Изгнанные

Утренняя роса украшала листья деревьев и траву, заставляя их переливаться различными цветами под лучами восходящего солнца. Небо мало-помалу окрашивалось в нежно-голубые цвета, украшая себя пушистыми белыми облаками с весьма причудливым видом. Утренняя прохлада заставляла жителей небольшого поселка встречать новый день в своих теплых небольших уютных домах, сделанных из прочного материала, с соломенными крышами и маленькими окошками. Невдалеке от поселения вблизи леса располагался небольшой домик, обнесенный деревянным забором ярко-синего цвета, украшенный различными смешными и в то же время весьма милыми аппликациями. Во дворе росли цветы различных сортов и всевозможных оттенков вперемешку с целебными травами. — Сестренка, тебе помощь не нужна? — обеспокоенно спросил пепельноволосый парень, держа в руках порядочную кипу дров, сохраняя на лице добродушную улыбку. — Все в порядке, братец. — Улыбаясь, ответила девушка, убирая тыльной стороной ладони выбившуюся прядь. — Мне уже немного осталось. Сасагава-младшая вернулась к своему занятию, а именно, прополке цветов. — Какая, однако, милая семейная идиллия. — С читающимся в голосе сарказмом проговорила Хаято. Выпрямившись, сложила руки на груди, отвлекаясь от своего занятия. Возле девушки лежало с десяток колбочек различной формы и содержимого. — Ты бы вела себя повежливее, Хаято. Все-таки они разрешили нам пожить здесь некоторое время. Или тебе так сильно хочется ночевать в лесу? — буркнул Ямамото, обучающий Тсуну простейшим приемам владения мечом. — Он прав. — Согласилась с мечником Савада, пытаясь так же изящно повторить за другом каролинский удар. Хаято, ничего не ответив, поднялась, поправив накидку, собрав все свои склянки, она направилась в сторону калитки. — Ты куда? — крикнула ей вслед Тсуна. Замерев на долю секунды, сжав кулаки, Хаято бросила тихое: «Пойду прогуляюсь». После сорвавшись с места, через несколько секунд скрылась в лесу. — Уф, в последнее время она сама не своя. Я не понимаю, что с ней происходит… — обреченно вздохнув, Савада опустила голову, руками упираясь в меч. — Все будет в порядке. — Раздался мягкий голос за спиной девушки, после чья-то легкая рука легла ей на плечо. Обернувшись, Тсуна встретилась взглядом с грустно улыбающейся Сасагавой-младшей. Девушка буквально излучала добро и свет, в глазах играли задорные огоньки. Савада искренне не понимала ее. Она была чуть ли не ангелом, не хватало только белых крыльев за спиной и нимба над рыжей головой, само воплощение жизни. Даже Ямамото со всей его добродушностью рядом с ней казался чуть ли не демоном, что уж говорить о самой Тсуне. Хотя Хаято и говорила, что она самое доброе существо, которое она когда-либо встречала. Но… Именно из-за этого создавалось впечатление, что перед тобой не человек… Слишком идеальна. У Савады были к ней двоякие чувства. Хотя, она слишком мало ее знает, всего лишь со вчерашнего вечера, когда они усталые, голодные, изрядно потрепанные после очередной битвы с обитателями западнолесья наткнулись на этот дом. Как оказалось, здесь жили один из самых лучших лекарей этого края, уступающий, наверное, лишь мастеру Луссурии, и то лишь из-за того, что был еще слишком молод, и его сестры. Их семья казалась такой идеальной… Отчасти она была согласна с Хаято, слишком уж все это было неправдоподобно… Возможно, сказывается ее пессимизм. И они правда могли так сплачиться после смерти их родителей… — Надеюсь… — полушепотом произнесла Савада, отворачиваясь от девушки, не в силах больше смотреть в эти чистые, сверкающие блеском глаза. — Киоко права, должно быть этот настрой связан с банальной ревностью. — Вклинился в их разговор Сасагава-старший, держащий в руках кулек с какими-то травами. — Ревности? — переспросила Савада, переводя взгляд с лекаря на нахмурившегося Ямамото. — Именно. — Кивнул Сасагава, с усмешкой смотря на мечника. — Как я понял, Хаято очень дорожит тобой, Тсуна. А вот юного мечника она явно недолюбливает, что неудивительно. Ведьмы уже много лет враждуют с ними. И несмотря на то что вы вроде как друзья, очень трудно перебороть то, что было заложено с рождения. Следовательно, когда ты соглашаешься с ее потенциальным врагом, в ней вскипает ревность. Ну, думаю, она скоро привыкнет и все наладится. Савада переваривала услышанное. Друзья заговаривали на эту тему лишь когда они впервые встретили Ямамото, они очень часто сорились, но… Как же все-таки мало она о них знает... Да обо всем этом мире она слишком мало знает. Только то, что поведала ей Хаято, и то, что она сама успела повидать за эти полтора года. Из своей жизни до встречи с ее подругой она ничего не помнит, совсем. Бывало порой, что во сне мелькали образы каких-то людей, минувшие события, но они ускользали от нее, словно песок, и девушка ничего не могла с этим поделать. Правда… — Подожди, как ты узнал о том, что Хаято ведьма? Мы не говорили, каких-либо признаков, явственно указывающих на это, не было. Ты человек и… Ямамото, вырвавший Саваду из ее грустных мыслей, был прерван: — Пошлите в дом, разговор будет длинным. Кивнув, мечник зашагал вслед за Сасагавой-старшим в сторону дома. Ничего не понимающая Тсуна переглянулась с Киоко, которая, судя по всему, знала об этом не больше ее самой. Выдернув меч из земли, девушка на секунду залюбовалась бликами стального меча. Все-таки меч — самое изящное оружие. Опомнившись, Савада нагнала Киоко, и они вместе зашли в скромные апартаменты семьи Сасагавы. Все помещение было обито досками, на дальней стене на множестве крючков висели кипы трав. Первое, что бросалось в глаза, это добротный дубовый стол, занимающий уйму места, возле него с одной стороны стояла скамья из того же материала, с другой стороны стояла пара стульев за одним из которых расположился мечник, буравящий взглядом лекаря, расположившегося во главе стола. Поправив рукава белой льняной рубахи, перевязанной белой лентой, украшенной солнечным орнаментом, махнув рукой в знак того, что девушки могут присесть, он прикрыл глаза, собираясь с мыслями. Сев рядом с Ямамото, девушка вперила свой взгляд в Сасагаву-старшего. — Итак. Вы знаете легенду о сотворении мира и о семерых хранителях? — начал Рехей, заглядывая в лицо каждому сидящему за столом. — О великой крупице и о предателях, которые создали мощный артефакт, спровоцировавший войну? — спросил Ямамото, встречаясь взглядом с лекарем, который лишь устало покачал головой. — О, нет, все было совсем не так. Кланы мечников состоят в альянсе с эльфами, сильнейшими существами этого мира, и поэтому переделали старую легенду, дабы выставить их героями. Но все далеко не так. Когда-то давно при создании вселенной в мире появилась великая крупица, породившая нынешних волшебных существ, наделив их неравным количеством энергии. Продлевающей им жизнь, наделяющей некими магическими способностями и большей выносливостью, а также, как стало заведено, позволяет существам, имеющим крупицу, чувствовать происхождение других существ. Больше всего этой энергии в демонах и эльфах, после них у ведьм и повелителей стихий, а уж после у мечников, лекарей, темных магов… — Повелителей стихий? Но ведь их истребили очень давно, еще во времена великой зачистки. — Перебил Сасагаву-старшего Ямамото, который явно заинтересовался историей. — Верно, но истребили все же не всех. Некоторые смогли выжить, скрывая свое истинное происхождение и влача незавидное существование. — Спокойно ответил на вопрос мечника лекарь, наблюдая за его реакцией. — Это ужасно. — Тихо проговорила Киоко, опуская голову. Сасагава-старший аккуратно взял руку сестренки в свои и легонько пожал. Тсуна мысленно усмехнулась, хотя в глубине души чувствовала укол ревности. Возникшую паузу разорвал голос Ямамото, просящий продолжения истории. — Да, конечно. После получения этой энергии началась неравная война за первенство. Дабы остановить возникший конфликт, человеческая девушка, которая, в отличие от остальных людей, вместе с волшебными существами получила ничтожно малую частичку энергии, решила создать альянс, собрав вместе представителей разных фракций. В конечном итоге собрались представители семи видов. Человек, ведьма, мечник, лекарь, повелитель и два подвида демонов: демон кошмаров и земной демон. Дабы будущие потомки смогли поддерживать баланс их мира, были созданы кольца, в которые были вложены частичка их силы и воля. Впоследствии под предводительством человека они смогли навести какой-никакой порядок в мире. Разделив землю на отдельные участки, отведенные для жизни каждого подвида. Однако долго сей порядок не продержался. Один из сильнейших видов, не пожелавший войти в союз, был весьма недоволен нынешним положением дел. Эльфы очень сильно хотели заполучить себе контроль над всем миром. Все мирные переговоры не увенчались успехом. Война была возобновлена. В конечном итоге хранители пожертвовали своими жизнями, дабы оградить мир от их влияния. Такой порядок продержался много веков, пока все не рухнуло. В этот промежуток времени и началась великая зачистка. Некогда дружившие виды развязывали войну друг против друга. Прекрасный пример — ведьма и мечник. Ямамото опустил голову, полностью погружаясь в свои мысли. На уроках ему рассказывали совсем иное. — В последнее время никто не слышал о демонах, некоторые наивно полагают, что этот подвид вымер, однако это совсем не так. — А что случилось с кольцами? — Тсуна наконец решилась задать давно крутившийся на языке вопрос. — Никто не знает. Бытует мнение, что они все еще в древнем замке хранителей. Однако это место защищено магическим барьером, пропускающим только определенных личностей, так что попасть туда практически невозможно. Да даже если б и смогли, вряд ли смогли бы что-нибудь отыскать. Прошло уже много времени, дворец наверняка уже превратился в руины. — Спокойно ответил Рехей, разминая слегка затекшую шею. — Но почему барьер держится так долго? Кто его подпитывает? — Не унималась Савада, не обращая внимания на удивленный взгляд мечника. — На этот вопрос тоже нет однозначного ответа... Быть может, ее все еще поддерживает мощная энергия хранителей или же колец, оставшихся в старом дворце, а может кто-то поддерживает его извне... — протянул лекарь, устремляя взгляд в потолок. — Ну, думаю, на сегодня закончим. Мне следует собрать еще кое-какие травы. — Но... — начала было Савада, но договорить ей не дали. — Никаких но. Позже отвечу на ваши вопросы. — Отрезал Сасагава старший. — Братец, один вопрос. Откуда ты все это знаешь? — спросила Киоко, заглядывая в глаза брату, словно пытаясь в них найти ответ на свой вопрос. — Сказал же. Позже на все отвечу. — Лекарь встал из-за стола и быстро, под удивленные взгляды ребят, покинул помещение. — Странный он какой-то сегодня. — Еле слышно проговорила Сасагава-младшая, все еще смотря на дверь, за которой исчез ее брат. Тсуна с Ямамото быстро переглянулись, после мечник предложил девушке продолжить тренировку, а вечером обсудить все вместе с Хаято, последнее он проговорил так, чтобы услышала его только Савада. Девушка лишь кивнула головой. Им предстоял интересный разговор.

***

В тот день поговорить так и не удалось. Хаято вернулась поздно в весьма плохом положении духа и, выбрав себе спальное место, а именно лавку возле окна, сразу же уснула. Ямамото вместе с Тсуной решили перенести разговор на завтра и последовать примеру ведьмы. Семья Сасагавы, пожелав всем спокойной ночи, разошлась по своим комнаткам. За окном стрекотали кузнечики. Тишь и благодать повисла над домом. Около часа ночи послышался жуткий крик, заставивший всех обитателей дома синхронно подскочить. — Экстри-и-им. — Кто это кричит? — шепотом спросил Ямамото, потирая ушибленную голову. — Откуда мне знать, придурок? — злобно бросила ведьма, вставая со скамейки и осторожно шагая к приоткрытой двери. — Хаято, стой, мы пойдем с тобой. — Проговорил мечник, легонько пихая застывшую от страха Тсуну. — Может, не надо? — попыталась воззвать к здравому смыслу друзей Савада, сильнее сжимая, находившуюся в ее руке, ткань. — Брось. Если что, мы поможем. — Задорная улыбка появилась на устах мечника, не вселяла в Тсуну уверенность, скорее напротив, ей еще меньше хотелось идти с ними. В конечном итоге трое друзей один за одним вышли на крыльцо. Их взору предстала чудная картина. Лекарь, одетый в рубаху и черные порванные штаны, державший под мышками двух кур, сидел на курятнике и во весь голос орал: "Экстрим", рядом с ним лежали кульки с какими-то травами. — Ребят, — раздался мелодичный тихий голос за их спинами, заставивший все троих подскочить на месте от неожиданности. — Я... Не думала, что сегодня опять. В общем, с братиком такое бывает. Это что-то вроде раздвоения личности. Я не хотела, чтобы вы видели его таким. — Раздвоение личности, значит... — протянула Хаято, оборачиваясь в сторону Рехея, пытавшегося поцеловать курочку, которая активно сопротивлялась. — Надо же. Я, конечно, слышала про это. Да что там, лично была знакома с таким человеком. Однако, такого поведения еще не видела. Скрестив руки на груди, девушка скептически смотрела на не оставляющего своих попыток парня. — И часто с ним такое? — спросила Тсуна, поворачиваясь к Киоко. — Да не то чтобы. После смерти родителей такое было каждый день. В последнее время он держался молодцом, очень редко позволял себе так вести. А сегодня... — Да не страшно. — Весело улыбаясь, проговорил Ямамото, скрещивая руки за головой. — Может, попытаемся его оттуда снять? Пока ничего себе не сломал. — Предложила ведьма. Все согласно закивали.

***

Ночь выдалась бессонной. Всю ночь они пытались поймать лекаря, который после того как свалился с курятника, решил устроить забег по поселению. Настроение у всех было не ахти. Отчасти от того, что они безумно устали, отчасти от того, что ночью они смеялись слишком много. Даже Киоко не смогла без улыбки наблюдать за тем, как ее братец пытался догнать зайца. Запустив ложки в любезно приготовленную Сасагавой младшей жижей, ребята нехотя поедали эту субстанцию зеленого цвета, которая оказалась весьма вкусной. Сасагава-старший же в это время спал без задних ног. Лишь изредка из его комнаты доносился тихий храп. — Ладно. Спасибо. Было вкусно. Если позволишь, я одолжу у вас несколько трав. — Проговорила Хаято, отодвигая почти полную тарелку и вставая из-за стола. — Да, конечно. Бери все, что понадобится. Думаю, братец не будет против. — Затараторила Киоко, провожая взглядом Хаято, которая по-хозяйски прошлась вдоль стены, на которой висели травы. Сорвав нужные, она, проигнорировав вопрос Савады, исчезла за дверью. — Ну что ж. Думаю, и нам не стоит отставать. Пошли. Отработаем вчерашние приемы. — Предложил Ямамото, лучезарно улыбаясь. — Ага...

***

Тишина заняла свое законное место. Ни один листок на деревьях не шелохнулся. Единственное, что нарушало гнетущее молчание, был весело потрескивающий костер. — Да уж. Но тут уже тяжелый случай. — Озвучил свои мысли Рокудо, смотря на спящего под деревом лекаря. — Обострение... Это, конечно, весьма интересно. Но все же. Почему он примкнул к вам? И что случилось с его сестрой? — Надо же. — С усмешкой бросила Кея, смотря на огонь, не обращая внимания на удивленный взгляд Мукуро. — Неужели сочувствуешь? — Да не то чтобы. Просто проснулось праздное любопытство. Ведь, если судить по их рассказу, он был весьма умным человеком. — Проговорил Рокудо, возвращая свой взор на Рехея. — Это все из-за его сестры. — С плохо скрываемым сочувствием ответила ему Хаято. — Я весь во внимании.