Наран чалле?

***

 — Что за изверги преподают у нас в универе? Всё им мало… еще и после занятий оставляют, — возмущался Юнхо, перекидывая рюкзак на другое плечо. — У меня мозги кипят, — продолжал высказывать своё недовольство, тормоша себе волосы. — Семь часов вечера, семь…, а мы только идем домой. — Ой, прекращай так убиваться, — пихнул друга в плечо и рассмеялся. — Ты только и делал, что ковырялся в своём телефоне, а под конец лекции на минутку прилег на стол и вообще чуть ли не захрапел, — хохоча, уличал однокурсника в притворстве, что дополнительная подготовка его тяготит. — Это не считается, — запротестовал парень. — Вначале я слушал профессоршу. — Ну-ну, — не стал больше спорить с ним. – Эй, куда ты? — вдруг выкрикнул Джунсу, когда приятель неожиданно потянул его совсем в другую сторону. В общем, обычно они не шли к метро через соседнее здание «Full House S.J.», потому что получалось, они делали крюк. Но этот нытик, вечно жалующийся на наглое посягательство педагогов на его законный отдых от учебы, удумал проложить свой путь именно через эту компанию. Можно сказать, они таким маршрутом никогда не ходили, а тут — на тебе… — Тише, — шикнул, — чего орешь, они же услышат. — Кто? — удивился Су. — Картежники, — прошептал в ответ Юно. — Какие еще картежники? — всё еще не мог понять своего друга. — Владельцы компании… о-о, какой шикарный мужчина, — восхитился, стараясь делать вид, что не пялится на двух людей, стоящих около машины. – Тот, что красивее и чуть ниже другого… я про него. — О ком ты? — огляделся по сторонам и остановил взгляд на Чанмине и Джеджуне. — Ты про них? — кивнул головой в их сторону Джунсу. — Да-да, не пались так, — остерег его парень. — Почему картежники? С чего ты взял это? .. — спросил, без какого-либо стеснения наблюдая за теми. — И с каких пор они стали тебя так волновать? — Сам догадаться не можешь? — вымолвил Юнхо и прямо так засмущался, когда объект разглядывания посмотрел в их сторону. — Из-за названия их компании: Full House — это же комбинация в покере. — Full House переводится, как «полный дом», вот они и занимаются ими… что за бред несешь? — укоризненно заявил Су. — Айщ, и как, по-твоему, их называть? Домушники? — хихикнул. — По именам, — дал дельный совет. — Или вообще… никак. — Ладно тебе… — с каким-то сожалением пронаблюдал, как владельцы компании сели в автомобиль. — Я как-то случайно столкнулся с тем, что симпатичнее и большеглазый, слышал… — Они оба лупоглазые, — приметил студент. Отвел взгляд от ярко-красного феррари, куда те забрались. Про внешность промолчал, те были хороши собой, а тот, что выше ростом, с оттопыренными ушами, казался ему даже привлекательнее. — Не, ну в самом деле… Ты же понял, кого я имею в виду, — обиженно изрек Чон. — Всё, проехали, еще не хватало обсуждать двух мужиков, — сурово заявил Джунсу. — Какие мы… — не договорил, когда однокурсник, нахмурившись, кинул на него взор. — Хорошо, забыли… — уступил. – Ну, согласись, он симпотяжка, — всё же добавил шепотом и жестом показал, будто застегнул рот на молнию. Ребята молча потопали по тротуару, который как раз должен вывести их к метро…

***

Чанмин после рабочего дня отправился с Джеджуном в ресторан «на допрос»: подкрепиться, выпить и удовлетворить его любопытство. Нельзя было позволять себе слишком много спиртного, а то ляпнет лишнего, то есть о своей тяге к студенту и еще, не дай черт, конечно, может и приукрасить. А сейчас, на первых парах, выкладывать о своем явном влечении к парню и пошловатых желаниях не хотелось бы. Сегодня видел Су с однокурсником, скорее всего, близким другом. Так как не раз замечал их вместе в университете, но отсасывал ему другой. И, несмотря на это, легкая зависть проскользнула в нем, что все они находятся рядом с ним, а он нет. Да, рановато ещё прорастать такими чувствами, словно девка, втюрившаяся до соплей… Совместная попойка с приятелем прошла на ура. Шиму повезло, Дже приглянулся какой-то парень и тот позвал его за совместное застолье. Так что весь их поздний ужин прошел без приставаний, что у него стряслось. Поверхностного рассказа о ссоре с бывшей девушкой оказалось достаточно, что и порадовало мужчину. Какая муха укусила Мина на ночь глядя, сам не понял. Он отказался от дружеского жеста подвезти его до дома. Ни с того ни с сего удумал ехать общественным транспортом. Возможно, это обычное явление для человека: сначала сделал, а потом подумал. Но его компаньон был навеселе с достаточной дозы спиртного; мысли забились всякими грядущими непристойностями с новым «партнером». Так что Джеджуна не особо удивило странное желание приятеля, не стал того отговаривать. Решил, пусть делает, что хочет, тот не маленький мальчик, в сопровождении «до горшка» не нуждался. Попрощавшись с другом, Чанмин отправился к метро. Клятвенное обещание, данное самому себе, что ни ногой, никакими правдами не спустится в подземку, было нарушено без колебания. Такой несанкционированный бзик даже поднял ему настроение. Что с ним происходит, алкоголь ударил в голову, а может, куда еще? Ладно, с этим как-нибудь разберется, а в данный момент, сидя вразвалочку в почти пустом поезде, испытывал разочарование. Тут нет духоты, давки, оживленной толпы, где совсем и яблочку негде было упасть, и того симпатичного студента, за которым можно было наблюдать или даже прижаться. В забитом вагоне, где народ, как селедки в банке, подобные действия не будут выглядеть намеренными, подозрительными. Скорее всего, любая обстановка не оставила бы его довольным не будь там того, кого хотелось бы увидеть больше всего. Он не один такой, все такие, чего скрывать… В тихом, просторном, безлюдном и светлом поезде мужчина в одиночестве сидел в кресле. Не отрывая взора, смотрел в окно, где было видно его отражение, которое было темным, неподвижным, грустным, как этот туннель, по которому они неслись. Бессмысленно было надеяться на встречу со студентом. Ведь ничего существенного не делает для этого. А поездка на метро? Подземка для него, как спуск в преисподнюю, но он терпит и не строит планы, чтобы истребить всех тех, кто толкал его и отдавил ему ноги. Это никем не оцененный подвиг… Остановка; с небольшим шумом открылись двери, поезд немного постоял и снова двинулся по заданному маршруту. Мин даже не открывал глаз, до своей станции ему еще не скоро. Он раздумывал о том, чтобы переехать и жить, как все нормальные люди в квартире, а не в подвале. Но в итоге после глубоко анализа своей жизни пришел к выводу, что совсем не хочет этого. И с чего такое… упрямство? Понимал, что безрассудно надеяться на еще одно стечение обстоятельств, которое привело бы его к новой встрече с юношей. В большом и густо заселенном городе, в темное время суток… шанс на такую удачу — один на миллион. Проще говоря, хватит витать в облаках. Смирившись с этим, перестав ждать чудо, малек прикорнул. Внезапно в его глубокие мысли о своем ворвалась мелодия; сразу засунул руку в карман пиджака, чтобы взять трубку. Кому не спится в такое время? Резко распахнул глаза, поняв, что это совсем не его мобила тренькает. Мужчина не поменялся в лице, увидев напротив знакомую личность. Но далее губы предательски дернулись, у него проскользнула довольная улыбка и быстро скрылась за серьезностью. Зачем? - Да, чего тебе? – протянул Джунсу, отвечая на звонок. — Сколько можно? Не начинай… сказал же, отвали. Не вижу смысла встречаться дальше, - грубо отшивал кого-то. — Я выпил, так что не жди, что я буду терпеливо выслушивать твою истерику… не нарывайся и не вынуждай меня переходить на оскорбления, — предупредил, что нетрезв и способен в таком состоянии быть злым и ужасным. – Займись чем-нибудь полезным, например, спать ложись. Закончив разговор, студент глянул на пассажира, восседавшего напротив, который без стеснения словно вцепился в него взглядом. Но это не доставило ему каких-то неудобств, запрещать или возмущаться по этому поводу не горел желанием. Парень вытянул ноги вперед, запрокинул руки за голову и откинулся к спинке сиденья. Су возвращался с небольшого шабаша у однокурсника; не сразу, но заметил знакомого человека в одиночестве, направился к нему. Нет, не собирался что-либо делать или говорить, ничего же страшного не будет, если просто посидит рядом. А Шим не мог понять, как умудрился не услышать прихода «посыльного из Тэгон». Возможно, ему следовало начать разговор, может, больше и не будет шанса остаться вот так, наедине с ним. К сожалению, струхнул и больше склонялся к тому, что его пошлют. Мальчик — не такой одуванчик, молча проглатывающий оскорбления, как казалось ему на первый взгляд. Давеча услышанная беседа преподнесла совсем другие краски в его милый образ. Непрост малец. Скорее всего, поэтому у него состояние… словно вылупившейся птенец в первые минуты своей жизни — чувствовал себя беспомощным. Как же сделать первый шаг, который наводит столько жути? С горя хотелось обречено гаркнуть: «Эй, студент, почему ты мужик?!» Ведь с женщинами легче заводить беседы, которые заканчивались в постели… Они проехали две остановки, а на третьей Су поднялся и подошел к дверям. Мин тоже подскочил, в полном замешательстве посмотрел на него. Как, ведь сначала должен выходить он, а только потом студент. В непонятках застыл на месте… — Вы проехали свою станцию, — обернувшись, сказал ему парень, видимо, заметив его растерянность. — Думаю, вам стоит здесь сойти. Этот поезд последний, — объяснил, что тот проморгал свою остановку. — Если останетесь, только дальше уедете, — и вышел из вагона. Тот не стал долго раздумывать и быстро последовал за ним. Они вышли из подземки; широкая улица, дорога со светофорами, поредевшие автомобили, немногочисленные люди, которые неспешно шли по делам. Чанмин оглянулся, вертя головой, прикидывая и пытаясь сориентироваться на местности, чтобы понять, куда ему двигаться, чтобы попасть домой. — Перейдите дорогу, — посоветовал ему Джунсу. — Встаньте на автобусной остановке, оттуда легче поймать попутку или такси, — порекомендовал со знанием дела. Закончив информировать того о том, как ему легче добраться, развернулся и направился в другом направлении. Шим, как и сказали, потопал на другую сторону улицы, но неожиданно остановился. — Эй, студент из Тэгон! — крикнул он, тот обернулся. — Спасибо, — поблагодарил, широко улыбнувшись, видать, только дошло, что вежливость все же будет уместна, даже нужна. В ответ ему безмолвно кивнули головой. Мужчина что-то пробурчал себе под нос, видать, поражался своей небывалой заторможенности. Но идя, успев на ровном месте споткнуться и не придавая этому значения, чувствовал себя каким-то счастливым…

***

— Доброе утро, — тихо и неуверенно сказал Мин, хотя давно стоит, чуть ли не прижавшись к парню, с задранной вверх рукой, держась за поручень, чтобы совсем не впечататься в него. Но только отважился выдавить из себя два слова. — Привет, — ответил ему Джунсу, не стал игнорировать; закрыл глаза. Он не выспался, так что его клонило в сон, продолжать беседу не жаждал и наглядно это показал. — Ты сегодня хорошо выглядишь, — быстро изрек, не подумав, чтобы как-то продолжить диалог, и понял, что выдал глупость. Такое прокатывало, когда пытался расположить к себе новую знакомую женского пола — комплименты творят чудеса. Юноша ничего не ответил, лишь улыбнулся. — Я не это имел в виду, другое хотел… в смысле, ты всегда хорошо выглядишь, точнее… Не подумай, что я… — запаниковал Шим, что его заинтересованность в нем так явна, никак не мог подобрать нужную реплику. — Это случайно вышло, — как смог, так и закончил свою околесицу. Отвернулся в сторону и, сжав зубы, зажмурился, испытал небывалую неловкость, аж жар по спине прокатил. — В чем прикол кататься на метро, когда есть собственная машина? .. И к тому же не одна, да? — спросил Су, подняв взгляд на мужчину. — Ну, это… — запнулся, подобного вопроса он не ожидал. — Сломалась… лись, — нашел, что сказать, на ходу исправив. — Ты сегодня не занят? — мысленно чертыхнулся, опять ему показалось, что несет чушь. — Пообедаем, поужинаем? — не стал ходить вокруг да около и предложил два варианта на выбор. «Позавтракаем», — мысленно продолжил фразу парень, но сказал другое: — С этого надо было и начинать. — Ты всё не так понял, — возмущенно заявил Мин, к тому же очень правдоподобно. — Я не для себя… У меня есть друг, хороший человек, мой компаньон, Ким Джеджун, — начал заливать свою повесть, придумавшуюся только что. — Ему давно и очень сильно нравится твой друг Юнхо. Думал, неплохо бы познакомить их… Приятель у меня очень робкий, - да, так врать ему еще не приходилось, хотя нет, было дело, — и никогда не сможет подойти к нему первым. Вот я и подумал. Помочь. Они подходят друг другу, — и предъявил слабоватый аргумент. — Откуда такая уверенность? Вы даже не знаете Юно, а такое говорите, — последнее высказывание вызвало усмешку. — А вдруг мы не друзья, а любовники и скрываем это ото всех? — неожиданно заявил Су. — Почему я должен вам помогать? Повисло молчание, Чанмин как-то думал о таком, но наблюдения за ними совсем не давали повода предполагать, что те встречаются. Но быстро возникли сомнения в его убежденности, что они просто приятели. И сказать-то было совсем нечего, чтобы опровергнуть, не излагать же его доводы, основанные на слежке через бинокль за студентами. Еще подумает, что он маньяк какой-то. Поезд остановился, толпа ринулась на выход, вынося их на станцию; их остановка. Мужчина озадаченно плелся за парнем, расстояние между ними было небольшим. Он не видел лица Джунсу, который широко улыбался, наслаждаясь очевидной растерянностью босса Full House. Тот, как ребенок, увидевший фокус с исчезновением монетки. Пристальное наблюдение за процессом не дало возможности увидеть, как это было сделано. Его провели? — Завтра, — резко заговорил, обернувшись, — ресторан «Hell’s Kitchen», ужин за ваш счет, — предупредил, хотя и так было ясно. — Приводи своего компаньона, не опаздывать… мы будем в десять, — и бодро пошагал вперед, не допуская, что тот может передумать или выдать что-то еще. Юноша принял приглашение на своих условиях перед тем, как сворачивал в сторону универа. Оставив Шима, застывшего на месте, переваривающего услышанное. Су и не собирался отказываться, разыграл небольшую сценку для веселья. У Юнхо сейчас появилось новое увлечение: неумолкаемый скулеж, что Ким Джеджун — его идеал, долгожданный принц на белом коне, и не важно, что это бабское видение избранника… благородный, милый, красивый и тому подобное. Когда успел заметить такие качества в своем сказочном персонаже, с чего всё взял, черт его разберет. Да еще и твердил, что не достоин внимания такого человека, не настолько привлекателен, не настолько мужественен, в общем, велось к тому, что однокурсник — не тот, на кого мог обратить внимание Дже. Как же без самокритики? И для полного комплекта в депрессию укатить не хватает, хвала небесам, это пока обошло стороной. Но занимался дуростью: садился у окна и пялился на соседнее здание, да там при всем желании ничего не увидишь, окна-то зеркальные. Если приятель узнает, что отказался от свидания на четверых с так называемым «картежником», то ему лучше сразу собирать походный рюкзак и валить в горы, годика на два примерно. Потому что, если не сделает этого, его распнут, временами Юно бывает неадекватен, а в этом случае точно будет таким. Один вечер в компании состоятельных и красивых мужчин - да, с подобным фактом согласен — Джунсу переживет. К тому же назвал самый дорогой ресторан, где на еду невероятно высокие цены, и они не беспричинны. Лучшие повара Европы и Азии трудятся там, а ассортимент алкоголя просто заоблачный. Рай. Конечно, то, что там подают, а точнее в каких дозах, смело можно обозвать пробниками. Потому что для вечно голодного студента они… как лизнуть изысканный, ароматный, обжаренный кусок самого дорого мяса в Корее и положить назад в тарелку. Издевательство в чистом виде. Идти туда, имея только стипендию? Упаси Господи от такого безумия… Поэтому упустить возможность побаловать себя шикарным заведением… Ни за что! Но и есть вероятность, что они туда не попадут: по слухам, места там забиты чуть ли не на три-четыре месяц вперед. Пусть дерзает, Шим сам напросился. Пусть это и выглядит расчетливо — мир несовершенен.

***

— Дже, ты мне друг? — Нет, — холодно, не раздумывая, ответили. — Брось, друг, — мягко запел Чанмин. — Нет! — настаивал на своем. — Я серьезно. — Я тоже, — не отступал Джеджун. — Ким… — обратился по фамилии, чтобы добавить уважение и тому подобное с целью умаслить приятеля. — И не проси, — оборвал. — Не соглашусь даже за миллион долларов! — пискнул, вложив все эмоции в реплику, показывая всю свою непоколебимость в решении. — Ты не знаешь, о чем я хочу тебя попросить, а уже… — обидчиво изрек тот. — Знаю, знаю, — затараторил, потряс пальцем перед лицом Мина. — Сходи со мной в ресторан, побудь приложением для стула и стола, пока я буду окучивать очередное кавайное создание, — обхватил ладонями свои щеки и, растянув губы во что-то смахивающее на улыбку, заранее зная, к чему слова: «Дже, ты мне друг?» — Всё не совсем тааак… — протянул, отстранился от приятеля, прижавшись спиной к креслу, и очень подозрительно отвел глазки в сторону. — Я тебя убью, — грозно выдавил из себя тот. — Если ты сейчас скажешь, что я типа заинтересован в ком-то и мне надо еще и стесняшку-разукрашку играть… — состроил устрашающую гримасу, сжав кулак и показывая его другу, заранее предупреждая, что, если это так, то лучше пусть молчит. — Не смей вести себя, как подросток, то время уже прошло… мы взрослые люди, что за ребячество?! — Не-не надо так сразу… — не терял надежды смягчить момент непонимания и поспешных выводов. — Да-да, мы взрослые люди, — кивая головой, как болванчик, Чанмин выскальзывал из своего кресла, желая быть на безопасном расстоянии от намечающегося взрыва. — А твоя кошечка? Её розовая морда случайно встречается не только у тебя дома, но и в кабинете, в машине… Аха, это так, переходный возраст, запоздал немного или застрял кое-где. И твоя пижама в виде такого милого, хвостатого… — оскалился и прорычал, растопырив пальцы, чуть сгибая их, словно показывая коготки — львёночка. — Заткнись! — взвизгнул Джеджун. — Это совсем другое, не тронь святое! Не переводи тему, — рявкнул и со всей силы треснул по столу ладонью. — Блин, чего он такой твердый? — пожаловался, скукожившись телом и мордашкой, и потряс рукой. — Больно-то как… — Толщина столешницы десять сантиметров, красный дуб, дерево же, еще бы не быть твердым, — приметил. — Не умничай мне тут, — вернулся к грозному тону. — Сам выкручивайся, я не собираюсь развлекать твоих баб, которые вечно норовят меня пощупать. Тебе на лбу написать, что я гей, чтобы каждое утро в зеркале видел? Я же тебя не таскаю… — Ой-ой, вот только не вздумай заливать, — прервал его Мин, подозревая, что сейчас будут нагло врать. — Это получалось случайно, что ты находился в обществе одних мальчиков, которые меня интересовали, — укоризненно ответил. Дже сразу поменялся в лице, невинно принялся хлопать глазками, от греха подальше отвернулся, губы так и хотели растянуться в улыбке. Сообразил, что переиграл, надо под шумок сваливать и больше не попадаться на глаза компаньону. Чтобы уберечь себя от претензий и нежеланной встречи, которую с кем-то затеял его друг. — Хочешь смыться? — увидел, как собеседник возомнил себя человеком-невидимкой и двигается к двери, как будто он это не заметит. — У меня еще куча времени, я от тебя не отстану, и не мечтай, — заверил того. — Чёрт возьми, Дже, я хочу с ним поближе познакомиться! — крикнул, устремляя взгляд на профиль приятеля, стоявшего полубоком к нему, возможно, ожидая его реакции. — Он мне нравится… — «С ним»? «Он»? — повернулся к Шиму, прибалдел малек. — Может, ты имел в виду «с ней», «она»? — не верил своим ушам. — Ты всё правильно услышал. Он студент, оттуда, — и пальцем показал себе за спину; друг вытянул шею, чтобы глянуть, куда указали, хотя и так знал, что там находится, и тем более, здание университета и так было видно. — Я пригласил его на ужин, завтра в десять, в «Hell’s Kitchen», — умолчал, что это Су выбрал время и место. — С ним будет однокурсник, побудешь пару часов милым и добрым другом, от тебя не убудет. — Если ты не шутишь, то у меня шокированное состояние, и оно еще не скоро пройдет, — и показал ошеломленное, с отвисшей челюстью, застывшее лицо. — Мне надо выпить, поразмыслить. Джеджуну как-то не верилось в услышанное, ждал, что приятель сейчас рассмеется и скажет, что это шутка. Но и в то же время, наверное, ожидал подобного, он же не слепой и как-никак близкий человек своему компаньону, знает его хорошо и замечал в нем изменения. — Да? Нет? — требовал быть поточнее, а то развел демагогию. — Видать, здорово тебя достали девки, мальчиков теперь подавай, — как-то уж спокойно произнес, вернулся обратно и нагло плюхнулся в кресло, закинув ноги на стол. — Не успел познакомиться, а тебя уже раскручивают, — сделал акцент на место встречи, почему-то все-таки предположил, что не Шим выбрал ресторан. — Разницы нет, что бабы, что мужики… все с одного поля ягоды. Где ты таких находишь? — мысли вслух, не требующие ответа. — Значит, отказываешься? — коротко поинтересовался, ему было важно только это. — Пойду из любопытства, — согласился тот, поставив в известность, что имеет и свои цели. — Чего не сделаешь ради товарища. Эх, в огонь и в воду, не щадя себя, и всё ради тебя, как всегда, — драматизировал, тяжело вздыхая. Он покрутился в кресле, затем, повернувшись к другу лицом, посмотрел на него и улыбнулся, подмигнув, а тот довольно хмыкнул и облокотился о раму окна. Дело осталось за малым… встреча. Чанмин не все сказал ему, это же не так уж и важно?

***

— Вы совсем не похожи на робкого человека. Не верится, что вам не хватило смелости, чтобы подойти к Юнхо и самому заговорить с ним, — сделал вывод Джунсу о Джеджуне, не тая, прямо сообщив это. Они, как полагается в такие встречи, обменялись приветствиями, представились, задали друг другу парочку бессмысленных вопросов, и затем воцарилась тишина. К ним подошел официант, поклонился и каждому вручил папочку в черном кожаном переплете, усыпанную золотистыми узорами. — Что? — удивленно вопросил Юно, не понимая происходящего. Юноша нервничал, и как ни один из присутствующих чувствовал неловкость. В какой-то миг даже пожалел, что согласился составить другу компанию, до последнего не верил, что тот назначил свидание хозяевам Full House. Хотя Су скромностью не страдает, подобное вполне в его духе. Дже, как услышал подобное «обвинение» в его нерешительности, еле сдержал себя от того, чтобы с возмущением нецензурно выругаться. А еще подавлял желание со всего размаху пнуть Шима. Так как приличное место, новые знакомые, очень миленькие студенты, не хотелось упасть лицом в грязь. Вот так всегда, скорее всего, надо было уже давно привыкнуть, что его подставляет чертов компаньон. Но он всегда не терял надежды, что тот исправится. Видимо, зря… — Мин, можно тебя на пару минут? — требовательно позвал своего приятеля-выдумщика и, поднявшись со стула, направился в сторону туалета. — Быстро, — процедил сквозь зубы. — Извините нас, не скучайте, выбирайте, что понравится, и смело заказывайте. Мы скоро, — заверил их мужчина, мило улыбнулся и удалился. Ничего незапланированного для Чанмина не происходит, волнения излишни, тот побрюзжит, повозмущается и успокоится. Проходил, знаком с подобными сценами… — Опять?! — вскрикнул Джеджун, когда приятель, заходя в холл уборной, закрыл за собой двери. — Каждый раз одно и то же. Ты хоть раз в жизни не мог придумать более достойную легенду для меня? Совсем фантазии нет? — негодовал, критикуя скудность пикапа. — Так вышло, я не специально, — убедительно выдал. — Всё произошло слишком быстро, тогда времени на раздумья не было. И я прибегнул к проверенному методу, — объяснил, что произошло непредвиденное, и сказал, что обычно всегда действовало безотказно. — Дьявол! — выдал в сердцах, не снижал тона разговора и пнул каменный фонтанчик, что украшал помещение. И чего эта огромная писалка тут делает? Тайна, покрытая мраком. – Шим, ты нарываешься, еще раз выставишь меня отсталым и неуверенным в себе придурком, я тебя укокошу. Сделаю из тебя чучело и украшу свой кабинет, — рассерженно грозился. Хотя такие меры расправы ну никак не могли вызвать страха. И это большая ошибка Дже. Всерьез воспринимать подобные слова о надругательстве над убиенным другом нельзя. Смех, да и только, надо быть более убедительным… — Джунсу, я не догнал, ты чего сейчас сказал? — поинтересовался Юнхо, потому что услышанное как-то не укладывалось в голове. Парень нервно открывал и закрывал меню, постукивая пальцем по столу. — Потом расскажу. Сейчас просто хотел посмотреть на их реакцию. Забавно же, — вымолвил и принялся изучать блюда. Студент подозревал, что Мин соврал по поводу заинтересованности Джеджуна в его товарище. — Тоже скажешь, как я поддержу твое веселье, если понятия не имею, в чем суть? — указал на прореху в сложившейся ситуации. — И вообще, не впутывай меня в свои игры, — попросил его Юно. — Знаешь же, я не одобряю этого. Твоё стремление заполучить кого-то всеми писаными и неписаными способами, а потом наплевательски к нему относиться… не понимаю этого и… — Всё-всё, прекращай, не нуди, я понял тебя, — оборвал друга, затеявшего читать ему нотации. — Забудь… Давай, выбирай чего-нибудь, устроим праздник живота, — замял посыпавшиеся в его адрес упреки. — Ладно, всё равно мои слова для тебя, что горох о стену, — фукнул. Они не раз об этом говорили и, возможно, будут к этой теме возвращаться. Юно наконец сосредоточил свое внимание на меню, вылупил в ужасе глаза. — Жуть, неужели бывает столько нолей? — риторический вопрос, веявший сарказмом на цены, что чуть ли не ослепили его очи своим изобилием цифр. Бедная его стипендия, рыдает в уголочке и соплями исходит, ей никогда не подняться до уровня, чтобы остаться в этом ресторане, как оплата — жалкое существование, мир жесток… — Не парься по этому поводу… — не колеблясь, выдал. – Ммм, выберу чего-нибудь безумно дорогое, надеюсь, оно будет съедобным. — А чего так? Жри лучше сразу деньги, — сделал предложение приятелю и рассмеялся. — Их хоть по количеству больше будет, чем твой заказ, — пришел к выводу; потрогал необычную салфетку: изысканная красная ткань в белый горошек. — Офигеть, эта тряпка по качеству в сто раз круче, чем любая из моих шмоток, — прошептал Юнхо. — Еще раз простите, что надолго покинули вас, — учтиво извинился Чанмин, прервав колхоз «восхищения» своим гардеробом; присоединился к ним. Следом к ним подошел его приятель и наиграно, как брезгливая мадам отодвинул стул и сел на него. Пытался скрыть раздражение и бесиловку, которая скачет в нем, как попрыгунчик. — Ничего, пережили, — ответил Джунсу, растянутые розовые губки и мягкий тон не дали повода подумать, что это было грубо с его стороны. И опять тишина… — Что скажешь? — вдруг заговорил Джеджун, разглядывая меню, конечно, обращался к своему другу. — А что я должен сказать? — вопросил мужчина, не понимая смысла слов. — Ну, посоветуй мне выбрать блюдо, — разъяснил тот свою просьбу. — Советую тебе выбрать блюда, — вымолвил, чего так ждали от Мина. — Ты от природы дурачок или тебя этому где-то учат? — язвил Дже, спровоцировали. — Скорее всего, первое, — подыграл ему. — Шим, прекращай косить под дебила, а то поверят же, — сделал замечание, задирая того. Честное слово, как дитё малое, а скорее всего, оба ничем друг от друга не отличаются. — Оставь свою подколы на потом, ты выбрал неподходящее время, — попросил его и по-дружески, вложив всю признательность в силу жеста, похлопал по спине своего болтливого компаньона. — Вы уже выбрали? — спросив, он поднял руку вверх, этим жестом давал понять работникам ресторана, что они готовы сделать заказ. — Да, — произнес Юнхо, закрыв меню, а однокурсник безмолвно кивнул головой. — Впервые в Адской кухне или уже были тут? — решил продолжить общение Дже. Он еще был с выпяченной грудью, отводя плечи назад. Его же от всего сердца поколотили по спине, больно-то как, точно кто-то напрашивается на смертную казнь. — Где? — и снова Юно ощутил себя с другой планеты. — Господин Ким имеет в виду ресторан «Hell’s Kitchen» — Адская кухня, — разъяснил Су своему другу. Подошедший к ним официант принял у всех заказ, откланялся и удалился… — А, ну конечно, — догнал всё парень. — Просто вы сказали на корейском, и я не сразу понял, — оправдался. — Странное название, — добавил. — Почему же? — тепло улыбнулся собеседнику, который с больной и бедной фантазии говнюка Шима ему с чего-то вдруг нравится. — Хозяин заведения кореец, но долгое время жил в Америке, на Манхэттене, в районе Клинтон. Ностальгируя по былой жизни, решил назвать ресторан именно так, — рассказал историю названия заведения. — Не вижу связи с Адской кухней, — сообщил о нестыковке Юнхо. — Это название района, неофициальное, — влез в разговор Джунсу. — Из Марвэл — Мстители, Сорвиголова, — сразу пояснил, откуда он знает, предвидел, что спросят. — Точно-точно, — одобрительно покивал Джеджун, приставил палец к губам. Заметил, что другой студент тупо пялился на них, продолжая вести себя, как инопланетянин. — Не беспокойтесь, — обратился к Юнхо, устремил на него взор завораживающих и блестящих глаз. — Я тоже был бы далек от этого, если бы хозяин ресторана не был нашим другом. Который поведал нам, при чем тут Адская кухня, — успокаивал, но кидаться раскладывать всё по полочкам, чтобы тот всё понял, не стал. — Как раз о нашем обожаемом друге: зря я дал ему разрешение на сервировку и дизайн стола на своё усмотрение, — горестно сообщил Шим, кидая взгляд на подсвечники в форме головы оленя и слоника. — Еще раз прощу прощения за этот ночной зоопарк. В этот момент к ним подошли два официанта с подносами, с осторожностью, чтобы не мешать клиентам и их странному диалогу, начали ставить блюда и напитки на стол… — Аха. Шутник у нас Пак, — хмыкнул мужчина и взял салфетку, сложенную в квадратик. — Такое ощущение, что это трусы Микки Мауса. — Допускаю, что он на это и рассчитывал, только ты мог такое ляпнуть. Обязательно надо не забыть сказать ему спасибо, что хоть скатерть не додумался постелить с дельфинами и мишками, — задорно, иронизируя, со смешком выдал Мин. Так уж положено в этой Адской кухне. Нет, не так изгаляться над посетителями и «наряжать» стол зверьками, а заказывать концепцию по желанию клиента внешнего вида стола. Причуды для богатеньких персон… Юнхо так и не смог понять, при чем тут Клинтон, комиксы Марвэл, впрочем, как и всё, что успели озвучить, но показывать себя совсем несмышленышем не хотел. Самый разумный выход был промолчать, потом у Джунсу спросит. Вроде бы никогда не славился такой тупостью, а сегодня прямо во всей красе предстал в таком образе, и не перед кем-то, а перед Джеджуном. Не свезло, однако. Чанмин начал чувствовать себя более комфортно и спокойно, друг вроде утихомирился и больше не будет строить из себя обиженную буку. Теперь сполна можно порадоваться сближением с Джунсу, погреться в теплых лучах, пробравшихся к нему в грудь. Он пришел на ужин, и они за одним столом, трапезничают. Да, с самого начала болтают о какой-то ерунде; тут есть двое лишних, ну, для начала и такое сойдет. Разве такие мелочи важны? К тому же заметил, как тот украдкой поглядывал на него.