Искренняя

- Милая, - начала мама, - Мы примем любое твоё решение, – мама нежно накрыла мою руку своей ладонью и улыбнулась. От этих слов, мои щёки слегка покраснели, так как родители никогда мне такого не говорили, ибо не воспринимали всерьёз моё мнение. - Кхем, Мэдисон, ты уже взрослая, поэтому ты должна… - посмотрев на меня, папа немного замялся. - Пап, я знаю. Сегодня всего лишь день теста. Ничего более, – я от волнения мяла пальцами крошку хлеба, так как сама ещё не выбрала на какой путь мне становиться. - Для нас ты всегда будешь нашей любимой маленькой девочкой, – мама улыбнулась и поцеловала меня в макушку. - Ну, ма-а-ам. – я вздохнула и обняла мать, которая вот-вот расплачется. После такого трогательного завтрака, я пошла в свою комнату, чтобы одеться. Я долго стояла у открытого гардероба, но всё же выбрала свой любимый наряд: чёрное платье по колено, юбка которого не широкая и не прилегающая к бёдрам, белый пиджак с короткими рукавами. Да, стоило бы выбрать что-нибудь другое, но я обожаю эту одежду, так как в ней мне всё время везёт. Одевшись, я подошла к зеркалу и начала наносить макияж. Я взяла карандаш для век, но мои руки начали предательски трястись. Я боюсь этого теста? «Не-е-ет, конечно!» Вот ещё! Бояться теста! Глупость какая! И всё же я ужасно его боюсь. Вдруг я не смогу пройти? Ну, там: плохо станет или ещё что-то. Решив не рисковать, я не стала рисовать стрелки, а просто накрасила ресницы. В волосы я вплела ленту, и я взмахиваю головой, чтобы пряди легли мне на плечи. - Вот она, красота? Сомневаюсь, – я вздохнула и ещё раз посмотрела на своё отражение. На данном этапе я похожа на дочурку богатеньких родителей, но ведь это не так. Не обязательно иметь много денег, чтобы одеваться, как следует. Одев часы, я вышла из комнаты. Мама ахнула от восхищения и снова обняла меня. - Волнуешься? – спросила она. - Ещё как… - мама погладила меня по спине, чтобы снять моё волнение. Сказать честно, это подействовало. На секунду, мне показалось, что страха перед тестом вовсе не существовало. - Волчонок, мы верим в тебя. У тебя всё получится, – к нам подошёл папа и обнял нас обеих. Вот он. Счастливый семейный круг. Я, мама, папа. Я люблю свою семью. В ней, так сказать, уютно, тепло. Бывало, когда всё плохо, настроение на нуле, я просто обнимала маму и всё как рукой снимало. Её запах, нежные руки, тихий голос успокаивали меня. А благодаря папиным насмешкам, пускай они меня выводили из себя, я улыбалась. И теперь не представляю, что всё это я должна покинуть уже завтра, выбрав фракцию. Да, у меня есть выход остаться в Искренности, но мне надоело всё время видеть перед глазами мелькающие черно-белые костюмы. Я хочу чего-то нового, но чтобы достигнуть «нового» - я должна покинуть старое. После выбора новой фракции, нельзя видеться с родителями. Эта мысль не даёт мне покоя. Я прикусываю нижнюю губу, чтобы не разреветься прежде, времени, и отхожу назад. Мама вытерла слёзы платком и улыбнулась. Папа приобнял одной рукой маму и тоже улыбнулся. Мне больно смотреть, как мама плачет, пускай это и слёзы счастья. Я вышла за дверь и вдохнула утренний запах Чикаго. Ничего не может быть лучше свежего воздуха! - Эй, ты! - я обернулась и увидела своего соседа-придурка. Его зовут Питер, и у него сегодня тоже тест. Он подошёл ко мне, ухмыляясь, - А ты ничего так. - Восприму это как комплимент. Чем ты сегодня будешь меня доставать? – мы вышли на улицу и направились к автобусам, которые довезут нас к главному зданию. - Хм… - он задумчиво потёр подбородок и опустил глаза вниз, - Может быть тем, что… - Отлично. Ничем. Спасибо, Питер! – перебив его, я похлопала его по плечу. - Это только начало, Мэди. - Заткнись, Пит, – мы подошли к двум автобусам, которые были почти заполнены. Ого. Всё время, что я ходила в школу, эти громадины мне не казались такими большими. Хотя, снаружи они, довольно-таки большие, но внутри слишком тесно. Питер пропустил меня вперёд, довольно ухмыляясь. Мы познакомились в школе. Тогда был мой первый день в школе. Я заблудилась, в поисках туалетной комнаты. Он стоял у окна и наминал булку. Увидев меня, он сразу спросил, что я ищу, как приличный человек провёл…НО! Это гад не туда меня довёл! Вместо женского я зашла в мужской туалет, где как раз курили старшеклассники. Досталось мне тогда по самые «нехочухи». Я заняла место у окна, рядом кресло было свободно, до того как на него не усадил свой зад Питер. Как же он меня бесит. Вечно найдёт какой-нибудь повод поиздеваться надо мной. Он достал свой телефон и начал читать свежие новости. Я посмотрела на экран смартфона: « Маркус избивает сына», « От главы Отречения сбегает сын» и т.д. - Интересно, у убогих там все такие? – заметил Питер. - Не думаю, – отвернувшись к окну, я подпёрла рукой щеку, - Почему ты считаешь их плохими? - А разве это не так? Они воруют еду, отдавая её афракционерам! По-твоему это нормально? - он удивлённо уставился на меня. - Да. Афракционеры тоже люди. - Тебе напомнить, что пара этих «невинных» людей сделали с тобой? – и с каких пор его волнует моё состояние? Я всего лишь закрыла глаза и мысленно молилась, чтобы он заткнулся. Да, я не отрицаю, что эти «пара людей» полные козлы, но не все такие. У нас у всех есть голова, тело, туловище, но характеры, манеры, голоса – разные. Ну не повезло людям. Грабить, рыться в помойках – вот что им остаётся делать. - Принцесса, приехали! – я почувствовала толчок в плечо и приоткрыла глаза. Когда это я успела уснуть? Мы по очереди выходим из автобусов и направляемся к четырём дверям главного здания Чикаго. Над каждой дверью был изображен один из символов фракций. У каждой двери стояла очередь шестнадцатилетних парней и девушек. Я следовала за всех толпой к двери Искренних. Фракция Дружелюбия косо глянула на нашу чёрно-белую орду. Мы как зебра на дороге. Мелькаем своими нудными цветами. Рядом была дверь Отречения. У них тоже, довольно таки, скучный цвет. Серая масса тянулась к самым железным путям. Я, конечно, знала, что Отречение и Эрудиция – две самые большие фракции, но не думала, что настолько. - …Убогие! – услышала я. Разумеется! Питер вечно ищет приключений на свой зад. Конечно, парень из Отречения не ударит его, хотя на его месте, я бы пару раз наваляла бы ему. - Питер! – я подошла к нему и сжала его плечо, - Совсем с мозгами не дружишь? Прошу прощения. - Мэди, они же… - Заткнись. Мне надоело слушать твою болтовню, – я ещё раз посмотрела на паренька из Отречения и улыбнулась ему, от чего его щёки покраснели. - Мэдисон, иногда я тебя не понимаю, - Питер хмыкнул и встал в очередь. Через 20 минут двери открылись, и вся толпа стала заходить в здание. После этого нас ожидал последний урок, на котором нам, в очередной раз, объясняли, как важны в наше время фракции. Все эти 40 минут я проспала. Эту лекцию проводят каждый год, поэтому эти слова я знаю наизусть: «Фракция выше крови». Питер толкал меня в плечо, когда преподаватель смотрел в мою сторону. Да, может быть он и хороший друг, но такие «друзья» мне не нужны. Каждый раз, когда я нахожусь с ним рядом, я боюсь облажаться, потому что буквально через 20 минут об этом говорит вся фракция. Друзья для меня – это книги, музыка. Они могут подержать советом, пожалеть, иногда, тоже погрустить. - Эй, – и вот - очередной толчок, от которого я открыла глаза и выпрямилась, но учитель на меня не смотрел. - Питер, твои шуточки сейчас неуместны, - я зевнула, прикрывая рот, и снова закрыла глаза. - Извини, но я хотел кое-что спросить. - Ну, попробуй, - снова ложась на парту, прошептала я. - Ты уже выбрала фракцию? Ну, или знаешь хотя бы примерно? - я всей кожей чувствовала, что Питер пилит меня взглядом, от чего учитель сделал нам замечание. - Эм, нет, – прошептала я, открывая глаза, и посмотрела на него, - А ты? - От твоего взгляда мне становится не по себе, – он сделал вид, что вздрогнул и продолжил, - Знаешь, я решил. - И что же? - Я пойду за тобой. – Питер улыбнулся, а вот мой рот удивлённо открылся. - Что ты сказал? – я выпучилась на него. Если он пойдёт за мной, то мне с ним придётся всю жизнь мучиться! О нет! - Говорю: куда ты – туда и я. - Вот он! – беззвучно похлопав в ладони, воскликнула я. - Кто? – Питер обернулся. - Мой герой. Ты и вправду думаешь, что я сильно хочу быть в твоей компании? - Я в этом не сомневаюсь. Все девчонки по мне «сохнут», - он снова улыбнулся. - Ты преувеличиваешь, - вздохнув, я попыталась снова заснуть, но у меня никак не получалось.