будить его, ушли.       Открыв глаза, он первую секунду не мог понять, почему проснулся столь поздно, что солнце уже высоко поднялось. А в следующую испытал приступ недолгой, но точно стоившей ему нескольких лет жизни паники, не обнаружив рядом Летти и Ала. И только потом понял, что они должны были давно проснуться и бегают где-нибудь в замке.       Почувствовав, что зверски проголодался, Бейлфайр спустился в кухню и застал там презабавную картину. На печи стояла кастрюля, в которой что-то тихо кипело. Летти с ужасно деловым видом нарезала на столе овощи, а Ал суетился рядом, поднося по ее просьбе то одно, то другое. Бейлфайр остановился возле двери, сложив руки на груди и опершись плечом о косяк.       - Как успехи? – с улыбкой спросил он.       Летти вскинула на него торжествующий взгляд:       - Пока все идет хорошо. Мы готовим суп.       - Я вижу, - Бейлфайр улыбнулся еще шире. – Все целы? Никто не поранился?       Летти надулась и с вызовом заявила:       - Между прочим, я всегда помогаю маме и умею готовить!       Бейлфайр поднял руки в капитулирующем жесте. Впрочем, у Летти и впрямь прекрасно получалось. Даже не пришлось ей помогать. И суп вышел вкусный, о чем он честно сообщил. Летти прямо-таки засветилась от удовольствия и гордости.       Тень появилась на следующую ночь. Бейлфайр проснулся от настойчивого стука в окно. Он резко сел в кровати, уставившись на маячившую снаружи тень, и от этого проснулись уже младшие. Несколько мгновений они вертели головами, пытаясь понять, что происходит, а потом дружно прижались к Бейлфайру, испуганно уставившись в окно.       Долгое время ничего не менялось. Стекло дрожало, но не поддавалось. Бейлфайр заставил Летти и Ала спрятаться под одеяло, надавив им на макушки. А сам выбрался из-под него, сев на краю кровати.       Прошел, наверное, час, когда окно, поддавшись напору, с треском распахнулось и Тень влетела в комнату. Тихонько пискнула Колетт под одеялом, и напряженно засопел Алард. Бейлфайр напрягся и подобрался. Тень закружила по комнате, выискивая. Он попытался прогнать ее магией, но, конечно же, безрезультатно – только разозлил. Когда она спикировала на кровать, явно нацеливаясь на холмик под одеялом, Бейлфайр с противным чувством дежа вю вцепился в нее. Тень дернулась, попыталась стряхнуть, но он держал крепко. Рванулась к потолку, резко бросилась вниз, наконец, поняв, что не избавится от навязчивого пассажира, метнулась к окну. И вот в тот момент, когда они уже почти вылетели, Бейлфайр почувствовал, что за него кто-то схватился. Опустив взгляд, он обнаружил Летти, мертвой хваткой обнявшую его за талию.       - Отцепись! – рявкнул он в панике.       Но упрямая девчонка только помотала головой:       - Я тебя не брошу!       И они вылетели наружу. Бейлфайр чуть не застонал от отчаяния, ругая себя последними словами. Ну, почему он не удостоверился, что Летти не кинется за ним следом? А теперь по его вине сестра подвергается смертельной опасности. Ветер бил в лицо, трепал пижаму, холодными пальцами пробираясь под нее. Внизу с бешеной скоростью проплывали пейзажи. Летти взвизгнула и крепче вцепилась в Бейлфайра.       - Держись! – крикнул он, перекрывая шум ветра. – И не смотри вниз!       Тень сбросила их на пляже, над которым вставало солнце, золотя верхушки деревьев. И они там оказались не одни. С безграничным удивлением Бейлфайр обнаружил Эмму и Регину, сидевших возле импровизированного костра и даже жаривших рыбу. Обе были в длинных ночнушках, с распущенными волосами.       - А вы что здесь делаете? – воскликнул Бэй, уставившись на них.       - Можем задать вам тот же вопрос, - прищурилась Регина.       - Мы пытались защитить Тео, - вмешалась Эмма, прежде чем Бэй успел ответить что-нибудь в меру ехидное.       Регина была чудесной девочкой и прекрасной подругой, но порой неимоверно бесила его своей саркастичностью.       - А мы – Ала, - вздохнула Летти, плюхнувшись на песок рядом с Эммой и обменявшись с ней понимающими улыбками.       - Кто-нибудь знает, где мы? – спросила Регина гораздо более мирным тоном; если прислушаться, в нем даже проскальзывало тщательно скрываемое отчаяние.       - В Неверлэнде, - вздохнул Бейлфайр. – Вот уж не думал, что когда-нибудь вернусь сюда.       - Ты здесь был?! – воскликнули хором Эмма с Региной.       Летти промолчала – она-та уже знала историю. Пришлось поведать о своих приключениях заново. Впрочем, делать пока все равно было нечего.       - И что теперь? – осведомилась Регина, когда Бейлфайр закончил свой рассказ.       - Для начала поедим, - ответил он, невозмутимо сняв с палки рыбу и начав ее жевать.       Регина с Эммой уставились на него возмущенно. Летти хихикнула и последовала его примеру. Бэй махнул рукой на остальную рыбу: мол, чего сидите – ешьте. Посверлив его еще пару мгновений мрачным взглядом, они так и сделали. Он удовлетворенно кивнул.       Пока они подкреплялись, Бейлфайр обдумывал план действий. Прежде всего, следовало пробраться в его старую хижину и взять свечу, в которую можно поймать Тень. Хорошо бы выяснить, что вообще Пэну от них понадобилось, но он не решался браться за это дело, пока с ним малолетние девчонки, одна из которых его родная любимая сестра, а другая – наследная принцесса. Регина еще ладно – она старше, и за нее не так страшно. Внезапно захотелось, чтобы здесь оказалась его верная команда – как бы с ними было проще!       - Ну что, готовы? – спросил он, когда все насытились.       Регина кивнула с сосредоточенным серьезным видом, Эмма и Летти – с горящими воодушевлением мордашками. Бейлфайр вздохнул и покачал головой: думают, получили интересное приключение, и не понимают, насколько оно опасно.       Кратко обрисовав цель, велев держать ухо востро, не убредать (на этом месте он выразительно посмотрел на Летти, и та состроила невинную физиономию) и не пытаться геройствовать, Бейлфайр двинулся в лес, сделав знак девочкам следовать за ним.       Некоторое время они спокойно пробирались сквозь заросли. Увы, счастье длилось недолго. На небольшой полянке, где они остановились отдохнуть, внезапно появился Питер Пэн собственной персоной.       - Ну, здравствуй, Бэй, - небрежно произнес он с холодной улыбкой. – Давно не виделись.       - Что тебе от нас надо? – мрачно спросил Бейлфайр.       - Мне?! – Питер изобразил недоумение. – По-моему, вы сами пришли – я вас не звал.       - Ты хотел украсть моего брата.       - А ты опять решил вмешаться, - его голос сочился сарказмом. – Ты же у нас герой!       - Оставь нас в покое или пожалеешь, - пригрозил Бейлфайр. – Может, я недостаточно силен, чтобы справиться с тобой, но отец наверняка найдет способ.       Пэн презрительно рассмеялся:       - Малыш Румпель? Серьезно? Мог бы – давно бы меня убил.       Бейлфайр одарил его сожалеющим взглядом:       - Не надо мерить всех по себе.       Пэн пренебрежительно махнул рукой, словно отметая его слова.       - Неинтересно. Лучше давай поиграем.       Пэн шевельнул кистью, и перед Бейлфайром на землю упал узкий меч. Точно такой же появился в руке Пэна.       - Сразимся, - заявил он. – Победишь ты – я позволю вам беспрепятственно гулять по моему острову. Я – забираю одну из твоих спутниц.       Бейлфайр скрипнул зубами, но возражать не стал и подобрал меч. Спорить с дедулей бесполезно: он все равно сделает, как захочет – согласен ты на его условия или нет. Пэн сделал пробный выпад, и Бейлфайр отбил его. Они начали кружить, все быстрее и резче нападая, уклоняясь, защищаясь. Девочки, затаив дыхание, наблюдали за дуэлью чуть поодаль.       - Да ты времени зря не терял, - насмешливо восхитился Пэн. – Гораздо лучше дерешься.       - А ты нет – так и застрял на одной точке развития, - съехидничал в ответ Бейлфайр.       Пэн оскалился и прыгнул на него. Еще несколько мгновений ожесточенного сражения, когда мечи мелькали с бешеной скоростью. И вдруг правое плечо пронзила резкая боль.       - Лучше, но недостаточно хорошо, - прошипел Пэн, выдергивая меч из раны и нацеливая его Бейлфайру прямо в сердце.       - Бэй! – дружный крик Летти и Эммы, заставил вздрогнуть, обреченно подумав, что он не смог их защитить.       А в следующее мгновение мимо него пронеслась волна белого света, отбросившая Пэна на добрый десяток футов и впечатавшая его в дерево так, что он отключился. Бейлфайр медленно повернулся и ошеломленно уставился на девочек, которые не менее ошеломленно смотрели на свои руки.       - Мощно, - выдала Регина.       - Как мы это сделали? – почти шепотом спросила Летти.       - Помнишь, папа говорил: магия – это эмоции, - Бейлфайр ухмыльнулся, и Колетт кивнула. – Вы испугались, и ваша магия откликнулась на ваши чувства и желания. Кстати, спасибо.       Теперь обе героини заулыбались, довольные собой.       - Нечестно играешь, - вдруг раздался голос Пэна совсем рядом.       Бейлфайр дернулся, а девочки взвизгнули.       - Поэтому первоначальные условия отменяются.       С этими словами он схватил за руку Колетт и исчез вместе с ней.       - Летти! – Бэй чуть ли не взвыл от отчаяния.       - Попробуй найти ее, - разнесся в воздухе насмешливый голос, а на землю перед ними упал кусок пергамента.

***

      Белль восхищенно разглядывала представший перед ее глазами мир. Они с Румпельштильцхеном возникли на высоком холме, с которого открывался вид на равнину, покрытую сиреневой травой. Справа блестела водная гладь, от которой отражался солнечный свет, слепя глаза. Слева темнел лес с листвой того же цвета, что и трава. А впереди на горизонте возвышались горы.       Это был уже третий мир, в который привел ее Румпельштильцхен в их свадебном путешествии. И с каждым разом Белль приходила во все большее восхищение. С сияющим лицом она осматривалась, сжимая руку мужа. А тот наблюдал за ней с довольной улыбкой.       Далеко в небе появилась не то крупная птица, не то летающее животное – после всего увиденного Белль уже ничему не удивилась бы. «Птица» приближалась, увеличиваясь в размерах, пока не превратилась в громадного…       - Дракон! – Белль даже подпрыгнула от восторга. – Настоящий дракон!       Она посмотрела на Румпельштильцхена, и тот сделал невинную физиономию, будто понятия не имел об обитателях этого мира. Но веселые искры в глазах его выдавали.       - Хочешь покататься? – спросил он.       - А можно? – Белль изумленно-восторженно распахнула глаза.       - Можно, если с ним подружиться.       Белль усиленно закивала. Конечно, она хочет – что за вопрос! Румпельштильцхен усмехнулся на ее реакцию и поднял голову к кружившему над ними дракону. Наверное, он магически воздействовал на зверя, поскольку тот вдруг издал трубный звук и начал снижаться. Когда он садился на землю, взмахивая громадными крыльями, Белль обдало такой волной воздуха, что она покачнулась. Румпельштильцхен поддержал ее под локоть и шепотом сообщил:       - Драконы общаются телепатически с людьми, владеющими магией. Просто четко думай, стараясь направить свои мысли к нему.       Белль нервно кивнула. А Румпельштильцхен уже повернулся к сложившему крылья зверю и посмотрел в переливающиеся радужными цветами глаза. Кожа, или скорее шкура, дракона была гладкой, без чешуи, как ожидала Белль, золотисто-бронзового цвета. Несмотря на размеры, он был изящен и грациозен. И невероятно красив.       Что бы там ни сказал Румпельштильцхен, дракону это явно понравилось. Он склонил голову в ответ на поклон мага и повернулся к Белль. Она в волнении прикусила губу и, сделав реверанс, изо всех сил подумала: «Здравствуй, дракон. Меня зовут Белль, и для меня честь познакомиться с тобой».       Дракон растянул пасть, слегка обнажив острые зубы. Занервничав поначалу, Белль вдруг поняла, что ее слова позабавили его и он улыбается.       - Мое имя – Раксория, леди Белль. И я рада встрече с той, что сняла проклятие с Темного, - вторгся в ее сознание глубокий, определенно женский голос. Белль слегка опешила. Так это жен… самка? И, постойте-ка, они с Румпельштильцхеном уже знакомы? В ее голове раздался рокочущий звук, глаза дракона завращались. Не сразу до Белль дошло, что так Раксория смеется.       - Да, мы знакомы с Румпельштильцхеном, леди Белль. Когда-то он очень помог мне.       - Бесплатно? – Белль скептично приподняла бровь.       - Даже Темный умеет сострадать.       Белль согласно кивнула:       - Я знаю.       - Да, ты знаешь.       Почему-то казалось, что дракон, которого она видела впервые в жизни, видит ее насквозь. Хотя, возможно, так оно и было.       - Ты хотела полетать?       Раксория слегка склонила голову на бок и фыркнула, обдав Белль теплым воздухом. Из ее пасти исходил не неприятный запах, как можно было бы ожидать, а медовый аромат.       - Ты позволишь?       Поняв, что дракон – разумное существо, Белль засомневалась, не будет ли оскорблением ездить на нем, как на лошади.       - С радостью. Мне нравятся люди, которые любят летать.       Раксория легла на землю, вытянув шею. С помощью Румпельштильцхена Белль забралась ей на спину, устроившись между двух небольших гребней. Муж сел сзади, прошептав на ухо:       - Держись крепче.       Дракон тяжело подпрыгнул, раскрывая крылья, и взмыл в воздух. Белль взвизгнула, изо всех сил вцепившись в гребень перед собой. Они поднимались все выше, ветер трепал волосы, то бросая их в лицо, то сдувая назад, а внизу проплывала земля – так далеко, что становилось жутковато. И все равно душу наполнял восторг. Это было невероятное ощущение. Хотелось кричать и смеяться. Белль распахнула бы руки, чтобы лучше ощутить полет, если бы не боялась соскользнуть со спины дракона.       - Нравится? – спросил Румпельштильцхен.       - Не то слово! – Белль повернула к нему голову, пытаясь поймать взгляд, что в этой ситуации было не так-то просто. – Спасибо!       - Не за что, сердце мое.       Даже не видя его лица, Белль чувствовала по голосу, что он нежно улыбается. «Я люблю тебя, Румпель», - подумала она.       Раксория катала их, пока они в конец не замерзли, только тогда ссадив посреди благоухающего ароматами цветов поля.       - Спасибо, Раксория!       Белль снова присела в реверансе, и дракон склонил голову.       - Это было удовольствием для меня, леди Белль.       Вдруг она замерла, вытянула шею, поднимая голову к небу. Ее глаза вспыхнули оранжевым цветом.       - Вам надо возвращаться. Ваши детеныши в опасности, - сообщила она.       Белль с Румпельштильцхеном тревожно переглянулись. Сердце испуганно сжалось – что такое могло случиться дома? Без долгих разговоров он взял ее за руку, и, кивнув на прощание дракону, они переместились обратно в Зачарованный лес. Прямо во двор своего замка.

***

      Секрет подброшенной Пэном карты разгадать не составило труда – Бейлфайр хорошо знал замашки хозяина острова. А вот то, куда Пэн утащил Летти, совсем не порадовало. Бэй помнил эту пещеру, внутри которой стоял островок посреди пропасти, и понятия не имел, как они будут до этого островка добираться. Ну да ладно. Он решил думать о проблемах по мере поступления – сначала надо дойти до места, а там видно будет. И, махнув Эмме и Регине следовать за ним, направился в джунгли.       Пробираться по ним было непросто, и Эмма скоро устала. Она стойко держалась и упрямо не просила отдохнуть, но Бейлфайр видел, что она еле стоит на ногах. Да он и сам чувствовал себя не слишком хорошо – Регина перевязала ему рану, но она все еще беспокоила. Со вздохом он объявил привал. И по тому, с каким облегчением Эмма плюхнулась на землю, понял, что сделал это вовремя.       Он набрал съедобных фруктов, чтобы подкрепиться. Регина чопорно поблагодарила, а Эмма посмотрела на него с восхищением и восторгом в глазах. Бейлфайр озадаченно моргнул. Но не успел он задуматься над тем, что с ней случилось, как неподалеку раздался шорох. Бэй вскочил и напрягся, готовясь защищаться – благо меч Пэн ему милостиво оставил. Но когда на их стоянке появился отец, он сначала не поверил глазам. А когда поверил, испытал такое облегчение, что едва сдержал порыв кинуться ему на шею, вовремя напомнив себе, что он давно уже не маленький мальчик.       - Папа… - широкую счастливую улыбку сдержать, однако, не удалось.       - Дядя Румпель! – в свою очередь хором обрадовались Регина и Эмма.       Последняя аж подпрыгнула, разом забыв про усталость. Отец сдержанно улыбнулся им, обведя взглядом их живописную группу – если он и был удивлен присутствием девочек, то виду не подал, – и спросил:       - А где Летти?       Бэй тут же помрачнел, вдруг почувствовав, что впервые в жизни боится смотреть отцу в глаза, боится увидеть в них разочарование и презрение.       - Пэн утащил ее, - угрюмо сообщил он, уставившись в землю. – Я не смог защитить. Прости.       Он ожидал головомойки, возможно, даже серьезных обвинений в безответственности. Тем более он сам чувствовал себя бесконечно виноватым за то, что втянул в это малолетнюю сестру (хотя формально она втянулась по собственному почину, но его это не оправдывало).       Отец положил ему руку на плечо, другой приподняв подбородок, заставляя посмотреть на себя. И Бейлфайр едва не задохнулся от выражения любви и понимания на его лице.       - Не вини себя, Бэй, - мягко сказал он. – Ты сделал, что мог. Просто Пэн – слишком сильный для тебя противник. Уж если на то пошло, я виноват больше. Я не должен был оставлять вас без возможности связаться со мной.       Не дав Бейлфайру возможности возразить – хотя он рвался это сделать, – отец бодро заключил:       - А теперь давайте найдем Летти, разберемся с Пэном и вернемся домой.       Бэй робко улыбнулся и кивнул. Но тут отец заметил пятна крови на рубашке, проступившие сквозь перевязку, и встревоженно спросил:       - Ты ранен?       Бейлфайр хотел отмахнуться – мол, ерунда, царапина. Но отец, не слушая его, провел ладонью над раной, и она немедленно затянулась. Бэй облегченно вздохнул – рана, хоть и не была серьезной, все-таки причиняла дискомфорт.       - Спасибо, - улыбнулся он.       - Мог бы и сам это сделать, - отец улыбнулся в ответ.       Бэй хлопнул себя по лбу:       - Забыл.       Они посмотрели друг на друга и тихонько рассмеялись. Сразу улучшилось настроение. Теперь Бейлфайр был уверен, что все будет хорошо.       Он прекрасно помнил, где что находится на острове, и они довольно уверенно пробирались сквозь заросли. Во время отдыха Эмма с Региной заплели волосы в косы, чтобы не мешались, и подпоясались лианами. Отец наколдовал им обувь, чтобы не поранили ноги. Выглядели девочки довольно забавно – видели бы Снежка и Дэвид сейчас свою принцессу! – но на лицах застыла упрямая решимость.       На ночь расположились под открытым небом. Бейлфайр хотел подежурить, но отец отправил его спать. Для принцесс наколдовали одеял, чтобы было не так жестко и холодно. И все же они, непривыкшие к походной жизни, долго ворочались и вздыхали. Бэй же моментально заснул.       Ночью его разбудили приглушенные голоса. Он открыл глаза, настороженно оглядевшись. На небе сквозь кроны деревьев светили звезды, девочки спали, костер тихонько догорал, а вот отца рядом с ним не оказалось. Бейлфайр сел, вглядываясь в темноту и наконец увидел: отец замер неподалеку от лагеря в напряженной позе, ясно говорившей, что он готов в любой момент броситься на противника. А рядом с ним расслабленно стоял Пэн. И хотя его лицо трудно было разглядеть в темноте, Бейлфайр был уверен, что он саркастично улыбается.       - У нас много общего. Мы оба не годимся в отцы, дружок, - насмешливо произнес он.       У папы сделалось такое выражение лица, словно он согласен с этим высказыванием. Бейлфайр внутренне возмутился – он многое мог бы сказать, чтобы опровергнуть его. И даже почти решился вмешаться, но в последний момент передумал.       - Ты хотя бы иногда вспоминал обо мне? – тихо спросил отец, и у Бейлфайра перехватило дыхание от жалости.       - Я всегда о тебе помню, - с внезапной серьезностью заявил Пэн. – Иначе не назвался бы Питером Пэном.       - Думаешь, я хоть на полсекунды поверю, что дорог тебе? - теперь уже отец саркастично усмехался.       - Да, дорог, - все с той же серьезностью ответил Пэн. – Начнем жизнь заново – с чистого листа. Как хотели.       Отец несколько мгновений молчал, глядя ему в лицо, и Бэй испугался, что он может согласиться. Но он покачал головой:       - Я уже начал ее заново. Только не с тобой. У меня есть семья, и я не позволю тебе ее уничтожить, - теперь в его голосе зазвенели металлические нотки.       - Ну, как хочешь, - Пэн расплылся в издевательской улыбке и исчез, уронив на землю небольшой предмет.       Отец подобрал его и вернулся к костру, тяжело опустившись на бревно. Затухающий огонь осветил его лицо, и Бейлфайр застыл. Такого выражения он у отца еще не видел ни разу. И… он плакал. Плакал, сжимая в руках эту штуку. Сердце болезненно сжалось.       - Папа? – неуверенно окликнул его Бейлфайр.       Он вздрогнул и повернулся, быстро заморгав в попытке скрыть слезы.       - Что случилось? – Бэй перебрался поближе к нему и сел рядом на бревно.       Отец молчал, и тогда он решился задать другой вопрос:       - Что это? – Бейлфайр указал на соломенную куклу в его руках.       Он улыбнулся, но улыбка вышла горькой и совсем не веселой.       - Последний подарок моего отца.       Теперь уже вздрогнул Бейлфайр. В его голосе звучала такая боль и тоска, что стало холодно и неуютно. Бэй зябко поежился, не зная, что делать и говорить в такой ситуации. Немного помолчав, отец глухо добавил:       - Я всю жизнь пытался не стать таким, как он, и повторил все его ошибки. И трусом стал, и сына бросил.       - Неправда! – горячо возразил Бейлфайр. – Ты не трус! И за мной ты вернулся!       Отец улыбнулся, но с таким выражением, будто не соглашается, не верит. И Бэй порывисто обнял его, сам чуть не плача, и прошептал:       - Я люблю тебя, папа. И ты самый лучший отец на свете!       - Спасибо, Бэй, - отец обнял его в ответ, его голос дрогнул от сдерживаемого волнения. – И я люблю тебя, сынок.       Некоторое время они просто молча сидели рядом, чувствуя тепло и поддержку от присутствия друг друга. Пока отец не отправил его отдыхать, сказав, что предстоит трудный день.