Цветущий Омут Конохи. Книга первая: Семечко

      Наше путешествие началось просто прекрасно. Не знаю, где и как Саске успел раздобыть всё необходимое за два часа, отведённых нам на сборы, но факт оставался фактом. Учиха своё проигранное желание выполнил, и выполнил с блеском. Так что теперь настроение мне не мог испортить даже мрачный мостостроитель, которого мы должны были сопровождать и охранять. Я то и дело расплывалась в улыбке и с трудом удерживалась, чтобы не начать насвистывать. Саске тоже был очень доволен собой, и только Наруто, вопреки обыкновению и даже полученной миссии, супился.       А дело было в том, что по итогам проигранного мне желания Узумаки на всё время миссии расставался со своим оранжевым комбинезоном и ходил в том, что подберёт Учиха. Задание же Саске, соответственно, состояло в подборе подходящих вещей. Будь на месте Учихи кто-нибудь другой, существовал бы риск, что Наруто обрядят во что-то совсем уж несуразное. Но Саске хорошо понимал, что сокомандник будет мозолить глаза в первую очередь ему. К тому же мои осторожно забрасываемые наживки на тему полезности камуфляжа сработали, так что сейчас наша команда щеголяла в разных оттенках тёмно-синего и тёмно-зелёного. Учиха не подвёл: даже с расстояния видно, что выбранные им вещи намного качественнее рыжего убожища. Щупала я его во время спаррингов неоднократно, так что имею представление. Голимая синтетика, только и достоинств, что очень прочная. Ну и дешёвая. Учиха же подобрал гораздо более обременительные для кошелька, но изумительно качественные вещи. Ещё и с размером угадал тютелька в тютельку. Вкус же наследнику великого клана прививали с детства, так что помимо практической пользы Саске учитывал и эстетическую сторону.       Результат радовал глаз настолько, что я даже задумалась, не спросить ли у него совета по поводу собственного гардероба?       А вообще, я имела все поводы гордиться проделанной работой. Наруто очень гордый на самом деле и просто так новую форму ни от кого бы не принял — в том числе и от нас. Вот любимый рамен или прочие вкусности — это пожалуйста, а снаряжение или одежду — ни-ни. До его же дня рождения, под соусом которого можно было преподнести необходимые подарки, было ещё слишком далеко. А так он дуется на Саске, бурчит в сторону «Сакуры-чан, загадавшей такое дурацкое желание» и совершенно не переживает о покушении на его финансовую самостоятельность.       Более чем уверена, к концу миссии он здорово привыкнет к новым вещам и оценит их удобство по сравнению с комбинезоном. А уж о том, чтобы ему хватало денег на подобное, я позабочусь.       В конце концов, с его оравой клонов миссии ранга "D" можно выполнять десятками, если не сотнями. Плата за них не слишком велика, но тут уж можно взять чисто количеством. Дел-то — подбить Майто Гая на командное соревнование по количеству выполненных миссий. Хи-хи. Если сенсей за время миссии в наших глазах не реабилитируется, обязательно идею реализую.       Какаши, кстати, нашу слегка преображённую команду рассматривал с лёгким удивлением. Я его понимаю: непривычно довольный жизнью Саске, дующийся Наруто и на закуску я, довольная настолько, что пакость начинаешь подозревать чисто рефлекторно. Хотя была у меня и ещё одна причина для хорошего настроения, кроме результатов выигранного спора.       Я наконец-то подстригла волосы. Кому доводилось обрезать длинную и густую шевелюру, тот поймёт. В первые дни чувство лёгкости такое, будто сейчас взлетишь. Так что свою роскошную косу я откромсала безжалостно, оставив длину достаточную, чтобы собрать волосы в куцый хвостик на затылке. Родителей на момент сборов дома не было, но я не поленилась заскочить к ним в лавку и отдать матери половину волос, заплетённую в тугую розовую косу — как залог своего успешного возвращения с миссии. Получилось ужасно трогательно, родители даже прослезились, да я и сама шмыгала носом. Вторую половину я спалила на домашнем алтаре, отдавая в жертву ками.       С учётом личного знакомства с сущностью странно было бы в них не верить…       Наруто, бурно переживающий расставание с оранжевым комбинезоном, мою новую причёску заметил не сразу. А вот Саске от самых ворот бросал в мою сторону осторожные косые взгляды, но ни о чём не спрашивал. Деликатность или же дело в чём-то другом?       — Ано… Сакура-чан… А что с твоими волосами? — как и ожидалось, долго расстраиваться Узумаки не умел, поэтому довольно быстро его фокус внимания сместился с Учихи на всех остальных.       — Обрезала, — пожала плечами я.       — Но зачем? Они были такие красивые…       Наруто так расстроенно хлопал своими синими глазищами, что легкомысленное «да мешались просто» застряло на языке. Я невольно сглотнула и очень серьёзно ответила:       — Отдала в жертву ками. Чтобы наша команда всегда возвращалась даже с самых сложных миссий.       — Сакура-чан…       — Сакура… — от удивления Саске изменила его привычная молчаливость.       Хатаке — и тот вздрогнул, чуть не уронив свою книгу. Скрестившиеся на мне взгляды заставили невольно занервничать — что такого-то? Шиноби довольно суеверны, всякие счастливые вещицы, обереги или обязательные ритуалы на удачу очень распространены. Оно и понятно, когда постоянно ходишь под руку со смертью, скептиком оставаться сложно.       Как кем-то метко подмечено: не бывает атеистов в окопах под огнём…       — Это… очень серьёзный шаг, Сакура, — Какаши вдруг положил руку мне на плечо, но не в покровительственном жесте, а словно бы поддерживая равного. — Он достоин всяческого уважения.       Я почувствовала себя неловко: всё-таки идея сжечь волосы как подношение пришла мне в голову почти случайно. Обрезала-то я их совсем по другой причине. А они смотрят так, будто я совершила небольшой, но всё-таки подвиг.       И даже ускориться, выбивая всякие глупые мысли встречным ветром, нельзя: архитектор за нами просто не угонится. А тащить его на закорках… Ну, Какаши точно не станет, а если это попытаемся сделать мы, смотреться будет комично. Да и не дело это — превращать охрану в носильщиков. Так что тащимся по всем канонам, со скоростью самого медленного человека в группе.       Скучно — словами не передать. Хоть начинай чакру гонять, как во время опозданий нашего командира. Но на ходу сложно… После получаса мучений я смастерила себе импровизированное йо-йо на чакронити и развлекалась, гоняя прицепленную к её краю деревяшку. Периодически «снаряд» улетал в сторону парней — чтобы не расслаблялись. Мы же тут вроде как бдим в ожидании внезапного нападения. Ответить мне тем же они не могли, но мелкие камешки или сучки в самый неожиданный момент прилетали. Правда, были они на совести Саске: Наруто мы палили ещё в момент запасания «снарядов». А самый интерес игре придавало безмолвно утверждённое правило утаить все свои действия от Тадзуны. Ну, так, чисто потому, что он нам не понравился. И вообще, столько пить — вредно. Валерьяночки ему в саке накапать, что ли? И побольше. Будет спокойный-спокойный, благостный-благостный. Перестанет распространять упаднические настроения и пропагандировать нездоровый образ жизни.       Хотя Тадзуна — это скорее антипропаганда алкоголя…       А идея с валерьянкой мне определённо нравится. Должна ж я как "йуный" медик ставить опыты на окружающих? Тем более, сочетание растительного экстракта со слабым алкоголем повредить организму не должно. Ну, уж точно не сильнее, чем бесконечное хлестание саке.       Через несколько дней развлечение себя подручными средствами окончательно приелось, и я стала доставать Копирующего ниндзя в попытках выудить хоть какую-нибудь информацию. Причём мне было совершенно всё равно, будет это касаться нашего задания, относиться к джонинским байкам или всё-таки раскроет тайну взаимоотношений последнего из клана Хатаке с кулинарией. Потому что мозг, привыкший к сильным нагрузкам в Госпитале, требовал информации, а не происходило абсолютно ни-че-го. Саске показательно бдил за окружающей обстановкой, а Наруто сбацал несколько клонов и стал наседать на сенсея с другой стороны, требуя рассказать-показать-научить крутой технике.       И знаете что? Этому любителю литературы смело можно давать титул продвинутого последователя Будды. Я, конечно, не супер-эмпат, но уж целенаправленно уловить скрытое раздражение способна. Такое ощущение, что Хатаке было вообще фиолетово на все наши приставания и хоть какие-то фразы он выдавал чисто для того, чтобы его не стали тыкать палочкой.       Такое подозрение, что разноглазое достояние Конохи втихую чем-то закидывается. Для убережения своей хрупкой психики от взаимодействия с тремя жуткими чудищами в лице генинов. Во всяком случае, Тадзуна после моей диверсии с валерьянкой ведёт себя очень похоже. Даже коронное «м-ма» иногда стал выдавать.       Ну не может же Хатаке от природы быть таким пофигистом? Того же Саске возьми: внешне айсберг, а чуть ковырни — так полыхнёт… Природные флегматики, конечно, гораздо менее вспыльчивы, но чисто человеческое недовольство им отнюдь не чуждо. Копирующий же даже не среагировал на то, что я стала демонстративно звать его «Какаши-тайчо» вместо «сенсей». А ведь при местном менталитете отказаться считать кого-то учителем — страшное оскорбление. Недаром Ируку-сенсея зовут так не только ученики Академии, но и взрослые джонины, у него никогда не учившиеся.       Нет, это уже прямой вызов! А значит, нужно продумать план…       От построения коварных замыслов меня отвлёк вопрос Наруто о Стране Волн. Какаши привычно увильнул от ответа, переведя стрелки на Тадзуну. Архитектор даже честно попробовал что-то рассказать, но всё время сбивался на свой мост.       — Сакура-чан? — то, что в качестве источника достоверной информации выбрали меня, здорово польстило.       Ну, или пофигизм Хатаке оказался не по зубам даже Наруто, да…       — Нами но Куни расположена на нескольких островах недалеко от Страны Огня, — меланхолично сообщила я, пиная подвернувшийся камушек. — Не имеет Скрытой Деревни, с отдельными кланами шиноби тоже не сложилось. Знаменита своими мангровыми лесами, в которых обитает различная живность, в том числе деликатесная. Очень зависима от морской торговли, из-за чего и затеяла проект по строительству моста. В Мировых Войнах участия не принимала, в силу своего географического положения не стала буферной зоной для более крупных стран. Торгует по большей части с Хи но Куни и Ча но Куни.       — Сакура-чан такая умная! — восторженно сообщил Наруто.       Я целых четыре секунды поколебалась, стоит ли выдавать свой маленький фокус, но здравый смысл победил тщеславие.       — Сакура-чан отправила клона добыть информацию про страну, в которой будет проходить наше задание, пока собирала вещи.       — Хн, — поучаствовал в разговоре Учиха. — Хорошая идея. Я запомню.       Блин. Какаши даже говорящий Учиха не прошиб. Он точно что-то втихую принимает! Или самогендзючится о свои книжки, тоже вариант…       Как бы всё-таки проверить, а?       Я так ушла в свои мысли, что умудрилась чуть не влезть в единственную лужу на дороге. Опомнилась в последний момент, уже почти зачерпнув воды сандалиями.       — Осторожней, Сакура-чан! — жизнерадостно воскликнул Наруто.       — Ага… — мотнула головой я, обходя препятствие.       Лужа была неправильная. Даже если не считать солнечной погоды и сухой дороги — лужа была категорически неправильная! И пусть предзнание подсказывало мне, что с этой миссии мы благополучно вернёмся, в груди всё же ёкнуло холодным страхом. Забыла, совершенно забыла!       Взметнувшаяся из воды цепь «распилила» Хатаке-тайчо. В кавычках, потому что из вроде как трупа джонина не плеснула кровь — а при таком способе убийства её должно быть много. Нападающие, то ли не заметив, то ли проигнорировав этот факт, рванули к нам… чтобы получить мощный удар от влетевших в них ногами в прыжке клонов Наруто. Цепь оставляла слишком мало возможностей для манёвра, так что увернуться они не успели. Саске метким броском пришпилил эту вариацию на тему бензопилы к дереву, ещё пока противники были в свободном полёте, и начал складывать печати для своего коронного огненного шара. Клоны вцепились в нападавших с целью обездвижить и не дать уйти от техники, но те каким-то хитрым движением отцепили свою цепь от перчаток, после чего развеяли теневиков парой ударов.       — Саске, назад! — я метнула им под ноги несколько колбочек.       Газ в колбочках был приготовлен на основе того яда, рецепт которого нам подарил АНБУ. Не слишком сильный состав, зато очень быстродействующий. И быстроразлагающийся, чтобы потом самой не влететь в ядовитое облачко. Наруто про яд знал, и то, что не стоит лезть поперёд клонов в драку, я ему в голову втемяшила. Нукенины от моего подарочка уйти почти успели… но только почти. Я специально использовала слабый краситель, который не захватывал объём газа полностью, так что отскочили они недостаточно далеко.       Ещё пара клонов цапнула Тадзуну под мышки, уволакивая его в сторону от поля боя. Я отступила вслед за ними, стараясь отслеживать ситуацию. Саске всё же обстрелял туманников огненным шаром, и те из-за внезапных проблем с координацией увернуться до конца не смогли. А вслед за сгустком пламени полетели излюбленные Учихой сюрикены с леской, быстро переведя шиноби из категории противников в категорию пленных.       — А… — Наруто посмотрел на обожжённых и раненых нукенинов с какой-то даже растерянностью. — Это нас убить пытались?       — Не нас, Тадзуну-сана. Не развеивай клонов пока, вдруг будут ещё нападающие? — бросила я, разворачиваясь к Тадзуне.       Это парни из-за моих проделок ожидали нападения и вообще восприняли его чуть ли не как продолжение наших привычных соревнований. Для мостостроителя стресс может оказаться и великоват…       Хм. А хорошая вещь местная валерьянка. Качественная. Тадзуна, конечно, испуган, но не так чтобы слишком. Руки не подрагивают, взгляд не плывёт, губы не трясутся. Просто отлично для того, кого только что пытались убить.       — М-ма… молодцы, вы отлично справились… — а вот и Хатаке нарисовался.       — Какаши-та-а-айчо, — я растянула это «тайчо» совсем как «ку-у-ун» в лучшие времена. Саске, по-моему, рефлекторно вздрогнул. — А давайте вы изобразите Какаши-сенсея и покажете нам, как правильно допрашивать пленных?       Разумеется, устраивать нам мини-практику полевого допроса Какаши не стал. И — положа руку на сердце — я рада, что он привычно отмазался. Не думаю, что смогла бы спокойно это воспринять. Всё-таки пытки совершенно не моя специализация, общая чувствительность здорово мешает. Я в своё время хорошо развила интуицию, подрастила эмпатию и прочие возможности неявно-тонкого характера, но получила и слабые стороны. Убить… да, убивать мне приходилось. Я могу убить даже безоружного и беспомощного врага, рука не дрогнет: потому что буду чувствовать, что именно он принесёт, если выживет. Но пытки… при всех развлечениях сущности я ни разу не оказывалась в таких условиях, чтобы мне оказалось необходимым ремесло палача. К счастью, мой контрактор предпочитает иные способы воздействия.       А вот сражаться приходилось. И отнимать чужие жизни — тоже. «Убей или убьют тебя» — жестокий закон, неизменно всплывающий, когда завязывается большая игра.       Наверное, прежняя Сакура на моём месте растерялась бы. Может быть, выдала бы какие-нибудь рефлекторные действия вроде выхватывания оружия, но уж вряд ли бы вспомнила про отработанные командные тактики и заготовки. Всё-таки как ни тренируйся, а понимание, что тебя могут убить прямо здесь и сейчас, всегда приходит внезапно. И реакция на него может быть самой разной: от испуганного застывания на месте до бросания в бой с яростными воплями. С опытом острота эмоций пропадает, даже во второй раз уже будет гораздо легче сосредоточиться. Но впервые… Наруто молодец, что смог правильно отреагировать на это нападение. Я им действительно горжусь и ещё немножко собой: если бы не моя любимая тактика и дуракаваляние в дороге, реакция на засаду могла бы выйти совершенно иной. Только вот после боя Узумаки догнал так называемый «откат». Пока решали вопрос с продолжением миссии, Наруто ещё держался, горячо отстаивая своё мнение, но потом как-то сразу затих и словно бы потух. Понятно, что нужно его расшевелить, но как? Узумаки замкнулся в мрачных мыслях и на все обращения к нему отвечал коротким «угу».       — Вот уж не думал, что ты такой трусливый котёнок, — вдруг фыркнул Саске. Глаза Учихи полупрезрительно щурились, губы кривились в высокомерной усмешке.       — Кого ты назвал трусом, теме? — тут же вскинулся на привычный раздражитель Узумаки.       — Можно подумать, ты не знал, что такое быть шиноби, — проигнорировал его реплику Саске. — Мы убиваем! Или же убивают нас! — голос наследника Учиха чуть дрогнул, выдавая, что для него это не просто слова.       — И тех, кого мы хотели бы защитить, — вот от кого вступления в разговор я ожидала даже меньше, чем от Саске, так это от Какаши. — Как бы слаб ни казался тебе враг, он может ударить в спину. Или стать гораздо сильнее, сделав месть целью своей жизни…       Губы Учихи сжались в резкую черту, брови сошлись к переносице. Случайно или нет, Какаши угодил прямо в больное место. Впрочем, Саске слишком болезненно реагирует на всё, связанное с братом… Так что пусть. Иногда через боль приходит исцеление, а он и так уже слишком сильно погряз в застоявшихся водах своей ненависти.       — Саске, — я догнала парня, легко коснулась его плеча ладонью, на всякий случай готовясь блокировать удар.       Учиха обернулся, вопросительно шевельнул бровями.       — Спасибо, — я чуть-чуть приподняла уголки губ в намёке на улыбку.       Выдержать взгляд Саске было не так-то просто: честно говоря, у меня даже лёгкая дрожь прошла вдоль позвоночника, — но оно того стоило. Потому что парень моргнул, и неприятная пустота с багровыми отблесками ушла из глаз.       — Эй, за что? — тут же влез Наруто, уже снова напоминающий энерджайзер на ножках.       — Уссуратонкачи, — закатил глаза Саске, но я успела заметить предательски дёрнувшийся уголок рта.       — Теме, да ты вообще обнаглел!       Я с улыбкой покачала головой. Какие же они всё-таки… и как немного им нужно было, чтобы стать настоящими друзьями.       — Не ссорьтесь. Мы же одна команда, — я дёрнула обоих за волосы и поспешно ускакала вперёд по дороге.       А то заметят ещё, что я вот-вот начну растроганно шмыгать носом.

***

      До залива, отделяющего Страну Огня от Страны Волн, мы добрались спокойно. Никто больше из луж не выпрыгивал, друг у друга на больных мозолях не топтался, и даже Тадзуна, регулярно получающий мою диверсионную порцию валерьянки, стал вполне сносным. Погода тоже была прекрасной, а над морем, как по заказу, клубился густой туман. Радостно прыгающий Наруто тут же предложил забить на лодку и перебежать залив прямо по воде, но Какаши его осадил. Следующие десять минут ознаменовались бурчанием, что ничего бы он не заблудился и вообще круче всех ориентируется в лесу. Первым не выдержал лодочник, который тоном умирающего лебедя попросил не шуметь. Узумаки бурчать перестал, зато начал уморительно сопеть. Я крепилась несколько минут, потом аккуратно ткнула Учиху локтем:       — Саске… Ты ёжиков когда-нибудь видел?       — Хн? — вот как у него получается всего одним междометием выражать целую гамму чувств, а?       — Ну смотри, сопит, супится, волосы торчат… Только я про жёлтых ёжиков не слышала.       — Хм… — взгляд Учихи стал откровенно оценивающим.       Наруто засопел ещё яростнее, я кусала губы, сдерживая смешки. Интересно, сменится «уссуратонкачи» на «харинэдзуми» или даже «харинэдзуми-чан»? Наруто так забавно реагирует, что шансы, на мой взгляд, есть.       — Сакура-ча-ан, — вдруг протянул Узумаки, довольно точно копируя мои же интонации. — А на какое животное похож Саске?       На несколько секунд установилась тишина, нарушаемая только плеском вёсел. От Учихи ощутимо потянуло заинтересованностью. Я приложила палец к подбородку и показательно задумалась.       — Ну-у… Я думаю, на панду, — всё ещё тишина. — На эмо-панду.       http://www.youloveit.ru/uploads/gallery/main/350/603708.jpeg — Саске и панда.       Чего не ожидала, так это сдавленного пхеканья со стороны Какаши. Что он внимательно слушает наши разговоры, не удивляло, а вот такая реакция на незамысловатую шуточку… Или это попытка разрядить обстановку.       Наруто мог бы и за борт грохнуться от восторженного хохота, но Учиха умеет соображать быстро, поэтому успел дёрнуть Узумаки за воротник и зажать рот. Ноздри Саске гневно раздувались, и сопел он ничуть не тише, чем Наруто несколько минут назад. Я старалась продышаться самостоятельно, потому что смех и вправду может нас демаскировать. Наруто побрыкался немного, но лодка — не то место, где можно безбоязненно подраться, поэтому спустя несколько минут он жестами попросил вцепившегося клещом Учиху отпустить, обещая тишину.       — А на кого похожа Сакура-чан? — просмеявшийся Наруто снова любил весь мир и спрашивал только потому, что ему и впрямь было любопытно.       — Даже не знаю, — я потёрла кончик носа. — Никогда не задумывалась над этим.       — Зато я знаю, — буркнул Саске. — На ласку. Вроде пушистые, а кусаются больно!       Я замерла, опасаясь пошевелиться. Ласка… имя «Итачи» переводится как «ласка» или, точнее, «колонок», и от Саске такое сравнение очень, очень неоднозначно. Да, он ненавидит брата до алой пелены перед глазами — но никто не станет отрицать, что именно с Итачи Саске связан сильнее, чем с кем бы то ни было ещё. И даже если у него когда-то был такой домашний питомец, от напрашивающихся ассоциаций так просто не отмахнёшься.       Остаток плавания я провела в глубокой задумчивости.       Встряхнуться меня заставил грохот мотора, который завёл лодочник, спеша убраться подальше от места высадки. Вот же!.. Может быть, он и не нарочно, но на маскировку теперь можно смело класть болт. Одно утешает: тумана на берегу всё-таки поменьше, так что лбы о незамеченное дерево не расшибём. Вон, Наруто даже зайца поймал. Или белые — это кролики? Хотя странно, зимой вроде бы и не пахнет, с чего бы зверьку бегать в белой шкурке…       — Молодец, Наруто, будет мясо на ужин… — я сосредоточенно оглядывалась по сторонам.       — Тц, — непонятно что выразил Саске, тоже стреляя глазами по окрестным кустам.       — ЛОЖИСЬ!       Вот уж не ожидала, что Какаши ТАК владеет голосом. Тело дёрнулось выполнить команду раньше, чем успело её осознать. Даже Тадзуна успел плюхнуться на землю до того, как мы сбили его с ног. А над головой со свистом пролетело что-то большое. Мы осторожно приподняли головы.       — Вот это шпала! — восхитилась я размерами воткнувшегося в дерево меча. — Шиноби-сан, а чем вы питаетесь?       — А? — неожиданный вопрос явно сбил мужчину с хитай-ате Киригакуре с толку.       — Ну, чтобы использовать такое тяжёлое оружие, нужно быть очень сильным, — пояснила я, поднимаясь на ноги и отряхивая одежду. — Тренировки — это само собой, но и правильное питание важно. Судя по внешнему виду, вы находитесь в хорошей форме, вот мне, как будущему медику, и стало интересно, что именно вы едите, чтобы так швырять свой меч.       — Сакура… — в голосе Какаши звучала лёгкая укоризна.       — Не волнуйтесь, тайчо, я сначала на кроликах проверю, — ну, а вдруг правду скажет?       — Хе-хе-хе-хе… обычно я предпочитаю сердца сильных врагов… но твоё нежное мясо тоже сойдёт.       Меня бросило в холодный пот. Это у него такие убедительные актёрские таланты или у меня слишком бурная фантазия? Прямо в подробностях перед глазами встало, как меня с аппетитом едят… Бр-р-р! Аж зубы застучали и тошнота к горлу подкатила…       — Неужели это нукенин Киригакуре… Кровавый демон Момочи Забуза-кун? — почти весело протянул Хатаке.       — Копирующий ниндзя Конохи… Шаринган Какаши… — отвлёкся на него киригакурец.       Фух, хоть получилось дух перевести. Какаши-тайчо, я вас уже почти люблю и даже готова иногда звать «сенсеем».       Но какая ж мерзкая штука это знаменитое «ки»…       — Когда я был членом Кири но Шинобигатана Шичинин Шуу, у меня имелась книга Бинго… там была информация о тебе… и там было сказано «Человек, скопировавший более тысячи техник»…       — Какаши-тайчо, а можно вопрос?       Джонин удивлённо скосил глаза. Ну да, после такого выплеска ки персонально мне я должна если не зубами клацать, то помалкивать в тряпочку…       — Если он нукенин, почему его хитай-ате не перечёркнут?       Забуза хрипло рассмеялся:       — Какая любопытная… Отдай старика, Какаши, и мне не придётся убивать этих детей.       — Боюсь, что не могу этого сделать, — рука Хатаке легла на бандану, готовясь открыть шаринган.       — На-ру-то… Сас-ке… — медленно и раздельно, привлекая внимание парней, сверливших взглядами Какаши.       Учиха хмурился, Узумаки недоумевал — но на мой голос оба среагировали, смещаясь поближе к Тадзуне.       — Я вам потом всё расскажу, хорошо?       — Что такое вообще этот шаринган?       — Наруто, по-том, — с нажимом повторила я.       Мы встали вокруг Тадзуны треугольником, сжимая оружие. Наруто удерживал кунай за кольцо мизинцем и безымянным пальцем, явно готовясь складывать печать теневых клонов, Саске зажал в обеих руках сюрикены, рассчитывая встретить противника ещё на подходе. Я перехватила кунай в левую руку — как ни крути, Сакура была правшой, да и я талантами амбидекстера похвалиться не могла. Между пальцами правой нашли своё место колбочка с уже опробованным газом и капсула с ещё одним интересным составом. Я сильно сомневалась в своей способности остановить кунаем удар железяки с меня шириной и в полторы меня высотой, да ещё и нанесённый джонином от всей широты его туманной души. Оставалось надеяться, что прочие мои заготовки всё-таки сработают.       Забуза метнулся с дерева на поверхность воды, сложил печати, призывая густой туман. Как представлю, сколько он чакры в эту технику вбухал, такая зависть берёт, что на страх места уже почти не остаётся.       А страх Момочи нагонять умел. Туман, раздающийся будто бы со всех сторон голос, хорошо ощутимые предвкушение убийства и жажда крови… руки с оружием снова начали подрагивать. Только бы не раздавить между пальцами капсулу или, ещё хуже, колбочку с газом! Резкий всплеск чакры без привкуса ки слегка рассеял туман и вернул способность здраво мыслить.       — Не волнуйтесь. Я смогу защитить вас даже ценой собственной жизни, — Какаши обернулся, показывая нам свой знаменитый глаз-улыбку в удвоенном варианте.       И ведь действительно полегчало! Это специальная джонинская способность, что ли, излучать вокруг себя ауру определённых эмоций?       В следующую секунду мы кубарем покатились в разные стороны. Уж не знаю, тайчо у нас такой шустрый или мы сами тоже успели как-то рыпнуться, но отделались от близкого знакомства с Демоном Кровавого Тумана всего лишь парой синяков. А дальше пошла самая настоящая дуэль на клонах — удар, всплеск воды, нападение сзади, кунай, меч… Когда Забуза использовал свою рельсу в качестве опоры и одним ударом отправил Какаши в полёт, я окончательно убедилась, что принимать его атаки на блоки — отвратительная идея. Тайчо, конечно, худощавый, но потяжелее нас будет — и то какой птичкой летанул. А Забузе меч нисколько не мешает очень шустро бегать. Я встряхнулась и отступила к Тадзуне, туда же подтянулись уже слегка отошедшие от внезапной атаки парни. Всё равно в этом бою мы больше зрители… И зрелище пойманного в шар воды тайчо не сказать чтобы радует. Правда, Забуза тоже не может двигаться, пока удерживает свою ловушку… но это не помешало ему сложить одной рукой печати водяного клонирования.       — Забирайте Тадзуну-сана и бегите!       Ох, Какаши-тайчо, мне приятно, что вы за нас волнуетесь, но он же банально бегает быстрее. Быстрее архитектора или нас с архитектором на закорках уж точно.       — Наруто!       — Да! — Узумаки всё-таки сложил печати, посылая в бой толпу клонов.       Их было много, и они не пытались навалиться сразу всей толпой, бросая в клона Забузы кунаи, сюрикены и самих же себя — для ускорения и более сильного удара, — но всё было как об стенку горох. Страшно представить, какая пропасть лежит между генинами вроде нас и опытным джонином. Два десятка клонов ведь раскидал без всяких усилий! Правда, мы и не надеялись свалить его этой атакой — по не раз обговоренной нами тактике основная задача теневиков заключалась в разведке боем. Так, стало ясно, что использовать против Забузы метательное оружие — дохлый номер. Его меч из-за своей ширины замечательно выполняет и роль щита. И вряд ли эту шпалу удастся пробить теми же взрывпечатями. Саске коротко глянул на нас с Наруто, рванул вперёд. Бросок, бросок, чтобы освободить руки. Меч, отбивая сюрикены, по инерции уходит в сторону. Учиха подпрыгивает, начиная складывать печати для огненного шара — и Забуза, продолжая движение своего меча, уводит его вверх, готовясь отбивать ниндзюцу. В самом деле, моего ли куная ему бояться?       Только вот бросаю я не кунай.       Прочная капсула, разделённая внутренней перегородкой на две части — такие используют, чтобы нужный состав не вступил в реакцию раньше времени. Те вещества, которые выбрала я, дадут эффект, схожий с магниевой вспышкой, только гораздо более яркой. Не спасут даже зажмуренные глаза, интенсивность реакции такая, что свет легко пробивается даже сквозь опущенные веки. При этом температура горения достаточно низкая, чтобы капсулу можно было просто раздавить в руках. Вроде бы неплохое оружие, только вот неудобное в использовании — для ближнего боя вспышка слишком яркая, чтобы сработать только на противнике, а в броске капсулу не так-то просто разбить. Более хрупкий материал грозит риском подавить весь арсенал ещё в подсумках, а при попадании на землю капсула, скорее всего, останется целой. Нужно бросать на камни либо в дерево… металл вражеского куная тоже подойдёт, только вот шиноби по большей части предпочитают уворачиваться от снарядов, а не отбивать их. И даже если Забуза сочтёт мой бросок более приоритетным и примет на меч его — клинок слишком широкий, чтобы вспышка получилась эффективной.       В общем, неудивительно, что этот состав применяется по большей части в сигнальных ракетах. Эффективно использовать его в бою почти нереально…       Если, конечно, вы не владеете нитями чакры.       Манипулировать кунаями я пока ещё толком не научилась, да и с сюрикенами было не всё ладно, но маленькую капсулу я могла вертеть как угодно. И раздавить её чётко напротив лица Забузы — тоже.       — Глаза!       Саске сделал сальто, оказываясь к киригакурцу боком, Наруто загородился свежепризванными клонами, я вскинула руку, прикрывая глаза локтем. Забуза наверняка тоже успел зажмуриться — но вспышка слишком яркая, и он рефлекторно дёрнул руку с мечом для защиты. А приземлившийся Учиха тем временем успел закончить последовательность печатей и выплюнул в клона отличнейший огненный шар. Конечно, согласно кругу стихий вода превосходит огонь… но всё же не настолько, чтобы водяной клон пережил фирменное ниндзюцу Учиха. Достаточно ведь сильно повредить оболочку…       Клон расплескался горячими брызгами, и лицо настоящего Забузы искривила гневная гримаса. Но сказать он ничего не успел — пока Саске разбирался с клоном, я метнула в него пробирку с газом, тоже прикреплённую к чакронити. И с тихим «крак» раздавила её ровно напротив лица киригакурца.       Как бы быстро ни распространялся подкрашенный газ, джонин может быть быстрее. А шиноби не привыкли пренебрежительно относиться к яду даже из рук генинов. Потому как ядоделов-самоучек гора-аздо больше, чем нормальных медиков, способных разработать противоядие… Поэтому Забуза отпрыгнул в сторону, но, что самое главное — разорвал контакт с шаром Водной Тюрьмы. Останься он на месте — угодил бы в облако яда. Яда слишком слабого, чтобы серьёзно увеличить наши шансы в противостоянии с ним. Но паранойя опытного шиноби просто не оставила ему выбора.       Цветное облачко быстро снесло ветром в сторону моря, но снова подхватить свою технику Забуза уже не успевал — и поэтому использовал секунды до освобождения Копирующего ниндзя, чтобы выстрелить в мою сторону двумя маленькими водяными сгустками, сформировавшимися без печатей прямо на кончиках пальцев. Скорость у этой техники оказалась просто бешеной, и я бы просто не успела уклониться… если бы не умница Наруто и его клоны. Уж не знаю как, но он смог сбить в сторону и меня, и стоявшего за мной Тадзуну, выводя нас из-под удара.       Маленький сгусток воды прошил насквозь четыре толстых дерева и оставил заметную вмятину на камне за ними. Я сглотнула: если бы это зацепило хоть краем…       А из опадающей водной тюрьмы уже вставал мокрый и очень, очень злой Какаши. Честное слово, у меня даже мурашки по спине побежали от одного только выражения его лица, даром что оно наполовину скрыто маской.       — Я скажу тебе, что не попадаюсь на одну и ту же технику дважды…       Бой с использованием шарингана выглядел завораживающе и немного жутковато. Пугающая синхронность движений, зеркальное отражение техник… но Забуза засмотрелся на кружение томоэ, и этого хватило, чтобы Какаши успел закончить технику первым. Нас, и так уже мокрых и потрёпанных после столкновения Водяных Драконов, чуть в море не унесло. И это техника самым краем прошлась! А Забуза, на которого и был направлен удар, уже вставать пытается.       Джонины стра-ашные.       Дальнейшую схватку прервал свист сенбонов, вонзившихся в шею киригакурца. Забуза рухнул на землю сломанной куклой, а с соседнего дерева послышался тихий, но отчётливый смешок.       Ну, здравствуй, Хаку Юки.       Вмешиваться в ситуацию с телом Забузы я и не подумала. Во-первых, шибко умная девочка-генин, всё сообразившая раньше командира, это подозрительно. Очень, очень подозрительно. А во-вторых… терзают меня смутные сомнения, что Какаши как раз таки сообразил насчёт техники «мнимой смерти» раньше, чем Хаку унёс Забузу. Всё-таки военный опыт, медик в команде… да и шаринган тайчо явно не для красоты. Опять же, сенбон — не самое распространённое оружие. Обычно его используют только медики и те, кто неплохо знает медтехники. Взять ту же ученицу Тсунаде. Милая робкая Като Шизуне… заработавшая на войне прозвище Ядовитый Сенбон. Так что, на мой взгляд, с противником, бросающимся этими мега-иголками, нужно быть осторожным вдвойне.       Причина же, по которой Какаши сказал про «мнимую смерть» после того, как Хаку ушёл, проста как табуретка. Политика. Влезать поперёк дел АНБУ, ойнинов и их аналогов из других Деревень не только грозит внезапным сокращением жизни — ибо слабаков в эти структуры не берут, — но и чревато конфликтами между Скрытыми Селениями. Поэтому при прочих равных ойнину предпочтут уступить. Будь Копирующий ниндзя свеж и полон чакры — ещё мог бы покачать права, что Забузу заломал он, и, соответственно, тело нукенина — его добыча. Но после боя, да против свежего и полного чакры противника… Как ни крути, а в здравомыслии тайчо не откажешь. Думаю, он и миссию-то согласился продолжить отнюдь не из-за пылкой речи Наруто, а потому, что в довесок к нашему С-рангу ему дали отдельную миссию уровнем повыше.       Собственно, из этого же проступала вторая причина моего невмешательства: сам по себе Хаку не спешил вступать в бой, но попытайся мы не отдать ему Забузу… Думаю, у Юки были бы все шансы запинать находящегося уже на пределе Хатаке и добить нас троих вместе с Тадзуной. Так что пусть всё идёт своим чередом…       Что стало неожиданностью — так это реакция Наруто. За месяц в команде Узумаки приобрёл некоторую уверенность в себе и даже стал реже вопить про своё желание стать Хокаге. Но, видимо, хрупкий на вид Хаку, с одного удара заваливший Забузу, произвёл на Узумаки сильное впечатление. Во всяком случае, таким я Наруто ещё не видела. Упасть на колени и бить в землю, причём так слабо, не оставляя вмятин — совсем не в его характере… Но, что удивительно, Какаши оказался на высоте, буквально парой фраз успокоив парня и промотивировав его на дальнейшие тренировки. Высший пилотаж, мне до такого ещё пилить и пилить… Только что ж он раньше-то свои таланты в нужном направлении не применял?!       — Наруто, — я шагнула вперёд, тронула парня за локоть.       — Да, Сакура-чан? — бесцветно отозвался он, вставая на ноги.       — Ты молодец, что спас Тадзуну-сана от той техники. Если бы не это, мы уже провалили бы задание. И… спасибо, что спас жизнь мне, — я коротко коснулась губами его щеки и отвернулась, внезапно засмущавшись.       Нет, не от того, что поцеловала мальчика… да сама не знаю почему. Наверное, детское тело влияет… Зато покрасневший как помидорка Наруто и думать забыл про всяких там мелких ойнинов.       — Саске, тебя я целовать не буду, но ты тоже молодец. Клон такого шиноби, как Забуза — очень сильный противник для генинов.       — Пф! — Учиха независимо задрал нос и отвернулся.       Наруто сразу же перестал краснеть и даже показал язык ему в спину. Мальчишки! Всегда найдут повод для соперничества.       Высказаться на тему своего превосходства Узумаки не дал тайчо, с изяществом умирающего лебедя рухнувший в обморок.       — Какаши-сенсей!       — Какаши-тайчо! — вышло у нас на удивление синхронно.       Я метнулась к телу, нащупывая пульс.       — Он жив. Саске, Наруто, помогите перевернуть его на спину.       Конечно, и так ясно, что это чакроистощение. Из физических повреждений у тайчо могут быть разве что лёгкая нехватка кислорода после сидения в шаре Водяной Тюрьмы и некоторое количество ушибов… Но не будем халтурить, да и вообще, мало ли что я могла проглядеть в бою джонинов и мало ли какие свойства могут быть у простого на вид шара из воды, способного намертво удержать жертву с таким уровнем чакры. Поэтому я методично использовала все доступные мне способы диагностики. Другое дело, что без использования чакры и Шосен но дзюцу я могла только прощупать крупные кости на предмет переломов, проверить пульс, соотнести частоту ударов сердца с частотой вдохов-выдохов, ну и заглянуть под приподнятое веко, чтобы оценить размер зрачков. Впрочем, все эти методы только подтвердили первичные выводы. Я со вздохом полезла в свою походную сумку. Серьёзных лекарств или стимуляторов у меня, разумеется, нет, зато есть настоящее сокровище: шесть колбочек жидкой медицинской чакры.       Между прочим, сокровище не только в плане практического применения: я за них все свои сбережения отдала. И это ещё со скидкой! Зато в этой ситуации лекарства лучше не придумаешь. Медицинская чакра тем и хороша, что нейтральна — помимо регенерации ран, она прекрасно усваивается организмом. И если в плане лечения травм такая колбочка далеко не так эффективна, как Шосен, то для лечения чакроистощения она подходит просто замечательно.       Какаши, напоенный медчакрой, перестал быть таким бледным и задышал ровнее, но приходить в сознание и не подумал. По-хорошему, будить его не стоит: организм должен в достаточной мере восстановиться сам. Использование шарингана, да в не готовой заранее к его применению тушке, должно давать очень сильную нагрузку на нервную систему.       Но нам-то тайчо на своём горбу тащить!       Если бы не Наруто и его клоны, честное слово, плюнула бы на героическое поведение сенсея и попробовала растолкать его.       Потому что джонины не только страшные, они ещё и тяжёлые. Пока доволокли его до дома Тадзуны, умаялись чуть ли не больше, чем в бою. Хорошо, что его дочь — Цунами — оказалась отличной хозяйкой, очень быстро организовавшей нам ужин и помывку.       После чего мы, нагло забив на ночные дежурства, завалились спать. В конце концов, Забуза сейчас временно нейтрализован, братьев-демонов мы выкосили по дороге, а на более низкоуровневых противников проснуться успеем.       Медчакра все затраты на себя оправдала: утром Какаши проснулся довольно бодрым и почти здоровым. Конечно, лезть в бой ему бы ещё несколько дней не стоило, но чисто чтобы организм успел отойти от шока и восстановить чакру естественным путём. А двигался тайчо вполне уверенно и даже сам пришёл на запах еды. Впрочем, неудивительно: готовила Цунами-сан прекрасно и вкусные запахи могли поднять с кровати даже тяжелобольного. Вон, её сын Инари, напрягающий меня жутковатым для такого маленького ребёнка взглядом, молчал всё время завтрака. Что не помешало ему выдать «вы все умрёте» сразу же, как опустела тарелка. Наруто тут же вскочил и начал переубеждать мелкого ипохондрика, а Какаши-сенсей над чем-то напряжённо размышлял. Так напряжённо, что это можно было понять по незакрытой части его лица, а это фактически всего один глаз.       Наконец Инари, слегка ошеломлённый напором Наруто, ушёл, и тайчо решил поделиться с нами итогом своих размышлений. Слушали все очень внимательно: хоть в Академии и упоминалось про ойнинов, но тогда вряд ли кто-то из учеников посчитал эту информацию такой уж важной. Да и рассказчик из Копирующего ниндзя был очень даже неплохой: поставленная речь, правильно выбранные интонационные паузы, игра голосом. Удерживать чужое внимание он умел изумительно. И аккуратно подводил нас к нужной информации.       — Тела шиноби содержат много информации. Например, если я погибну, враги Конохи смогут узнать секреты шарингана. Вы не представляете, как это опасно, когда враг ворует твои техники.       Пришлось спешно закусывать губу, чтобы удержать смешок. Как самокритично! Интересно, Копирующего хотят пришибить все встречные ниндзя или только каждый второй?       — Во-первых, этот ойнин унёс очень тяжёлое тело Забузы вместо того, чтобы уничтожить его на месте. Во-вторых, он использовал оружие, которым очень трудно убить. Весьма вероятно… Забуза жив.       Хо. А Саске явно знаком с какими-то особенностями применения сенбонов. В отличие от Наруто, он почти не удивился и напрягся ещё в тот момент, когда Какаши заговорил о метательных иглах как об оружии.       — К счастью, из состояния «мнимой смерти» не так легко выйти и Забузе понадобится некоторое время, чтобы восстановиться. Я успею выздороветь и в следующий раз снова возьму бой с ним на себя. А вам нужно будет справиться с этим «ойнином». Но вы отличная команда и очень сильны для своего возраста! — Какаши улыбнулся глазом, причём умудрился сделать это так, что словно бы по голове погладил.       Ксо, ну почему в обычное время он такой отморозок, а?       Когда тайчо сказал, что составит программу тренировок на ближайшую неделю, чтобы повысить наши шансы при повторном столкновении с нукенинами, я испытала очень противоречивые эмоции. Больше всего хотелось отловить Забузу и притащить в Коноху как мотивирующий фактор для Какаши… жаль, силёнок не хватит. А пока он думал над этими самыми тренировками и совмещал их программу с необходимостью охранять Тадзуну, мы сбежали в лес — посекретничать.       Я прекрасно помнила о своём обещании рассказать про шаринган. Даже если парни сами забыли об этом из-за обилия впечатлений… пусть привыкают, что обещания в команде выполняются всегда. Пусть привыкают, что своей команде можно и нужно доверять.       Впрочем, судя по пристальному взгляду Саске, ничего он не забыл. Просто не стал спрашивать при Какаши.       — Наруто, Саске, я обещала вам рассказать про шаринган и то, откуда он взялся у Какаши-тайчо.       — Шаринган? Что такое шаринган? — Наруто, что называется, был в своем репертуаре.       — Шаринган — это кеккей генкай клана Учиха, — я скрестила ноги, устраиваясь поудобнее. — Кеккей генкаем или наследием крови называют такую особенность ниндзя, которая передаётся по наследству. Например, особые глаза, умение действовать в боевой связке с огромными собаками, жить в симбиозе с насекомыми или создавать необычные стихийные техники. Особые глаза, порождённые кеккей генкаем, называются додзюцу. В Конохе было два клана, обладающих додзюцу, — Хьюга и Учиха, но сейчас от клана Учиха остался только Саске. Шаринган — очень сильное додзюцу, он позволяет видеть все движения противника, копировать чужие техники и накладывать очень сильные гендзюцу. Есть несколько уровней развития шарингана, внешне это выражается в количестве томоэ вокруг зрачка — одно, два или три. Ещё есть легендарная ступень развития шарингана, Мангекё шаринган, но если кто-то и достигал его после Учиха Мадары, об этом неизвестно.       — Достигал, — Саске сжал кулаки так, что рисковал поранить ладони до крови. — Итачи… Учиха… тоже достиг Мангекё шарингана.       Я покусала ноготь:       — Значит, нужно будет поискать информацию об основателях Конохи и способностях этой ступени шарингана…       — Подожди, так получается, Какаши-сенсей — родственник Саске? — поставил брови домиком Наруто.       — Нет, — буркнул Учиха. — И никогда не был.       — Дело в том, что шаринган, как и бьякуган, можно пересадить другому человеку. Хатаке Какаши получил его в подарок от своего сокомандника — Учиха Обито. Он был смертельно ранен на миссии и завещал свой глаз Какаши-тайчо. Пересадка была сделана медиком их команды — Нохара Рин. Неизвестно, что именно тогда произошло, но клан Учиха признал этот подарок и не стал требовать виру от клана Хатаке. Пересаженный шаринган всегда активирован и тратит чакру, поэтому тайчо прячет его под хитай-ате.       Я положила руки на колени ладонями вниз, показывая, что закончила говорить. Парни тоже помолчали, обдумывая информацию. Наруто озадаченно чесал в затылке, Саске хмурился и сжимал губы — но уже не потому, что подозревал Хатаке во всех смертных грехах.       И ещё… Учиха не стал говорить мне, что в архивах Учиха наверняка подробно расписаны все возможности Мангекё. Не знаю, упустил ли Саске это из виду — ему всего двенадцать, в конце концов! — или же это первый отблеск так желаемого мною доверия… Но то, что он готов подпустить к своей мести нас, невозможно переоценить. Пусть Наруто пока ничего не понял и не уловил оставшегося между строк смысла — я ему расскажу. Уж в чём, в чём, а в верности Узумаки причин сомневаться нет.       Как и в том, что он умеет хранить секреты.       Шумный, яркий, многословный — Наруто, тем не менее, не выболтал ни одного лишнего слова за всё время, что мы были знакомы. И если он не хотел о чём-то рассказать, вытащить это из него было невозможно. Взять ту же Академию: вряд ли кто-то из учеников догадывался, что часть пропусков Узумаки происходит не потому, что он прогуливает, а из-за того, что валяется в Госпитале? Ему там даже «персональную» койку выделили.       У Копирующего ниндзя, кстати, есть такая же — шаринган бьёт по нервной системе нещадно, а брать лёгкие миссии Хатаке не по статусу. Вот и валяется после каждого второго задания на лазаретной койке, пока ему восстанавливают нервную систему. Воистину велики возможности чакро-медицины…       Мы ещё немного помолчали, потом принялись обсуждать возможную тактику будущего сражения. Плохо было то, что мы фактически ничего не знали о способностях «ойнина», в то время как он вполне мог видеть весь бой. Я-то про техники Хаку знала, и прикусывать язык, чтобы не проболтаться, было довольно сложно. Но… всё, что я рассказывала до этого, было вполне доступной информацией, которую найти не так уж сложно, если знать, где и как. Конечно, джонины не станут откровенничать с малолетками, да и к отчётам о миссиях генинов не пустят… зато всевозможные байки и слухи могут дать немало информации. Конечно, я читерила и только подтверждала уже известную мне информацию — но ведь подтверждала же. Если меня спросят, я всегда смогу объяснить, откуда такие сведения, и показать их первоисточник.       В случае с Хаку у меня такой возможности не было, поэтому пришлось ограничиться предупреждением, что «ойнин», скорее всего, медик.       — Ано… Сакура-чан, почему?       — Сенбоны. Какаши-сенсей всё правильно сказал — ими сложно убить. Нужно или досконально знать человеческое тело, или хорошо работать с ядами. Ну и «мнимая смерть»… Восстановиться после неё не так-то просто. В Конохе сенбоны как оружие используют только ирьёнины и Ширануи Генма. Может быть, вы его видели — он ходит с сенбоном в зубах.       — Откуда ты всё это знаешь? — Саске спрашивал вроде бы шутливо, но взгляд был слишком внимательным, чтобы заподозрить его в несерьёзности.       Наруто тоже оживился, подаваясь вперёд, — будто я сейчас про мега-крутую технику буду рассказывать. Я вздохнула, прислоняясь спиной к дереву:       — Однажды очень мудрый человек сказал: «Кто владеет информацией, тот владеет миром». Вы знаете, что я постоянно делала теневого клона для занятий в Госпитале… но они не продолжались до самого вечера и не проводились каждый день. Всё остальное время клон сидел в открытых для генинов разделах библиотеки и архива или ходил по деревне и собирал слухи.       — Слухи? — лицо Саске непроизвольно скривилось в гримасе.       — Слухи, — спокойно кивнула я. — Не стоит их недооценивать. Даже если слухи в чём-то не точны, они могут дать немало подсказок или натолкнуть на нужное направление в поисках. Например, я знаю, почему Какаши-тайчо носит маску, кто был у него в команде и кто был его сенсеем. Могу объяснить, почему Ино попала в команду именно с Шикамару и Чоуджи, рассказать, кто такие шугонины и как они связаны с Конохой. И вот это, — я создала яркую чакронить между ладонями, — совсем не моё изобретение. Такие нити используют марионеточники из Сунагакуре, чтобы управлять своими боевыми куклами.       — Марионеточники?       — Боевые куклы?       — А вот не расскажу, — я показала парням язык. — Нечего быть такими нелюбопытными. У тебя, Саске, получается создать гораздо больше клонов, чем у меня, а про тебя, Наруто, я даже не говорю. Что мешало вам отправить их погулять под Хенге? Про библиотеку, так уж и быть, не спрашиваю.       Честное слово, они смутились! Вот прямо синхронно отвели взгляды и начали ковырять землю пальцами. Такие милые, уи! Пришлось сосредоточиться на счёте вдохов и выдохов, чтобы справиться с приступом кавая.       — Ладно, сейчас вам что мешает сделать по одному клону и отправить их в город? Посмотрите, что вообще происходит, послушаете разговоры… А вдруг кто-то из местных против моста и Тадзуну придётся защищать ещё и от них?       Кивнули, сделали клонов. У Наруто, правда, получилось целых пять, ну да больше — не меньше. И чуть не отправили их в город прямо так. Я закатила глаза:       — Стойте! Не под своим обликом! Мы чужаки, и при нас будут бояться говорить о чём-то. Лучше или вот так, — я сделала Хенге в растрёпанного черноволосого подростка, чем-то похожего на повзрослевшего Инари, — или вот так, — Хенге сменилось на мускулистого мужика с бандитской рожей. — И ни в коем случае не влезайте в драку! Это в Конохе к клонам привыкли и никто не удивится, а здесь развеявшийся в воздухе противник — это очень подозрительно!       Взгляды парней из недоуменных сделались уважительными.       — Сакура-чан очень умная…       — Спасибо, Наруто, — улыбнулась я. — Но у меня просто больше практики. Думаю, у вас тоже всё получится.       Клоны сменили облик и разошлись в разные стороны, а мы пошли сдаваться в руки сенсея. Ну, что могу сказать? Опыт есть опыт. Эту неделю Какаши собирался посвятить тому, чтобы научить нас как можно лучше уворачиваться от ударов и метательного оружия. Дежурства распределялись элементарно — один из нас ходит с Тадзуной, двоих гоняет Какаши. В случае неприятностей дежурный сразу же отправляет клона с сообщением. Клон Хатаке в это время бдит возле дома архитектора и охраняет его дочь и внука. На следующий день охранник Тадзуны идёт бегать от сенсея и его ловушек, а один из тренировавшихся уходит охранять мостостроителя.       — Какаши-сенсей, а такая программа не помешает вашему выздоровлению? Всё-таки теневые клоны и тренировка — это чакрозатратно, а у вас было истощение…       — Не волнуйся, Сакура, для того, чтобы погонять двух генинов, много чакры мне не потребуется, — и глаз-улыбка.       А парни, кажется, обиделись и решили доказать, что для их тренировки надо «много чакры». Ну-ну. Ничуть не сомневаюсь, что Копирующий может загонять их до полного нестояния, а сам даже не вспотеть. Ибо опыт… да и правила игры устанавливает он сам.       Первое дежурство выпало мне: похоже, Хатаке собирался немного сбить гонор с парней, а без присутствия девчонки размазывание по полигону всё-таки не так обидно. Сходила с Тадзуной на рынок, прониклась разрухой и состоянием общего уныния и угнетённости. Дала по рукам крепкому мужику, пытавшемуся что-то украсть из моей сумки. Сделала мысленную отметку, что нужно будет подбить парней хотя бы силки в лесу поставить: как минимум птиц тут много, а мясо в рационе лишним точно не будет. Особенно с учётом того, насколько бедно выглядят продуктовые прилавки. Проводила Тадзуну на мост, полдня развлекалась тем, что прикрепляла чакронити к брускам и пробовала их поднимать. Так и не поняла, куда девается вес в таком случае. Маленькими предметами манипулировать было намного проще… но, если не выписывать в воздухе замысловатые кренделя, я вполне могла при помощи трёх нитей поднять в воздух крупный брус и аккуратно перенести его на другое место. Тяжесть при этом не чувствовалось совершенно, только что-то вроде инерции: брус был неповоротливым. По прямой двигался отлично, а вот при попытке наклонить его или повернуть сразу возникало сопротивление. В очередной раз ничего не понимаю… Осенённая идеей, вторые полдня бегала по опорам моста и растягивала сигналки-чакронити. Не знаю, как они сработают, но хотя бы чисто по чакроощущениям я буду знать, если кто-то попробует лазить под мостом. А то вдруг кому придёт в голову гениальная идея заминировать стройку?       Парни вернулись с тренировки уже под вечер, хмурые, чумазые и еле стоящие на ногах. Развеявшиеся клоны хорошего настроения им не добавили: дела в Нами но Куни действительно были не очень, и контраст с процветающей Конохой оказался прямо-таки разительным. Наруто возмущённо пыхтел и порывался вот прямо сейчас, немедленно, бить морду Гато. Осадила его буквально одной фразой: а знает ли он, где этого Гато искать? Саске смерил меня очень задумчивым взглядом и сказал, что они узнают. Наруто поддержал его своим коронным «даттебаё», а мне в очередной раз пришлось бороться с острым приступом умиления. Ка-ами, неужели местные взрослые не испытывают периодического желания затискать такую кавайную мелочь?       На следующий день смогла оценить, что Какаши взялся гонять нас на совесть — с тренировки я буквально приползла. Хочу снова охранять Тадзуну! Буду бдить и растягивать чакропаутину вокруг дома! Ксо. Вот есть в Хатаке задатки отличного сенсея. Есть! Но используются редко…       На третий день парни умудрились выследить наёмников Гато. И даже не спалиться сами. Была приятно удивлена такими успехами, о чём им честно и сказала. Надулись от гордости, пообещали найти самого Гато и Забузу: кто-то из наёмников упоминал про «Кровавого Демона Киригакуре». Еле отговорила, аргументируя это тем, что Забуза сам к нам придёт: у него ведь тоже задание.       Какаши-сенсей — коварный. Поставил несколько ловушек с сенбонами на дороге к нашей тренировочной полянке и никого не предупредил. Вечером повёл нас туда «посовещаться». От начинки из сработавших ловушек мы увернулись на голых рефлексах: однако, отличная обучаемость у организма шиноби! Меньше чем за шесть дней наработать основу такого полезного для выживания навыка! За то, что увернулись, Какаши нас похвалил, за то, что не заметили ловушки и даже не подумали их искать — сделал втык. Мы обиделись и через созданных-развеянных клонов отправили наш развед-отряд под Хенге делать ловушку на сенсея. Хатаке смеялся, долго. Потихоньку сговорились по возвращении в Коноху ему это припомнить. Идиллия!       Вечером нечаянно узнала от Цунами-сан, что тут растут очень ценные целебные травы, которыми Страна Волн раньше торговала. Выклянчила у сенсея запечатывающий свиток, рванула собирать сырьё с утра пораньше — чтобы успеть до тренировки. Встретилась с Хаку в кимоно. Чуть не умерла от умиления. Наговорила парню кучу комплиментов, посочувствовала, что с такой внешностью все встречные девушки должны пытаться его затискать. Хаку смутился. Чуть не умерла от умиления повторно. Поговорили о медицине, концепции близких людей и силе ради защиты того, что дорого. Расстались взаимно довольными друг другом. Уже уходящий Хаку столкнулся с Наруто, которому, как всегда, не сиделось в доме. Понаблюдала за мизансценой:       — Сакура-чан, это твоя подруга? Какая красивая!       — Вообще-то, я парень…       Похихикала с гримас Узумаки, получившего перекос шаблона. Прочитала ему небольшую лекцию про то, почему не стоит при одной девушке хвалить красоту другой, если не хочешь поссориться с первой. Успокоила, что не сержусь на него, потому что «Хаку такой кавай!». Похихикала ещё раз с выражения лица — оспорить, что Хаку кавай, Наруто не мог, но спокойно воспринять, что Сакура-чан каваится по какому-то постороннему парню, не мог тоже. В результате Наруто на тренировке выложился так, что пришлось его обратно чуть ли не нести.       Я же весь день отчаянно ломала голову над тем, как быть. Хаку… милый, добрый и удивительно чистый для мира шиноби, Хаку, который искренне хочет защитить дорогого ему человека… Он не заслуживает глупой и бессмысленной смерти под Чидори. И спасти его не так уж и сложно: достаточно задержать во время того самоубийственного рывка наперерез Какаши.       Но в том-то и дело, что стоит чуть изменить события — и картина не сложится.       Если задержать Хаку — Чидори просто пробьёт грудь Забузы. Тогда придётся самим разбираться с Гато, а это чревато немалыми осложнениями: всё-таки одно дело нукенин, и совсем другое — официальные ниндзя Скрытой Деревни. Да и Хаку… не уверена, что он сможет нормально пережить смерть своего опекуна у себя на глазах. Да и отпускать его в вольное плавание в одиночку — плохая идея. Хаку силён, но слишком чист для мира шиноби. А с учётом надлома после смерти Забузы… Долго он не протянет. Забирать же его в Коноху, где будет жить, в числе прочего, убийца его опекуна, как минимум жестоко.       Попытка каким-то образом сбить удар Какаши в сторону, чтобы остались в живых и Забуза, и Хаку… Мало того, что это предательство — а как ещё назвать попытку спасения врагов? — так ещё и огромный риск уже для моей команды. Потому как с Забузы станется прирезать нас, чисто чтобы не мешались под ногами. К тому же без гибели Хаку у Момочи пропадает стимул именно убивать Гато: за ту подставу с оплатой гораздо логичнее растрясти олигарха на капиталы, а потом уже построгать на ленточки.       Опять же, если Хаку останется цел — Забуза вряд ли осознает, как дорог ему воспитанник…       Вот и получается, что лучшим выходом было, чтобы Юки умер как бы понарошку, с возможностью воскреснуть после. Идеальным выходом стала бы та самая «мнимая смерть», если бы я была уверена, что смогу провернуть такой трюк. Потому что, чтобы изобразить что-то подобное, нужно или очень хорошо знать тело того, кого загоняешь в кому — как в случае Хаку и Забузы, — или уметь находить расположения нервных центров по истечению чакры. На такое способны либо зубры от медицины, либо всё те же ойнины за счёт муштры и чудовищного опыта. Если бы у меня был парализующий яд, можно было бы смазать им сенбоны или даже кунай… но такого яда у меня нет.       И нужно сделать очень тяжёлый, но всё-таки однозначный выбор.       Прости, Хаку, своя команда мне всё же дороже. Я попытаюсь смягчить твой смертельный удар — но отнюдь не уверена, что выживешь ты и тем более Забуза.       И — да помогут мне ками. Потому что больше надеяться не на кого.       Утром разоспавшегося Наруто не стали будить, оставив «охранять дом». Подозреваю, вечером Какаши-сенсей собирался прочитать ему лекцию о правильной оценке своих сил… а может быть, и не собирался, потому что все остальные пошли с Тадзуной на мост. На окончание тренировок списать можно, но, скорее, дело в том, что Копирующему хорошо известен срок восстановления после «мнимой смерти». Саске, с которым я тихо поделилась своими догадками, только кивнул.       Поэтому лежащим вповалку рабочим на мосту я не удивилась. Скорее, удивилась тому, что они живы — а люди были живы точно, подёргивающиеся конечности как бы намекали. Хаку-Хаку, милосердное создание… Когда со всех сторон начал сгущаться туман, мы с Саске сложили печати теневых клонов. Но если его копии приняли на кунаи водяных клонов Забузы, то моя отправилась потихоньку эвакуировать и так пострадавших гражданских.       Чакронити — всё-таки изумительно удобная штука. Пока Какаши и Забуза обменивались приветственным пафосом, мой клон успела потихоньку, бегая прямо по воде под мостом, унести рабочих на берег. Была мысль отправить туда же и Тадзуну… Но если нукенины рванут за ним, я могу и не успеть среагировать. Хотя… Туман вокруг так изумительно скрывает мелкие манипуляции.       И хорошо, что Саске своих клонов не успел развеять. Я отловила одного, на ухо сообщила ему свою задумку. Двойное Хенге — и мой клон уводит замаскированного под кого-то из рабочих Тадзуну на берег, а клон Саске в роли Тадзуны замирает рядом. Теперь главное, чтобы его не задело каким-нибудь случайным осколком, а то ведь развеется.       Вся эта шпионская возня не мешала мне наблюдать за разворачивающимся боем Хаку и Саске. И что тут скажешь? Учиха крут! Даже с сюрпризом от Хаку в виде складывания печатей одной рукой он натурально отбуцал Юки, как футбольный мяч. А с учётом того, что швырял Хаку Саске не в одиночку, а в компании с собственным клоном, и вовсе получился натуральный пинбол.       — А твои ученики тоже не показали всех своих талантов в прошлый раз, — хмыкнул Забуза, медленно, показательно даже вытаскивая свой меч из-за спины.       — Ты напрасно назвал их молокососами, — насмешливо выдал Какаши. — Саске — лучший выпускник этого года, Сакура — самая умная среди генинов, а третий — самый шумный и непредсказуемый ниндзя Конохи.       О, ну в самом деле. Сенсей, вам пятнадцать лет или всё-таки двадцать шесть? Что за мальчишеское хвастовство? Хотя приятно, чего уж там…       Юки еле-еле выкроил момент между ударами, чтобы сложить печати для своих ледяных зеркал — зато и расклад сразу изменился. Клон Саске тут же лопнул, задетый сенбоном, а самому Учихе оставалось только крутиться волчком, пытаясь хоть как-то увернуться от железного ливня. Держись, Саске, только держись…       Между зеркалами Хаку были достаточно широкие зазоры, чтобы без помех разглядеть происходящее внутри. И это было… страшно. Как бы ни гонял нас Какаши, насколько бы ни продвинулись мы за эту неделю — Юки просто был быстрее. Гораздо быстрее. И ему ничего не стоило бросить сенбон в глаз. Сколько раз сможет увернуться Саске — два, три, пять? Рано или поздно плотность атаки сыграет свою роль.       Но Хаку не хотел убивать… И Саске кричал — от боли, временами срываясь на гневное рычание, пытаясь увернуться от хлещущего со всех сторон ливня сенбонов. Я дёрнула «Тадзуну» за штабель брусов для постройки моста — если Учиха упадёт в обморок, вся наша конспирация пойдёт коту под хвост. Какаши, дёрнувшийся было на помощь Саске, схлестнулся с Забузой, я запихала замаскированного клона Учихи поглубже за доски. Мой собственный клон тоже был где-то здесь, но старательно не отсвечивал. Собственно, и мне оставалось пока только наблюдать — влезать в бой с Забузой было самоубийством, а купол ледяных зеркал… Ну, внутрь меня Хаку пропустит, а толку? Изобразить ёжика вместе с Саске? Романтично, конечно, но кто лечить-то потом всех будет? Так что ждать. Ждать, от каждого вскрика Учихи сильнее сжимая зубы и стискивая кунай до боли.       Но в какой-то момент движения Саске изменились. Исчезли непроизвольные рывки от внезапной боли, лишние жесты и неправильные повороты. Учиха начал двигаться более скупо, гармонично… и очень красиво. Со стороны это было очень похоже на танец: и раз-два-три-четыре, уворот, прыжок, перехват сенбона, бросок его в противника… и-и-и медленно, медленно, почти лениво, быстро, быстро, ещё быстрее! Поворот, финальная ручная печать, ударивший в ледяные зеркала огненный шар… бессильно стёкший по гладким пластинам безо всякого вреда, если не считать замершего в удивлении Хаку. Шаринган? Да, наверное. Саске пока не умеет «зеркалить» противника, как сенсей, но и того, что есть, вполне достаточно, чтобы произвести впечатление. Если бы вторичная стихия не была так устойчива к повреждениям, у Хаку не осталось бы шансов в этом бою.       С шумом, дымом и пафосом прибыл Наруто, на несколько мгновений оттянув на себя всё внимание. Впрочем, джонины уже спустя пару секунд вернулись к обмену ударами, а Саске было не до того. Я могла бы перехватить Узумаки, не дать ему влезть в круг демонических зеркал… но не стала. Ждать. Ещё рано вмешиваться.       Какой же сволочью я себя из-за этого чувствую!       Наруто, не имеющий шарингана, всё-таки мог уворачиваться от сенбонов — но гораздо, гораздо хуже Саске. Тем более, что и Хаку уже начал бить, что называется, «по площадям», намереваясь хоть так вывести противников из строя. Всё ещё не хочет убивать, чистая душа…       …Саске выбивает Узумаки из-под очередного пучка игл, но сам увернуться уже не успевает и получает полный набор сенбонов в болевые точки от просчитавшего его поведение Хаку…       …Наруто, сбитый с ног, приподнимается. На лице — искреннее потрясение. Впервые кто-то жертвует ради него… Ну, или почти впервые: если я правильно помню, ещё была история с Ирукой-сенсеем и свитком Хокаге.       …Учиха, потративший много сил, ещё больше чакры и заполировавший это сверху болевым шоком, брякается на деревянный настил моста. Хотелось бы сказать, что медленно и пафосно падает, но Саске именно что брякнулся. Так неподходяще к уже сложившейся сцене — и так страшно…       …С тихим, но жутким не то свистом, не то шипением вырывается во все стороны ярко-оранжевая чакра, полностью скрывая происходящее в круге зеркал. Зубы начинают непроизвольно постукивать, и я не знаю: от нервного напряжения и переживаний за парней или же от ощущения той нечеловеческой ярости, которую несла в себе чакра биджу…       — Убью! — рык Наруто раскатился во все стороны, подхваченный остатками тумана.       С грохотом разлетелось на осколки одно из зеркал, птичкой взмыло вверх тело Хаку. Выметнулся вслед за ним Наруто, я же, напротив, метнулась внутрь ледяного купола, на ходу доставая из поясной сумки колбочку с медчакрой.       Учиха, к моему удивлению, был в сознании, хоть и не мог шевелиться. А в глазах у него крутился шаринган с двумя томоэ! С ума сойти, сразу два уровня взял…       — Саске, можешь дезактивировать шаринган, — я через силу растянула губы в улыбке. — Сейчас он только тратит остатки твоей чакры.       Если Учиха и хотел что-либо возразить, у него не получилось — я начала выдёргивать сенбоны, а в его случае этот процесс был не менее болезненным, чем получение ран. Вот так… ещё аккуратней… плеснуть на ранки медчакрой, а остатки влить Саске в рот… ну вот и отлично. Теперь вне опасности не только его жизнь, но и здоровье.       — Чидори!       Пронзительный звук сработавшей техники сложно было не заметить, особенно с учётом того, что выплеск чакры всё же разогнал туман, прежде скрывавший сражение джонинов. Хаку смерчем сорвался с места, отталкивая Наруто, у меня ёкнуло в груди — здесь счёт идёт на доли секунд…       Теневой клон, исправно притворявшийся какой-то бочкой весь бой, сбросил Хенге и выметнул целую сеть чакронитей поперёк траектории Хаку. Только чудом можно считать то, что Хаку выскочил из своего зеркала не прямо перед Забузой, а чуть раньше, чтобы успеть повредить призывный свиток Какаши. И сеть, пусть не смогла задержать разогнавшегося Юки, сдёрнула клона вслед за ним.       Мы сильные, но лёгкие, да…       Один удар сердца. Хаку замирает перед Забузой, перекрывая траекторию удара Чидори. Какаши успевает заметить его, но не успевает решить, что делать в данной ситуации. Или же решает, что и такой возможностью убить противника не стоит пренебрегать.       Ещё один удар. Разогнавшийся клон со всего маху влетает в плечо Хаку, заставляя его невольно шагнуть чуть вбок, чтобы удержать равновесие. Кажется, она ещё и сенбон ему в руку всадила для полного комплекта. Какаши с безумным взглядом расширившихся глаз уводит почти достигшее цели Чидори вниз, пробивая им доски моста. Идеальное решение в этой ситуации, дерево ведь не проводит электричество…       Зато его проводит вода, многочисленными лужами расплескавшаяся по мосту. Сандалии, может, и сработали бы в качестве изолятора, но воды после техник Хаку было много, а обувь шиноби традиционно с открытыми носами и пятками.       Током нас шарахнуло — будь здоров. Не знаю, как Наруто переживает многочисленные откаты от развеянных в процессе тренировки теневиков, а меня от ощущения мощного удара электричеством перекосило изрядно. Впрочем, клон-то просто развеялся, вызвав у Какаши тихий облегчённый вздох, а вот Хаку досталось по полной. Надеюсь только, что разряд оказался недостаточно сильным, чтобы спалить ему нервную систему. А уж запустить обратно остановившееся сердце я смогу даже без помощи чакры.       Повторная схватка между джонинами не задалась из-за вмешательства Узумаки. Может быть, ему и не хватало опыта, чтобы так играть голосом и словами, как тот же Какаши, зато эмоций, страстности и уверенности в своей правоте у Наруто было столько, что он «задавил» даже Забузу. А может, всё дело было в том, что киригакурец всё-таки привязался к своему воспитаннику, просто не смог сам отойти от вбитой в него концепции «живого оружия».       В общем, явившийся в компании со своими наёмниками Гато не мог совершить худшей ошибки, чем решение попинать тело Хаку в отместку за сломанную руку. Шиноби, при всей практике вытаскивания «секретов» из трупов врагов, достаточно трепетно относятся к мёртвым. И уж точно не простят попытку надругаться над одним из них от гражданского.       Так что никого не удивило, что отлетел Гато от моего удара. Равно как и то, что я встала над телом Хаку, сжимая кунай.       — Не смей. Трогать. Его тело. Травоядное!       — Хех, хорошо сказано, девочка, — хрипло хохотнул Забуза. — Одолжи мне кунай.       Думаю, в этот момент оружие без вопросов одолжил бы даже Какаши, настолько сплотил нас порыв презрения к низкорослому торговцу, поэтому кунай я бросила без малейших сомнений. Очень хотелось создать клона, чтобы в полной мере насладиться зрелищем, как раненый и «беспомощный» Забуза без рук выносит наёмников Гато, давая им в полной мере прочувствовать его «демоничность», но сейчас у меня была забота поважнее. Благо что и Наруто, и Какаши следят как раз таки за прорывом Забузы. Но клона я всё-таки сделала — предыдущий при развеивании вернул мне большую часть чакры, а больше я особо и не тратилась. Наклониться, выдох в рот Хаку, четыре нажатия на грудную клетку, наклониться, выдох… Клон тем временем сосредоточенно делала уколы сенбоном в биологически активные точки организма: как раз кстати пришлась игла, воткнутая в Хаку её предшественницей. Одна точка, три, пять… Выдох, четыре нажатия… Сенбон, чётко, как на проверочной в Госпитале, погружающийся в тело, задержка в три секунды, следующая точка… Выдох, четыре нажатия…       Под ладонями тихо, словно сомневаясь, стукнуло чужое сердце. Вдох-выдох… ещё один медленный, но отчётливый удар. Грудь Хаку под моими ладонями чуть-чуть приподнялась и опала. Задышал! Живой, чтоб его перекаваило!       Счастлива я в этот момент была просто до поросячьего визга. Даже окровавленного, шатающегося Забузу встретила немного ненормальной улыбкой.       — Видимо, не такое уж мы оружие… — кажется, киригакурец хотел выдать ещё что-то не менее пафосное, но силы кончились, и Забуза просто упал рядом с Хаку, умудрившись сделать это так, словно собирался до конца оберегать тело воспитанника от посягательств.       Я окинула его внимательным взглядом. Несколько проникающих ранений, повреждение мышц и сухожилий на обеих руках, лёгкая электротравма — от того удара Чидори в мост всем досталось, Забуза просто в другой луже стоял, — сильная кровопотеря, возможно — шок. До сердца, печени и прочих внутренних органов клинки наёмников не достали, позвоночник тоже не задет, иначе бы он тут не бегал. Если оставить так — умрёт с вероятностью в девяносто девять процентов, но при своевременно оказанной первой помощи выкарабкается. Шиноби вообще живучие.       — Какаши-сенсей, — окликнула я джонина, который вслед за Наруто ударился в позёрство. Интересно вот только, у него действительно хватает чакры на такое количество теневиков или тайчо смухлевал и сделал простых иллюзорных клонов?       — Да, Сакура?       — Мне их лечить или добивать? — я продемонстрировала зажатые между пальцев колбочки с медчакрой.       Процентов сорок за то, что он скажет «добивать»… даже сорок пять, потому что сенсей у нас прошёл войну и терял сокомандников именно по вине киригакурцев, но на этот случай у меня есть секретное оружие в лице Узумаки. Наруто даже Забузу заставил признать свою неправоту, так что с Какаши в случае чего тоже справится.       — А? — сенсей посмотрел на меня очень удивлённо, растерянно даже. А потом закатил глаза и рухнул на мост.       Нет, я всё понимаю: напряжённый бой, работа с шаринганом. Но ксо, он опять отмазался!!!       — Значит, лечить буду всех, — зловеще пообещала я бессознательной тушке Хатаке. — Наруто! Выдели мне десяток клонов!

***

      Небольшой лазарет имени меня расположили, разумеется, в доме Тадзуны. Цунами — золотая женщина! — никаких вопросов не задавала, только выделила мне футоны для пациентов и уточнила, чем их кормить и в каких количествах. Я успокоила её, что мяса для выздоравливающих шиноби хватит, да и вообще мы постараемся не нагружать семейный бюджет прокормом такого лба, как Забуза.       За мясо, кстати, нужно благодарить наёмников Гато — Наруто похвастался спасением Цунами и Инари от посланных по их душу головорезов и неосмотрительно уточнил, что именно заставило его насторожиться и вернуться с полпути к мосту. За что был похвален, метафорически «поглажен» и отправлен подбирать невинно убиенного отморозками кабанчика. Наши разборки на мосту заняли не так уж много времени, дело было утром, по прохладе, так что мясо точно испортиться не успело. Чего добру пропадать-то? Тадзуна вместе с другими жителями ушёл праздновать освобождение страны от Гато, Цунами разбиралась с притащенным ей мясом, а Инари… Инари смотрел на меня восторженно-влюблённым взглядом. Это мелкое недоразумение почему-то решило, что всю троицу шиноби вырубила я лично! А Наруто, предатель, не стал его разубеждать! К Саске за уточнениями ребёнок подходить не рискнул, но что-то мне подсказывает, что Учиха ещё и страшилок бы от себя добавил. Что-нибудь вроде «они мешали ей лично пнуть Гато, и Сакура-чан немного не рассчитала». Уж больно безмятежно выглядел наш обычно вечно хмурый Учиха.       Со здоровьем у Саске, кстати, было всё в порядке. Во-первых, он «словил» не так уж много сенбонов, во-вторых, ранки от них и в самом деле небольшие и легко зарастающие. А поскольку я перед накачиванием медчакрой сенбоны вытащила, всё зажило в тот же день. Что же касается последствий шарингана — организм потомственного Учиха был приспособлен к ним гораздо лучше, так что Саске отделался всего лишь лёгкой слабостью от больших трат чакры в процессе боя. Наруто вообще не пострадал — или успешно регенерировал сам, — так что на моём попечении остались Хаку, Забуза и, собственно, наш сенсей. Хаку из боя вынес несколько синяков, лёгкое сотрясение мозга и приличную такую электротравму. Во всяком случае, ожоги на ногах у него были довольно серьёзные. Я поскрипела мозгами, пытаясь вспомнить, чем ещё грозит поражение током, вспомнила про хрупкость костей и общее повышение температуры организма. Но тут уж раз сразу не сварился — выживет.       Забуза схлопотал колотые и резаные раны разной степени тяжести. Медчакра его боевые травмы заживила неплохо, так что я на всякий случай напоила этого красавца снотворным. Пусть себе тихо сопит в две дырочки, а то вдруг очухается раньше сенсея да рванёт пробивать себе путь к свободе, не разобравшись? Снотворным со мной, кстати, поделилась Цунами-сан. Вернее, показала, где можно собрать нужную растительность и как правильно её заварить.       Какаши, если не считать нагрузки от работы шарингана, заработал разве что пару царапин. Так что сенсей был отпоен всё той же медчакрой и оставлен отсыпаться — хотя я всё-таки поворчала под нос, что так отрубаться после каждого серьёзного боя для здоровья вообще не полезно. Рядом ведь может и не оказаться доброй и запасливой ученицы с медчакрой.       Особенно если учесть, сколько эта медчакра стоит. Хотя жизнь, конечно, по-любому дороже.       Интересно, а Хаку владеет Шосен но дзюцу? Надо будет вообще потеребить его насчёт медтехник, когда очнётся… А то без хотя бы примитивных навыков преобразования чакры в медицинскую я чувствую себя как без рук. Идеальный же инструмент для сурового мира шиноби: хочешь — раны ею лечи, хочешь — чакроистощение… А то я сейчас по большей части выполняю роль приложения к своим флакончикам. Что Забузу сжиженной чакрой полила, что сенсея, что вот Хаку. Разве что Юки досталась ещё мазь от ожогов. Хм. И надо бы его покараулить. Сам Хаку — создание не агрессивное и в драку первым не полезет, но рядом с Забузой его и переклинить может.       — Сакура-чан, ты пойдёшь на праздник? — заглянул в комнату сияющий Наруто.       — Не могу, у меня пациенты, — отказалась я.       — А если клона?       Пришлось качнуть головой:       — А вдруг им хуже станет? И потом, клон один, а их трое. Да и мне не слишком хочется на праздник, я лучше тут посижу. Тихо, спокойно.       — Но, Сакура-чан… — искренне огорчился Узумаки.       — Наешься там всяких вкусностей. И мне что-нибудь принеси, — я порылась в своей сумке, выискивая мелочь.       — Ха-ай, Сакура-чан! — и мелкая комета сорвалась с места так, что чуть тапки не задымились.       Я с улыбкой покачала головой, вытащила из сумки свиток по анатомии: строение тела человека я уже учила и даже сдала по нему зачёт, но пока что оно оставалось именно что заученной информацией. А по-хорошему стоило бы перевести её в раздел рефлекторно-бессознательного, чтобы в случае чего не пытаться мучительно сообразить, какие органы пострадали от конкретной раны. Или как среагируют на ту же технику Райтона мышцы, кости и нервы. Шосен, кстати, ещё и диагностическая техника, поскольку позволяет просканировать организм и определить, какие именно повреждения он получил и где его в первую очередь нужно лечить. Самая настоящая палочка-выручалочка в опасной профессии шиноби… Вернусь — не вылезу из Госпиталя, пока меня не научат правильно её применять!       Первым, как и ожидалось, очнулся Хаку. На удивление, парень сразу узнал меня и даже поблагодарил за спасение жизни — но таким умирающим тоном…       — А Забуза-сан тоже жив, — с улыбкой сообщила я. — И жаль, что ты не видел, как он мстил за тебя Гато.       — Мстил за меня? Гато? — недоуменно распахнул глаза Хаку.       Ка-ами, это же оружие массового поражения просто! Да если бы Юки ходил в бой без маски — у половины противников просто рука бы на него не поднялась! Кое-как приведя свой мимимиметр в базовое состояние, я всё-таки продолжила:       — А, точно, ты же без сознания был… Какаши-сенсей увёл Чидори в сторону, но тебя всё равно сильно ударило током. Все решили, что ты погиб, и Какаши-сенсей почти продолжил бой с Забузой-саном, но тут на мосту появился Гато с целой бандой наёмников, — я задумалась, пытаясь сообразить, сколько человек там было. Полсотни или больше? — Он заявил, что с самого начала не собирался выплачивать вам обещанные деньги, а хотел убить вас, ослабленных боем, с помощью своих наёмников. Потом он увидел тебя и, кажется, хотел пнуть, чтобы отомстить за сломанную руку… Мы не дали, а Наруто… Наруто смог достучаться до Забузы-сана. И это было так, — я взмахнула руками, не в силах передать обуревающие меня эмоции только словами.       Да, я видела расправу над Гато только мельком, занятая реанимацией Хаку. Но этот момент и раньше заставлял меня шмыгать носом в попытке сдержать слёзы — настолько сильно и правильно это было.       — В этот момент у Забузы-сана были уже повреждены обе руки, и он зажал кунай в зубах. И прошёл через всю эту кучу наёмников как нож сквозь масло! Его много раз ранили, но собственная кровь будто бы ничего для него не значила. Знаешь, в этот момент Забуза-сан выглядел настоящим демоном — но им невозможно было не восхищаться! А когда он добрался до Гато… Этот карлик визжал, как резаный поросёнок, что не собирается умирать вместе с Забузой! А Забуза-сан пообещал ему, что после смерти станет настоящим демоном и у них будет много времени…       Хаку закусил губу, стараясь сдержать слёзы, но они всё-таки потекли по щекам прозрачными ручейками.       — Я всегда… был… для Забузы-сана… только инструментом…       — Уже нет, — я мягко сжала его ладонь. — Он плакал, когда думал, что ты умер. И сказал, что если бы мог — хотел бы пойти туда же, куда и ты. Ну, а раз ты выжил — он просто не имел права умирать.       — Спасибо, Сакура-сан…       Я обняла Хаку, позволяя уткнуться в плечо и выплеснуть эмоции вместе со слезами. Потом пришлось ещё раз успокаивать его, заверяя, что с Забузой всё в порядке, он просто спит, и да, конечно, можно сидеть рядом — но ни в коем случае не вставать, потому что ожоги, да неизвестно ещё, как молния повлияла на кости. Хаку мягко улыбался и кивал, но было видно, что от футона Забузы его никакая сила не оттащит. Мне даже неловко стало, будто я подглядываю за чем-то сокровенным, но уйти и оставить их без присмотра я не могла. Рискованно, хотя риск и небольшой, да и Хаку может резко поплохеть: удар током, в числе прочего, может вызвать головокружение и тошноту, а если это наложить на сотрясение мозга, картина выходит — закачаешься. В буквальном смысле.       К тому же Какаши с самого начала лежал в этой же комнате — для удобства наблюдения за всеми пациентами. И оставлять его, условно беспомощного, в комнате с двумя нукенинами, было бы просто некрасиво. Не заслужил он такого показного «фи» от своих учеников. Так что я крепилась, делала вид, что по уши увлечена анатомией, периодически проверяла состояние сенсея и Забузы, так же периодически обновляла повязки с мазью на ожогах Хаку. И постепенно втянула Юки в тихий разговор.       Как оказалось, Шосен но дзюцу Хаку в полной мере не освоил, но чакру в медицинскую трансформировать немного умел. Он очень удивился, что я таким навыком не владею — и ещё больше удивился, когда узнал, что сердце ему запустили вообще без всяких чакровливаний. Ибо одно дело — искусственная кома, она же «мнимая смерть», и совсем другое — реальная боевая травма. В общем, процесс обмена знаниями пошёл. У меня — отличная систематизированная база, у Хаку — огромный опыт практического применения. Забуза спал, Какаши тоже спал, Саске Наруто утащил вместе с собой на праздник, Инари и Цунами ушли туда же после того, как женщина разобралась с принесённым мясом. В общем, я искренне наслаждалась отсутствием помех и беседой с умным и приятным человеком.       И, разумеется, сенсей просто не мог не обломать всё удовольствие и решил проснуться именно в этот момент.       Для более полного понимания ситуации уточню: проснулся он в одной комнате с Забузой…

***

      К моему некоторому удивлению, знакомство Хаку и Какаши прошло довольно мирно, даже дрыхнуший по соседству Забуза Хатаке не слишком напряг. Во всяком случае, шаринганом сенсей не сверкал и печати сложить не порывался. Только потребовал ужин, который совершенно спокойно же съел в компании Юки. То ли Хаку отнесён тайчо в категорию «условно безопасных объектов», то ли Какаши просто не стал устраивать разборки при посторонних. И судя по тому, что после ужина сенсей попросил помочь ему выйти на улицу, чтобы воздухом подышать — второе предположение ближе к истине. Особенно потому, что на моё плечо Какаши опирался довольно условно, скорее создавая видимость, чем действительно нуждаясь в поддержке. Оставленный в комнате клон только что не отсалютовал мне вслед, как гладиатору.       Какаши уселся на тёплых досках веранды, насмешливо взглянул на меня.       — Рассказывай, интриганка.       Честное слово, пальцы сами пришли в любимую позицию Хинаты и начали толкаться навстречу друг другу! Правда, дальше я всё-таки смогла взять себя в руки, поэтому не мямлила, путаясь в словах, а отвечала чётко, коротко и по существу. Планов в обход команды не строила, поэтому не понимаю, за что сенсей назвал меня интриганкой. Противников не добила, так как тайчо потерял сознание прежде, чем ответил на мой вопрос, а по здравому размышлению, убить их позже будет возможно. Во избежание эксцессов нукенин Момочи Забуза напоен снотворным растительного происхождения. Под технику тайчо сунулась ненамеренно — испугалась, что один из противников сбежит и не просчитала ситуацию до конца. Что вы, сенсей! Чидори не то дзюцу, которое хотелось бы испытать на собственной шкуре!       Какаши выслушивал мои оправдания всё с тем же насмешливым превосходством: я знаю, что ты знаешь, что я знаю, но ты попробуй убедить меня в обратном, деточка. Сбивало с мысли просто неимоверно! Но я почти справилась, да. Только в самом конце сболтнула, что начала реанимировать Хаку, потому что жалко стало такой кавай.       — Кавай, значит… — протянул Хатаке.       А потом вдруг резко дёрнул меня, одним неуловимым движением заставляя плюхнуться ему поперёк коленей, и со всего маху отвесил мне шлепок по заднице.       — Ай! — от неожиданной боли я попыталась было подскочить, но вторая рука придавила меня обратно.       — Никогда не вмешивайся в бой высокоуровневых противников. — шлёп!       — Не строй планы за спиной своей команды. — шлёп!       — И не доводи сенсея до седых волос! — шлёп, шлёп, шлёп!       Я сопела, ёрзала, вскрикивала: а вы что хотели, рука у джонина тяжёлая и удары такие, что спать мне ближайшие дни только на животе, — но не спорила и не вырывалась. Виновата, чего уж там. Больше всего — за тот рывок клоном наперерез Чидори. Не обладай Хатаке таким зачётным цветом волос — мог бы и впрямь сменить окрас шевелюры. Убить ученицу собственными руками, пусть она и сама бросилась под удар… да ещё и Чидори… фактически, калька со смерти Рин. Врагу не пожелаешь.       Хотя обидно было тоже: Какаши ведь решил, что я влезла, так сказать, под влиянием эмоций, впечатлённая самопожертвованием Хаку. Но не говорить же ему, что у меня клон в засаде этот момент караулил с самого начала боя? Тогда я столь детским, в принципе, наказанием, не отделаюсь.       — Ано… Какаши-сенсей… Что вы делаете? — Наруто, как раз вернувшийся с праздника, недоуменно моргал.       Умел бы — точно «кай» сложил бы для развеивания иллюзии. Саске вон сложил, правда, всё равно не помогло.       — Сакура сейчас получает наказание за неоправданный риск, — шлёп, — излишнюю самонадеянность, — шлёп, — и слабое планирование своих «операций», — Какаши явление парней нисколько не смутило.       Как бы не оказалось, что он специально подгадал мою экзекуцию к их возвращению: с него станется ведь. Правда, не могу с ходу сообразить, в чём цель такой демонстрации…       — Но, Какаши-сенсей!.. — Наруто поставил брови домиком.       — Вмешательство в бой ниндзя более высокого ранга, спасение неизвестно как настроенных противников, выполнение своих планов без согласования с командой, — поучающим тоном перечислил мои прегрешения Хатаке. — Считаешь, этого недостаточно для наказания?       — Я тоже там был! — Узумаки сжал кулаки и насупился. — Вмешивался в чужой бой и помогал Сакуре-чан нести Хаку и Забузу сюда!       — Хочешь разделить с ней наказание? — хмыкнул Какаши.       — Хочу! — с вызовом сообщил Наруто. — И вообще, лучше меня накажите вместо Сакуры-чан!       — Эй, так дело не пойдёт! — возмутилась я. — Вмешиваться или нет — твоё право, но вот забирать на себя чужое наказание — не смей! Моя вина, мне за неё и отвечать!       — Тогда я заберу на себя половину этой вины, раз не смог остановить тебя! — Узумаки упрямо набычился.       — Треть тогда уж, — вздохнул Саске. — Я тоже был на мосту, и меня Сакура вылечила до того, как её клон вмешался в битву.       Сенсей окинул нас пристальным взглядом одного глаза, снова хмыкнул — будто бы даже гордо. Лично я могла только таращиться на парней круглыми глазами и пытаться уложить в голове то, что вот прямо сейчас, на моих глазах происходило.       — Но вы ведь и правда ни при чём, — попыталась всё-таки запротестовать я.       — Тц, — глубокомысленно выдал Саске. Спасибо, хоть «молчи, женщина» не добавил.       — Зато мы в одной команде, Сакура-чан! — Наруто снова сиял, как будто лампочек наелся. — А команда должна заботиться друг о друге!       — Я горжусь вами, — тихо и очень серьёзно сказал Какаши-сенсей. — Вы — отличная команда… но от наказания это вас не спасёт.       Парням всё-таки перепало тяжёлой учительской рукой да по заднице — но, насколько я могла оценить, шлепки были гораздо слабее, чем те, которые достались мне. Ещё нам пообещали несколько «адских тренировок», чтоб мы осознали всю глубину своей слабости и не вздумали лезть между сражающимися джонинами ещё раз.       А самое обидное: тайчо изъял у меня остатки медчакры, чтобы мы лучше воспитательный эффект ощутили. Ну и ладно! Попрошу Хаку немножко полечить, он не откажет! Если, конечно, хватит духу признаться в своих «боевых» повреждениях. Хотя после обещанной нам тренировки можно будет смело ползти хоть к Хаку, хоть за заветной колбочкой.       — Сакура-чан, очень больно было? — Наруто пытался заглянуть мне в лицо, но уже стемнело, так что разглядеть ему ничего не удавалось.       — Да ничего, — я неловко повернулась и с трудом сдержала болезненное шипение сквозь зубы. — Сама виновата, тут Какаши-сенсей прав. И… — голос дрогнул уже совсем по другой причине, — спасибо вам. Это… это было так… — не в силах подобрать слова я просто крепко обняла обоих мальчишек.       Что характерно — ни один вывернуться не попытался, хотя Саске и поспешил принять независимый вид, как только я его отпустила.       — Сакура-чан, ты же сама говорила, что команде нужно доверять! Если ты поступила именно так, значит, другого выхода не было!       — Кстати, о доверии, — вступил в разговор Саске. — Нужно кое-что обсудить… пошли, отойдём хоть немного.       Мы с Наруто недоуменно переглянулись, шагнули вслед за Учихой к лесу — благо он совсем рядом был. Саске вглубь уходить и не стал, так, зашёл на несколько шагов, чтобы подлесок загородил нас от веранды. Остановился, посмотрел на нас — очень серьёзно, чуть ли не до печёнок взглядом пробирая.       — Когда мне было восемь лет, мой старший брат вырезал весь клан Учиха. Меня он не убил, потому что ему было противно пачкать руки о такого слабака, — с мертвенным спокойствием сказал Саске. — С тех пор моя цель — стать достаточно сильным и отомстить Итачи.       Я поперхнулась вдохом и закашлялась, Наруто вообще так и сел, где стоял, правда, тут же с шипением подскочил обратно. Ну, Саске, я от тебя такого не ожидала! Вот так, прямо в лоб!       — Ты говоришь это нам, чтобы мы не мешали твоей мести — или же согласен принять нашу помощь? — постаралась так же серьёзно спросить я.       Саске коротко выдохнул.       — Я… не знаю. Это моя месть, но Итачи всегда был настолько сильнее…       Я шагнула вперёд, положила ему ладонь на плечо:       — Мы — справимся. И вот ещё что, Саске… Я слышала, клан Учиха был вырезан полностью, до последнего ребёнка. Не думаю, что ты в восемь лет был слабее годовалого младенца. Но младенцев убить не побрезговали. Так что причина, по которой Итачи оставил тебя в живых, какая-то другая.       Саске сжал губы в жёсткую черту и отрывисто кивнул. Я сжала пальцы на его плече чуть сильнее и убрала руку. А Учиха повернулся к Наруто:       — Расскажи и ты. Что это была за оранжевая чакра тогда на мосту?       Ах ты ж хитросделанная клановая зараза! Так просто и так эффективно выстроить комбинацию! Спроси он Узумаки сразу — Наруто смог бы отказаться отвечать, и даже последующий обмен тайнами уже не имел бы такого эффекта. Но вот так, когда Саске первым раскрылся, показывая самое больное место… Промолчать будет сложно. Не ответить после такого — почти предательство.       Наруто дёрнулся, вскинулся, открыл рот, осёкся на полуслове, снова вскинулся, погрустнел и сник. Наконец он едва слышно прошептал:       — Я расскажу… только вы должны поклясться, что больше никому не скажете, потому что это секрет Деревни.       — Обещаю, — кивнул Саске, от которого все метания товарища не ускользнули.       И то, что Наруто поставил команду выше Деревни, Саске оценил.       — Буду молчать как могила, — пообещала я.       Наруто ещё немного помялся, закусывая губы и нервно теребя шнурок от своей куртки, но, к его чести, от неприятного для себя ответа увильнуть даже не попытался.       — Я… Во-мне-запечатан-Девятихвостый-Лис, — скороговоркой выпалил Узумаки и весь сжался, словно в ожидании удара.       — Что? — Саске то ли не разобрал скороговорку, то ли не поверил своим ушам.       — Во мне запечатан Девятихвостый Лис. Тот самый, который напал на Коноху, — тихо и обречённо повторил Наруто.       — Так ты джинчурики! — я стукнула себя кулаком по ладони. — Теперь-то всё понятно!       — Что понятно? — скосил на меня глаза Саске.       — Запредельный объём чакры — ты же не думаешь, что такое количество клонов может каждый джонин вызвать? — выносливость, высокий болевой порог. Ну, и аппетит вместе с пристрастием к рыжему цвету тоже частично объясняет.       — Джинчурики? — недоуменно переспросил Наруто.       Я закатила глаза и приняла позу «внимайте, Сакура-чан будет читать лекцию».       — Джинчурики, буквально «Сила Человеческого Жертвоприношения» — это люди, в которых запечатаны хвостатые звери. Они обладают большой силой, в некоторых случаях становятся даже сильнее, чем их биджу сам по себе, потому как обладают навыками, чтобы эффективно использовать его чакру. Джинчурики — сильнейшее оружие Скрытых Деревень и одновременно гаранты, защищающие Гакурезато от прямых атак. Но кроме этого, джинчурики — герои, потому что собой удерживают ярость биджу и не позволяют им сеять смерть и разрушения. Однако люди часто путают причину и следствие и вместо того, чтобы любить и уважать своих джинчурики, считают их воплощением запертого в них биджу. Поэтому — боятся и ненавидят… — я помолчала. — Кьюби — сильнейший из всех биджу. Так что ты, Наруто, каждый день спасаешь Коноху от повторного разрушения Девятихвостым Лисом.       — С… Сакура-чан… так вы не прекратите со мной… дружить? — сколько надежды было в этом вопросе, сколько испуганной надежды таили синие глаза Наруто!       — Конечно нет. Что за глупости! — я дёрнула Наруто за волосы. — И потом, очень удобно иметь в команде бойца, который в критической ситуации может окутаться злой оранжевой чакрой и пойти крушить врагов! Правда, Саске?       — Хн! Для мести Итачи такой соратник точно пригодится! — гордо задрал нос Учиха.       Наруто радостно рванул обниматься, от избытка чувств сбив нас с ног… прямо на пострадавшие от воспитательных мер сенсея части тела. Через несколько секунд в кустах образовалась шумная куча мала, которая пихалась, щекоталась, вопила и смеялась. Когда она наконец-то распалась на отдельных шиноби, от плохого настроения не осталось и следа. Я лежала на спине, раскинув руки в стороны, и смотрела в глубокое звёздное небо.       Ками — есть. И они точно на моей стороне, потому что мне удалось не только спасти двоих обречённых на смерть людей, но и изменить нашу команду. Теперь это — действительно команда, каждый из членов которой горой стоит за всех остальных. А уж что противопоставить всему остальному миру, мы найдём.       Главное теперь пережить «воспитательные» тренировки Какаши-сенсея…