Тропою ночи

      - Ублар, ты можешь двигаться быстрее?! – раздражённо прорычал Тонрар.       - Прости, я постараюсь! – серовато-коричневый волк с красновато-каштановой шерстью на животе, морде и лапах испуганно вжал голову в плечи и припустил по кругу с удвоенной скоростью. Этот самец был ещё совсем молодым, он лишь пару месяцев назад перестал считаться переярком, но он был довольно сильным и имел задатки отличного охотника. Поэтому неофициальный альфа стаи решил устроить ему небольшой экзамен.       - Ещё быстрее! Великая луна, ты ползёшь медленнее червяка! Да пусти тебя на настоящую охоту, ты и мыши не поймаешь, что уж говорить об олене! – рявкнул вожак.       - Я стараюсь, Тонрар! Я бегу изо всех сил, я уже все лапы стёр! – возразил волк, в доказательство своих слов показывая опухшую подушечку, всю в царапинах, из которых крупными красными каплями сочилась кровь.       - Эй, дружище, что с тобой сегодня? – к лидеру быстрым шагом подошёл Канга, глава охотников и по совместительству лучший друг чёрного волка. - Ты сегодня явно не в духе, может не выспался? Иди, вздремни немного, мы тут и без тебя управимся.       - Я в порядке! – прорычал альфа, в бешенстве поворачиваясь к красногривому. Тот даже попятился от неожиданности:       - А вот я так не считаю! Сначала ты совсем загонял бедного Ублара, теперь на меня зубы скалишь, что происходит с тобой, Тонрар? – Канга говорил спокойно, без обиды или злости в голосе, но строго, и глядел на вожака, слегка нахмурив брови.       Острые клыки вины больно впились в лидера стаи. Тут же весь гнев и ярость, испытываемые до этого, внезапно улетучились. Осталось лишь раскаяние и стыд.       - Ты прав. Я и вправду сегодня не в себе, - вздохнув, признал волк. - Прости меня, Ублар, я был излишне строг с тобой. Пойди, отдохни, ты хорошо поработал. И вылижи начисто лапу, чтобы не было заражения, – кивнув альфе, молодой самец спешно убежал, слегка прихрамывая. Как только он удалился, Тонрар повернулся к другу. - Прости меня и ты, Канга, что я был груб с тобой. Я знаю, что ты искренне беспокоишься обо мне, и ценю твою заботу. Просто я сейчас сильно не в духе, вот и срываюсь на всех вокруг.       Красногривый понимающе кивнул.       - Оно и видно. Я не сержусь на тебя, но меня волнует твоё состояние. Скажи мне, отчего ты так волнуешься. Это из-за Алу?       При упоминании этого имени чёрный волк издал глухое рычание.       - Значит вот в чём причина твоего дурного настроения! – быстро догадался друг. – Но отчего же она тебе так не нравится? Я понимаю, эта волчица претендует на твоё место альфы, но ведь на самом деле оно никогда не было твоим, - осторожно заметил он.       - Не было моим, говоришь? – Тонрар вскочил на лапы и распушил загривок. – Да Нава практически отдал мне руководство стаей ещё дома, а сам только и делал, что страдал своей шаманской ерундой! Все вокруг смотрели на меня и видели во мне надёжного, сильного лидера, под чьим руководством будущее не вызывало тревог! Но вдруг появляется эта… эта… выскочка! Да, именно выскочка! Она только пришла со своим отцом, и Нава тут же принялся им лапы лизать! Балто, безродное отрепье, вдруг заделался в вожаки, а его дочь по невероятной иронии судьбы оказалась видящей! Ничего себе совпадение? Вот и я о том же. Только всё равно ей не быть альфой. Ты только посмотри на неё! Она же домашняя собачка, да и только! Спорим, ей было жёстко спать на песке? Скорее всего она замёрзла ночью и дико проголодалась. Я сомневаюсь, что выскочка сможет съесть настоящую дичь с костями и шерстью. Да её от первой капли чужой крови на языке стошнит! А уж если она, не приведи духи, занозится или подвернёт лапку, то сразу завопит, что ей нужен собачий лекарь-человек. Что за глупости вообще? Мы вот сами себя лечим. Словом, она настолько неподготовлена к вольной жизни, что я даже не знаю, можно ли считать её достойной конкуренткой. Стая знает меня, во мне все уверены. А погляди на неё: как она заявила о себе: «Привет, я ваша новая альфа». Ну и глупость! Как так можно? Это же позор! Истинный лидер никогда не кричит о себе во всеуслышание, он доказывает, что достоин этого звания своими делами, а не ссылаясь на слова старого выжившего из ума волка! Словом, ей не быть главой этой стаи.       Выслушав тираду, Канга усмехнулся. Похоже, Тонрар всерьёз озабочен появлением среди них чужачки, иначе с чего бы ему так распаляться?       - А может, она просто тебе нравится, - хитро подмигнув, поинтересовался он.       - Что?! Она? Мне? Да ни в коем случае! – завопил чёрный. – Да я терпеть не смогу её и её внешность! Она же уродина!       - Какие у неё глаза? – быстро спросил красногривый.       - Голубые, - не раздумывая, ответил волк. – Небесно-голубые.       - Ага! Ты даже цвет её глаз запомнил, хотя разговаривал с ней совсем немного! Ты в неё влюбился!       - Вовсе нет!       - Да, влюбился. Втюрился по уши, запал! Хочешь, я устрою вам с ней свидание? Погуляете вместе, посмотрите на звёзды, вместе споёте Волчью Песнь… - Канга хитро улыбнулся.       - Не смей говорить такие ужасные вещи! Мне противно слышать одно её имя! Алу… Больше похоже на завывание – аууу. Просто «выскочка» ей идёт больше. По крайней мере отражает всю её суть.       - Да ладно тебе, не скромничай, герой-любовник! Ты же не одно девичье сердце покорил! Тем более, ты ведь уже взрослый волк, зов природы не отменишь. Ну ты понимаешь, о чём я, - красногривый весело пихнул друга в бок.       - Я заставлю тебя ответить за твои слова! – Торнар прыгнул на Кангу и повалил его на землю, и оба, весело хохоча, покатились по песку. Стая всё ещё обреталась на побережье, ожидая возвращения разведотряда под предводительством Киды. Она должна была сообщить сородичам, насколько велик лес за ближними холмами и пригоден ли он для жизни стаи.       - Эм, Тонрар? – раздался неуверенный голос.       Друзья разом прекратили барахтаться и повернулись на звук.       Перед ними, переминаясь с лапы на лапу, стояла взрослая серебристо-серая волчица, округлившиеся бока которой говорили о скором появлении потомства.       - В чём дело, Таткрет? – перекатившись на живот, спросил вожак.       - Я знаю, ты делаешь всё, что в твоих силах, чтобы найти нам новый дом, но мои волчата вот-вот появятся, и я очень беспокоюсь за них. Я не хочу, чтобы они родились здесь, на чужом берегу, на земле, которая не принадлежит нам. Я мечтаю, чтобы мои дети весело играли в лесу, зная, что им не грозит никакая опасность, что я могу не волноваться за них. Я уже даже не знаю, хочу ли я, чтобы они появлялись на свет, - понурившись, тихо сказала волчица.       Альфа вскочил с песка, подбежал к ней и потёрся щекой о её щеку:       -Ну что ты выдумала, глупая? Ты должна ждать их рождения как праздника! Новая жизнь, новые члены стаи, это же чудесно! Не волнуйся понапрасну, Кида и её разведчики скоро вернутся, и я уверен, они найдут для нас чудесное место, где мы могли бы поселиться. Поверь, осталось лишь чуть-чуть потерпеть, и всё наладится. Стоит только ещё немного подождать.       Таткрет подняла на вожака влажные от слез глаза:       - Спасибо тебе, Тонрар! Я безумно рада, что у нас есть такой замечательный лидер, как ты!       - Не плачь. Всё будет хорошо, - мягко сказал волк.       Тут со стороны холмов донеслись радостные крики и счастливый, захлёбывающийся лай. По этому мерзкому звуку, издавать который могут только собаки да койоты, альфа сразу распознал, кто идёт.       «Выскочка», – раздражённо подумал он, и всё хорошее настроение мигом улетучилось.       И правда, несколько секунд спустя на склоне показались три лёгких фигурки, со всех лап бегущих к стае. Одна из них, серовато-коричневая, громко лаяла и иногда подвывала. Другие две летели молча, но на их мордах был написан не меньший восторг.       - Мы нашли! – завопила Са-йяк, когда волчицы спустились к вожаку.       - Что нашли? – поинтересовался Канга, выглядывая из-за плеча друга.       - Мы нашли лагерь! – пропыхтела Кида.       - Не может быть! – воскликнул лидер.       - Пойдём скорее, это отличное место! Тебе там понравится, я знаю, - не унималась серая волчица – А всё Алу! Она такая умница! У неё отличный нюх! Это она первая нашла лагерь! Там так замечательно!       - Опять эта выскочка, - тихо процедил вожак.       Сама полукровка стояла рядом с новыми подругами, смущённо опустив голову, и молчала.       - Идём же, ты обязан посмотреть и оценить, подойдёт ли наша находка стае! – позвала лидер разведчиков.       - Ты права, - вздохнул чёрный волк. - Веди.       - А мне с вами можно? – спросил Канга.       - Пойдем. Только пусть Са-йяк и собачонка останутся здесь.       - Это почему? – обиделась серая охотница. – Ведь это именно Алу нашла лагерь, ей и показывать дорогу!       - Потому что я так сказал! – оборвал её Тонрар. – Не хватало нам ещё толпой шастать по лесу. Кто знает, вдруг это небезопасно? Идут только я, он, – альфа кивнул в сторону друга Кида, – и Таткрет.       - Такткрет? – удивилась разведчица. – А почему она?       - Она скоро родит. Поэтому ей нужно спокойное тихое место. Кто как не мать определит, хорошо ли будет молодняку расти в том месте, что вы обнаружили? – отозвался вожак.       - Ты прав, – кивнула волчица и подозвала беременную. Пока они обсуждали предстоящий поход, Алу подошла к лидеру:       - Может, хватит?       - Это ты мне? – искренне удивился тот.       - Тебе, тебе.       - Ума не приложу, о чём ты говоришь?       - Ты прекрасно знаешь о чём я! Хватит нападать на меня, хватит звать меня собакой! Я – волк! И что бы ты ни говорил, я всегда им буду! Кроме того, лидер из тебя никакой! Ты ничем не лучше Ниджу!       Едва дочь Балто договорила, Тонрар рванулся и одним могучим ударом опрокинул её на землю. Волк навис над ней, оскалив зубы и целясь ей в горло.       «Как она смеет? Как смеет сравнивать меня с ним?! Я уничтожу её, разорву, растерзаю!» - промелькнуло в голове разъярённого альфы.       - Эй-эй-эй, полегче! – Канга бросился к ним.       Алу стало страшно. Она забилась, прижатая к песку тяжёлым телом вожака, и жалобно скулила, не зная, как выбраться.       Глаза лидера стаи застлала красная пелена, он мало что видел, кроме своей жертвы, оскорбившей его. И она должна поплатиться за это. Он мысленно сосчитал до двух, а потом обрушился на неё. Но вместо мягкой плоти и шерсти зубы вхолостую клацнули в воздухе. Полукровки под ним не было.       Никто не успел ничего понять, просто в какой-то момент волчица превратилась в клуб белого тумана и вылетела из-под волка. Отлетев немного в сторону, сгусток снова обрёл форму Алу. Она была вполне материальная и живая, почти как всегда, только глаза её светились странным жёлтым светом. Не было видно ни белка, ни зрачка, ни радужки, лишь это странное свечение, но спустя буквально пару мгновений оно погасло. Глаза полукровки снова стали такими, как прежде.       Гнев Тонрара исчез, и он с ужасом понял, что едва не совершил непоправимое – он хотел убить её! Нет, он не лучше Ниджу, он куда хуже! Тот никогда не покушался ни на чью жизнь. Даже бросаясь на Наву, он хотел лишь напугать матёрого, доказать, что сильнее. Но убивать – никогда. Так отчего же этого желал альфа?       Волк повернулся к друзьям. Разведчица, охотник и мать смотрели на него с затаённым страхом в глазах, а Алу – с недоумением. В её взгляде не было ни торжества, ни злорадства. Только крайнее изумление, словно она сама не понимала, как так вышло.       - Идёмте. Нам нужно осмотреть лагерь до захода солнца, чтобы успеть на Песнь Духов, – пробурчал вожак, опустив голову. Ни на кого не глядя, он пошёл по песчаной косе, а затем начал карабкаться по склону холма. На ходу он бросил, не оборачиваясь:       - Выскочка, ты идёшь с нами.       Канга, Кида, Таткрет и Алу молча последовали за ним, не решаясь обсудить произошедшее. Лишь спустя минуту мать прошептала:       - А что если он и на моих детей так бросится?       Тонрар, шедший впереди, услышал её, дёрнул ухом, но ничего не сказал. Он вообще потерял всякое желание общаться.       «Что же я наделал? Неужели это не сон? Не может быть, чтобы я правда попытался убить кого-то, кто слабее меня! О, великие духи, что со мной происходит? Будет ли теперь моя стая доверять мне? А что если Таткрет права и я могу навредить её будущим детям? Значит ли это, что я опасен для своих сородичей?» - терзаемый этими мыслями, он постепенно ускорял и ускорял шаг, пока, наконец, не перешёл на стремительный бег.       Только ступив под сень высоких деревьев на опушке леса, он остановился. Прислонившись боком к неровному стволу ели, он замер, пытаясь отдышаться. Терпкий запах хвои успокаивал его, а кора дерева, казалось, была тёплой.       «О, дух леса, прошу тебя, помоги мне! Одари меня своей мудростью и терпением, чтобы я мог быть хорошим лидером для своей стаи!» - мысленно взмолился он.       Показалось ли ему, что лёгкий ветерок, пахнущий деревьями и травами, принёс с собой тихий голос:       - Ты не один. Мы все части великого целого. Открой свою душу всему, что тебя окружает. Расскажи о своих бедах.       Альфа закрыл глаза, глубоко дыша, и устремил свои мысли в пространство. Он был уверен, природа услышит его. Иначе и быть не может. Он должен просто верить.       Тот же голос произнес:       - Волчий Дух прощает тебя на этот раз, Тонрар, сын Амарока. Не подведи его снова!       Волк улыбнулся и прошептал:       - Обещаю.