The Marauders

На платформе 9 и 3/4 собиралось все больше и больше народу. Кто-то ехал в Хогвартс в первый раз, кто-то уже в последний. Одни плакали, а другие с счастливыми улыбками махали провожающим. Худой мальчик в очках что-то зашептал более высокому и статному другу, после чего оба засмеялись и тихо подкрались к старшекурснику. Он был слизеринской старостой, судя по значку и цвету галстука. Ухмыляясь, он беседовал с какой-то девушкой, а еще рядом с ними стояла Нарцисса Блэк. Говорили, что Блэк и Малфой уже обвенчаны. Вряд ли это было правдой, им же все-таки недостаточно лет для этого. Хотя кто знает... Тут Малфою в спину влетело что-то вроде бомбы-вонючки. Он обернулся и яростно взглянул на Джеймса и Сириуса, которые уже с громким смехом мчались подальше от Малфоя. Нарцисса не изобразила никаких эмоций, а просто удержала жениха, чтобы тот не прибил первокурсников. Когда он отвернулся, Джеймса отчитал собственный отец, кстати, не сказав ни слова о Сириусе. Будто он, Джеймс, один во всем виноват... А отец Блэка даже не захотел проводить своего сына, не говоря уже о матери. Где-то в стороне стояли две девочки примерно одного возраста. Одна из них явно была магла, а вторая волшебница. Только магла смотрела с яростью, а волшебница чуть ли не со слезами. Издали на них смотрели родители. — Тунья, не сердись, прости меня, пожалуйста! Послушай… — Она взяла сестру за руку и не выпускала, хотя Петунья пыталась вырваться. — Может быть, когда я там окажусь… нет, послушай, Тунья! Может быть, когда я там окажусь, я смогу пойти к профессору Дамблдору и уговорить его изменить решение! — Я не хочу туда! — отчеканила Петунья и вырвала руку. — С чего ты взяла, что я хочу ехать в какой-то дурацкий замок и учиться на… на… Думаешь, я хочу стать… уродкой? Глаза Лили наполнились слезами. — Я не уродка, — ответила она. — Это ужасное слово! — Туда-то ты и едешь, — с наслаждением повторила Петунья. — В спецшколу для уродов. Ты и этот снегговский мальчишка… вы оба натуральные уроды. Хорошо, что вас будут держать отдельно от нормальных людей. Это делается для нашей безопасности. Лили взглянула на родителей, внимательно оглядывавших платформу с видом самого сердечного удовольствия. Потом перевела глаза обратно на сестру и сказала тихо и зло: — Вряд ли ты думала, что это школа для уродов, когда писала директору и клянчила, чтобы тебя приняли. Петунья покраснела до ушей: — Клянчила? Я не клянчила! — Я видела его ответ — очень милый. — Кто тебе разрешил читать… — прошептала Петунья. — Это моё личное… Как ты могла?.. Лили выдала себя, взглянув в сторону Снегга, стоявшего неподалёку со своей матерью. Петунья ахнула. — Так вот кто нашёл моё письмо! Ты рылась в моей комнате вместе с этим мальчишкой! — Нет, мы не рылись… — Лили перешла на оборонительную позицию. — Северус увидел конверт и не поверил, что магл мог завязать переписку с Хогвартсом, вот и всё! Он сказал, что, видимо, на почте тайно работают волшебники, которые… — Волшебники, видимо, суют свой нос во всё! — Петунья побледнела теперь так же сильно, как перед этим вспыхнула. — Уродка! — бросила она в лицо сестре и метнулась к родителям… Снегг рядом заерзал на месте от волнения, услышав разговор. Он думал, что Лили теперь считает его предателем, что больше он ей не друг. Что же было дальше, он не увидел, и подойти к подруге тоже не успел: прямо у него перед носом пронеслись двое мальчишек, а за ними белобрысый старшекурсник. Эти двое, которые убегали от белобрысого, сразу не понравились Снеггу. Он посчитал их глупыми и заносчивыми. Да, несомненно... - Северус, тебе пора. Снегг совсем позабыл о своей матери. Услышав ее голос рядом, он даже чуть-чуть испугался. Затем он повернулся и порывисто обнял ее. - Ты там... Осторожней с отцом, ладно? - еле выговорил мальчик. Мать не ответила. А Северусу и так было тяжело и совестно вдвойне: он считал, что предал Лили, да еще и оставил любимую мать вместе с ненавистным отцом. И почему, почему она не применит к нему магию? Теперь Северус будет беспокоиться. Он будет писать ей письма, но легче от этого ему не станет. Северус последний раз попрощался с мамой и зашел в поезд. На нем уже была черная школьная мантия. Из окна поезда мать он уже не увидел. И хорошо, если бы увидел, было бы хуже. Мальчик хотел пойти и поискать Эванс, но потом решил, что лучше поговорит с ней потом. Он зашел в первое попавшееся купе. Там были те мальчишки, которые столь бесцеремонно носились по платформе. А в уголке у окна сидела Лили, прижав лицо к оконному стеклу. Снегг проскользнул в купе и сел напротив. Она взглянула на него и снова отвернулась к окну. Она плакала. — Я с тобой не разговариваю, — сказала она сдавленным голосом. — Почему? — Тунья меня не-ненавидит. За то, что мы прочли письмо от Дамблдора. — И что? Она посмотрела на него с глубоким отвращением: — А то, что она моя сестра! — Она всего лишь… — Снегг вовремя остановился. Лили, занятая тем, как бы незаметно утереть слёзы с глаз, его не услышала. — Но мы ведь едем! — Он не мог скрыть ликования в голосе. — Мы едем в Хогвартс! Она кивнула сквозь слёзы и невольно улыбнулась. — Тебе лучше поступать в Слизерин, — сказал Снегг, ободрённый этим проблеском. — В Слизерин? Один из мальчиков, сидевших в купе, который до сих пор не обращал на Лили и Снегга никакого внимания, теперь уставился на них. Это был худой черноволосый мальчик в очках, счастливый и ухоженный. Это-то Снегга в нем больше всего и раздражало. — Кто это тут хочет в Слизерин? Да я бы сразу из школы ушёл, а ты? — спросил он другого мальчика, сидевшего напротив. Тот тоже стал раздражать Северуса, но уже потому, что он был из чистокровной семьи (а это видно сразу) и еще слишком красивый... Он даже не улыбнулся, услышав про Слизерин. И почему? Он же чистокровка, а значит, стопроцентный слизеринец. Тоже мне, Слизерин этому не нравится. Северус скривился. — Вся моя семья училась в Слизерине, — сказал чистокровный. — Ёлки-палки! — воскликнул мальчик в очках. — А ты мне показался таким приличным человеком! Тот усмехнулся: — Возможно, я нарушу семейную традицию. А ты куда собираешься, если тебе позволят выбирать? Мальчик поднял невидимый меч. — Гриффиндор, славный тем, что учатся там храбрецы! Как и мой отец. Снегг презрительно фыркнул. Мальчик в очках обернулся к нему и прищурился: — Тебе это не нравится? — Да нет, почему? — фыркнул Снегг, хотя его фырканье было недвусмысленным ответом. — Если кто предпочитает быть храбрецом, чем умником… — А ты-то куда пойдёшь, если ты ни то, ни другое? — вмешался чистокровка. С этого момента снегговская неприязнь к нему неумолимо возросла. Второй мальчик расхохотался. Лили сидела прямо, вся красная, и переводила неприязненный взгляд с него на второго. — Северус, пойдём поищем другое купе, - проговорила она и встала с места. Она вышла из купе, не сомневаясь, что Северус пойдет за ней. — Оооо… Мальчишки передразнили её высокомерный тон. Один из них попытался поставить Снеггу подножку. — До скорого, Нюниус! — раздалось из купе, когда дверь захлопывалась. В купе Джеймс и Сириус остались совсем одни, но их это ничуть не огорчило. Скорее, напротив. - Какой-то он ненормальный, - сказал Джеймс, ерзая на месте. Сириус же наоборот, сидел прямо и расслабленно. - Просто дурак, вот и все... - заметил он, и оба расхохотались, хотя ничего смешного в этом не было. - Конечно, таким и место в Слизерине. - Нет, а серьезно, куда бы ты хотел, кроме Слизерина? - спросил Поттер, колупая сиденье. Как только он отколупывал кусочек, дырка снова затягивалась, щипая его за пальцы. Поэтому мальчик сидел, постоянно дергаясь, но упорно ковыряя сиденье. - Только не на Пуффендуй... - начал Блэк, но болтливый Поттер непременно его оборвал: - Никто не хочет на Пуффендуй! Говорят, там тупицы учатся. - Вот поэтому и не хочу. Я тоже хочу на Гриффиндор, но моя мать меня за это прибьет, уж я-то знаю... - грустно заметил Сириус, переведя взгляд в окно. - Да ладно, не прибьет... Кому она наследство оставит? Джеймс попытался пошутить, но Блэк даже не улыбнулся. Он воспринял вопрос серьезно. - У меня есть брат. Через два года он тоже идет в Хогвартс. А моя мать скорее себе оставит наследство, чем передаст его мне или Регулусу. - Регулусу? Ну и имечко... У вас там все такие? - удивился Поттер. - Да, все... - начал Сириус, но его прервал усиленный Сонорусом голос. - ТЕЛЕЖКА СО СЛАДОСТЯМИ!!! - Будешь что-нибудь брать? - спросил Джеймс, копаясь в карманах в поисках денег. - Да, конечно... Сириус достал из кармана несколько монет и открыл дверь в купе.