Что у него на уме?

Ночь медленно накрывала шумный город своей черной завесой. Такой холодный и живой, ночной Токио завлекал и манил своим сиянием всех, кто бросал на него хотя бы один мимолетный взгляд. Он манил и завлекал, сияя яркими огнями неоновых красок под взором далеких, ослепительно белых звезд, блистая ярче острых созвездий холодного космоса. В другое время Орихара бы с удовольствием покинул пустующую квартиру, чтобы пройтись по ночному Икебукуро. Бродить в гордом одиночестве, подставляя лицо теплому ветру, напоминающему о возвращающемся к миру лету - да, эта затея определенно привлекала брюнета. Одна мысль об этой прогулке навевала мужчине далекие мысли, отражаясь на его губах легкой улыбкой. Но сегодня затея с прогулкой по городу не завораживала Изаю как прежде. Пейзаж города, такой привычный, напоминающий пластиковый макет идеальной жизни за окном, слишком быстро наскучил брюнету, и тот вновь перевел взгляд на экран монотонно гудящего компьютера, поднеся к губам чашку с остывшим кофе и сделав маленький глоток напитка, без особого энтузиазма читая свежую переписку чата. Привычный, спокойный вечер - то, что информатор так ненавидит. Тишину в квартире Орихары разрывает громкая трель дверного звонка. Снова и снова надрывный звон разносится по комнатам, выискивая брюнета, неустанно подавая свой премерзкий голос из прихожей. Информатор ставит кружку на стол и поднимается с кресла, проводя ладонью по столу и двигаясь вперед, приближаясь к входной двери. Быстрые, нетерпеливые трели звонка - так мог делать только он. Превосходя свою интуицию догадливостью, Изая уже знал, чей силуэт скрывался за входной дверью. Бледные пальцы тянутся к замку, открывая дверь. Миг и Орихара ловит взгляд карих глаз на себе. Вышибала выглядит помято, во всем его теле чувствуется усталость. Губы невольно кривятся в усмешке, и брюнет ехидничает: - В чем дело, Шизу-чан? Уже соскучился по мне? - блондин подходит ближе, вжимая язвительного владельца квартиры в стену, но игривые нотки в голосе не уходят, азарт оппонента растет. - Шизу-тян?.. - Тонкие пальцы игриво скользят по сильным рукам блондина, поднимаются к плечам и слегка царапают их, после чего бледные руки собственнически обвивают шею Грозы Икебукуро. Чувствуя жар разгоряченного тела сквозь тонкую одежду, Орихара бегло облизывает тонкие губы, пока тот не видит и с вызовом поднимает взор на Шизуо. Тело под руками Информатора резко напрягается, Хейваджима слишком хорошо знает, как обманчива хрупкость этих рук. И что означает эта ухмылка он тоже хорошо знает. - Заткнись... - кроткое фырканье в шею. Бурчит от усталости, а он, идиот, довольно ухмыляется и неосознанно повинуется. Тело брюнета покрывается мурашками, когда его голос звучит так. Да, может быть дело в усталости и этот идиот никогда не будет звучать так в иных обстоятельствах, но то, как это ощущалось в моменте...Ему уже кружило голову. Изая чувствует тяжелое дыхание блондина на своей шее и рвано выдыхает, инстинктивно прогибаясь в спине, когда мужчина считывает язык его тела и уткнувшись в его шею, неожиданно ее кусает, оставляя негласную метку на нежной коже брюнета. И что это? Обещание о большем или новый способ диалога? Орихара подавляет тихий стон. - Ты останешься? - тихий шепот тут же умолкает, когда влажный язык Вышибалы касается отметины на шее. Мог и не спрашивать. Информатор изможденно кусает губы, зарываясь пальцами в светлые волосы и игриво оттягивая непослушные локоны назад, томно выдыхая воздух с довольной улыбкой. Ответом на поставленный вопрос становится жаркий шепот, горячие губы едва касаются уха Изаи. - Посмотрим...У тебя нет планов на вечер? Орихара толкает ногой дверь, захлопывая ее. Теперь есть. --- Монотонный скрип кровати в спальне, слишком просторной для одного, разрывает тишину ночи в квартире Орихары. Недвусмысленные вскрики отражаются от стен, заполняют комнату, перерастая в громкие стоны блаженства и примешивающейся к ней боли. В другие моменты можно было счесть боль в сексе показателем того, что секс плохой, но если вы - не Изая Орихара, давящий в себе тягу к мазохизму и ненависть к ванили в постели. В голове бушующий ураган эмоций, боль вскипает яркими вспышками удовольствия, эмоции обостряются, а в комнате витают феромоны. Хриплое дыхание Хейваджимы над самым ухом заставляет Орихару извиваться под ласками теплых ладоней. Беглое, прерывистое дыхание Информатора превращается в глухой стон, когда он откидывает голову назад и кожу обжигает жаркое дыхание Хейваджимы, губы которого так жадно припадают к его горлу. Целовать? Нет, он снова кусается. Рот открывается в беззвучном стоне, когда зубы Шизуо впиваются в плечо брюнета, оставляя на бледном теле новые метки. "Почувствуй меня, сильнее." Тело сладко дрожит в предвкушении, и когда блондин делает резкий толчок навстречу, срывая с искусанных губ первый крик. Мир и вся его чертова сложность мигом блекнет в тумане накатывающей похоти. Удушливый жар комнаты заводит сильнее, быстрые, жесткие движения бедер заставляют обоих содрогаться в жажде большего. Измотать друг друга до бездыханного состояния, сорвать голос до хрипа, забраться под кожу и оставить на плоти друг друга свои отметины. Орихара широко разводит подрагивающие ноги, чувствуя как сильные руки резко тянут худое тело на себя, как тело Хейваджимы вжимается в его теснее, врываясь в него до упора, из-за чего Изая выгибается дугой и цепляется тонкими пальцами за простынь, неосознанно поднимая бедра выше. Бесстыдство на грани безумия - то, чего ему так не хватало в этой чертовой умиротворенной ночи. И теперь, рядом тот, кто любезно сведет его с ума этой ночью. Встречаясь взглядом с Шизуо, он усмехается, лениво ведя рукой по его щеке, а когда тот млеет, ерошит его волосы и хватает за челку, притягивая к себе и мурлыча в губы бессвязное: - Не отвлекайся...Выгоню если мне станет с тобой скучно.. "Я хочу, чтобы ты увидел меня настоящего." Пальцы путаются в мягких светлых волосах, сжимая их едва ли осознанно. Шизуо бы вырвался из хватки, но Изая уже тянет его к себе и жарко целует, так, будто его губы были для Орихары кислородом. Возбуждение накрывает яркой волной, когда информатор слышит утробный рык мужчины над ухом: - Ведешь себя...Как похабная распутная девка... - брюнет на придыхании смеется и тянет его голову обратно к себе, затыкая его поцелуем, выдыхая в искусанные губы очередной жаркий стон, не собираясь прерывать касания губ. Притягивая горячее тело к себе, обвивая его спину руками, он ухмыляется, чувствуя как этот засранец инстинктивно льнет к его прикосновениям, всего минуту назад выпаливая ему в лицо оскорбления. Сколько бы ни бранился, а нежные касания переключают кнопочки в его коротящем мозгу, и вот Шизуо уже льнет к его рукам, демонстрируя свой голод до чужой ласки. Паршивец. Чувствуя как жаркие губы экс-бармена касаются истерзанной шеи, оставляя на ней многочисленные алые засосы, он откидывает голову назад, позволяя ему делать, что хочет. В конце концов, метки на нем дозволенно оставлять только одному человеку. Пусть только не думает, что Изая не отыграется. В подтверждение своим словам он скользит ладонями по сильной спине и оставляет на ней яркие полосы царапин, не в силах сдерживать гортанных стонов, когда в ответ на это ритм фрикций срывается на более быстрый и резкий. Утопая в собственной страсти, отдаваясь на волю инстинктов в моменте и чувствуя, как блондин срывается с всех предохранителей вместе с ним, он тихо смеется, зная что его это бесит. Смех сменяется стонами, пока Шизуо грубо трахает его, прижимая к постели и кусая каждый сантиметр бледной кожи в бездумной потребности помечать каждый участок кожи, который находят его губы. Орихара застает себя на ощущении, что в этом моменте он не прочь остаться насовсем. Почему нет, когда обоим так хорошо. - Мх..какого..ах..Ты продолжаешь смеяться? - обиженный тон, скрывающийся за хриплым рычанием. Вот теперь его хочется обижать только сильнее. - Аха...ах..мм..хахах..лицо твое...дурацкое...когда ты всем доволен... - неосознанно стискивая зубы в исступлении, Изая даже не знает, что его ухмылка сейчас напоминает оскал. В то время когда брюнет подставляет свои бедра под сильные толчки, срывая собственный голос в потоке блаженства, нет ничего важнее, чем слушать хриплое дыхание блондина ему на ухо, в котором прорываются тихие, скромные тоны удовольствия, которые он не может удержать в горле. - Ничего оно..мн...не дурацкое... - Мне виднее... - Ах...заткнись... Они безумные идиоты, стремящиеся выгрызть друг на друге клеймо принадлежности, но это так, как им обоим это нравится. Они просто не умеют быть нежными. Тело бьет от сладкой неги, когда губы блондина властно накрывают губы Изаи. Целует сам - осмелел, значит скоро он кончит. Орихара послушно открывает рот, когда Шизуо настойчиво кусает его губы, в беспамятстве смеясь в его губы, когда тот не может определиться, чего ему хочется больше - целоваться или кусать. Идиот, как собака. Секунду спустя тут же прикусывая язык вышибалы, дразня и распаляя последнего, он встречает его взгляд, выдыхая и прижимаясь своим лбом к его, обнимая того крепче за шею. С тихим рыком блондин овладевает неподатливыми губами и информатор подчиняется, чувствуя как рука Хейвадживы сдавливает его горло. Засранец. Глаза Изаи тут же закатываются от блаженства. Подавляющее насилие - то что заставляет манипулятора терять голову окончательно. "Возьми меня под свой контроль." Языки жарко сплетаются в порыве страсти. Это борьба, и никто не собирается проигрывать. Информатор рвано стонет в губы Хейваджимы, разгоряченная плоть распаленного мужчины трется о живот блондина, пачкая его смазкой. Оба находятся на самой грани и последняя вспышка все ближе. Шизуо резко тянет Изаю на себя и вжимает брюнета в постель, срываясь на дикий темп толчков, срываясь на тот ритм, который ему был так необходим и через вспышки боли, пробивающиеся сквозь негу блаженства, Орихара понимает, что этот идиот все это время сдерживался. А теперь сорвался и принимается драть того еще грубее, еще жестче и сильнее. Теряя всякий стыд, брюнет скользит рукой к своему паху, принимаясь надрачивать себе с нарастающей скоростью, читая на губах Хейваджимы насмешливую ухмылку. А чего он хотел? Он не собирается заканчивать в душе, когда самое веселье сейчас, здесь, вместе с ним. Пара толчков и информатор содрогается, выкрикивая имя блондина во весь голос, жадно хватая воздух ртом и изливаясь на живот белесыми кляксами семени. Шизуо кончает следом. Чуть отдышавшись, Изая смеется и бросает ехидное. - Значит я первый? Блондин огрызается. - Дамы вперед. Изая смееется над ним, давая подзатыльник и выдыхая, - Ха...Да ты джентельмен во плоти. --- Лицо информатора задевают первые лучи солнца, приходящего вслед за наступающим рассветом. Орихара медленно открывает глаза. Яркое весеннее солнце ослепляет и Изае требуется время, чтобы проморгаться и оглядеть комнату. Первое, что информатор ощущает - это теплые руки, обнимающие его за талию. Орихара усмехается. Блондин все еще спит. Часы показывают 7 утра. Медленно беззлобная усмешка информатора превращается в натянутую улыбку, но вскоре и та сходит с лица. Еще час и эта кровать будет пустовать, обжигая бледную кожу холодом мятых простыней. Это не было ново. Не раз блондин оказывался у дверей Информатора, не раз Орихара пытался захлопнуть дверь перед его носом. Стоит ли говорить, как глупа была попытка закрыться от Вышибалы какой-то дверью? Всего миг, - и замок слетал с двери, а сильные руки блондина вжимали мужчину в стену. <<Как долго это продолжается? Как давно это началось?>> - Информатор знал многое, мог найти ответ на любой вопрос, но только не на эти. Он не знал ответа. Погруженный в собственные раздумья, брюнет медленно поглаживает ладонью равномерно вздымающуюся грудь мужчины. Тонкие пальцы невесомо касаются едва заметного шрама на груди блондина, оставленного ему на память в день их первой встречи. В тот вечер их жизни пересеклись и никто не знал, было ли это во благо или во вред. Это должно было произойти. С каждой новой встречей азарт оплетал сердца обоих все крепче, добавлял в безумный коктейль ненависти щепотки эйфории и адреналина, заставлял забываться от одного только взгляда. Случайное касание, игривый укус, слишком тесная близость. Первый случайный секс в подворотне - это было ожидаемо. Иногда Шизуо оставался в просторной квартире Орихары на пару дней, а после месяц не вспоминал о нем самом и адресе квартиры на последнем этаже небоскреба. До тех пор, пока ноги вновь не принесут его к заветной двери. Блондин приходит в движение и Изая убирает руку. Он знает, не стоит будить Хейваджиму утром, пока это не сделает будильник, рискуя оказаться смятым в клочок металлолома и шестеренок в дальнем углу комнаты. Жесткий секс, рваные поцелуи и мимолетные встречи - это все, что может быть между ними, и информатор знает это. Дыра в груди неприятно свербит внутри, с бледных губ срывается печальный вздох. Хейваджима открывает глаза. Будильник запоздало трещит свою трель. Изая тянется к назойливому устройству, перегибаясь через оголенный торс блондина и выгибая спину, после чего выключает его, оборачиваясь к блондину и шепча заученную фразу: - Будешь кофе? Так привычно и обыденно. Информатор ненавидит это. --- Бледные пальцы медленно рисуют незримую линию на кромке кружки с горячим напитком. Темные глаза безмолвно следят за движениями худощавой руки. Цикличные действия успокаивают бушующую бурю внутри. Информатор закрывает глаза. Хейваджима сидит напротив. Губы брюнета невольно растягиваются в усмешке, когда в памяти всплывают утренние доводы Шизуо о яде, который Изая "наверняка подсыпал в приготовленный завтрак". Готовить Орихара умел, но делал это не часто или по особым случаям. Доказательством этим доводам являлся блондин, некоторое время подозрительно оглядывающий приготовленную Орихарой еду. Изая никогда не брался за готовку без особой причины. Именно потому порыв брюнета приготовить рисовый омлет заставил Хейваджиму задуматься над последствиями завтрака, приготовленного Информатором. Опаску вызывало то, что сам хозяин квартиры ограничился лишь чашкой свежесваренного кофе. Но, пересилив себя и взвесив все "за" и "против", Хейваджима сдался, через несколько мгновений с явным аппетитом поедая завтрак. Информатор делает первый глоток кофе и ставит кружку на стол. Даже любимый напиток, приятно обжигающий горло своей горечью, заставляет брюнета чувствовать отвращение. Молчаливый взгляд, который Орихара направляет на блондина, говорит больше, чем Изая мог бы вообще сейчас сказать. Когда все люди для тебя - открытая книга, пешки, которыми можно манипулировать, довольно трудно смириться с тем, что Шизуо другой, что он - непробиваемая стена для твоего манипулирования. Тяжело признать то, что Хейваджима способен ворваться в мир Информатора. Изменить его за миг лишь парой слов, сломать предубеждения, которые тот бережно прячет в потайных закромах своей души. Тяжело признать, что только Шизуо способен так легко и просто заставить Информатора быть зависимым. Зависимым от его фраз, от его настойчивых поцелуев и грубого секса. Изая тихо скрипит зубами - он ненавидит, когда его контролируют против своей воли. Пальцы монотонно стучат по столу, взгляд темных глаз прикован к спортивной фигуре Вышибалы, неторопливо попивающего чай из кружки. Информатор не понимает логики блондина, его мышления, его точки зрения. Изая закрывает глаза и невесомо касается холодными пальцами своей шеи, приподнимая уголки губ в молчаливой усмешке - Информатор готов поклясться, что может очертить на своей шее контур руки Шизуо, ведь блондин не редко прижимал его к стене в приступе ярости или страсти, сдавливая ладонью горло брюнета, наблюдая за тем как тот панически царапает руку экс-бармена, нередко оставляя красные борозды царапин не только на ладони блондина, но и на своей шее, хрипло втягивая носом воздух или же только пытаясь это сделать. "Это больно." Изая бы счел его неконтролируемым животным, если бы не действия Вышибалы, которые тот вытворял время от времени, перечеркивая красным маркером и эту теорию брюнета. Темные глаза вновь обращают свой взор на сидящего напротив блондина, выкуривающего свою первую за день сигарету, пуская кольца дыма в лицо Орихары. Не в первый раз Информатор просыпался по ночам, чувствуя теплые ладони экс-бармена, гладящие его спину. Тяжело притворяться спящим, когда интерес прожигает изнутри. Иногда Хейваджима, предполагая, что Изая крепко спит, целовал его в висок и гладил по голове. Как же он ошибался. Информатор делает второй глоток остывающего кофе и переводит свой взгляд на дно кружки. Непроглядная темнота - вот оно, определение, которое Информатор бы дал характеру Шизуо, если бы его спросили. Отличаясь своей простотой, Хейваджима продолжал оставаться для Информатора большой загадкой, которую изощренный ум Орихары навряд ли когда-нибудь разгадает. Неизвестность пугала и раздражала Информатора, в то же время подогревая его жгучий интерес к своему партнеру. Назойливые вопросы снуют в голове брюнета, и тот неосознанно цокает языком, отводя взгляд в сторону. Как Шизуо воспринимает тот хаос, который творится между ними? Чувствует ли он что-то по отношению к нему? Информатор устало закрывает глаза. Назойливый шум доносится до ушей брюнета, выводя из раздумий. Орихара открывает глаза и поворачивает голову в сторону звука, останавливая взгляд на раздраженном лице блондина. Выходит, Шизуо довольно долго пытался до него дозваться. Убедившись, что Информатор его слышит, Хейваджима кратко оповещает: - Я пойду, опаздываю. - потушив дотлевающую в руке сигарету о пепельницу, Вышибала берет со стола полупустую пачку сигарет и кладет ее в карман брюк. Грубиян. Информатор поднимается из-за стола, переводит взгляд на блондина и интересуется: - Ты вернешься? - Орихара невольно останавливает взгляд на руках Хейваджимы, наблюдая за тем как ловкие пальцы вытаскивают вторую сигарету из полупустого блока и хмурится. Он покупал их Шизуо еще позавчера. Вышибала щелкает зажигалкой и подносит бледный огонек пламени к сигарете, делая затяжку, выдыхая из легких новую порцию отравляющего дыма и неопределенно отвечая. - Как знать. - Информатор досадливо кривит губы. Он прекрасно знает, что сегодня к Шизуо заедет его брат. Юноша, повсюду известный как Ханеджима Юхей, а на деле он же Хейваджима Касука, - величайшая мерзость в виде человека, которую Изая когда либо знал. Следуя за своим братом молчаливой тенью, Каска всегда вселял Информатору отвращение. Он ему ничего не сделал, но то отношение, которое тот оказывал его брату заставляло его зубы скрипеть. В отличии от Шизуо, чей мозг потонул в головой в чувстве вины за свое существование и инаковость своей силы перед стыдящимися его выходок родственниками, Изая видел все по глазам его брата. Ему было все равно на все попытки брата сохранить теплые отношения даже тогда, когда они выросли и стали взрослыми. Безэмоциональные, лишенные жизни глаза навевали брюнету сравнение с фарфоровой куклой. Красивой, но совершенно бесполезной, требующей трепетного ухода и отношения. Он бы с довольной улыбкой разбил эту куклу о стену, только вот Хейваджима его не простит. Со временем, Юхей все чаще начинал напоминать Информатору акулу. Холодный и неприметный, он всегда стоял в стороне, изучая поведение людей, пытаясь запомнить каждую эмоцию и отразить на себе. Все блага принимал как само собой разумеющееся, не задумываясь о том, чего эти блага стоили для остальных. "Монстр, который пытается быть человеком." - Из двух братьев в небольшой семейке, Хейваджима Касука был истинным носителем этого определения и не отрицал его. Полная противоположность экс-бармену. Информатор переводит взгляд на блондина и усмехается, бормоча: - К тебе вновь приедет твоя принцесса? - в голосе Изаи ясно сквозит сарказм. Он определенно играет с огнем, откровенно давая понять что презирает брата Шизуо, который души в нем не чает. Блондин моментально вскипает, смеряя Орихару убийственным взглядом, а затем делает шаг вперед и озлобленно рычит: - Захлопнись о нем. Не хочу выбивать из тебя дурь с самого утра. - бросая шутливую угрозу, говорящую ему не лезть в его дела, Шизуо выдыхает и отстраняется, вновь затягиваясь. Курит в его квартире, зная что ему тут работать. Молодец какой. - Тебе-то какая разница? Какое дело королю всей мирской ипостаси до действий пары ничтожный пешек с его доски? - Хейваджима переводит насмешливый взгляд на Информатора и растягивает губы в усмешке. Теперь еще и высмеивает его мироощущение. В груди больно кольнуло. "Перестань прятаться от меня." - Хм... - он тихо хмыкает, - Хотел бы объяснить, что ты ошибаешься, но боюсь твой посредственный мозг не в силах вразумить моих слов. - Разумеется, на дурость с утра у меня нет ни сил, ни времени, - он хмыкает, выдыхая дым и сверля Орихару взглядом с ответным раздражением, - Ни терпения. Последняя искра и Орихара теряет контроль, делая резкий рывок вперед и давая ему крепкую затрещину, поджимая тонкие губы и опуская руку, тут же сжимая ее в кулак, остервенело смотря в глаза блондина с откровенным вызовом. У него нет слов. Чистое, неприкрытое бешенство. В такие моменты они словно меняются местами. Но они отличались. В его злости был смысл. Редкие встречи, вечные стычки на улице со спектаклем на публику и догонялками, а после, если повезет, краткие обмены любезностями и регулярный секс - это было всем, что у них было и Информатор боялся. Боялся что однажды блондин не вернется. Зачеркнет это, поставит точку и оставит Орихару позади. Скажет, что вырос из этого или еще одну чушь. Неизвестность - Изая не мог закрыть на нее глаза. Руки дрожат и Информатор опускает взгляд, сверля глазами угол комнаты, закусывая губу. - Тогда бери свое терпение и уноси его куда подальше, тем где оно будет полезнее. Выплевывая эти слова в лицо закипающего от ярости блондина, Орихара тяжело вздыхает и договаривает то, что просится наружу. Раз будет болеть, то проще самому оборвать все, когда он готов терпеть эту боль. Предвкушая жесткий удар под дых спокойным "Ладно" в ответ, брюнет выдыхает и трет лоб, отворачиваясь и закрывая эту главу своей жизни. - С меня хватит. "Это больно, и лишь ты можешь это прекратить." --- Сильные руки бесцеремонно притягивают худое тело Информатора к себе, поглаживая его по голове, как капризного ребенка. Орихара слабо вздрагивает и оторопело открывает глаза, поднимая свой взор на блондина. Упрямство берет вверх и он огрызается. - Я же сказал проваливай. - Успокойся... - тихий обволакивающий шепот Шизуо, заставляет информатора повиноваться и проглотить поток язвительных оскорблений, которые он готов был выпалить вслух. Будучи не в состоянии найти причину того, чтобы уткнуться носом в теплое плечо и закрыть глаза, информатор просто делает это и прижимается к нему, опустив напряженные плечи и выдохнув. С губ невольно срывается шепот: - Успокоился... - Информатор неровно вздыхает, прежде, чем договорить, - Просто ...Что это все? - Он задает вопросы, на которые боится услышать ответ, - Что мы делаем здесь? Делая вид что здесь происходит что то стоящее... - Он усмехается, сухо, мрачно. - Кто ты для меня? Кто я для тебя? Разве у меня есть ответ? "Не оставляй меня." - Ты и не просишь ответов. - Потому что не хочу их слышать. Орихара тяжело вздыхает, обессиленно роняя голову на плечо Хейваджимы. Шизуо молчит, внимая вопросам, задаваемым в воздух, хмуря брови и пытаясь понять поток слов, которые обрушил на него Орихара. Долгое время они стоят в коридоре. Шизуо упирается спиной о дверь, Изая прячет лицо в его шее, пока тот прижимает Орихару к себе, откинув голову назад и задумчиво пуская кольца дыма в потолок. Глядя на то как они тают в воздухе, поднимаясь к новомодной люстре коридора, он думает над ответами, которых Изая от него не просил. Но вопросы задал. - Кто?.. - блондин тихо усмехается и по телу Информатора пробегают мурашки от этой усмешки. - Дай-ка подумать, - Хейваджима переводит взгляд на сжавшегося в комок нервов и тревожности брюнета, не в силах скрывать это больше от него и себя самого и выдыхает. Тот сжимается еще сильней от каждого его вздоха, будто верит лишь в мрачный исход разговора и ждет неизбежного, смирившись с тем, что ничем хорошим это все не закончится. Злость Шизуо отступает, когда он понимает, что вся злость и оскорбления, вылившееся на его голову вместе с затрещиной - лишь доказательство страха, который копился в голове этого нервостенника с самого утра и с самого завтрака. Становится ясно почему Орихара встал раньше, почему вместо того, чтобы оправдать бессонницу работой, он зачем то приготовил ему завтрак, когда сам был не голоден. Пряча свои мотивы за безразличием, он бесится, когда его спектакль работает безупречно, оставаясь при этом непонятным. Странный человек, отталкивающий его, когда хочет обратного. Блондин склоняется над ним, проведя губами по чувствительному уху и оставляет легкий поцелуй в его висок, слыша тихое фырканье в ответ, подтверждая свои домыслы тем, что Изая не отстраняется от его прикосновений и, проводя ладонью по его спине, почти мурлычет на придыхании: - Ты - моя слабость.